🎧Сборник: На страдания (страсти) Христовы. Димитрий Ростовский (читать и слушать mp3)

ПЕРЕЙТИ на главную страницу творений свт. Димитрия
ПЕРЕЙТИ на главную страницу сборника на Великий Пост

(Озвучено Никой)

1. Молитва, или Краткое воспоминание страданий Христовых.

2. Богомысленное размышление о пресвятых страданиях Господа нашего Иисуса Христа.

3. Семь слов Спасителя на Кресте.

4. Благодарственное воспоминание страданий Христовых и молитвенное размышление, наиболее полезное из всех молитв, совершать которое должно во все пятницы.

5. Целование членов, или ран, Господа нашего Иисуса Христа во всякий день.

🎧6. Плач на погребение Христово.


1. Молитва, или Краткое воспоминание страданий Христовых

Радуйся, всем властем трепетная Господа нашего Иисуса Христа главо, нас ради за власы терзанная, тернием венчанная, тростию биенная, и даже до мозгу изболенная!

Радуйся, предрагое Спасителя нашего ли­це, добротою паче всех сынов человеческих краснейшее, Божественным зраком сияю­щее, Ангелы проникнута желаемое и всем удивительное, нас ради оплеванное, бесчест­ие прикровенное, пястьми биенное, все изсинелое, ни вида, ни доброты не имущее!

Радуйтеся, всемилостивии очи, паче солн­ца светлейший, зрением всех сердца к себе влекущий и умиляющий, нас ради слезами облитый и кровью затекший!

Радуйтеся, пребожественнии ноздри, воню благоухания духовнаго ощущающий, нас ради от беззаконных устен скверных и мерз­ких блевотин смрад терпевший!

Радуйтеся, медоточная уста и пресладкая гортане, нас ради оцтом и желчию напоенныя!
Радуйтеся, всечестнейшии уши, нас ради неисповедимое поругание, хулу и бесчестие терпевший!
Радуйся, всесмиренная вые, греху неповин­ная, нас ради заушенная и вервием на пропятие веденная!

Радуйся, хребте пресвятый, нас ради лю­тыми спекулаторскими (палачей) бичами у столпа биенный и весь даже до костей иссеченный!
Радуйтеся, всесильнии и вседержавнии ру­це и рамена, нас ради мучительски вязании. Крест понесший и на нем протягненнии!

Радуйтеся, прекроткии перси, паче Авраамлих недр наперсников и другое своих упо­коевающий, нас ради нестерпимых страстей и мук ужасом смущенный и спекулаторскими бичьми биение купно с хребтом и чревом пре­терпевший!

Радуйся, присно живущее сердце, нас ра­ди смертоносными скорбьми, печальми и ко­пнем ураненное!
Радуйтеся вси, преблагоутробнии внут­ренности, нас ради горькими пачеестественными болезньми без меры томленные!

Радуйся, преславное боготочное ребро, нас ради воинским копием даже до сердца прободенное и оттуду Кровь и воду источив­шее, от нихже купель седмеричных Тайн жи­вотворная к нашему очищению и освящению устроена!

Радуйтеся, почитаемии и всепоклоняемии колена, в молитве к земле преклоненная и под Крестом на землю и камение падающая!
Радуйтеся, почитаемии и всепоклоняемии нозе, нас ради гвоздьми ко Кресту с руками пригвозденнии!

Радуйся, всецелое Тело Господа нашего Иисуса Христа, нас ради на Кресте между злодеи распятое, без милости уязвленное, от ног до главы целости не имущее, умершее и погребенное!

Радуйся, пребесценная Крове от всех жил и составов Спасителевых, и от самаго сердца нас ради нещадно излиянная!
Радуйся, пресвятая душе Христова, на Кресте за ны с воплем крепким Богу Отцу преданная!

В том предании и аз днесь душу мою Тебе, Спасу и Искупителю моему, предаю и вся чувства и глаголы моя, советы и помышления моя и вся тела и души моея употребления, ве­ру и жительство мое, течение и кончину жи­вота моего, день и час издыхания моего, пре­ставление мое и упокоение, и воскресение души и тела моего вручаю и молюся: прими в руце Твоего Владычняго защищения, распятыма Твоима дланьма благослови, в язвах Тво­их сохрани и избави мя от всякаго зла; Кровию Твоею очисти многое множество моих беззаконий; Крестом Твоим аки копием прон­зи окаянное сердце мое, яко да кроме Тебе, Живодавца моего, ничтоже ино возлюбит, и яко да на Тебе распятаго взирает, состраждая и умиляяся, грехом, аки мерзкою блевотиною, гнушаяся, волю свою отсекая, и яже о себе на Твой Промысл возлагая и оттуду полезное восприяти уповая; смертию Твоею умертви ми душетленныя страсти телесныя и подаждь исправление злому моему и развращенному житию, от грядущих грехопадений лютых восхищая, от бесов, страстей и злобы человеческия немощь мою покрывая, и безбедным спасительным путем к Тебе, пристанищу мое­му и желаний моих краю, руководствуя, и благословенным Твоим овцам сопричитая, да с ними Тебе, Творца моего со Отцем и Святым Духом славлю вовеки. Аминь.

2. Богомысленное размышление о пресвятых страданиях Господа нашего Иисуса Христа

Всякий истинно верующий сын Церкви должен вспоминать смерть Христову, которую Он претерпел по плоти ради нас неповинно: «Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его» (1 Петр. 2, 22). Да будешь ты, душа боголюбивая, благодарна Пострадавшему и Умершему ради тебя!

Вспомни все, начиная с безлетного рож­дения Сына Божия. Размышляй только верой одной, как Он неисследованно, неизреченно и непостижимо прежде веков родился от Отца и как Слово Божие, родившееся прежде веков от Отца, неоцененное сокровище сердца От­чего, из чрева прежде денницы рожденный Отцом, — как Это Слово Божие, превозлюбленный Сын Бога Отца, благоволением Отца и содействием Пресвятого Духа соизволил, ради нашего спасения, воспринять человече­ское естество и в нем устроить наше спасение.

Вспомни, как Он родился от Пренепорочной Девы Марии во времени и воспринял че­ловечество от Ее пречистой крови, как создал словесную душу этому человечеству, так что явился совершенным Человеком, и как в том человечестве Он пришел в совершенный воз­раст. Когда же пришло превожделенное время нашего искупления, тогда Христос, Спаси­тель и Бог наш, на Тайной Вечери ученикам Своим и апостолам, а через них и нам всем преподал дивную и страшную Тайну, ибо, приняв в Свои пресвятейшие и Божествен­ные руки хлеб и благословив, преломил и дал ученикам Своим апостолам, говоря: «Приииди­те, ядите: сие есть Тело Мое» (Мф. 26, 26).

Благодаря за это благодеяние, каждый должен произнести молитву Господню «Отче наш» с таким окончанием: «Яко Твое есть царство и сила, и слава со Безначальным Тво­им Отцем и с Пресвятым и Благим, и Живо­творящим Твоим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь» (поклон).

На той же Своей Тайной Вечери Христос, Сын Божий, приняв в Свои пребожественные и пресвятые руки Чашу, воздав хвалу, подал ученикам Своим, говоря: «Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих из­ливаемая во оставление грехов» (Мф. 26, 27—28). Благодари за это благодеяние, ибо Христос, Спаситель наш, сподобил нас таковых прест­рашных Тайн не по какой-либо нашей заслуге, но по Своей крайней и неизреченной милости и любви к роду человеческому. Он благоволил нашему истлевшему естеству, падшее возобно­вил на лучшее, воссоздал, примирил с Собой и сделал нас единокровными и единотелесными. Благодаря за это, произноси молитву «Отче наш» (поклон).

Окончив же Тайную Вечерю, Христос, Сын Божий, по глубочайшему Своему смире­нию и неизреченной любви, встав, положив ризы Свои и взяв полотенце, препоясался. Потом, влив воду в умывальницу, начал умы­вать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан (см. Ин. 13, 4—5). Дивясь такому Его преглубокому смирению и странному действию, каждый пусть постара­ется прочитать с сердечным умилением мо­литву «Отче наш» (поклон).

Потом Христос, Сын Божий, пошел с уче­никами Своими по обычаю на гору Елеонскую и, преклонив там Свои колена, молился Богу Отцу, говоря: «Отче! О если бы Ты благово­лил пронести чашу сию мимо Меня! Впрочем, не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк. 22, 39—44). С великим подвигом, прилежно и троекратно молился Он об этом, и пот Его имел вид ка­пель крови, падающих на землю. Воспоминая такую Его прилежную молитву, постараемся и мы с особым старанием молиться к Нему и говорить: «Отче наш» (поклон).

С тем же богомыслием здесь следует вспом­нить и то, как пришел предатель Иуда и сделал знак, который он дал воинам, посланным с ним: «Кого я поцелую, Тот и есть» (Лк. 22, 47). Спаситель наш и Искупитель, видя Своего главного врага и предателя, подошедшего лоб­зать Его лицемерно, сказал: «Иуда! Целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лк. 22, 48). Тогда воины, связав Его, повлекли, как зло­дея, и привели сначала к Анне, ибо он был те­стем Каиафе, и здесь Он был допрошен об учении и учениках. Иисус отвечал так: «Я гово­рил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в хра­ме, где всегда иудеи сходятся, и тайно не гово­рил ничего. Что спрашиваешь Меня? Спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил. Когда Он сказал это, один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: «Так отвечаешь Ты первосвя­щеннику?» (Ин. 18, 13, 18—22).

От такого сильного и бесчеловечного уда­ра упал наш Христос, не имея возможности устоять. Упал! О чудо! Упал Создатель наш! Упал, Надежда наша, от столь сильного удара, терпя за нас такую лютую боль по бесконеч­ной любви Своей к нам. Много Крови из Его пресвятых уст, из носа и из ушей истекло от такого бесчеловечного и жестокого удара, и был слышен тот удар во всем архиерейском доме. Но ударившему Его Он произнес крот­ко такие слова: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня ?» (Ин. 18, 23). Он этим сказал как бы следую­щее: за что ты, человек, так люто уязвляешь Меня, Создателя твоего, здравие Мне по­вреждаешь, жизнь отнимаешь, смерть ста­вишь пред очами, во гроб вселяешь Меня? После такого сильного удара невозможно бы­ло бы более жить, если бы человечество не было укреплено Божеством.

О всем таком размышляя, ты, боголюбивая и христолюбивая душа, должна с горьки­ми слезами и с умилением сердца возносить к Нему молитву «Отче наш» (поклон).

Богомыслие святое! Иди еще за Иисусом, и ты увидишь, как Он был привязан к столпу, как был избит и окровавлен, как весь был изранен, наг и поруган, как из Его пресвятого израненного Тела текла Кровь, подобно реке. Иисус же молчал. Он все это с великим позо­ром и болезнью ради тебя терпел, о человек!

Пророк Исайя, издалека видя Его, так страждущего, говорит: «И мы видели Его, и не было в Нем ни вида, ни красоты» (Ис. 53, 2), а некто из учителей, толкуя эти слова, сказал: «Вот Человек!» (ср. Ин. 19, 5). Подобно тому и Пилат говорил: «Смотри, строптивый иу­дейский народ, на своего Царя, не имеющего даже вида человеческого, всего истерзанного, окровавленного, всего в ранах; смотри: от ног до головы нет в Нем целости, одумайся и пре­крати неистовство свое. Не отпустить ли Его вам, уже довольно измученного?» Но они кри­чали: «Если отпустишь Его, ты не друг кесарю. Возьми, возьми, распни Его!» (Ин. 19, 12, 15). Размышляя об этом, поклонись, боголюбивый человек, до земли, говоря столь люто страждущему ради тебя Сыну Божию сию мо­литву: «Отче наш» (поклон).

Богомыслие святое! Смотри теперь не­много дальше от столпа. Мысленными очами смотри на твоего Создателя Христа, Спасите­ля и Бога, как Он, нагой, терпя вышесказан­ные лютые мучения, трясется как от ужасных страданий, так и от стужи (ибо тогда была зи­ма), возлагая на Себя Свою одежду. Помысли: какой великой срамоты и бесчестия был ис­полнен неповинно страдающий Спаситель, Сын Божий, как пред всеми был обнажен и уязвлен!?

О небо! О земля! О бесчувственное творе­ние! Смотри и внимай, как чувственные и ра­зумные твари причиняют столь великую и нестерпимую обиду Создателю своему! Не медли более, возьмись за свое оружие!

Небо, убей их молнией и громом! Море, залей их страшным потопом! Солнце, луна и звезды и прочее огненное естество, произведи свое действие, сожги в пепел неблагодарных и исполненных злобы к Благодетелю своему! А ты, земля, разверзи свои недра, низведи в преисподнюю тела и души не только тех, ко­торые убивают, но и тех, которые неблагодар­ны за это страдание. А ты, огненное естество, жги адским огнем бесконечно, ни на один час не давай отрады, но всегда умножай и распро­страняй лютые муки!

И все это совершилось бы, если бы Бог, страждущий плотью, не удержал этого всемо­гущей силой Своей, терпя жестокие страда­ния по любви к роду человеческому, ибо Он всем желает спасения, а не погибели. Итак, если кто христолюбец, тот пусть, размышляя об этом, говорит Ему молитву «Отче наш» (поклон).

Святое богомыслие и боголюбивая душа! Молю тебя, не отступай к мирской суете, не приносящей тебе пользы, но, размышляя обо всех тех страданиях, остановись и хоть немного вникни в них. Посмотри мысленными очами на лицо Христа твоего, и ты увидишь, что злобствующим людям недостаточно было ви­деть Его всего израненного, но, кроме того, еще и лица Его, уже всего заплеванного, кос­нулись и, закрывая его, били.

Некоторые церковные учители, размыш­ляя о том, почему закрывали Его пресвятое лицо, рассуждают так: «Поскольку лицо Хри­ста, Спасителя нашего и Бога, было исполне­но неизреченной красоты, согласно словам Псалмопевца: «Ты прекраснее сынов человечес­ких» (Пс. 44, 3), и было исполнено умиления, то потому не просто били, но закрывали его, пока и само лицо не сделали безобразным, ибо от жестоких ударов оно все посинело и окровавилось».

Приди и стань здесь, все чувственное со­здание, и смотри на Царя твоего: можешь ли узнать, Кто это? Весь жестоко изранен, весь в крови, не имеет даже «вида и красоты» (Ис. 53, 2), а ведь все это Он терпит за твое невоздер­жание, ибо грехи твои так сильно изранили Царя славы. Поэтому перестань отныне до­саждать Ему, примирись чрез Святое Покая­ние и не уязвляй более превозлюбленного твоего Искупителя, ибо все выстрадал Он за грехи твои, согласно написанному о Нем в пророчестве: «Он взял на Себя грехи наши и по­нес наши болезни; а мы думали, что Он был по­ражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши» (Ис. 53, 4—5). Раз­мышляя об этом, произноси молитву «Отче наш» (поклон).

И еще не отступай от богомыслия, христо­любивая душа! Слушай Христа Спасителя, го­ворящего через пророка: «Все проходящие по, пути! Взгляните и посмотрите, есть ли болезнь такая, какая постигла Меня?» (Плач. 1, 12).

Такого мучения еще недостаточно было для злобных иудеев. Хотя и все Тело Его было как бы одна рана, однако еще и главу Его свя­тую венцом, сделанным не из камня драго­ценного, но терновым увенчала злобствующая мачеха, еврейское сонмище, и терновыми ко­лючими иглами так изранили, искололи Его пресвятую главу, что шипы проходили до са­мого мозга, причиняя неописуемые страда­ния незлобивому Агнцу Христу, Спасителю и Искупителю нашему. Размышляя обо всем этом умом твоим, боголюбивая душа, ужас­нись и, с трепетом пав на землю, со слезами твори молитву «Отче наш» (поклон).

Богомыслие святое! Пойдем еще за Хрис­том по пути Его, ибо, взяв Иисуса, повели Его злые мучители, пошел Он, неся Крест, на ко­тором должен быть распятым. Крест же тот был очень тяжел, ибо, как говорят некоторые церковные учители, он был в длину пятьдесят стоп, то есть пятьдесят шагов. И такую то тя­жесть нес на плечах Своих Сын Божий, уже и без того крайне измученный.

Помысли, каковы должны были быть Его страдания, когда причиненные Ему раны снова терзались, стираемые такой тяжестью крестного древа. Но и еще к тому присоеди­няли удары и толчки, и, наконец, так измучи­ли, что Он падал на пути, не будучи более в силах нести Крест. Тогда заставили Симона Киринейского нести Крест Его до Голгофы, к которой направлялись.

Ты же, душа правоверная, идущая вслед за своим Учителем, присоединись к идущей за Иисусом с прочими женами плачущей и рыда­ющей Матери Его, Преблагословенной Деве Марии. Ты так же плачь и рыдай. Расторгни твое затверделое и окаменелое сердце, чтобы и тебя утешил идущий на вольную страсть Сын Божий, чтобы и тебе сказал, как и тем, которые следовали за Ним: «Дщери иерусалим­ские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших» (Лк. 23, 28).

О превожделенное наше утешение, Хрис­тос Спаситель наш! Сподоби нас радостно Тебя узреть, когда придешь со славою Твоею судить живых и мертвых. Тогда и нас, вспо­минающих Твои святые страдания, прими в царство Твое и сподобь нас радостно наслаж­даться в нескончаемые веки лицезрением Те­бя. Так говоря или помышляя, произнеси мо­литву «Отче наш» (поклон).

Еще, богомыслие святое, вспомни и то, как Ему, Спасителю нашему, с крайней жес­токостью пригвождали ко Кресту пречистые Его руки и ноги железными, острыми и длин­ными гвоздями, какие страдания терпел тогда и сколько источилось Крови. Думаю, что тог­да до последней капли Он источил ее за нас. Так вот вознесли Его на Крест… Тогда воз­можно было пересчитать все кости Его, как и пророк Давид говорит от Его лица: «Пересчи­тали все кости Мои» (Пс. 21, 18).

Некоторые церковные учители усматрива­ют три тягчайшие болезни Христовы. Первая — когда растянули Его на Кресте столь люто, что все члены Его расступились и их можно было пересчитать. Вторая — в том, что при та­ких ужаснейших страданиях Он видел мно­гих неблагодарных за такое Его благодеяние и неверующих. От этого Он жестоко мучился сердцем Своим и молился Богу, Отцу Своему, как сказал апостол: «Он, во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти; и услышан был за Свое благоговение» (Евр. 5, 7).

Третья болезнь была в том, что Спаситель наш крайне сокрушался сердцем Своим, ког­да видел стоящую при Кресте Мать Свою, по­раженную в сердце, как оружием, ужасным горем и печалью, согласно сказанному Ей Симеоном: «И Тебе Самой оружие пройдет ду­шу» (Лк. 2, 35). Спаситель наш, видя Ее как бы мертвую от печали, плачущую, страдающую и со слезами к Нему вопиющую: «О, Сын Мой, как терпишь Ты смерть лютую и позорную?! Не могу терпеть, видя Тебя так страждущим!». Слыша это и видя Ее, люто страждущую Ма­теринским сердцем и снедаемую печалью, Он крайне болел Своим сердцем. Некоторые учители об этом так рассуждают, что если бы собрать воедино страдания всех мучеников, страдавших за Христа, сколько бы их ни бы­ло, соединить их и сравнить их со страданием Пречистой Девы Марии, то оказалось бы, что Она страдала больше всех и, если не телом, то душой ужасно мучилась и болела о неповин­но страждущем Сыне Своем и Боге. Читая об этом или размышляя, говори Богородице: «Богородице Дево, радуйся» (поклон).

3. Семь слов Спасителя на Кресте

Святое богомыслие! Не хочешь ли и еще побыть при распятом на Кресте Спасителе нашем и слышать последние Его сладчайшие слова, которые изрек Он на Кресте и которых по счету семь?

Первое. Молясь о распинающих, Он так сказал Отцу Своему: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23, 34). Вспоминая это, боголюбивый человек, и ты прощай сво­им врагам согрешения, молясь, чтобы про­щены были их согрешения. Также и сам с умилением и слезами проси прощения у Бо­га, говоря: согрешил, прости мне!

Второе. Когда проходящие мимо хулили Его, качая своими головами, и говорили: «Э! Разрушающий храм и в три дня созидающий! Ес­ли Ты Сын Божий, спаси Себя Самого и сойди со Креста» (Мф. 27, 40; Мк. 15, 29), тогда и раз­бойники, распятые с Ним, поносили Его. Ии­сус, слышав, как неблагодарный народ и вра­ги Его даже на Кресте оскорбляли Его своей неблагодарностью и поносили Его, возопил громко, говоря: «Боже Мой, Боже Мой! Для че­го Ты Меня оставил!» (Мф. 27, 46). Вспоминая эти слова Христовы, и ты воскликни к Нему в великом умилении сердца, воскликни к Богу, говоря: «Боже Сыне, Слово Божие, Христе Спаситель мой, страждущий ради меня на Кресте плотью, услышь меня, вопиющего Те­бе: Боже Мой, зачем Ты оставил меня? Поды­ми падшего! Оживи умерщвленного множест­вом грехов, чтобы не погиб я во грехах! Прими мое покаяние и человеколюбно помилуй!»

Третье. Один из повешенных с Ним злоде­ев хулил Его, говоря: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас» (Лк. 23, 39). Другой же останавли­вал его, говоря: «Или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? И мы осуждены спра­ведливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал». И сказал он Иисусу: «Помяни меня, Господи, когда приидешь во царствие Твое! И сказал ему Иисус: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23, 43).

Размышляя об этом милостивом слове Христовом кающемуся разбойнику, присту­пим и мы к Нему с усердным покаянием, ис­поведуя грехи свои подобно тому, как и благо­разумный разбойник не скрыл своих грехов, но исповедал, что по заслугам и за грехи он страдает. Кроме того, он исповедал еще и то, что Сын Божий был неповинен, и веровал, что Он не просто человек, но Господь. К Не­му и вопль свой он направил, потому что ве­рил в Него, как в Царя и Господа Бога Истин­ного. Поэтому и казнь, учиненная над ним, была вменена ему в наказание за его грехи, и отошел он, по словам Господа, в Его царство. Итак, возопием к Нему с покаянием и мы, по­добно разбойнику: «Помяни меня, Господи, когда приидешъ во Царствие Твое!»(Як. 23, 42)

Четвертое. Иисус, видя стоящих при Крес­те Мать Свою и ученика, которого Он любил, «говорит Матери Своей: «Жено! Это сын Твой». Потом говорит ученику: «Это Матерь твоя!» (Ин. 19, 27). Здесь приведу слово святого Ио­анна Златоуста о распятии Господнем, на плач Пресвятой Богородицы. «Почему нестерпимо страдала Мать, родившая Пречистого? По ка­кой причине?! Потому, что Она Мать! Какое жало не язвило душу Ее?! Какие стрелы не пронзили сердце Ее? Какие копья не истерза­ли все существо Ее! Потому и удержаться не могла Она с подругами, предстоящими с Ней около Креста, соболезнующими и плачущими с Ней о несчастии, не могла Она стоять даже и недалеко. Не имея сил стерпеть сердечного содрогания и желая слышать последние слова возлюбленного Сына Своего, припала к Нему и, стоя при Кресте и рыдая, со стоном воскли­цала: «Что значит этот ужас, нестерпимый для очей Моих, Владыка Мой? Что сие чудо, за­тмевающее свет солнечный, о Сын Мой? Что сие недоуменное таинство, сладкий Иисусе? Не могу видеть нагим Тебя, одевающегося светом, как ризами! А ныне что вижу Я? О Твоей одежде воины жребий метают, о той одежде, которую соткала Я Своими руками. Терзается душа Моя, видя Тебя висящим по­среди всей вселенной на высоком древе между двумя злодеями. Одного Ты в рай вводишь, яв­ляя образ языческого обращения, а долготерпишь другого хулящего, являющего образ ожесточения иудейского. О зависть! Ты всех праведных, живших от века, обошла и косну­лась Моего Сладчайшего Чада. О премирные и бесплотные Силы! Сойдитесь со Мной и ры­дайте. О. солнце! Сострадай Чаду Моему; пре­творись во мрак, ибо уже скоро под землю сойдет свет очей Моих. О луна! Сокрой лучи свои, ибо уже во гроб входит заря души Моей. Куда скрылась красота Твоя, «прекраснейший из всех сынов человеческих» (см. Пс. 44, 3)? Как по­меркла светлость очей Твоих, око, иссушаю­щее бездны?» Сказав это, Богородица изне­могла и, стоя пред Крестом, закрывая руками Свое лицо, в отчаянии недоумевала. Иисус же, склонив главу Свою к правой стороне и тихо отвернув уста, произнес: «Жено! Это сын Твой», показывая на Своего ученика Иоанна Бого­слова. Размышляя обо всем этом, правоверная душа, со слезами молись Богу, говоря: «Госпо­ди, помилуй».

Пятое. После этого Иисус, зная, что все уже свершилось, сказал, да сбудется Писание: Жажду (Ин. 19, 28). Сосуд же, полный уксуса, стоял вблизи. Воины, наполнив губку уксу­сом, надели ее на трость и пододвинули к Его устам. Вспоминая это, с умилением сердца воскликнем к Нему: «Распятый ради нас, Христос Спаситель наш, сладость наша, на­пои нас от обилия дома Твоего питием сладо­сти, и когда придешь судить со славою, да на­сытимся, как явится слава Твоя. Здесь же не презри нас, алчущих и жаждущих, но сподобь нас быть достойными причастниками Пречи­стых Тайн Тела и Крови, которую Ты за нас пролил, сделай нас достойными и не осуж­денными во веки веков».

Шестое. Когда Иисус принял уксус, Он сказал: «Совершилось!» (Ин. 19, 30). Вспоминая это слово, говори так: «Христос, Спаситель и Искупитель наш! Сделай нас совершенными пред Тобой, чтобы, ходя путем заповедей Твоих, мы были совершенными в добрых де­лах и услышали бы сей превожделенный при­зыв: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от со­здания мира» (Мф. 25, 34).

Седьмое. Громко воскликнув, Иисус ска­зал: «Отче! В руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23, 46). Сказав же это, Он, преклонив голову, ис­пустил дух. Здесь, святое богомыслие, размы­шляй так. Кто предал дух? Сын Божий, Созда­тель наш и Искупитель наш. Поэтому с вели­ким желанием сердца вещай к Нему: «Когда придет страшный час разлучения души моей от тела, тогда, Искупитель мой, прими ее в руки Твои и сохрани ее свободной от всяких бедствий, да не узрит душа моя мрачного взо­ра лукавых демонов, но да спасенной пройдет все мытарства сии. О, Спаситель наш! Мы твердо надеемся получить это от Твоего чело­веколюбия и милосердия».

Покольку тогда была пятница, то чтобы не остались на кресте тела в субботу, «ибо та суб­бота была день великий» (Ин. 19, 31), иудеи мо­лили Пилата, чтобы перебили повешенным голени и убрали их. Воины же, придя, перво­му перебили голени, а потом и другому, рас­пятому со Христом. Иисусу же не перебили голеней, ибо увидели, то Он уже умер, но один из воинов пронзил Ему копьем ребро, и тотчас истекла Кровь и вода: Кровь на освя­щение наше, вода же на омовение. Тогда вся тварь поразилась страхом, видя мертвым и висящим на древе Жизнь всяческих. Тогда Иосиф Аримафейский пришел просить Тело Иисусово и, сняв его с древа, положил во Гро­бе новом. «Воскресни, Господи Боже наш, и избави нас имене Твоего ради» (Пс. 48, 27). Аминь.

4. Благодарственное воспоминание страданий Христовых и молитвенное размышление, наиболее полезное из всех молитв, совершать которое должно во все пятницы

Начало так: «Благословен Бог наш», а ес­ли инок или мирянин, то: «Молитвами свя­тых отец наших»; потом «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе», «Царю Небесный», «Трисвятое». После «Отче наш» «Господи, поми­луй» 12 раз. «Слава, и ныне», «Приидите по­клонимся» трижды. «Помилуй мя, Боже», «Верую во единого Бога Отца».

После этого говори следующие стихи:

О, сколь сладки и сколь красны шествия Твоя, Сыне Божий, сшедый с небес! Иский бо заблудшее овча, человека согрешивша, мно­гие бесчисленные труды, многие сотворил еси путешествия, по сих же пришел еси на страсть и смерть вольную, о нихже, Содетелю и Искупителю мой, благодарение Ти от всего сердца моего возсылаю!

(После каждого стиха твори поклон).

За перваго Адама, согрешившаго в рай­ском вертограде, ятый и сильно связанный в Гефсиманском вертограде, второй Адаме, Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Те­бе, слава Тебе! Свяжи мя любовию Твоею толь крепко, дабы паче избрал умрети, нежели когда коим грехом озлобити Твое незлобие и человеколюбие, молютися.

От вертограда веден чрез поток Кедрский, в пути же том поткнувыйся, и на землю падый, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Припадаю Ти ко пре­чистым стопам Твоим, от всякаго падения ду­шу мою соблюди, молюся Ти.

От Анны до окаяннаго Каиафы архиерея веден, идеже по пречистым ланитам Твоим, яже суть красны, яко вертоград благовонных аромат, претерпел еси биения. Слава Тебе, слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, слава Тебе!

Такожде пред Каиафою рукой железною, вооруженною, от неблагодарного Малха, ему же в вертограде усеченное от Петра ухо исце­лил еси, столь тяжко в ланиту ударенный, Гос­поди, яко избразишася вся персты проклятыя руки оныя на пресвятом лице Твоем, подвигошася же зубы Твои, белы паче млека; ударение Твое во всем дворе архиерейском слышано бысть. Ты же абие на землю пад, из уст Своих пречистых, такожде и из носа много Крови Божественныя источил еси, Источниче жизни нашея. Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, вопию Ти: слава Тебе, слава Тебе!

Пред темже Каиафою, ложным и лжелюбным архиереем, ложная на Тя свидетельства слышавый, обаче, яко агнец, безгласен, уст Своих не отверзый, но молча вся претерпевый, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Даруй мне молчание и терпение противных с усердием, от коголибо возстающих на мя, да не обретается лесть и ложь во устах моих, молюся Ти.

В поругание Лице Свое пресвятое покровенно имый, и по Лицу ударен, таже «кто есть ударей Тя?» вопрошен был еси, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе! Покрый прощением грехи моя, да не покрыет студ вечный лица моего, егда предстану Лицу Твоему, Егоже мя зрети и насыщатися сподоби, молюся Ти.

От несмысленного соборища иудейскаго и Каиафы, аки хульник и законопреступник ска­занный, повинен быти смерти, глубоко в нощь от иудеев поруган и уничижен, многажды во дворе архиерейском ударен, также и в темни­цу до утрия ввержен, Господи Иисусе Христе, слава Тебе, слава Тебе, Свете незаходимый! По отшествии моем от жития сего душу мою от темницы геенския свободи, молюся Ти.

Утру бы вшу связан от иудей и приведен к Понтийскому Пилату игемону, иже ни единыя в Тебе вины обрете, спасению нашему виновне, Господи Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, слава Тебе! Тако мя во всей жизни сей сохрани, да в час смерти моея ни единые ви­ны обрящет во мне враг и супостат души мо­ея, молюся Ти.

От Пилата веден ко городу Ироду, иже аще Тя от многаго времене видети желаше, обаче юродив и нерадив сый, Тебе, предвечную и несозданную Мудрость, несмысленна вме­няя, уничижи и поругався облече Тя в ризу светлу; слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, слава Тебе! От поругания невиди­мых враг соблюди и в ризу нетления по смер­ти моей облещи мя, молюся Ти!

Ирод посрамленна возврати Тя паки к ма­лодушному Пилату, к нему же веден сый, мно­гая ударения и озлобления мене ради в том пу­ти пострадавый; слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, слава Тебе! Пути моя направи ко свету заповедей Твоих, молюся Ти.

От Пилата изведен сый и к столпу приве­ден, идеже Сам ризы Своя с Себе снем, столп же объем самохотне, неповинный руками и чистый сердцем, руце Свои пресвятыя к стол­пу в привязание приложил еси, хотя челове­ческое естество разрешити и свободити от рук вражиих! Руками же свирепых воинов зело сильно связан и к столпу привязан, терновы­ми розгами остистыми, остроузловатыми бичьми и уздами железными гаковатыми толь немилостивно бием, у столпа стоя, по пресвятом Теле Своем приял еси ударения, и паки по техже язвах люте бием, раны претер­пел еси, яко Божественное Тело Твое от кос­тей отбиено висяше, аки черныя пухвы; Кровь же животворящая преизобильно истекаше. Ты же от столпа разрешен и зело от болезни разслаблен, пал еси на землю и, на земли в Крови Своей лежа, от толиких ран и болезней умрети по естеству принужден был еси; но Божество бесстрастно пребысть, бытие всей твари даруя. Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, слава Тебе! Тех ради бесценных и всецелебных язв Твоих вся грехи моя прости и от уязвления вражия даже до окончания моего сохрани мя, молюся Ти.

По толиких язвах и мучительствах Кровию Своею токмо, весь наг сый, одеян. Наг же сый, яко от рождения, от всех поругаем с велиим студом, пред всеми ризы Своя, особь далече от Себе поверженныя, едва жив соби­рая, и трясыйся от болезни и мраза, зима бо бяше, солнце и огнь в согреяние земнород­ным создавый, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Сердце мое студное на добродетель согрей теплотою Пресвятаго Твоего сошедшаго во огни Духа, мо­люся Ти.

О столп каменный смертоносне, о землю же к смерти ударен, слава Тебе, Господи Иису­се Христе, Сыне Божий, слава Тебе! Столп кре­пости от лица вражия буди ми, молюся Ти.

Ногами ударен, за власы главные и за бра­ду торган (рван) и влачим, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Зубы геенскаго змия да не ята будет душа моя, в кро­ве Твоем сохрани мя, молюся Ти.

Скверныма рукама богоубийственнаго рода жидовскаго, оружием и дрекольями даже до преткновения ударен в ноги и голени. За власы от земли был еси поднесен превозноси­мый неба и земли Царю, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, вопию Ти, слава Тебе, слава Тебе! Возвыси и вознеси ум мой, да все­гда небесная помышляю и творю благоутробием Твоего человеколюбия, егоже ради страждеши.

От терноваго венца тысящу избодений претерпевый, тогда же капли Божественныя и бесценныя Крове из главы Твоея источивый; венец терновый возлагаем и низлагаем бяше на пречистую главу Твою, Главо Церкве пре­красная! Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе!

По терновом венце во главу тростиями и палицами от всея крепости ударенный, и тем Твою честную главу и пресвятую глубочайше пронзоша терновыми остии, от них же остия в мозгу Твоем унзоша. Аз же унзен острым душеборных страстей тернием, тем вопию Ти: слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, слава Тебе!

На ругание от иудей, аки цареви данную трость приемый в десницу Твою, одесную Бо­га и Отца седяй, Господи Иисусе Христе, Сы­не Божий, слава Тебе, слава Тебе! Тростию той заглади рукописание неизчетных согрешений моих, да стану одесную во славе Твоей и про­славлю Тя вовеки.

Пястьми по Божественном Теле во уста и между очи, Его же очи яко пламень огнен­ный, ударенный, Господи, по пресвятой же выи Твоей ударен, выю мою преклони, мо­люся Ти: укрепи мя в поклонение Тебе, нас ради преклоншему небеса и сошедшему. Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе; славы Твоея небесныя не отрини мене.

Во главу и перси ударение приемый, приими мое и главы приклонение, и усердное в перси биение, якоже иногда мытарство приял еси; укрепи же мя от Твоея пресвятыя десни­цы, да ударение и всяку печаль, и тяготу вре­менную благодарно понесу; вся бо Ты, елика хощеши, на пользу строиши. Слава Тебе, Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Те­бе; славы Твоея Божественныя удостой мя, молюся Ти.

За нос с поруганием и зельным мучением и за уши терзан и люте узявлен, от ногу до гла­вы несть целости, ниже образа доброты имый, терновый венец нося, в багряницу поругания одеян, второе к Пилату приведен, иже видев Тя в неисцельных язвах и болезнех, удивися столь безчеловечному иудейскому суровству и рече о Тебе: сей Человек столь немилостиво избиен, достоин есть прочее милосердия от иудей; они же «распни» (Лк. 23, 21) вопияху нань. Вопию Ти и аз, Слове Божий: слава Те­бе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе! Терние грехов потреби от земли сердца моего окаяннаго, да плод принесу Ти благодарения.

Воду из камене и ветры от сокровищ Сво­их изводяй, приведен был еси к неразсудному Пилату, иже седе на судищи и Тебе, на Херувимех седящаго и судящаго живым и мерт­вым, осуди на смерть неповиннаго. Слава Те­бе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, Боже мой; даждь ми всегда память имети смертную и готову быти на Суд Твой праведный и Страшный, на немже не осуди мя по делом моим, но спаси мя по милости Твоей, молюся Ти.

Егда Пилат возгласи на Тя смертное из­речение, неизреченныя жизни Подателю, тогда иудеи, немилосердием связанные, связаше руце Твои и на выю Твою пресвятую возложиша Крест, и аки злодея между двема разбойники ведоша на смерть; со беззакон­ными вмененный, неизменный Господи Ии­сусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе; от зло­действа невидимого татя, подкапывающа различными искушении храмину души моея, во дни и в нощи сохрани мя яко зеницу ока, да не окраден буду сокровища вечных благ, яже уготовал еси любящим Тя, молюся Ти.

Еще же, милости бездно, немилостивый род еврейский возложи на Тя Крест зело тяж­кий, егоже на Себе Самом несый, пал на зем­лю, тогда же и ударения смертоносная приял еси, благоприятне Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Тех ради Твоих чудес Крестом падения вражия сохрани мя, молюся Ти.

Приведен был еси на Голгофскую гору горних Сил и Властей Владыка, Сам риз Сво­их извлекаем волею, болезнь претерпел еси; егда бо хитон Твой снята, тогда вся язвы рас­терзал и раздирая, болезнь Твою обновляша, обновивый естество человеческое, молюся Ти: ветхие струпы души моея беззаконных страстей, прилепшие ей, отъемши, приими мя, вопиюща: неизреченный во страдании Твоем, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе, долготерпеливе Владыко!

Плюновением Своим иногда давый свет видети слепорожденному, по пресветлом лице Твоем от иудей прежде распятия мерзким плюновением обезчестен, честнейший всех ангельских чинов, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе; укрепи мя во омерзение всегдашнее, и во оплевание всех вражиих сетей, искушений же и вожделе­ний плотских, молюся Ти!

Егда Тя людие лютии иудейстии на Голго­фу приведоша, Крест на землю положиша, да­бы на нем распяли Тя, «простирающаго небо яко кожу» (Пс. 103, 2), абие Сам непреложне положитися на Кресте восхотел еси; но зверообразнии мучители единодушно устремившеся на Тя, повергоша Тя на Крест, и столь немилостивно ко Кресту руце и нозе Твои пресвятии святым гвоздием пригвоздиша, яко вся жилы и составы Твои терзахуся. И тогда сбыстся реченное о Тебе пророком Давидом: «Пересчита­ли все кости мои» (Пс. 21, 18); болезнь же оная лютейшая, и тягчайшая Тебе бяше паче всех страданий Твоих, еюже души моея всю бо­лезнь исцели, молюся Ти и вопию: слава Те­бе, слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий. Преславных ради, пречистых и живо­творящих страданий Твоих спаси мя, многомилостиве и человеколюбче Владыко!

Прокаженныя очищаяй, Пречисте, краснейший паче всех сынов человеческих добро­тою (см. Пс. 44, 3), Сам аки прокажен был еси от мерзкаго осквернения плевотинами, яже на Кресте протяжен, лежа на земли, по раз­личных Тела Божественнаго частех приял еси. Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Бо­же мой, слава Тебе! Душу мою прокаженную от несказанных скверн греховных очисти и спаси мя, молюся Ти.

Воздыхания сердечная прежде Крестной смерти испустивый, слезныя капли при жи­вотворящих Твоих Страстех и кровныя капли излиявый, излей на мя милосердие Твое и да­руй ми сердечные о гресех моих воздыхания; подаждь грехом очистительныя слезы, паче слезами и Кровию Твоею пречистою очисти и омый душу мою, да пою: слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, вся сия мене ради претерпевый, слава Тебе!

На Кресте весь наг воздвижен, точию пречистыя чресла Своя имый покровенна покрывалом, между двема разбойникома обешенный, желчи и оцта вкусивый, Пресладкий мой Иисусе, слава Тебе, слава Тебе! От горести греха и пакостей вражиих сохрани мя, молюся Ти.

Души и тела моего Творче, всею душею и чувствиями на всем Теле мене ради пострадавый: осязанием — всея Плоти биения и уязв­ления; вкушением — оцта с желчию напоения; обонянием — во узилищи от трупов на Голгофской горе смрада тяготу; слышанием — лжесвидетельства, поругания и хуления; ви­дением — горьких слез излитие и болезнен­ное воззрение ко Пречистой Матери Своей, под Крестом стоящей и л юте сердце Свое терзающей. Слава Тебе, Господи Иисусе Хри­сте, Боже мой, слава Тебе! Вся, елика душев­ными и телесными чувствы согреших, прости ми, окаянному, честнаго ради страдания Тво­его спасительнаго.

Бессмертия Источниче, умерый в час де­вятый, по смерти моей даждь ми тамо жити, идеже хвалят Тя и поют девять чинов ангель­ских, молюся Ти ныне; силою путешествий всех, деяний и трудов Твоих, яже на земли жив мало вышше над три лета и тридесять, безлетне, Едине от Троицы, Господи Иисусе Христе, нас ради подъял еси, приими от мене недостойнаго и сквернаго, яко жертву непо­рочную, Твоих пречистых страданий триде­сять и трикратное воспоминание, помянув Твою на Крестном Алтаре и всем мире прине­сенную Жертву; приими Всесвятыя Девы Матере Твоея и возлюбленнаго друга и ученика Твоего Иоанна Богослова, и святыя равноапостольныя Марии Магдалины, и прочих Кресту Твоему предстоящих приносимыя о нас Тебе молитвы. Ты бо еси Истина, и поис­тине всем спастися хощеши, и Тебе от всех подобает слава, честь, хвала и поклонение ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Повествователи, историки, свидетели и учители, писатели церковные о страданиях Господних следующие: св. Афанасий Великий, св. Евсевий Самосатский, св. Иоанн Златоустый, св. Киприан, св. Епифаний Кипрский, св. Амвросий Медиоланский, св. Феодорит, св. Иероним, св. Иоанн Дамаскин, св. Леон­тий, Папа Римский; св. Иоанн Лествичник; св. Исидор Пелусиот и прочие святые.

Составлено это молитвенное размышление о страданиях Господних старанием и трудами преосвященного Димитрия, митрополита Ростовского и Ярославского, в лето от воплощения Бога Слова 1702.

5. Целование членов, или ран, Господа нашего Иисуса Христа во всякий день

Радуйся, ужасная всем державам пресвя­тая главо Господа нашего Иисуса Христа, нас ради тернием увенчанная и тростью избитая.
Радуйся, прекраснейшее лице Господа на­шего Иисуса Христа, нас ради оплеванное и биенное.
Радуйтеся, премилостивейшие очи Спа­сителя нашего Иисуса Христа, нас ради слеза­ми облиянныя.
Радуйтеся, уста и гортани Господа нашего Иисуса Христа, нас ради желчию и оцтом напоенныя.
Радуйтеся, пречестнейшие уши Господа на­шего Иисуса Христа, нас ради хуленьми и поношеньми исполненные.
Радуйтеся, смирением украшенная вые Иисуса Христа, Спасителя нашего, нас ради заушенная, и хребте, нас ради избитый и уязв­ленный.
Радуйтеся, пречистыя руце и рамена Гос­пода нашего Иисуса Христа, нас ради на Кре­сте распростертыя.
Радуйтеся, пречистыя перси Иисуса Хри­ста, Спасителя нашего, нас ради при Страстех скорби исполненныя.
Радуйся, бок пречистый Господа нашего Иисуса Христа, нас ради копием пространно воинским отверстый.
Радуйтеся, пречистыя колена Иисусовы, нас ради на молитве преклоненныя.
Радуйтеся, многотрудныя пречистые нозе Спасителя нашего, нас ради ко Кресту пригвожденныя.
Радуйся, все Тело Господа нашего Иисуса Христа, Спасителя нашего, нас ради на Кресте обешенное и уязвленное и посем погребенное.
Радуйся, предрагая Крове, яже от Тела Господа Иисуса, Спасителя нашего, есть излиянна.
Радуйся, пресвятая душе Господа нашего Иисуса Христа, нас ради на Кресте в руце Бо­гу и Отцу преданная.
Радуйся, всех Радосте. Аминь.
О Пречистый и Животворящий Кресте Господень! Силою на тебе распятаго Христа укрепи мя на вся видимыя и невидимыя вра­ги, плотскаго и душевнаго соблюдая мя иску­шения (поклоны).

6. Плач на погребение Христово

Куда Ты идешь несомый, Сладчайший Иисусе? Куда идешь от нас, Надежда и При­бежище наше? Куда скрываешься от очей на­ших, Свет наш, незаходимое Солнце? Как по­знаешь закат Свой?

Остановитесь, носящие Того, Кто весь мир носит на длани! Остановитесь, носящие Того, Кто понес бремя греховное всего рода человеческого! Носящие, остановитесь, видя на Кресте Того, Которым солнце и луна по­ставлены на своем месте.

Не возбраняйте нам, детям, приходить к Отцу, хотя бы уже и умершему. Не возбраняйте чадам плакать об общем Родителе всех, Кото­рый породил нас Своею Кровию! Дайте про­лить хоть немногие слезные капли над Тем, Кто источил потоки Крови Своей от всего Те­ла для нас и воду с Кровью из ребер Своих.

О, что я вижу? Страшное, ужасное виде­ние! О, что я вижу! Вижу то, чего не видели очи праотцев от начала веков. Кто ведь когда-нибудь видел Бога обнаженного, избитого, увенчанного тернием, напоенного оцтом с желчью, израненного гвоздями и копием и умершего? «Ужаснитесь о сем боящиеся неба, и да содрогнутся основания земли» (Иер. 2, 12).

Что я вижу? Вижу Бога бездыханного, Жизнодавца мертвого, Свет помраченный, Сладость огорченную, «Прекраснейшего всех сынов человеческих» (Пс.44, 3); вижу вид не ве­личественный: «Он был презрен и умален превы­ше всех сынов человеческих» (Ис.53, 3).

Вижу Пречистое, Преблагословенное Те­ло Христа моего, неизреченно рожденное от Пречистой, Преблагословенной Девы, Тело — все окровавленное, все израненное, рас­терзанное как вретище, не имеющее целости с ног до головы.

Изранена пречистая глава, та глава, кото­рая своею премудростью все устрояет, всем управляет и дивные удобства изобретает отча­янному человеческому спасению, эта глава до мозга ранена острыми терновыми шипами. Ныне видим Слово Божие, «попавшее в терние, и терние, взросши, подавило его» (Мф.13, 7). Ныне мы видим исполнение древних слов Бога к человеку, сказавшего: «Проклята земля за дела твои, терния и волчцы произрастит она тебе» (Быт. 3, 17—18). Вот окаянная земля воз­растила терние на главу моего Иисуса!

Потемнели очи, те очи, которые мило­сердно смотрели на всех, от светлого взгляда которых радовались любящие Его, утешались печальные и обращались в покаянии греш­ные: эти очи залиты слезами и Кровью и сме­жены мертвостью.

Потемнело лицо пречистое, пресветлое, боговидное, которое, осияваемое на Фаворе славой Божества, сияло как солнце. Это лицо ныне оплевано, бесчестится, ударяется силь­ной рукой и исполнено синевы: исчезла кра­сота Твоя, Прекрасный, Прелюбезный!

Уста пресладкие, из которых истекал поток небесной сладости, слова, сладчайшие меда и сотов, умолкли, огорченные оцтом и желчию. Умолк язык богоглаголивый, умолкла гортань Божественного гласа, положено молчание на слово Божие. Кто же утешит плачущих? Кто словом исцелит больных и воскресит мерт­вых? Кто скажет грешнице: «Прощаются грехи ее многие» (Лк. 7, 47)?

Изранены руки, от прикосновения кото­рых содрогалась смерть, которые были целеб­ным пластырем для всех недугов, в которых до изобилия умножились малые хлебы для насыщения тысяч народа. Эти руки, изранен­ные длинными железными гвоздями, посине­ли от связывания. Руки, создавшие человека, человеком же бесчеловечно измучены.

Изранены ноги, которые ходили по во­дам, как посуху, у которых известная всем грешница, умывши их слезами и отерши во­лосами главы своей, получила прощение многих грехов своих; те ноги, у которых если сподобится кто быть подножием, тот будет вы­ше всего мира. Эти ноги тоже были пронзены насквозь длинными железными гвоздями, так что ноги Его омочились в Крови.

Пронзены живоносные ребра Тому, Кто из ребра создал помощницу праотцу нашему Адаму. Ныне Он, Жених Небесный, создает Себе из ребра Своего возлюбленную Невесту, нам же любезную Матерь, Церковь Свою Святую, чтобы породить многих чад водою и Духом (см. Лк. 3, 16).

Господь наш назвал Себя Дверью, говоря: «Я — Дверь: кто войдет Мною, тот спасется» (Ин. 10, 9). И еще сказал: «Стучите, и отворят вам» (Мф. 7, 7). Но уже не нужно стучать в нее,ибо рука воинская толкнула ее и широко от­крыла: «Один из воинов копьем пронзил Ему ребра» (Ин. 19, 34). Вот открыта уже эта Дверь: всякий желающий пусть войдет в нее и «вый­дет, и пажить найдет» (Ин. 10, 9).

Пронзены ребра острым, железным, длинным копьем, которое, пройдя своей дли­ной внутренности, достигло самого сердца и ранило, — ранило сердце, которое было ис­точником и началом всей любви, ранило сердце Того, Кто, «возлюбив Своих, сущих в ми­ре, до конца возлюбил их» (Ин. 3,1).

Ранено сердце сердобольное, милосерд­ное, сострадательное к бедствующим. Мир ранил сердце Христово за то, что Христос всем сердцем возлюбил мир. Теперь мы зна­ем, как Христос всем сердцем возлюбил не­благодарный мир: «так возлюбил Бог мир, что отдал (сердце) Сына Своего Единородного» (Ин. 3, 16).

Сильно разожжено было сердце Христово, и разожжено любовью к человеку, безмерно горящей, а чтобы прохладиться немного от того жара, изволил принять внутрь сердца Своего холодное железо, дабы холодный ве­тер прошел теплоту сердечную: ребра открыл как дверь, сердце же, приняв рану, стало как открытое оконце. Поднимись же, север, и приди, юг, и повейте в сердце Возлюбившего нас, сгорающего смертно от безмерной любви к нам.

Писание назвало Христа Бога Огнем, гово­ря: «Бог наш есть Огонь поядающий!» (Втор. 4,24). Бог есть Огонь как потому, что всем светит, так и потому, что всех согревает, и «ничто не укроется от теплоты Его» (Пс.18, 7). Тот Огонь, сильно разогревшись любовью к роду человеческому, прохлаждается своими собст­венными источниками — Кровью и водой, истекшими из ребер.

Моисей некогда ударил жезлом в пустыне камень, и потекли воды: поразил воин копьем в бок Камня Христа, и «тотчас истекла Кровь и вода» (Ин. 19, 34).

О мучительская рука, дерзнувшая мучительски коснуться ребер Христовых! О камен­ные сердца, решившиеся на такое убийство! Но придет время, когда «воззрят на Того, Кото­рого пронзили» (Ин. 19, 37).

Господь наш источил из пречистых ребер Своих два источника: Крови и воды. Вода для омовения нашего, а Кровь для освящения, вода для утоления жажды нашей, а Кровь для исцеления нашего. «Жаждущий, идите все к водам» (Ис.55, 1), больные душами и телами, приступите к целебной Крови Непорочного Агнца Христа: не славой Его, но «ранами Его мы исцелились» (1 Петр. 2, 24).

Кто были те люди, которые сосали «мед из камня» (Втор. 32, 13)? О дражайший наш Ка­мень, Христос! Мы пием сладость от пречис­тых ребер Твоих. О сладость, сладость, насы­щаться которой ненасытным желанием мы хотим всегда! О сладость, сладость, которой наслаждаться всегда прелюбезнейшею любо­вью мы усердствуем! Слово Божие, Сын Де­вы! Ты — весь желание, весь сладость!

Ты — наш Отец, ибо породил нас к жизни смертью Твоей: Ты — Мать наша, ибо пита­ешь нас любовью Своей; мы же дети Твои, со­сущие, как молоко, Кровь Твою. О сладость, превожделеннейшая сладость! О сладость, прелюбезнейшая сладость!

Ни очи наши не желают отвернуться в иное какое место от видения прелюбезных нам ран Твоих, ни уста не желают куда-либо уклониться от целования пресладких нам ран Твоих, ни сердце наше не желает прилепиться к чему-либо иному, кроме Тебя. Если кто и любит что-либо иное, пусть любит, как хочет, нам же «Тебе, Богу нашему, прилепиться благо есть» (Пс.72,28). О сладость, сладость, не оп­ределимая никаким языком! О сладость, сла­дость, неисповедимая никаким языком!

Мир сей окаянный, весь во зле лежащий (см. 1 Ин, 5, 19), преисполнен горечи горше меры, Господь же наш открыл в ребрах Своих источник неизреченной сладости, несравнен­но превосходящей всю чувственную сладость, желая усладить полынный и желчный мир. Но увы мне! Всуе пренебрегается эта сла­дость. О мир, окаянный мир! Чем ты хочешь усладить твою горечь, если презираешь сию сладость?

Но я пренебрегаю суетным миром, я на себя смотрю. Я вижу пред моими очами Бога, взывающего мне ранами, как бы устами: Я возлюбил тебя, возлюби и ты Меня; Я ничего, иного не требую от тебя, кроме любви, и только любви твоей ищу; Я родился ради те­бя; в трудах был от юности ради тебя; алкал, жаждал и постился ради тебя; пострадал и , вкусил оцта и желчи ради тебя; распялся, по­лучил раны и умер ради тебя; за все же это Я ничего не желаю получить, лишь бы только ты любил Меня. «Возлюблю Тебя, Господи, кре­пость моя! Господь — твердыня моя и прибежи­ще мое» (Пс.17, 2—3).

Что иное мы можем любить, кроме Тебя, Прелюбезнейшего Господа нашего, Которым мы желаем быть любимыми во все века? Чем иным усладим горечь нашу, если не Тобой, Сладчайший Иисусе, Которым надеемся слад­ко насыщаться во всей бесконечной жизни? Только Ты Сам всели в нас любовь, которой желаешь, дай нам, чтобы мы любили Тебя и возлюбили Тебя. Дай нам, чтобы мы желали Тебя и жаждали Тебя, распали нас в любовь Твою, Слово Божие, Единородный!

Гвозди и копье, которыми Ты, Господи, был ранен ради любви к нам, да будут вонзе­ны в сердца наши, чтобы мы возлюбили Тебя, Господа. Раны Твои, Иисусе, да научат наши сердца любовному поранению к Тебе. Любовь Твоя, Владыка, да пленит нас в любовь Твою. «Влеки нас, и побежим за Тобою» (Песн. 1,3).

Пойду же и я вслед за Тобой вместе со все­ми, о Любовь, побеждающая всякое желание, Иисусе! Ты Телом, мы же сердцами да погребемся вместе с Тобой! Пусть Гробом Пречис­тому Твоему Телу будет Гроб, сердцам же на­шим да будут гробом и погребением Твои пре­чистые раны. Знаем мы, что в третий день Ты выйдешь из Гроба, сердца же наши пусть не уходят из пречистых Твоих ран, пока мы не вселимся в наш гроб. Ведь что может быть для наших сердец желаннее, что любезнее, что слаще, чем пречистые Твои раны, которые мы со слезами созерцаем очами, касаемся, хотя и недостойны, с любовью сердцами, устами же сладко целуем? Аминь.