Творения. Димитрий Ростовский

Скачать Творения в формате docx

1. Краткие вопросы и ответы о вере и других важнейших для христианина предметах знания
О Символе Веры
Повествование о Святых Вселенских Соборах и их правила
1) Таинство святого крещения
2) Таинство святого миропомазания
3) Таинство святейшей Евхаристии
4) Таинство священства
5) Таинство святого покаяния
6) Таинство брака
7) Таинство елеосвящения
О добродетелях

2. О свидетельстве любви к ближнему
3. За что подобает благодарить Бога?
4. Богодухновенное христианское наставление
5. Милосердному и долготерпеливому Творцу Богу нашему угодны от людей следующие дела
6. Молитва повседневного исповедания человека, вступающего на путь спасения
7. Генеральное исповедание грехов, произносимое кающимся пред иереем
8. Молитва, или Краткое воспоминание страданий Христовых
9. Богомысленное размышление о пресвятых страданиях Господа нашего Иисуса Христа
10. Семь слов Спасителя на Кресте
11. Благодарственное воспоминание страданий Христовых и молитвенное размышление, наиболее полезное из всех молитв, совершать которое должно во все пятницы
12. Целование членов, или ран, Господа нашего Иисуса Христа во всякий день
13. Плач на погребение Христово
14. Поучения к иереям
15. Приготовление иереев к Божественному Причащению
Приготовление первое
Приготовление второе
Приготовление третье
16. О Причащении Святых Таин
17. Рассуждение о Божественном Причащении, ибо «осуждение себе ест и пьет не рассуждающий о Теле Господнем» (1Кор. 11, 29)
Рассуждение второе. Врачевство на случай отчаяния
18. Поклонение Пречистым Христовым Тайнам

19. Псалмы или духовные канты Дмитрия Ростовского
Псалом 1
Псалом 2
Псалом 3
Псалом 4
Псалом 5
Псалом 6
Псалом 7
Псалом 8

20. Память духовному отцу как управить ставленника
21. Стихи на страсти Христовы
22. Собор и Суда изречение от неверных иудеев на Иисуса Назорея, Искупителя мира
23. Обращение грешника к Магдалине, плачущей у ног Христовых
24. Двенадцать статей, коими убеждаются сомневающиеся или неверующие в пресуществлении хлеба в тело и вина в кровь Господа нашего Иисуса Христа чрез показание многих образов
25. Молитва о своем окаянстве св. Димитрия
26. Краткое христианское нравоучение
27. Зерцало православного исповедания
Часть первая. О вере
Часть вторая. О надежде
Часть третья. О любви
28. Письма Дмитрия Ростовского



1. Краткие вопросы и ответы о вере и других важнейших для христианина предметах знания

О Символе Веры

Вопрос. Что есть Символ? — Ответ. Символ есть исповедание святой православной веры.
Какого языка слово «Символ»? — Греческого.
Как перевести его по-русски? — Краткое изъявление или, иначе, исповедание святой православной веры.
Где он изложен? — В книгах святых Отцов и в Часослове.
Как называется этот Символ? — Никейский или Константинополь­ский.
Почему он называется Никейским и Константинопольским? — Пото­му что был составлен на двух Вселенских Соборах, а именно: на Первом Никейском и на Константинопольском, бывшем после Никейского.
Как начинается этот Символ? — Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя и т. д.
На сколько членов этот Символ разделяется? — На двенадцать.

Пересчитай мне все члены отдельно. — Первого Собора: 1) Верую во единаго Бога и проч. 2) И во единаго Господа Иисуса Христа… 3) Нас ради человек и нашего ради спасения… 4) Распятаго же за ны… 5) И воскресшаго в третий день… 6) И возшедшаго на небеса… 7) И паки грядущаго со славою… Второго Собора: 8) И в Духа Святаго, Господа… 9) Во едину Святую, Соборную… 10) Исповедую едино крещение… 11) Чаю воскресения мертвых. 12) И жизни будущаго века. Аминь.

Скажи мне подробно, что ты разумеешь и во что веруешь в каждом члене? — В первом выражаю веру в то, что Един Бог Вседержитель есть Творец всей видимой и невидимой твари, Отец и блюститель, что Он из ничего, одним Своим всесильным повелением и хотением, сотво­рил небо со всею его красотою и ангелами, землю с людьми и животными и все прочее в свое время и все это поддерживает в его существовании.

Во втором члене верую в то, что Спаситель наш Иисус Христос есть Сын Божий, единородный, неизреченным образом рожденный от Отца прежде всех веков, как свет рождается от света, существенно и бесстрастно.

В третьем верую в то, что истинный Сын Божий, единосущный и равночестный Отцу, сошел с небес, чтобы спасти род человеческий, осужденный в ад, в область сатаны, падением Адама, и принял плоть человеческую, соделанную Духом Святым в чреве Девы Марии и Ее Девических кровей, разумную и одушевленную, а не бездушную или призрачную, как истинный Бог и истинный человек, состоящий из разумной души и человеческого тела, единый Сын Божий, Господь Иисус Христос, а не два сына, единая Сыновняя Божия ипостась, в двух естествах пребывающая: родившийся по Божьему от Бога Отца преж­де всех век, по человечеству — от Девы Богородицы в предустанов­ленное время.

В четвертом верую в то, что Спаситель наш Господь Иисус Хри­стос из-за неизреченной любви к Своему созданию — человеку — пре­терпел добровольно страдания, мучение и смерть, претерпел действи­тельно, а не призрачно, и не по Божеству, но по человечеству был распят и погребен.

В пятом верую в то, что Спаситель наш Господь Иисус Христос всемогущею силою Божественною воскрес в третий день с тою же плотию, которую принял в чреве Девы Богоматери, с которою страдал и умер, как и было предсказано пророками.

В шестом верую в то, что Спаситель наш Господь Иисус Христос по сорокадневном пребывании со Своими учениками силою Божества Своего вознесся на небо со Своею плотию и сидит одесную Отца, как Бог равночестный и единосущный.

В седьмом верую в то, что Спаситель наш есть последний Судия живых и мертвых, праведных и грешных, и с тою же плотию, которую принял от Девы Богородицы, с которою пострадал, был погребен и вознесся, имеет прийти на землю со всеми ангелами, со славою вели­кою, чтобы воздать каждому по делам его, и Царствию Его, которое примут в награду праведники, не будет конца.

В восьмом верую в то, что Дух Святый есть Бог совершенный, единосущный Отцу и Сыну, от Самого Отца исходящий, равнопоклоняемый и славимый с Отцом и Сыном.

В девятом верую в то, что есть едина только Святая, Соборная и Апостольская Церковь, которая утверждена кровью и учением Христа, апостолов, святых отцов и мучеников, которую не одолеют врата адовы и которою православное восточное исповедание держится в непреложное спасение, последуя ее неповрежденным узаконениям.

В десятом верую в то, что если кто не крестится, тот не может быть спасен. Таким образом, таинство крещения есть дверь Божией благодати: если мы не крестимся, то и кровь Сына Божия не принесет нам пользы; если же крестимся, то получаем оставление грехов и вечное спасение, становимся соучастниками заслуг Христа, Сына Божия, и обязываемся к исполнению всего закона христианского, осо­бенно же к благоговейному причащению Тела и Крови Христовых под видом хлеба и вина.

В одиннадцатом верую в то, что с тою же плотью, которую мы получили от Бога, с которою были созданы и жили в мире, мы воскрес­нем в последнее время по гласу Сына Божия и получим по делам сво­им или вечную жизнь, или вечное мучение.

В двенадцатом верую в то, что как Царствие Небесное, так и ад бесконечны по времени и что после воскресения из мертвых и дня Судного мы будем вести вечную жизнь или блаженную с Богом или окаянную с диаволом.

Сколько всех символов? —Два: 1) Никеоцареградский и 2) святого Афанасия, патриарха Александрийского.

Отчего первый символ называется Никеоцареградским? — Оттого, что Константинопольский (Цареградский) собор подтвердил Никейское исповедание веры и пополнил исповедание, именно прибавил члены о Духе Святом, о Церкви и проч.

Кто был составителем указанного Символа? — Святые отцы, со­бранные Духом Святым на Вселенских Соборах: на Первом в Никее и на Втором в Константинополе.

Кто были святые отцы? — Патриархи, епископы и другие Отцы, сведущие в православном учении, и учителя православные.

Каким образом и где собираемы были Соборы? — Решением свя­тых отцов и повелением и иждивением благочестивых царей по осо­бо важным в церковной жизни причинам, в пределах греческого госу­дарства.

Какие в то время были епископы: русские или же других облас­тей? — Греческие, римские и прочие.

Почему на Соборах не было русских епископов, так как ведь и они православные? — Потому, что в то время Русь не была просвещена святым крещением, но пребывала во тьме идолопоклонства до време­ни равноапостольного князя Владимира, который распространил на Руси святую веру и насадил ее своим примером и ревностью в год от сотворения мира 6496, от воплощения же Сына Божия — 988-й.

Почему эти Соборы названы Вселенскими? — Потому, что они были составлены из епископов, собиравшихся со всей вселенной, были приняты Вселенской христианской Церковью и собирали их благочес­тивые вселенские государи.

Повествование о Святых Вселенских Соборах и их правила

Против кого был собран Первый Собор? — Первый Вселенский Собор был собран в 325 году от воплощения Спасителя нашего, в 5933 от сотворения мира, в 12-м году царствования Константина Великого; собран он был в городе Никее, и святых отцов на нем присутствовало 318. Старейшинами Собора из святых отцов были следующие: Алек­сандр Константинопольский, Александр Александрийский, Евстафий Днтиохийский, Макарий Иерусалимский и Сильвестр Римский в лице своих послов. Собор был собран против еретика Ария, бывшего алек­сандрийского пресвитера, хулившего Сына Божия: ибо он называл Его творением, а не Богом Творцом, и не единосущным Отцу и утверждал, что было время, когда Его не было. На этом Соборе отцы и изложили свое исповедание, признав Сынаюавночестным, равнопрестольным и единосущным Отцу, постановили праздновать святую Пасху так, как мы и теперь ее празднуем, приняли и другие правила; Ария же с его непокаявшимися единомышленниками предали вечному проклятию.

От Первого Собора до Второго 55 лет. Второй Вселенский Собор состоялся в 381 году, в Константинополе, при патриархе Нектарии Константинопольском, Кирилле Александрийском, Мелетии Антиохийском и прочих лицах святительского сана. Святых отцов на нем было 150; собран он был против Македония, патриарха Константинополь­ского, злочестивого хулителя Святого Духа: ибо он считал его творе­нием, а не Богом, и не одного существа с Отцом. Но святые отцы ис­поведали Всесвятого Духа равночестным Отцу и Сыну, исходящим от Отца, равнопоклоняемым со Отцем и Сыном.

Не было ли на том Соборе других еретиков? — Были единомыш­ленники Аполлинария. Лжеучение же Аполлинария состояло в том, что, по его словам, Сын Божий имел одно лишь тело без души, что с телом вместе умирало и Божество и проч.

От Второго Собора до Третьего 51 год. Третий Вселенский Собор был в 431 году от воплощения Христа, в царствование Феодосия Млад­шего, в городе Ефесе, при Кирилле, папе Александрийском, Ювеналии Иерусалимском и Мнемоне Ефесском. Святых отцов на нем присут­ствовало 200. Собран он был против злочестивого Нестория, патриар­ха Константинопольского, учившего, что во Христе было вместе с двумя естествами и две ипостаси, и что Христос, родившийся от Девы, был простой человек; он называл Деву Марию не Богородицей, но Христородицей, и изрек многие другие нечестивые ереси, за что был осужден на Вселенском Соборе и принял казнь от Бога за свое безумие: ибо его богохульный язык был изъеден червями.

От Третьего Собора до Четвертого 20 лет. Четвертый Вселенский Собор был в 451 году, в царствование Маркиана, в городе Халкидоне, при Анатолии, патриархе Константинопольском, Ювеналии Иерусалим­ском, Максиме Антиохийском, святых отцов на нем было 630; собран он был против злочестивого Диоскора, патриарха Александрийского, и архимандрита Евтихия, которые хотя и исповедовали Господа нашего Иисуса Христа единосущным Отцу, но нечестиво учили о принятии Им человеческого естества, сливали два естества — Божеское и чело­веческое и проповедовали, что из обоих естеств составилось одно, так что страдания и смущения приписывались ими и Божеству; кроме того они говорили, что Господь не того же естества, как и мы, и мудрство­вали, что Он принял плоть, не составленную и не происшедшую от Девичьей крови, но воплотился некоторым особым Божественным образом. Этих еретиков святой Собор низложил и анафематствовал исповедав Господа нашего Иисуса Христа совершенным Богом и совер­шенным человеком, в двух естествах, не разделяя Его на две ипоста­си или на два сына и не сливая во едино естество. Того еретического исповедания, которое было предано проклятию на Четвертом Соборе, до сих пор держатся армяне, и это армянское учение заключается в раскольническом двуперстии, в котором прямо стоящим указательным перстом обозначается Божество, а соседним с указательным перстом обозначается человечество Христа. В объяснение этого приводят, что согнутый перст потому-де обозначает человечество Христа, что Хри­стос, человечеством преклонив небеса, сошел на землю, следователь­но, будто бы принес с небес на землю готовое человечество и с гото­вым человечеством во утробу Девы вселился, а не принял его от Ее Девических кровей. С таким двуперстием сообразно с армянским учением о воплощении Христовом соединяется еще такое значение: три перста, первый с двумя последними, соединяются во имя Пресвя­той Троицы, в ознаменование того, будто бы вся Троица воплотилась в лице Христа, а не один из Троицы — Сын Божий. Сообразно такому учению армяне в Трисвятом прибавляют слова: «распныйся нас ради»; и при таком-то соответствии с нечестивым армянским учением рас­кольники признают свое двуперстие высшей святыней, основанием спасения и христианства и, называя его старинным крестом, превозно­сят его не только выше настоящего креста, но и выше Самого Христа.

От Четвертого Собора до Пятого 172 года. Пятый Вселенский Собор был в городе Константинополе, в 533 году, в царствование Юстиниана Великого; на нем собралось 160 святых отцов и старейши­нами его были: Евтихий Константинопольский, Аполлинарий Александ­рийский, Домн Антиохийский и Дамиан Созополитский. Этот святой Собор довершил и подтвердил деяния святого Собора Халкидонского, проклял ереси, распространившиеся в его время, а именно древние баснословные учения славного учителя пресвитера Оригена, Евагрия и Дидима, которые неразумно учили, что будет конец мукам, ибо Гос­подь, говорили они, «щедр и многомилостив, не до конца прогневает­ся» (Пс. 102, 8-9), забывая в то же время слова евангельские: «Идут сии во муку вечную, праведницы же в живот вечный» (Мф. 25, 46); како­вым словам не противоречат и приведенные слова из псалма: «не до конца прогневается Господь», ибо они относятся к нынешнему веку и имеют то же значение, что и сказанное в псалме седьмом: «Бог Судитель праведен и крепок, и долготерпелив, и не гнев наводяй на всяк день» (Пс. 7, 12). Но тому, что следует потом, нужно ужасаться: «Аще не обратитеся, — сказано там, — оружие Свое очистит, лук Свой на­пряже, и уготова и, и в нем уготова сосуды смертныя, стрелы Своя сгараемым сод ела» (Пс. 7, 13-14). Тот же Ориген неправо учил, что теперешняя плоть имеет право воскреснуть, что души переходят из тела в тело и иное неправильное, что все от Собор и отверг.

От Пятого Собора до Шестого 128 лет. Шестой Вселенский Собор был в городе Константинополе, в 680 году, в царствие Константина Бородатого; святых отцов на нем было 171. Старейшинами Собора были: Георгий, патриарх Константинопольский, Феофан Антиохийский, Петр монах же из Александрии и прочие святые отцы. Собор был со­зван против (монофелитов) единоверцев: Феодора, епископа Фаранского, Гонория, папы Римского, Павла, Пирра, Сергия, Петра Гугниво­го, бывших епископов Константинопольских, Макария Антиохийского, Кира Александрийского ересеучителя, старца Полихрония и всех их споспешников, ибо они учили, что во Христе Иисусе одна воля. Этот же святой Собор исповедал, что Христос Бог имеет два естества, два хотения, две воли и єдину ипостась Бога Слова; кроме того он изложил 102 правила.

От Шестого Собора до Седьмого 117 лет. Седьмой Вселенский Собор, как и первый, был в Никее; он состоялся в 787 году, в царство­вание Константина и матери его Ирины; святых отцов в нем было 167, в том числе послы Римского папы Адриана, Тарасий Константинополь­ский, Политиан Александрийский. Собран он был против иконоборцев, которых и проклял, причем исповедал Господа нашего Иисуса Христа неописанным по Божеству, описанным же по человечеству и посему постановил поклоняться пречистому Его образу, изображению Его Матери и всех святых. Этот святой Собор изложил 22 правила.

Что такое икона? — Икона есть изображение действительного лица.

Можно ли икону назвать Богом ради того, что она служит предме­том почитания? — Нет, она не Бог, но образ Божий, ради чего и почи­тается.

Были ли какие-нибудь Соборы раньше семи Вселенских Собо­ров? — Были: еще во времена апостолов собирался Собор в Иерусали­ме, а в послеапостольское время были Соборы и в других местах; история апостольского Собора в Иерусалиме изложена в Деяниях апо­стольских, написанных святым евангелистом Лукой.

Все ли те семь Соборов были и суть тверды? — Все тверды, пото­му что на них покоится главное основание нашей веры.

Где изложен символ патриарха Афанасия?—Мы имеем его в Псалтири

Как он начинается? — «Иже хощет спастися, прежде всех подоба­ет ему держати кафолическую веру, еяже аще кто целы и непорочны не соблюдет, кроме всякаго недоумения во веки погибнет».

В чем заключается кафолическая вера? — Веровать во единого Бога, в Троице славимого, и Троицу в Единице почитать, как тому нас поучает Символ.

Что значит кафолический (по-гречески кафоликос)? — Повсюду распространенный, или соборный, согласный.

Что есть Святая Троица? — Три ипостаси, или три лица.

Скажи мне об этом более раздельно. — Отец, Сын и Святый Дух: Отец не рожден, Сын от Отца прежде всех рожден, Дух Святый от Отца прежде век исходит; Святая, Единосущная и Нераздельная Троица.

Итак, три Бога? — Нет, не три Бога, но един Бог, в трех ипостасях поклоняемый.

Что есть ипостась? — Ипостась — слово греческое, по-русски означает лицо, причем лицо разумеется не телесное, но духовное; в Боге — оно как бы в свете сияния.

Кто есть Бог? — Бог есть Святая Троица — Отец Сын и Святый Дух.

Что есть Бог? — Бог есть творец неба и земли, всего видимого и невидимого.

Что такое видимое и невидимое? — Видимое — это то, что видят наши телесные глаза, а именно: небо, земля, солнце, луна, звезды и все их украшение; невидимое же — это ангелы Божий, души челове­ческие.

Творец ли Сын? — Творец.

Творец ли Дух Святый? — Творец.

Итак, три Творца? — Не три, но Один, ибо един Бог, в Троице по­клоняемый и исповедуемый.

Каким образом создал Бог такое величественное здание Своего видимого и невидимого творения? — «Словом Господним небеса утвердишася, и Духом уст Его вся сила их», говорит Псалмопевец (Пс. 32, 6).

Сколько естеств исповедуешь ты в Боге? — Одно естество.

Сколько существ? — Одно существо.

Что такое существо? — Существо есть вещь самобытная, не зак­лючающая ничего внешнего в своем составе.

Сколько образов исповедуешь ты в Боге? — Один образ, ибо каков Отец, таков и Сын, таков и Дух Святый; иначе говоря: Отец есть Свет или Сияние, Сын — такой же Свет или Сияние и Дух Святый такой же Свет или Сияние.

Сколько воль, иначе говоря, хотений? — Исповедую одну волю?

Сколько ипостасей исповедуешь в Боге? — Три ипостаси: Отца, Сына и Святаго Духа.

И если ты так показал о Боге, то скажи мне еще в подтверждение кратко, почему Бог един и почему троичен? — Он един по Божеству, как было сказано выше, троичен же по ипостасям.

Что есть общее в трех Божественных ипостасях и что особенное?

Особенное у Отца есть нерожденность, у Сына рожденность, а у Духа Святого — исхождение; общее же Им — Божество и Царство.

От кого рожден Сын? — По Божеству от Отца прежде всех век, подобно тому как рождается свет отсвета, рождением духовным, а не плотским, образом неизреченным.

От кого исходит Дух Святый? — От Того же Отца, как нас поучает Евангелие и Символ святой веры.

Видим ли Бог или невидим? — Невидим, так как Бог есть Дух, Бог есть Свет, Бог есть духовная природа; Он бесплотен, невоображен, неописан, неизречен.

Если же Он таков, как ты сказал, то есть бесплотный, то почему же Псалмопевец приписывает Богу многие действительные части тела: глаза, уши, руки, рамена и прочее? — Псалмопевец описывает это для того, чтобы чрез видимые телесные знаки указать на действи­тельную невидимую Божественную силу, которою Он поддерживает Свое творение и чрез которую им управляет; ведь Он есть весь око, весь слух, все видит, все слышит, ничто не может от Него укрыться, но все обнажено и явно пред Ним, не только дела и слова, но и помыш­ления сердечные; Он, значит, весь есть как бы и рука всемогущая, которая своим всемогуществом все творит и претворяет.

Где пребывает Бог? — Божеством Своим Он пребывает везде.

А благодатию Своею везде ли Он пребывает? — Не везде, но на местах избранных.

Какие же это избранные места? — Божий храмы, где покоятся святые мощи и совершаются святые таинства, особенно же избранное место Божие есть Божий престол на небесах.

Кто есть Христос? — Христос есть Сын Божий и Бог, вторая ипо­стась Святой Троицы.

Отец Христос ли? — Нет, не Христос.

А Дух Святый Христос ли? — Нет, не Христос.

Почему же так? — Потому что не Они воплотились, ибо Отец ни от кого не рожден и есть потому первая ипостась Святой Троицы; Дух же Святой от Отца исходит, а не рожден, и есть третья ипостась Свя­той Троицы; воплотилась от Святой Девы одна вторая ипостась Святой Троицы: Иисус Христос, Сын Божий.

Когда же наречено было Сыну Божию это имя Иисус Христос? — По воплощении Его от Пресвятой Девы.

Сколько естеств исповедуешь во Христе, Сыне Божием, вочеловечившемся ради нас? — Исповедую два естества — одно Божеское, другое человеческое: Божеское естество есть само Божество, как было сказано выше, а человеческое естество есть душа и тело.

Сколько существ исповедуешь во Христе? — Исповедую два суще­ства: одно единосущное Отцу по Божеству, другое единосущное Ма­тери по человечеству.

Сколько воль, или иначе, хотений, исповедуешь во Христе?_

Исповедую две воли: Божественную и человеческую.

В чем проявилась воля Божественная? — Божественная воля состо­ит, например, в том, чтобы очищать прокаженных, как это видно из того, что Христос, желая проявить волю и действие Божественные, сказал прокаженному: «Хочу, очистись» (Мф. 8, 3; Мк. 1, 41; Лк. 5, 13)!

В чем проявилась воля человеческая? — Воля человеческая про­явилась, например, когда Христос, вися на кресте, просил утолить Его жажду.

Сколько действий во Христе? — Исповедую два действия, Божес­кое и человеческое.

В чем состоит Его Божеское действие? — Божеское действие со­стоит в содействии тому, чтобы все люди спаслись и пришли к уразу­мению истины.

В чем состояло Его действие человеческое? —Действие человечес­кое состояло в том, что Он путешествовал, утруждался и тому подобное.

Сколько ипостасей исповедуешь во Христе? — Исповедую едину ипостась Бога Слова, ибо Он есть единый Сын Божий и Сын Девы, как сказано выше.

Имеет ли Христос человеческую ипостась? — Не имеет, так как не два Сына и не два Христа, но единый Христос, Сын Божий и Сын Девы, как сказано выше.

Сколько рождений Сына Божия ты исповедуешь? — Исповедую два рождения — первое предвечное, безлетное, бесплотное, когда Он воссиял от Отца, как свет от солнца; второе рождение было тогда, когда в последнее время родился от Святой Девы Богородицы Марии Бог великий, предвечный, собезначальный, невидимый, непостижи­мый, проникающий в сердца всех людей.

Ради чего воплотился именно Сын, а не Отец или Дух Святый? — Чтобы Он сохранил свойство Своей ипостаси, чтобы был Сыном как на небе, так и на земле.

Везде или не везде пребывает Христова плоть? — Не везде.

Где она пребывает теперь? — Христова плоть, воспринятая от Пресвятой Богородицы, на земле жившая и пострадавшая, по воскре­сении из мертвых и по Вознесении пребывает на небесах.

А на земле есть ли плоть Христова? — Таинственным образом Христова плоть пребывает на земле в Божественных Тайнах, под ви­дом хлеба и вина.

В каком смысле Псалмопевец приписывает Христу сидение, говоря так: «Рече Господь Господеви Моему: седи одесную Мене» (Пс. 109,1); Символ же говорит: «седяща одесную Отца»? — Этим обращением Отца к Сыну: «седи одесную Мене» Псалмопевец выражает равночестность и единосущность Сына Отцу и Святому Духу по Божеству; Символ же исповедует Его, как получившего у Бога по человечеству большую честь, нежели всякое другое создание.

Каким естеством страдал за нас Христос Господь? — Естеством, подверженным страданию, то есть плотью, а не Божеством.

Празднуем ли мы первое рождение Христа Господа? — Нет, первое рождение мы не празднуем, так как оно есть безлетное, бывшее обра­зом непостижимым. Второе рождение по установлению Церкви празд­нуем декабря в 25-й день; оно было от Приснодевы Марии после вопло­щения в Ней Слова по благовестию архангела марта 25.

После воплощения Христа и соединения Божества с телом не было ли разлучения Бога Сына от Бога Отца и от Бога Духа Святого? — Не было, потому что Божество неразлучно и нераздельно, вездесуще и все наполняет; ни Сын не разлучился с Отцом чрез Свое воплощение и снитие на землю, ни Отец с Сыном, ни Дух Святый.

Мог ли бы воплотиться Отец или Дух Святый? — Об этом я сказал выше, именно, что воплотился Сын ради того, чтобы быть Ему Сыном на небесах и на земле, чтобы Бог Отец пребывал нерожденным, Дух же исходящим.

Где Бог пребывал, когда не было неба и земли? — Бог вмещает Сам Себя, посему Он пребывает Сам в Себе; а если Он сотворил небо и землю, то сотворил их не ради Себя, чтобы в них обитать и покоить­ся, но ради нас, чтобы быть нам хвалимым и почитаемым.

Есть ли у Бога престол на небе? — Хотя Бог, как я уже сказал, везде пребывает и все исполняет, но особенно являет свет Божества Свое­го на небесах, где и имеет престол неосязаемый. Как Сам сказал: «Небо престол Мне, земля же подножие ногама Моима» (Ис. 66,1); ноги же Его разумеются духовные, а не телесные, то есть присутствие Его более полное и совершенное, нежели присутствие света солнечного, везде сущее и все наполняющее.

Было ли на земле явление Божие? — Бога никто никогда не видел так, как Он есть; но поскольку то доступно нашему зрению, явления Божий бывали или наяву, или во сне, как-то: праотцам, пророкам, апо­столам, мученикам и многим благоговейным людям; также и Сын Божий явил славу Божества Своего, насколько могли вместить чело­веческие глаза, во время Преображения и Вознесения.

Когда сотворил Бог ангелов, прежде ли всех веков? — Нет; Он один только по природе Своей пребывал прежде всех веков несозданным; ангелы же сотворены были Им в определенное время.

Что такое ангелы, как о них разуметь, и кто они? — Ангелы суть духи, бесплотные, невидимые, безгрешные, не сами собой существу­ющие, но созданные Божией благодатью прежде всякого другого тво­рения, переходящие с места на место во мгновение ока.

Для чего созданы ангелы? — Ангелы созданы для того, чтобы они воспевали славу Божию и служили Ему; затем для того, чтобы и в этом мире служили людям и были хранителями царств, городов, мест, лю­дей и всякого создания.

На сколько чинов они разделяются? — На три, и всякий чин, кроме того, разделяется еще на три чина, как-то: в первом — Престолы, Херувимы и Серафимы; во втором — Власти, Господства и Силы; в третьем — Ангелы, Архангелы и Начала.

Безгрешны ли они? — Как я сказал уже, они безгрешны, но не чрез себя, а чрез благодать Божию, так как не соглашались воспротивить­ся Богу вместе со светоносцем, и посему благодать эту имеют от Бога, а не по своей природе.

Кто есть светоносец? — Светоносец был благороднейший и пер­вейший ангел, который, будучи не благодарен Богу за Его благодеяния, предпочел любовь создания, возлюбив себя больше Творца, то есть Бога, захотел быть подобен Ему и возгордился, за что со своими еди­номышленниками был низвергнут с небес до ада, лишен своей природ­ной красоты, причем, однако, естество ангельское осталось при нем, и из светоносца превратился в темного беса и ангела всякой нечисто­ты, изобретателя беззакония, врага Богу и людям.

Может ли этот ангел тьмы покаяться ввиду того, что Бог «долготер­пелив и милостив, не до конца прогневается, ниже во век враждует» (Пс. 102, 8-9)? — Благодать Божия никогда во век не враждует, если увидит кого кающимся; но так как эта благодать покаяния была дарована толь­ко человеку ради Христа воплотившегося, ангелу же тьмы дарована не была, то, при отсутствии благодати, он каяться не может.

Почему человеку дарована благодать покаяния, ангелу же тьмы не дарована? — Благодать покаяния дарована человеку потому, что он согрешил не сам собой, но по наущению врага, диавол же согрешил самопроизвольно, безо всякого чужого наущения, и, кроме того, в сравнении с человеком имел более высокие дарования и качества.

С какого времени ангелы настолько утверждены в благодати, что уже не могут более грешить? — Как я сказал, с того времени, когда они не согласились со светоносцем, от которого и была благодать отнята, а им дана.

Не были ли ангелы миротворцами, то есть создателями неба, зем­ли и всего мира? — Я сказал, что всему Творец Бог, ангелы же слуги Господни; были, правда, такие еретики, которые ангелов называли творцами, но эта ересь вместе с ее последователями давно проклята.

Мог ли Бог сотворить другой такой же мир? — Не только иной, но и тысячу тысяч таких миров Он может сотворить, и если не творит, это дело не недостатка мощи, но Его благоволение; ибо кто может быть советником Ему, или кто знает ум Его (Рим. 11, 34)?

Была ли вера до составления Символов? — Не только до составле­ния Символов, но от самого начала мира, начиная от Адама и ближай­ших потомков его, была вера в Бога, как Создателя всего, и в имеюще­го придти и воплотиться Сына Божия, именуемого Мессией. Та же вера была у всех праотцев, патриархов и пророков до самого времени во­площения Сына Божия. По воплощении же Сына Божия Сам Христос возвестил людям веру чрез апостолов; на Вселенских Соборах святые отцы ее распространили, истолковали и утвердили Святым Духом.

Почему Сын Божий назван Христом, и что означает это слово «Хри­стос»? — Слово «Христос» означает помазанник; Сын Божий есть Царь неба и земли; цари же называются помазанниками, посему и Сын Бо­жий называется Христом, то есть Помазанником.

По Божеству ли Христос рожден от Богородицы? — Никто не имел еще такого мнения, чтобы Христос был рожден от Богородицы по Божеству, и веровать так безбожно; Он рожден от Нее по челове­честву. Дева же Мария потому названа Богородицей, что прежде век рожденного Бога Слова родила в человеческой плоти.

Если бы Адам не согрешил, воплотился ли бы Христос? — Не во­плотился бы, так как причиною воплощения Господа стало падение Адама: этот последний навеки умер, Христос же навеки воскресил его.

Знал ли Бог, что Адам согрешит? — Знал.

Почему Он в таком случае попустил ему согрешить или почему со­здал его? — Не надлежало быть тому, чтобы преступление Адама побе­дило благодать Божию или лукавство диавола преодолело ее и чтобы возникло мнение, будто Бог, устрашившись враждебного Ему греха Ада­ма и лукавства диавола, не сотворил Адама и диавола, посему Бог, буду­чи благ и желая благодетельствовать, по благости Своей сотворил диаво­ла и человека в добром состоянии, так как Он не хочет беззакония и не­навидит его, диавол же и человек сотворили грех не по своему добротворному хотению; если же Бог попустил и не воспрепятствовал согрешить как диаволу, так и человеку, то это потому, что Бог не дела­ет насилия над свободной волей. Однако Он предостерегал человека, что­бы тот не согрешил; даровав свободную волю, Господь Бог по правосудию Своему не производит насилия, как и Псалмопевец засвидетельствовал о Нем: «Праведен еси, Господи, и прави суди Твои» (Пс. 118,137).

Что Христос делал на земле в силу Своего человечества? — Пил, ел, постился, ходил, беседовал, отдыхал и спал.

Что Он делал в силу Божества Своего? — Очищал прокаженных, воскрешал мертвых и проч.

Что еще Он делал по человечеству своему? — Страдал, был рас­пят и умер.

Душою ли Христос страдал или одним телом? — И душою, и телом — ибо тело без души не страдает.

Разве душа была распинаема? — Было распинаемо тело, душа же скорбела; тело ради спасения мира было пригвождаемо, проливалась и кровь, душа же страдала и особенно сетовала, зная, что не многие будут те, кто воспользуется страданиями Христовыми для своего спа­сения.

Какое было последнее страдание Христово? — Распятие и пробо­дение ребра.

Какие события произошли, когда Христос умирал на кресте? — Душа Его разлучилась с телом, разодралась церковная завеса, распада­лись камни, солнце и луна померкли, мертвые восстали из гробов и земля сотряслась.

Какая тогда перемена была со Христом? — Бог, будучи во плоти, пострадал плотию, плотиюже, а не Божеством, вкусил смерть и пре­дал дух в руки Отца.

Куда пошла душа Христа? — В ад, чтобы разрушить область сата­ны, избавить плененные души Адама и других людей и явить силу Своего Божества.

А куда пошла она из ада? — В рай, причем привела с собой освобож­денные от плена души; тогда и душа разбойника пошла в рай.

А из рая куда пошла душа Христа? — Возвратилась в тело, и тогда воскрес Христос.

При умершем Христовом теле присутствовало все Божество? — Много раз я отвечал, что Бог везде присутствует Божеством Своим; и Сын Божий Божеством был и с душой в аду, и в умершем теле, и везде, неописанный, с Отцом и Святым Духом.

По Воскресении долго ли Христос был на земле? — Сорок дней, пока не вознесся на небо.

Где же Он пребывал до Вознесения? — Иногда в раю, утешая искуп­ленных, иногда являлся ученикам и учил их.

Откуда вознесся Господь, и было ли видимо Его Вознесение? — Он вознесся с горы Елеонской на глазах учеников Своих, Богоматери и прочих жен.

Что значит Елеон? — Гора Елеон значит место масличных деревь­ев, и названа она так потому, что на ней растут масличные деревья, от которых добывается елей или деревянное масло.

По Божеству или по человечеству вознесся Господь? — По чело­вечеству, так как оно по Воскресении было обоженое, прославленное, световидное, сияющее богоподобным светом.

Ради чего сел одесную Отца? — За Свое добровольное смирение, страдание и смерть, за что Он не только принял сидение одесную Отца, но является и Судией над живыми и мертвыми.

Кто на небесах больший после Христа? — Богородица, после же Бо­городицы вместе с ангелами Иоанн Предтеча, затем апостолы и про­чие святые.

Почему Богородица выше всех святых и ангелов? — Потому, что Она есть Мать Спасителя мира.

Христос по человечеству был какого племени? — Иудейского, и не только Христос, но и Богородица, и апостолы.

Каким образом и когда явился Дух Святый? — Он явился в виде голубя во время Крещения Христова Господня.

Почему именно таким образом? — Потому, что голубь есть чистей­шая птица, Дух же Святый есть блюститель душевной чистоты.

Всегда ли Дух Святый пребывает в виде голубя? — Не всегда и никогда, но только такого было Его явление; впрочем, Он, как хочет, так и явится, по природе же существа Своего Он не голубь, но свет, третье сияние или ипостась Божественная.

Видят ли на небе Бога души святых? — Всегда видят лице Отца Небесного и в этом лицезрении находят свое веселие.

В этом ли состоит их блаженство и мздовоздаяние? — Да, в этом, как свидетельствует и Псалмопевец: «Насыщуся, внегда явити ми ся славе Твоей» (Пс. 16, 15).

Разве прежде Страшного Суда святые приняли свое обетование: ведь Апостол говорит: «Да не без нас совершенство приимут» (Евр. 11, 40), то есть прежде дня Судного нет полного мздовоздаяния? — До дня Страшного Суда нет полного мздовоздаяния для полного человека, то есть состоящего из тела и души, следовательно, нет и полного муче­ния в аду осужденных, но есть мздовоздаяние частное. После же Суда будет полное мздовоздаяние и по телу, и по душе.

Итак, есть и мучение частное? — Есть.

Какое же? — Отчаяние, чувствование прогневанного Бога, лише­ние вечных благ, темные и ужасные места, постоянное видение диавола и сопребывание с ним, мучение души, вызываемое им, неугаса­емый огонь, червь совести не умирающий.

Есть ли на небесах у избранных и у ангелов вера и надежда? — У ангелов нет ни веры, ни надежды, потому что с того времени, как они утвердились в благодати, они увидели Того, в Кого надлежит ве­ровать и на Кого надлежит надеяться; а так как они всегда видят лице Отца Небесного, то в них нет места ни для веры, ни для надежды, ибо вера и надежда имеют своим предметом невидимое. У избранных Божиих на небесах также нет веры и надежды, потому что они видят Того, в Кого веровали, и имеют Того, на Кого надеялись. И у ангелов и у избранных есть одна лишь бессмертная любовь.

Что побудило Сына Божия воплотиться и умереть позорной смер­тью? — Любовь к роду человеческому.

Кого царь Давид назвал богами? — Апостолов, пророков и всех избранных; однако из-за этого их нельзя еще уравнять с Богом, и они не являются богами по природе и существенно, но по причастию к Божией благодати. Богами называются также и цари по причастию к власти Божией на земле.

Почему Христос совершенный человек? — Потому что имеет тело и душу.

Где пребывают святые мощи? — Те, которые известны, пребыва­ют на особых досточтимых, украшенных местах, в храмах Божиих и на святом престоле.

Сколько главных свойств имеет Святая Церковь? — Четыре: еди­на, Святая, Соборная и Апостольская; основное же свойство Церкви быть телом Христовым, как и Апостол говорит: «Вы есте тело Хри­стово, и уди от части» (1 Кор. 12, 27).

Почему Церковь едина? — Потому что един Бог, едина вера, еди­но крещение, едины таинства и заповеди и едино учение Христово евангельское и апостольское.

Почему она Святая? — Потому что верует во Святого святых и имеет святейшие таинства, преданные от Христа Бога, и кроме Цер­кви негде взять святыни.

Почему она Соборная? — Потому что она составлена и собрана из народов всей вселенной, а не из одного народа, как было прежде, ког­да она состояла из одного иудейского народа.

Почему она Апостольская? — Потому что предана нам от святых апостолов и имеет власть апостольскую, то есть священство.

Кто и на ком учредил и утвердил Церковь?—Христос на Себе Самом учредил и стяжал ее кровию Своею, а не двумя перстами или бородою.

Что в человеке представляет собою образ Божий? — Душа неви­димая, разумная, живая, бессмертная и свободная, имеющая власть над всею землею, и три душевных силы: ум, слово и дух, как о том прост­ранно рассуждает преподобный Иоанн Дамаскин в своем слове, при­ложенном к книжке «Православное исповедание о святых иконах», изъясняя третий вид икон.

Объясни это более наглядно и подробно на примерах. — Как душа обладает невидимой силою, невидимым существом и природой, так и Бог невидим; и как душа разумна, так и Бог есть Господь разумов: «Кто разуме ум Господень? или кто советник Ему бысть? О глубина богат­ства, премудрости и разума Божия!» (Рим. 11, 33-34). Как душа жива и бессмертна, так и Бог есть прежде век и вовеки живущий и все Собою  оживляющий; и как Бог в Своем хотении самовластен и обладает все­ми тварями, так и человека Он сотворил свободным, чтобы он обладал рыбами морскими и птицами небесными и всею землею. Как Бог име­ет три лица, так и душа человеческая три силы: ум, слово и дух; и как слово от ума и дух от ума, так и Сын и Дух Святый от Отца; как ум не может быть без слова и без духа, так и Отец никогда не был и не мо­жет быть без Сына и Духа Святого; и как ум, слово и дух суть три разные душевные силы, хотя, однако, душа одна, а не три души, так Отец, Сын и Дух Святый суть три лица Божий, и не три Бога, но един Бог. Как душа помещается во всем теле и ни один член тела не живет без души, так и Бог Божеством Своим исполняет небо, землю и весь мир, и ни одно место не может быть без присутствия Божия; но Бог не вполне таким же образом наполняет мир, как душа наполняет тело, ибо Он и во всем мире не может вместиться, и если бы создал тысячу тысяч миров, то и тогда в них не вмещался бы.

Итак, именно душой, а не телом человек создан по образу Божию? — Да, точно и подлинно душой, хотя и не совершенно, ибо кто может сравниться с Богом?

Почему же тогда в заупокойной стихире о мертвом теле написано: «Вижу во гробе лежащую, по образу Божию созданную нашу красоту безобразну и безславну?» — Эта стихира есть творение преподобно­го Иоанна Дамаскина, который в указанном выше своем слове о свя­тых иконах признает, что образ Божий находится в душе, а не в теле: равным образом и во второй книге о православной вере, в 12-й главе, он написал о человеке так: «Образ Божий в человеке состоит в разуме и в свободе, подобие же в добродетели, в уподоблении по возможно­сти». Этот святой подобное же написал и в указанном слове о святых иконах. «Четвертый вид икон, — говорит он, — составляют изображе­ния, начертания и образы, воссоздающие пред нами невидимые и бес­телесные существа, насколько они могут быть представлены телесно и быть доступными нашему смутному знанию, — Бога и ангелов; ан­гелов, то есть бестелесных невидимых духов мы, не можем видеть, каковы они сами по себе, почему они являются нам и изображаются в телесном образе, и этот образ называется ангельским, хотя и не в буквальном смысле, а лишь потому, что прообразует в ангелах духов­ные силы». И о Боге надлежит рассуждать так же, как рассудил тот же святой в первой книге, в 11-й главе, говоря: «Все то, что о Боге гово­рится в телесном смысле, говорится символически, то есть гадательно, прообразовательно и имеет некоторый высший смысл; ибо Боже­ство просто и лишено видимого образа. Так, под очами, веждами и зраком Божиим мы разумеем Его над всем промышляющую мощь и Его совершенное знание», — подобным же образом преподобный простран­но рассуждает там и о других выражениях о Боге в телесном смысле, о чем и мы уже отчасти говорили. Отсюда надлежит признать, что в силу того, что Бог многократно является пророкам в нашем телесном образе и в Писании Ему приписываются наши телесные члены: очи уши и проч., уже и наш телесный вид и красота может называться об­разом Божиим, — однако не в точном и собственном смысле, как душа, но в качестве некоторого отдаленного примера и преобразования; ос­нованием к этому может также служить и явление Бога Слова, по Апо­столу: «Бог явился во плоти» (1 Тим. 3,16). Надлежит также разрешить вопрос о том, следует ли в душу человеческую веровать ввиду того, что она является точным образом Божиим. Но если так, то надлежит веровать и в телесные вещества и другие создания, прообразующие Бога. Так, например, тот же святой Дамаскин в указанном слове о святых иконах написал: «И в создании мы видим образы, знаменующие смутно Божественные явления, так, когда мы говорим, что Святая Троица прообразуется чрез солнце, свет и лучи». Ведь и солнце имеет в себе образ Божий, однако не будет ли безбожно веровать в солнце, как веровали и теперь веруют персы и язычники; и если раскольники веруют в бороды и в два перста, то не ведут ли они себя в таком слу­чае по примеру тех же персов и язычников?

Можно ли назвать Отцом Христа и Духа Святаго? — Можно, но нашим Отцом, а не в Божестве.

Почему Их можно так называть? — Потому что Христос искупил нас Своею кровью, Дух же Святый всякого верующего осеняет Своею бла­годатью и освящает чрез крещение и прочие таинства. И как Христос, так и Дух Святый вместе с Отцом являются нашим Творцом и Жизнеподателем; посему как Бог Отец является Отцом нашим, так равно и Хри­стос, и Дух Святый, и евангельская молитва: «Отче наш, Иже еси на небесех» содержит в себе обращение ко всем трем лицам Божества.

Таков ли Отец как изображается на иконах: старик и с бородой? — Никоим образом; если и ум, присущий душе нашей, не может быть изображен, то тем более Бог, создавший нас, не может быть изображен красками в видимом образе; но так как Он является в таком виде про­рокам и назван был ими Ветхим денми, то Святая Церковь с общего согласия узаконила на святых Соборах изображать Его так, почитать и признавать в виде старца Ветхого денми, то есть предвечного и безначального, не имеющего ни начала, ни конца дней Своих.

А Сын таков ли, как изображается на иконах? — Так как Сын име­ет человеческую плоть и есть совершенный человек и совершенный Бог, то Он и изображается так, как явился на земле — в человеческом образе, иногда в младенческом возрасте, иногда в возрасте совершен­ном, хотя само Его Божество, как Слово, не может быть изображено.

А Дух Святый не голубь ли? — Никак, но я сказал уже, что только явление Его состоялось в голубином образе, каковому невидимому Его изображению мы и поклоняемся благоговейно; Сам же по Себе Дух изображен быть не может.

Когда мы веруем в Церковь, то в кого веруем? — Веруем во Хри­ста, Главу Церкви, в учение Христово евангельское и апостольское, в святые тaинcтвa, пpeдaнныe Христом.

Молится ли Христос о нас ныне на небесах? — По Божеству Хри­стос Господь не молится, но, как Избавитель наш, Он молился на зем­ле Отцу Своему, особенно же на кресте и был услышан, ныне же явля­ется постоянным Ходатаем за всех нас перед Богом Отцом на небесах вследствие Его услышанной молитвы, которую Он возносил на земле, и вследствие того, что Его плоть, пострадавшая и вознесшаяся, прино­сится в Бескровной Жертве.

Имеем ли мы других ходатаев, кроме Христа? —Таких, как Хри­стос, и так много, как Он, за нас ходатайствующих, мы, кроме Него, не имеем; но для умилостивления Бога, прогневанного грехами нашими, мы имеем чрез Христа и ко Христу сильных ходатаев в лице Матери Божией и всех святых.

Был ли когда-нибудь Бог Отец без Сына? — Не был, потому что Он не был бы Отцом в том случае, если бы Он был без Сына, и Сын не был бы Сыном, если бы Он был без Отца, посему рождение Его есть неиз­реченно, то есть предвечное, безначальное.

Где было благовещение о Сыне Божием? — В Назарете.

Долго ли воплощалось предвечное Слово? — Во мгновение ока.

Долго ли Богородица носила в утробе Своей Христа? — Девять месяцев.

Кто назвал Пресвятую Деву Богородицею? — Елисавета, жена Захарии.

Какого языка слово Саваоф? — Еврейского. Что оно значит по-русски? — Вседержитель или всемогущий, все­сильный.

К кому относится имя Саваоф? — Ко всем трем лицам Божества, как учит о сем Символ святого Афанасия: Вседержитель Отец, Вседер­житель Сын, Вседержитель Дух Святый, однако не три Вседержителя, но един Вседержитель; и как песнословит ангельская песнь: «Свят, свят, свят Господь Саваоф».

Что значит слово Иисус? — Спаситель.
Какое слово Иисус? — Еврейское.
Что значит слово Христос? — Помазанник.
Какого языка это слово? — Греческого.
Как по-еврейски Христос, или помазанник? — Мессия.
Чье имя Иисус Христос, или Мессия? — Имя Сына Божия, а не всей Святой Троицы.
Как оно пишется на венце Христа? — «Он».
Что это такое: «Он»? — Это слово греческое и по-нашему означает Сущий.

Для чего такое имя пишется на венце Христа? —Для того, чтобы не думали, что Христос начал существовать лишь с того времени, когда Он родился от Богородицы, и чтобы указать на то, что еще прежде Своего рождения от Богородицы Он был рожден по Божеству без­начально прежде всех веков от Отца, что, восприняв Своею Божест­венной ипостасию человечество от Девы Богородицы и родившись в определенное время, Он в то же время существует всегда, а не начал существовать только в ту пору, но только явился тогда и стал суще­ствовать как человек, а не как Бог.

Какое имя пишется на иконе Богородицы? — Пишется греческое выражение «Митир Теу», что по-нашему значит Матерь Божия.

Что значит слово «ника»? — Это слово также греческое и значит по-русски победитель.

Для чего на иконах Богородицы изображаются три звезды: на челе и на обоих плечах? —Для обозначения того, что Богородица перед Рождеством (Христовым), в Рождестве и по Рождестве пребыла Де­вою.

Имеется ли на земле тело Христово? — Я сказал, что Христос вознесся на небо с душою и телом силою Божества Своего, таинствен­ным же образом тело Его пребывает на земле под видом хлеба и вина.

В каком смысле Христос называется священником по чину Мельхиседекову и каким образом Мельхиседек прообразовал Его священ­ство? — Как относительно Мельхиседека мы не имеем сведений в Святом Писании ни о роде его и ни о смерти, так и Сын Божий безна­чален и бесконечен, и «род Его кто исповесть?» (Ис. 53,8 и Деян. 8, 33). И как Мельхиседек приносил в жертву Богу хлеб и вино, так и Хрис­тос приносил Себя в жертву под видом хлеба и вина в таинстве святой Евхаристии.

На чем утверждается вера? — На откровениях Бога, на том, что Бог открыт через пророков и апостолов; ибо видимое не может быть предметом веры, как написано: «Блажени не видевшие и веровавшие» (Ин. 20, 29).

Что такое Писания и что Предания? — Писания составляют Ветхий и Новый Завет, Предания же это то, что мы приняли чрез устную про­поведь Апостола, через писания и постановления святых отцов.

Кто в Ветхом Завете провозвестил закон? — Его по повелению Господа провозвестил Моисей, который и был первым пророком.

Сколько книг Моисеевых? — Пять, а именно: Книга Бытия, Исход, Левит, Числа и Второзаконие.

Какие книги составляют Новый Завет? — Евангелие, Апостол и Апокалипсис.

Кто написал Евангелие? — Четыре евангелиста. Кто написал Апостол и Апокалипсис? — Лука, Петр, Иаков, Иуда, Павел и Иоанн.

Из кого состоит Церковь? — Из различных народов. Сколько имен имеешь? — Три: по природе — человек, по креще­нию «имярек», по вере христианин, а не перстовер или брадовер, или старовер.

Почему христианину не должно называться этими последними именами и с самого начала христианской веры христиане не назывались такими именами, то есть перстоверами, брадоверами и староверами? — Потому, что называться перстовером — это значит веровать в два перста, Христовы ли, или какие другие. Если веровать в два перста Христовы, то приходится или Христа признавать с двумя перстами, а не с пятью, или же два перста Христа признавать более святыми в сравнении с остальными Его перстами и с Его целым человеческим составом. И такая вера во Христа будет нечестивою, ибо она почита­ет во Христе только два перста, а не целого Христа, и не признает, что в Нем не только все персты, как сложенные, так и не сложенные оди­наково святы, но и последнего Его волоса ангелы трепещут. Веровать же не в Христовы, а в какие-нибудь другие персты, это значит совсем Христа отвергать и почитать вместо Христа два перста, как будто какого-нибудь идола Велеса или козьи роги, или медвежью лапу, по примеру неразумных идолопоклонников. Брадоверами же быть и ве­ровать в бороды — это также обычай идолопоклоннический; старове­рами же называются как раскольники, так и иудеи. Следовательно, старовер и жидовер значит одно и то же; нам же православным следует называться христианами, как сказано в 11-й главе Деяний апостоль­ских, потому что веруем во Христа и в то, чему Христос научил нас через апостолов, евангелистов и через Свою Апостольскую Церковь; и притом, облекшись во Христа в крещении и соединившись с Ним теснейшим образом чрез причащение Его Тела и Крови, то мы имеем участие в Его славе, как Его братья и сыны, и получаем обещанное наследие Царствия Небесного, если только не теряем его вследствие своих добровольных грехов. Если же мы при совершении крестного знамения употребляем троеперстие, а не двуперстие, то это мы делаем вопреки еретическому армянскому учению (о котором было сказано выше), чтобы засвидетельствовать нашу православную веру в Бога, единого в Троице, возвещенного нам Христом, одним из Троицы; так­же и в благословляющей руке мы в силу своей веры в Христа изобра­жаем имя: Иисус Христос, в самые же персты мы не веруем, равно как и в кисти и краски, употребленные на написание иконы, и не от этих перстов ожидаем себе освящение, жизнь и защиту, но от Святой Тро­ицы, от имени Иисуса Христа и от Его крестного знамения; и хотя не вся Троица страдала на кресте, но, так как это совершилось по благоизволению всей Троицы и от всей Троицы сообщается кресту сила ради распятого на нем одного из Троицы Христа, то в крестном знамении одинаково призывается как имя Иисуса Христа, так и имя Пресвятой Троицы. Следовательно, и три перста складывались не противно хри­стианской вере; складывать же два перста есть еретический обычай, так как он согласуется с армянским учением.

Сколько общих и существенных Божиих свойств? — Их невозмож­но исчислить.

Указана ли где-нибудь хотя часть их? — В Символе Афанасия, пат­риарха Александрийского, показаны такие общие свойства Божий: несозданный, непостижимый, вечный, Вседержитель, Бог, Господь; о таких же свойствах пространно рассуждает книга Православного Ис­поведания в первой части, в ответе на тринадцатый вопрос.

Какая разница между именами Бог и Господь? — Разница между этими именами состоит в том, что она указывает на различные свой­ства Божий: слово «Бог» означает всемогущего Создателя, создавше­го все из ничего, без всякого труда и принуждения, по единой Своей благости; слово «Господь» обозначает Владыку, Который господствует над всем созданием, все поддерживает Своей волею, и Которому слу­жит все творение; если же не захочет поддерживать творение, то может привести все снова к небытию, по слову царя-пророка: ‘Та по­гибнут, Ты же пребываеши» (Пс. 101, 27), то есть небо и земля погиб­нут со всеми вещами, созданными Тобою, Господи, если Ты захочешь погубить их и снова привести в небытие; Ты же, как пребываешь при них, так и без них пребудешь без перемены и без всякого умаления для Себя. Для лучшего объяснения имени Бог и Господь следует предста­вить себе сверхъестественные Божий чудеса: как Бог, Он сотворил огонь, чтобы он светил и сожигал; а как Господь, Он совершил переме­ну в свойствах огня в купине огненной и в печи с тремя отроками, чтобы огонь не сожигал, но прохлаждал. Также и в других случаях следует рассуждать и признавать, что Бог все творит, а Господь все претворяет как хочет.

Каковы личные свойства Божий? — Отец нерожден, Сын рожден, Дух Святый исходящ.

Все ли здесь указаны личные свойства Божий? — Есть еще свой­ство Сына Божия — воплощение.

В чем состоит закон Божий? — Закон Божий состоит в двух глав­ных добродетелях, или, лучше сказать, заповедях, к которым сводят­ся десять заповедей закона Моисеева.

В чем заключаются эти заповеди? — Возлюби Господа Бога тво­его от всего сердца твоего, и ближнего твоего, как самого себя (Мф.22, 37-39).

Насколько должны мы любить Бога? —Так как Бог создал нас из ничего, ради нас сотворил небо и землю со всей их красотою и иску­пил нас от погибели кровью Сына Своего, то мы должны Его любить и почитать, как дети отца, так, чтобы никакая мирская любовь не могла превзойти эту любовь к Богу.

Насколько мы должны любить ближнего? — Так как никто не бы­вает себе врагом и никто не возненавидел свою плоть, но питает ее и греет, то всякий должен желать ближнему того же добра, как и себе, и так любить его, как любит себя.

Пересчитай мне подробно десять заповедей и расскажи, что в них содержится и что в них повелевается соблюдать? — 1) Не иметь иных богов, кроме единого Бога, сотворившего небо и землю, и все, что в них, и никому, кроме Бога, не воздавать Божеского почитания. 2) Не делать себе никакого идола или бесчестного образа по примеру идоло­поклонников и не кланяться никаким изображениям, кроме честных и святых образов во славу Божию, Его Пречистой Матери и святых угодников. 3) Не употреблять имени Бога, Его Пречистой Матери и святых угодников ни в каких кощунственных и смехотворных выраже­ниях и не клясться именем Божиим напрасно и ложно. 4) Чествовать воскресные и праздничные дни хождением в Святую Церковь на молит­ву, особенно же к литургии, творением милостыни, чтением Священ­ного Писания и прочими добрыми делами; особенно выражать почте­ние к таким великим дням чрез трезвое поведение и не оскверняться мерзким пьянством, от которого проистекает много зол. 5) Почитать отца, матерь и всякое начальство; ибо тот, кто не любит и не почита­ет человека, которого видит, как может любить и почитать Бога, Которого не видит? (1 Ин. 4, 20). 6) Не бить никого напрасно и без правосудия не только до смерти, но и до кровавой раны и даже до незначительного повреждения; кроме того не вредить человеку в его добром имени, славе и чести путем клеветы, не вредить ему и в духов­ном отношении недобрым советом, склоняющим на худое, похвалою или побуждением. 7) Беречься от блуда и прелюбодеяния и от всякой греховной телесной нечистоты. 8) Не красть ни тайно, ни явно, ни каким-либо насилием, подлогом и несправедливым отнятием, потому что все то, что будет от кого отнято каким-либо несправедливым образом, должно считаться кражею. 9) Не свидетельствовать ложно в чем-либо против ближнего. 10) Не только не отнимать ни у кого ниче­го, но и не желать ничего из того, что принадлежит ближнему.

Сколько исповедуешь таинств, установленных для нашего спасе­ния? — Семь: 1) крещение, 2) миропомазание, 3) Евхаристию, 4) свя­щенство, 5) покаяние, 6) брак, 7) елеосвящение.

Кем установлены эти таинства? — Христом Господом, в силу изли­яния Им за нас Его драгоценной крови.

Что есть таинство? — Таинство есть священнодействие, которое некоторым видимым образом низводит в верную душу невидимую благодать Божию.

С какою целью Христос установил таинства? —Для того, чтобы они были знаком истинных сынов Божиих, то есть Православной Церкви; 2) для того, чтобы они были чуждым всякого соблазна знамением нашей веры в Бога; 3) для того, чтобы они служили нам духовным врачевством для спасения.

Что должно быть во всяком таинстве? — Три необходимых усло­вия: 1) законный, то есть правильно рукоположенный совершитель таинства; 2) вещь или материя, соответствующая каждому таинству; 3) образ или форма, по которой совершается всякое таинство, а имен­но: призывание Святого Духа в определенных словах, посредством которых священник совершает таинство силою Святого Духа и в кото­рых выражается мысль об освящении таинства.

1) Таинство святого крещения

Что есть крещение? — Крещение есть омовение первородного греха, а у взрослых и произвольного.

Что доставляет человеку крещение? — Оно отверзает дверь Цар­ствия Небесного.

Что составляет материю сего таинства? — Простая, чистая, ни с чем не смешанная вода.

Какая форма его? — Следующие слова: «Крещается раб Божий, или раба Божия, во имя Отца, аминь, и Сына, аминь, и Святого Духа, аминь»; «аминь» же произносит восприемник.

Что следует соблюдать при сем таинстве? — Чтобы восприемник, а также и священник были православной веры.

Может ли мирянин окрестить младенца? — Может, но только в великой, крайней и смертной нужде, употребляя одну воду и произно­ся слова: «Крещается раб Божий» и проч.

Если приключится такой случай, то следует ли священнику снова крестить младенца или совершать молитвы и обряды, относящиеся к крещению? — Никоим образом, но он должен только помазать младен­ца святым миром.

Может ли это таинство повторяться? — Отнюдь не может, так как оно оставляет на душе неизгладимый отпечаток.

Что такое первородный грех? — Нарушение Адамом и Евой запо­веди Божией в раю.

Почему люди рождаются в грехах? — Потому, что когда Адам согрешил, то и мы, рождаясь от него, становимся грешными.

Какую благодать Божию получаем мы в крещении? — Очищение от прародительского греха и прощение остальных грехов, совершенных до крещения; ибо по крещении человек становится сыном Божиим и наследником благодати.

Можно ли окрестить в одной купели больше, чем одного младен­ца? — Можно, как это видно из житий святых, особенно из жития свя­того мученика Севастиана в Четьи-Минеи под 18 октября.

Что необходимо соблюдать при совершении таинства крещения? — Так как по крещении мы становимся сынами Божиими, отрекаемся от всех дел диавольских, обещаемся же следовать Христу, то мы и долж­ны до последнего вздоха свято хранить то, что обещали при крещении.

Во скольких видах может быть крещение? — В трех: 1) крещение водное, 2) крещение желанное и 3) кровавое. Водным крещением мы крестимся по установлению Христову; крещением желанным и креще­нием кровавым крестились святые мученики, которые, иногда не получая настоящего крещения, достигали Царствия Небесного через исповедание истинного Бога Иисуса Христа и страдание; это испове­дание и страдание вместе с желанием крещения было многим вмене­но вместо крещения вследствие крайней смертной опасности, угро­жавшей от мучителей.

2) Таинство святого миропомазания

Что есть миропомазание? — Миропомазание есть таинство изли­ваемой на новокрещенного благодати Святого Духа.

Какая материя сего таинства? — Миро, освященное православным епископом.

Какая форма? — Следующие слова: «Печать дара Духа Святаго, аминь».

Что необходимо соблюдать в сем таинстве? — Необходимо наблю­дать, чтобы миро не было повреждено в своем благоухании; священ­ник не может освящать этого мира, но только архиерей; но каждый священник должен иметь его при себе.

Из чего приготовляется святое миро? — Из деревянного масла и других благоухающих мастей.

Какую благодать Божию мы в нем получаем? — Получаем печать даров Духа Святого, чтобы быть твердыми и постоянными в вере и во всех христианских добродетелях.

Как поступать в том случае, когда православные христиане, отсту­пивши от своей веры, приняв же магометанскую или иудейскую и пожив среди исповедников этой веры, снова обратятся к Православию: следует ли во второй раз крестить таких людей или не следует? — Крестить не следует, надобно лишь помазать миром и взять от них отречение.

Совершается ли таинство вторично? — Совершается только над царями и еще над отступившими от Православия в нехристианскую веру.

3) Таинство святейшей Евхаристии

Что есть Евхаристия? — Евхаристия есть таинство Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа.

Какая материя сего таинства? — Пшеничный, квасный хлеб и вино естественное, виноградное, простое, а не подделанное.

Какого цвета должно быть вино? — Я сказал, что оно должно быть естественное, виноградное, а не подделанное, что же касается цвета, то, хотя Русская Церковь и приняла обычай совершать таинство на красном, однако вообще Православная Церковь с полным основанием совершает это таинство’ и на белом, как, например, в Греции и других православных областях.

Какая форма сего таинства? — Следующие слова, обращенные к Богу Отцу: «И сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего». Во время произнесения этих слов существо хлеба и вина претворяется в существо Тела и Крови Христа Бога нашего действием Святого Духа и молитвою священника.

Что необходимо соблюдать при совершении сего таинства? — Три вещи: 1) священник должен быть правильно посвящен; 2) жертвенник, то есть престол, или антиминс, должен быть освящен архиереем; 3) священник должен иметь непоколебимую веру в то, что существо хлеба и вина претворяется в существо Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа действием Святого Духа.

Видим ли мы пресуществление хлеба и вина в Тело и Кровь Хри­стову? — Не видим, но, не сомневаясь, веруем в него.

Во что претворяется обыкновенный хлеб, который мы едим? — В наше тело и в его питательную силу.

А во что претворяется хлеб, находящийся на престоле? — Он пре­творяется в существо Тела Христова, при чем остается только вид хлеба, вино же претворяется в существо Крови Христовой.

В чем состоит действие на нас хлеба, пресуществленного в Тело Христово, и вина, пресуществленного в Кровь Христову? — Оно состо­ит в том, что мы соединяемся с Богом, как огонь с железом, и делаемся единокровными и единотелесными со Христом, по евангельскому слову Христа: «Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин. 6, 56); и по слову Апостола: «Вы есте тело Христово, и уди от части» (1 Кор. 12, 27).

За кого приносится также хлеб и вино, или, лучше сказать, под видом хлеба Тело Христово, под видом же вина Кровь Христова? — Во-первых, за всех представителей общественного устройства у людей, то есть за духовное и гражданское начальство, как показано на проско­мидии и на ектениях; во-вторых, за всех живых, не только верующих, но и неверных, чтобы они обратились; в-третьих, за умерших по пра­вой вере, и за все нужды церковные, не исключая и приносящего дары, то есть священника.

До каких пор это таинство может совершаться? — Пока не испор­тится и материя этого таинства, то есть вид хлеба и вина.

Кого пользует это таинство? — Православных христиан, достой­но принимающих его и благоговейно присутствующих при его совер­шении, то есть на святой литургии; приносит пользу также и тем, за кого приносится, живым и умершим.

Можно ли спастись без этого таинства? — Отнюдь невозможно, ибо Спаситель сказал: «Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин. 6, 56). И еще: «Аще не снесте плоти Сына Человеческаго, и не пиете крови Его, живота не имате в себе» (Ин. 6, 53).

Сколько раз в год следует причащаться православному христиа­нину? — Святая Церковь узаконила причащаться в каждый из четырех постов, но неграмотным, трудящимся своими руками, повелела под страхом смертного греха причащаться по крайней мере раз в год перед Святой Пасхой.

4) Таинство священства

Что есть священство? — Священство есть таинство, в котором через святительское рукоположение подается от Бога священнику власть совершать богослужение и таинства, установленные в Церкви Божией.

Какая материя сего таинства? — Человек, правильно поставляю­щийся во священника.

Какая форма? — Епископское рукоположение и молитва, читаемая епископом: «Божественная благодать» и проч.

Сколько степеней священства? — Семь: 1) вратарь, 2) чтец и певец 3) заклинатель, 4) свещеносец, 5) иподиакон, 6) диакон, 7) священник.

Каким свойством должен обладать священник? — Он должен 1) иметь надлежащий возраст; 2) не быть женатым во второй раз и не быть женатым на вдове; 3) иметь достаточный разум, знания и муд­рость для совершения Божественных таинств и наставления пасомых; 1) быть образцом добрых и богоугодных дел; 5) не быть рожденным от явного блуда; 6) не быть оскверненным мерзкими грехами, особенно же человекоубийством; 7) иметь неповрежденными все члены, необ­ходимые для прохождения его служения.

Какого пола должен быть священник? — Человек хорошего пове­дения, мужеского пола.

В чем заключается власть его? — Совершать Божий таинства.

Какие? — Семь перечисленных выше.

Чем епископ отличается от священника? — Одною лишь широтою власти. Епископ сам совершает таинства и сообщает другим власть совершать их, простой же священник, то есть иерей, только сам совер­шает таинства по данной ему от архиерея власти, другим же не мо­жет передать права на это; освящать миро и антиминсы также не может священник, но только архиерей.

Чем епископ отличается от архиепископа? — Одною лишь широ­тою власти, также и патриархи, и митрополиты.

Когда священник священнодействует, совершив смертный грех, то бывает ли действительным таинство? — Бывает, так как таинство свое начало имеет от Христа, но только в этом случае самому священ­нику, как находящемуся во грехе, оно не сообщает никакой благодати: «Ядый бо и пияй недостойне, суд себе яст и пиет, не разсуждая Тела Господня», — говорит Апостол (1 Кор. 11, 29).

5) Таинство святого покаяния

Что есть покаяние? — Покаяние есть таинство, в котором через разрешение от архиерея нам подается отпущение грехов, совершенных нами по святом крещении.

Какая материя сего таинства? — Грехи, совершенные словом, делом и мыслью, особенно же человек, кающийся в своих грехах, со­вершенных им после крещения.

Какая форма? — Разрешение от священника в таких словах: «Гос­подь наш Иисус Христос благодатию и щедротами Своими человеколю­бия» и проч.

Кто является совершителем сего таинства? — Священник.

На что должен обращать внимание священник при совершении сего таинства? — На следующие семь пунктов: 1) кто, 2) что, 3) где, 4) с чьей помощью, 5) почему, 6) каким образом, 7) когда; то есть кто кается? человек, христианин, православный, старый, молодой, женатый, девственник, разумный; что совершил? то есть согрешил, преступил заповедь Божию, в чем именно; где? то есть на каком месте, тайно или явно, в церкви или в доме; с чьею помощью? то есть по совету, пове­лению, побуждению, примеру; почему? естество ли требовало этого, или нужда и проч.; каким образом? то есть кающийся должен объявить, при каких обстоятельствах совершил грех; когда? то есть в какое время: в голоде и нужде, в болезни, в довольстве, в богатстве и прочее. Соот­ветственно этим-сведениям следует налагать и епитимий.

Как покаялся Иуда? — Он исповедал свой грех, возвратил цену, но так как вследствие отчаяния в своем спасении пошел и удавился, то и не получил прощения; ибо не захотел молиться и просить прощения в своем грехе с надеждой на Божие милосердие.

Следует ли прощать согрешающих явно? — Не следует, пока явно согрешающие не покаются явно. Если же они заявят о своем грехе священнику с истинным покаянием, то прощение их греха оставляет­ся на усмотрение священника.

В чем состоит епитимия? — Епитимия состоит главным образом в том, что заповедал Христос словами: «Иди и ктому не согрешай» (Ин. 8, 11). При этом надлежит еще творить поклоны, молитвы, милостыню, пост в продолжение времени, указанного священником.

Была ли у разбойника епитимия? — Была.

Какая? — Голени, пересеченные на кресте, и самое распятие на кресте.

Чем совершается это таинство? — Разрешительной молитвой священника.

От кого получило силу это таинство прощения грехов? — От Христа, Спасителя нашего.

Что служит образцом епитимий? — В Евангелии епитимия Закхея, который через что согрешил, через то и покаялся.

Сколько частей заключает в себе покаяние? — Три: 1) сокрушение во грехах, 2) устное исповедание их, 3) удовлетворение, то есть назна­чение духовником епитимий.

Всегда ли прощаются грехи, если мы в них каемся по должном исправлении? — Всегда, в то самое время, когда грешник возопит к Господу с сердечным сокрушением, он и бывает услышан Им, как мытарь, Закхей, Манассия, Давид, блудница и проч.

6) Таинство брака

Что есть брак? — Брак есть таинство нелицемерного согласия между мужем и женой и сохранение веры и любви супружеской. ^   Какая материя сего таинства? — Лица мужеского и женского пола, желающие не по принуждению сочетаться законным браком и объявля­ющие об этом перед священником.

Какая форма? — Молитвы священника.

Что требуется соблюдать при сем таинстве? — Желающий войти в тайны супружества должен, во-первых, совершить следующие бла­гочестивые дела: 1) пост в течение некоторого времени перед браком; 2) исповедь и причащение Святых Тайн; 3) очищение от того, что препятствует браку; 4) оба врачующиеся должны сохранить веру, честь, чистоту; 5) они не должны быть связаны свойством, родством’ кумовством, должны быть православными, свободными и прочее по правилам.

Какая благодать Божия заключается в сем таинстве? — Благодать к честному рождению детей, еще же и к тому, чтобы любовь к жене не была препятствием для любви к Богу; а если кто имеет влечение к чужим женам, то хотя там и может быть между супругами любовь, но непостоянная, а любви к Богу там уже нет, но вражда на Бога (Рим. 8,7).

7) Таинство елеосвящения

Что есть елеосвящение? — Елеосвящение есть таинство, в кото­ром через помазание священным елеем и по молитве священника больному подается благодать Всесвятого Духа, исцеление от болезни и оставление грехов.

Какая материя сего таинства? — Елей, освященный для таинства, чистый, без всякой примеси.

Какая форма? — Следующая молитва: «Отче Святый, врачу душ и телес» и проч.

Что следует соблюдать при совершении сего таинства? — 1) Со­вершителей сего таинства должно быть столько, сколько требуется по церковному уставу, а именно: семь священников, в крайней нужде два, один же хотя и может совершить, однако это не приличествует, так как одному нельзя оканчивать того таинства, держа над головой больно­го Евангелие, после молитвы, читаемой в то же время. 2) Больной должен сначала исповедаться, потом же принять это таинство.

Кем было установлено сие таинство? — Апостолами, ибо в посла­нии Иакова сказано: «Болит ли кто из вас? Да призовет пресвитеры церковныя» и проч. (Иак. 5,14).

В каких случаях преподается сие таинство? — Я сказал, что пода­ется и только немощным, больше никому, кроме них; только в Великий Четверг или Великую Субботу могут приступать к нему и здоровые согласно церковному обычаю, а не на основании записанного предания.

Ради чего сие таинство преподается в Великий Четверг здоро­вым? — Так как в Великий Четверг на вечере Христос утвердил Но­вый Завет Своего Тела и Крови, то не неприлично в этот день присту­пить к этому таинству и здоровому человеку, не ведающему опреде­ленного ему дня и часа.

Какая благодать Божия подается через сие таинство? — Отпуще­ние позабытых на исповеди грехов, наполнение удовлетворения, не исполненного исповедавшимися по болезни, и исцеление или облегче­ние телесной болезни.

О добродетелях

Что есть добродетель? — Христианская добродетель есть испол­нение Божиих заповедей с помощью Божией и согласным действием человеческого разума и воли.

Сколько важнейших христианских добродетелей? — Три: 1) вера, 2) надежда, 3) любовь; важнейшими же они называются потому, что без них невозможно спастись.

Какие другие добродетели проистекают из этого? — Следующие: молитва, пост, милостыня, мудрость, правдивость, мужество, цело­мудрие.

Какая из добродетелей есть самая важная? — Любовь к Богу, любовь к ближнему; любовь потому есть важнейшая из добродетелей, что она пребудет бессмертно и в нынешнем, и в будущем веке.

Что есть грех? — Грех есть преступление заповеди Божией.

Чем совершается грех? — Он совершается тремя главными спосо­бами: словом, делом, помышлением; также пятью чувствами: зрением, слухом, обонянием, вкусом, осязанием.

Как разделяются грехи? — Сообразно Священному Писанию, один грех бывает к смерти, а другой не к смерти (1 Ин. 5, 16-17).

Что такое смертный грех? — Смертный грех разделяется на пра­родительский и произвольный.

Что есть грех прародительский? — Прародительский грех — это преступление заповеди Божией, данной Адаму в раю.

Чем уничтожается этот грех? — Кровию Сына Божия, через свя­тое крещение.

Что есть грех произвольный? — Произвольный грех есть преступ­ление против Божия и естественного закона, которое мы совершаем после святого крещения в совершенном возрасте разумом и свободной волей.

Чем уничтожается этот грех? — Чистым и искренним покаянием и кровию Сына Божия.

Что такое грех не к смерти, то есть грех, подлежащий прощению? — Это тот грех, который не лишает нас благодати и легко может быть прощен.

Сколько грехов несмертных? — Несмертные грехи невозможно пересчитать, по слову Псалмопевца: «Грехопадения кто уразумеет?» (Пс. 18, 13).

Сколько грехов смертных? — Смертных грехов, или самых глав­ных, семь: 1) гордость, 2) лихоимство, 3) блуд, 4) зависть, 5) чрево­угодие, 6) злопамятность, 7) уныние. Эти грехи называются важней­шими, главными или большими потому, что остальные грехи проис­текают из них.

Чем побеждаются эти грехи? — Противоположными им добро­детелями, а именно: 1) гордость побеждается кротостью или смире­нием, 2) лихоимство — щедростью, 3) блуд — обузданием плоти, или чистотою, 4) зависть — любовью, 5) чревоугодие — воздержанием и трезвостью, 6) злопамятность и гнев — терпением и забвением обид, 7) уныние — усердием и трудолюбием.

Какие еще есть грехи? — Есть следующие шесть грехов, называ­емых грехами против Духа Святаго: 1) излишнее упование на милость Божию, 2) отчаяние в своем спасении, 3) явное противление утверж­денной истине и отвержение православной христианской веры, 4) за­висть относительно тех духовных благ, которые ближние получают от Бога, 5) пребывание во грехах и коснение во злобе, 6) нерадение о покаянии до конца этой жизни. Есть еще четыре греха, вопиющие небу об отмщении: 1) самовольное человекоубийство, 2) содомский блуд, 3) причинение вреда убогим, нанесение обид вдовам и сиротам и при­теснение их, 4) удержание рабочей платы наемникам.

Чем побеждаются эти грехи? — Добродетелями и соблюдением заповедей Божиих, сокрушением сердца, покаянием, исповедью и епитимиею.

Какие добродетели христианин должен осуществлять и в них все­гда упражняться? — Он должен: 1) поучаться в законе Господнем день и ночь, как Псалмопевец поучает в первом псалме (Пс.1, 2); 2) молить­ся Богу во всякое время, как Христос увещевает в Евангелии: «Внемли­те же себе, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством и печальми житейскими, и найдет на вы внезапу день той; яко сеть бо приидет на вся живущия на лицы всея земли. Бдите убо на всяко вре­мя молящеся, да сподобитеся убежати всех сих хотящих быти, и стати пред Сыном Человеческим» (Лк. 21, 34-36). —Аминь.

2. О свидетельстве любви к ближнему

Любовь — это заповедь Самого Спасителя нашего, Христа Бога, Который говорил так: «Дети! Вам говорю теперь. Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга. По тому узна­ют все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою» (Ин. 13, 33—35). И еще го­ворит Господь: «Сия есть заповедь Моя, да лю­бите друг друга» (Ин. 15, 12). Святой Иоанн Богослов говорит: «Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершен­на есть в нас. И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее. Бог есть Любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем… Будем любить Его, пото­му что Он прежде возлюбил нас. Кто гово­рит: «Я люблю Бога», а брата своего ненави­дит, тот лжец: ибо не любящий брата свое­го, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит? И мы имеем от Него такую заповедь, чтобы любящий Бога любил и брата своего» (1 Ин. 4, 12-21).

3. За что подобает благодарить Бога?

За то:
1) что из небытия привел нас к бытию;
2) что почтил нас человеческой, а не зве­риной душой;
3) что Честной Своей Кровью искупил нас;
4) что даровал нам право быть наследни­ками царствия небесного;
5) что много раз прогневанный и раздра­женный нами не до конца гневается на нас;
6) что, несмотря на тяжкие согрешения, не погубил нас в самом грехе нашем, но со­хранил нас живыми;
7) что действует в грехах наших, сохраняя нас целыми и не попуская дьяволу тотчас по­глотить нас;
8) что доселе ожидает покаяния нашего, и мы еще живы, а не мертвы;
9) что еще не снедают черви тел наших во гробе;
10) что души наши еще не в аде и
11) что еще есть время для нашего покая­ния.
О, как мы должны благодарить Бога за это!

 4. Богодухновенное христианское наставление

1. Когда встанешь от сна, то первая мысль твоя пусть будет о Боге, первое слово и молит­ва—к Богу, Создателю твоему, содержащему жизнь твою, могущему всегда умертвить и оживить, поразить и исцелить, спасти и погу­бить.
2. Поклонись и воздай благодарение Богу, воздвигшему тебя от сна и не погубившему с беззакониями твоими, но долготерпеливо ожидающему твоего обращения.
3. Положи начало лучшему, говоря с Пса­лмопевцем: «Сказал я: ныне я начал» (Пс.76, 11), — и прочее, ибо путь свой к Нему хорошо со­вершает только тот, кто каждый день хорошо начинает.
4. С утра будь в молитве Серафимом, в де­лах — Херувимом, в обхождении — Ангелом.
5. Времени напрасно отнюдь не трать, де­лай только самые необходимые дела.
6. Во всех делах, словах и мыслях ум твой пусть будет направлен к Богу. Не начертывай в уме что-либо иное, кроме Христа, пусть ни­какой образ не прикоснется к чистому сердцу, кроме чистого образа Христа, Бога и Спаси­теля нашего.
7. Побуждай себя всячески, насколько сможешь, к любви Божией и всегда с Псалмо­певцем говори себе так: «В поучении моем раз­горится огонь» (Пс.38, 4).
8. Всегда взирай внутренними очами на присутствие Бога, Которого ты хочешь лю­бить непрестанно, и потому отстань от всяко­го злого дела, слова и помышления, но все де­лай, говори и помышляй честно, смиренно с сыновней боязнью.
9. Да будет в тебе вместе кротость с похва­лой и смирение с достоинством.
10. Слово твое да будет смиренно, тихо, честно и полезно. В молчании твоем обдумы­вай слова, которые хочешь сказать, а празд­ное и гнилое слово отнюдь да не исходит из уст твоих.
11. Смех, если случится, пусть будет толь­ко до улыбки, и то не часто.
12. Храни себя от ярости, запальчивости и ссоры, в гневе же будь сдержанном.
13. В пище и питии всегда храни воздер­жание.
14. Ко всякой вещи будь снисходителен, тогда и Бог ублажит тебя, и люди похвалят.
15. Смерть — это конец всему, о ней-то и необходимо всегда мыслить.

5. Милосердному и долготерпеливому Творцу Богу нашему угодны от людей следующие дела

1. Чистота. «Святым Духом всяка душа жи­вится и чистотою возвышается (антифон вос­кресный, глас 4) и светится, ибо всякий чис­тый пребывает во Христе и Христос в нем». (Блаженный Феофилакт. Толкование на Еван­гелие от Луки). Пред Богом только чистые свя­щенствуют, от нечистых же отвращает Бог Свое Лицо.
2. Любовь и совершение правды во всем. Богодухновенный пророк говорит: «Любящий неправду ненавидит душу свою» (Пс.10, 5), а не­правда — всякий грех, особенно же смерт­ный.
3. Пост. Есть не только поздно, но и мало, не пресыщаться, не употреблять сластей и есть один раз в день (Современным людям, чаще всего не имеющим здоровья, этот совет уже нельзя применять буквально. Относительно ме­ры поста каждый должен посоветоваться со своим духовником). Если удержишь чрево, то вселишься в рай. Как птице невозможно летать без крыльев, так и человеку невозможно спастись без поста и молитвы. Итак, воздер­живайся от обильной пищи, от бесполезного многословия, от всякой неправды и от хмель­ного питья.
4. Молитва к Богу прилежная, неленост-ная и без суетных мыслей.
5. Милость, милостыня, добровольное по­даяние. Если ты и беден, то хоть немного по­дай и не будь скупым.
6. Любовь. Любить нужно не только бра­тию, но и врагов, любить необходимо и нена­видящих нас, и досаждающих нам, и никогда не делать им зла.
7. Благодарное терпение досады, поруга­ния, обиды и поношения.
8. Любить смирение и отнюдь не гордиться.
9. Хранить молчание; не говорить ни с кем о бесполезном. Особенно же в церкви нужно стоять кротко и ничего не говорить ни с кем, за исключением самого необходимого.
10. Не быть ленивым к делу Божию, но с бодростью и охотой подвизаться в нем.
11. Не быть яростным, дерзким, гневли­вым, не помнить зла и не воздавать злом за зло.
12. Не завидовать никому и ни в чем, не клеветать ни на кого, не лгать ни в чем, не осуждать никого за грехи, хотя бы и своими очами видел их.
13. Отнюдь никогда не смеяться.
14. Непрестанно иметь в уме своем Иисусову молитву и размышлять о смертном часе. Жить осторожно во всякий день и час, хра­нить заповеди Божий и всегда быть готовым стать как на Страшном Суде и дать ответ Богу о всяких своих грехах, ибо говорит Господь: «В чем тебя застану, в том и буду судить тебя», — хорошо, если в добрых делах и покаянии; не-покаявшихся же и не плакавших здесь о сво­их грехах ожидает лютейшая и не имеющая конца мука.
15. Необходимо всегда пред Богом и ду­ховным отцом приносить истинное покаяние в грехах со всяким усердием, сожалением и умилением, никогда потом не грешить и гре­хи свои омывать слезами.

Все эти дела угодны Всемилосердному Господу Богу, Творцу нашему.

6. Молитва повседневного исповедания человека, вступающего на путь спасения

Найдя уединенное место и оставаясь один, сядь, размышляя о своей жизни, и приводи на ум все содеянные тобой от юности грехи,— как исповеданные, так и неисповеданные. Вспомнив же все, воздохни из глубины серд­ца, бей себя в грудь, если это будет возможно, и плачь. Встав же, пади на колена и вознеси ум твой от земли к Божиему Престолу, окру­женному Херувимами и Серафимами. Там, узрев умными очами Бога, «сидящего на высоком и превознесенном Престоле» (Ис.6, 1), смо­трящего на твое обращение, провидящего все пути твои и внимающего тому, что ты хочешь сказать, пади у ног Его премилосердных и со страхом начни говорить Ему так:

«Боже Преблагий, благости источниче, милости бездно! Создателю, Искупителю и Спасителю мой! Тебе, ведущему сокровенная тайная и испытующему сердца и утробы, ис­поведую грехи моя и приношу пред всевидя­щее Око в слух всех Твоих Ангел и Архангел беззакония моя. Согреших, Господи мой и Творче (в томто и томто).

Се язвы и струпы, и гноения моя, о Все­милостивый Врачу! Се тяжкая моя бремена, о Благий Господи! Се студ мой и нагота моя, о Долготерпеливый Судие! Сими деянии мои­ми опечалих, прогневах и раздражих Твою благость; сими образ Твой оскверних, Духа Святаго Твоего оскорбих и Ангела, Храните­ля моего, от себе отгнах; сими Кровь Твою дражайшую, за мя излиянную, попрах и ни во что же вмених; сими погубих красоту ду­шевную, обнажихся благодати Твоея и сотворихся вертеп разбойников, жилище бесов и страстей; сими растлих Церковь, Твоею Кровию искупленную, скверня все тело мое, уды моя творя уды блудничи, оскверняя душу по­мышлении скверными, хульными, гордыми, мерзкими, блудными; сим соизволяя и в них услаждаяся, сими радость бых бесом, плачь же Ангелом, и умерла ми есть душа, лежит же, аки во гробе, зло в обычаи, перстию не­чувствия присыпана и каменем ожесточения привалена. Се, Господи, моя беззакония, превозшедшая главу мою, умножившаяся па­че влас главы моея и паче числа песка морскаго. Сия исповедал, сам себе обличаю, осуждаю и винна себе творю, не точию же сия, яже вспомянух, но ихже не помню, и ихже не разумею, яко греси суть, и ихже исповести не умею, вся сия в превеликое мило­сердие Твое влагаю, Всемилостивый и Незло­бивый Боже.

По толиких же и толико многих делех мо­их студных, по толико великом ума моего помрачения и безумии, по толико лютых падениих и нечувствии едва в себе пришед и из глубины отчаяния моего на великое Твое все­ми грехами людскими не преодоленное ми­лосердие воззрех и уведех, яко не хощеши смерти грешника, но милостиво обращения его ждеши, и единых ради грешников Кровь Свою нещадно излиял еси, да призовеши их на покаяние.

Се уразумев, аз, окаянный, аз, грешный, превозшедый всего мира грехи, вторый злыми делы диавол, подражатель Иудин, распинателем общник, аз, окаянный и беззаконный, всяких мерзостей неопределимое море, всех нечистот бездонная пропасть, аз, скверный, всего зла делатель безстудный, прибегаю и припадаю к Тебе, Всемилостивому и Всещедрому, в болезни сердца моего с покаянием во­пия: согреших, Отче, на небо и пред Тобою, согреших и беззаконновах, бых преступник заповедей Твоих, согреших, яко ин никтоже когда; несмь достоин нарещися сын Твой; несмь достоин воззрети и видети высоту не­бесную, несмь достоин отверсти уст моих пред Тобою, доселе быв враг Твой. Но молю Твою благость и мольбу приношу Твоему не­злобию: помилуй мя, Боже, по велицей ми­лости Твоей и по многим щедротам Твоим очисти беззакония моя.

Помилуй, прости и очисти, яко от Тебе очищение есть. Господи, аще хощеши, можеши мя очистити. Вем, яко хощеши всем спастися: спаси убо и мене, можеши бо, елика хощеши; преклонися, Господи, на милость, помяни древния милости и щедроты Твоя и прости моя согрешения; не помяни моих злых деяний, не вниди в суд с рабом Твоим, не воздаждь ми по делом моим, ни яростию Тво­ею обличи мене, ни гневом Твоим накажи ме­не. Отверзи ми двери благости Твоея, отверзи ми двери покаяния, в покаяние мя приими и в разум призови, возстави падшаго, взыщи заблудшаго, обрящи погибшаго, исцели язвеннаго, воскреси мертваго.

Господи Боже Сил! Обрати мя, яви Лице Твое, и спасен буду; Лице Твое просвети на раба Твоего. Доколе, Господи, забудиши мя до конца? Доколе отвращаеши Лице Твое от мене? Отврати Лице Твое от грех моих, не от­врати же Лица Твоего от мене, яко скорблю, скоро услыши мя. Вем, яко несмь достоин че­ловеколюбия и милосердия Твоего, но досто­ин есмь мук, елико имать ад, достоин есмь червия неусыпающаго, скрежета зубнаго, тьмы кромешния, огня неугасимаго, диаволу и ангелом его уготованнаго. Достоин есмь тартара, егоже и сам сатана трепещет. Обаче елико величество Твое, толика и милость Твоя, и несть грех, побеждающ человеколю­бие Твое. Сего ради не отчаяваюся, но надеюся на Твою неисчерпаемую и непрестанно на всех неоскудне изливающуюся благодать и неизреченное милосердие; надеюся на Тя, Господи, и уповаю, да не постыжуся вовеки. Упование мое Ты еси, Боже, упование же не посрамляет. Не посрами мя, Господи, на Страшнем Твоем Суде пред тьмами тем Не­бесных Сил и всех святых Твоих.

Сердечне жалею, яко прогневах Тя, Со­здателя моего, вечную и нескончаемую бла­гость злобами моими опечалих, и Егоже имех непрестанно любити и заповеди Твоя хранити, Сего, аки ненавидя, бесчисленным себе грехом вдах; Егоже имех желати усердно, о Сем едва мало когда помыслих и небрегох, Егоже имех сладостне насыщатися, Сего преогорчевах и отринух; к Немуже имех прилеплятися, от Того отторгохся; Емуже единому имех жити, Сему умрох, живу же греху, страстем и сластем; Егоже имех боятися и почитати, Сего преобидех и обесчестих в меньшей братии и в себе самом, всего себя скверня делы же, и словесы, и помышлении; Егоже имех благодарити и славословити непрестанно, при Нем пребывая, от Сего отвращахся, отбегох в пути развращенныя и ленихся отверсти уста на славу имени Его пресвятаго.

О желание мое! О милостивый мой Боже! Да не до конца на мя, грешнаго, прогневаешися. Ныне бо о сем всем болезненне жалею и жалети не престану. О дабы Тя, Господа мо­его, не прогневал никогдаже! О дабы был перх вее в мертвых вменен, неже Тя раздражити, Благаго Господа моего!

Вскую родихся, векую воспитан есмь, векую и живу доныне, да Тя, Владыку моего, опечаляю тяжце? Да расседется ныне сердце мое болезнию, да распадется и сокрушится окаменение мое жалостию, да истаю весь, яко воск, внутренним горением, яко утратих Бога моего, отпадох благодати Его, оскорбих благоутробие Его, отчуждихся любления Его, отщетихся славы Его, отставихся от милостиваго присещения Его. Да изведут исходища водная очи мои днем и нощию о сем, понеже не сохраних закона Твоего, понеже много преступих, много согреших пред Тобою; о сем смутися сердце мое, ниже бо тако трепещет муки, ниже тако о отпадении благ небесных изнемогает, яко о сем истаявает, яко Тя прогневах, всего Благаго, всего Сладкаго, всего Любезнаго, всего Вожделеннаго, о сем точию жалети не престану отныне и вовеки.

Да исчезнет в болезни живот мой и лета моя в воздыханиих, да изнеможет в болезни душа моя, и кости моя да смятутся о сем, яко Бога моего, Творца моего, Владыку моего, Искупителя моего опечалих тяжце. И что со­творю? Вем, яко Благ еси Ты, Бог мой, Мило­серд ее и Ты, Создатель мой, Милостив и Щедр еси Ты, Искупитель мой, толико Мило­стив, яко и душу Свою не пощадел, но о нас, грешных, положил еси, и не по беззакониим нашим твориши нам, ни по грехом нашим воздаеши нам.

Се сотворю, у ног Твоих пречистых упа­ду, поклонюся и припаду и восплачуся пред Тобою, Господем, сотворшем мя. Аз бездна грехов, в бездну милосердия Твоего себе по­вергаю, Боже мой, и молю Тя: настави мя на истинное покаяние и приведи в чувство нечувственнаго и окамененнаго. Приял еси мно­гих грешников кающихся: Давида, Манассию, Иосию, мытаря, блудницу, блуднаго сына, разбойника, Петра, Савла, Фотинию, Таисию, Пелагию, Марию Египетскую; не отрини ме­не, тех превозшедшаго грехами, не пришел бо еси призвати праведныя, но грешныя на по­каяние. Призови убо и мене, паче всех грешнейшаго; аше и ничтоже благо сотворих пред Тобою, но даждь ми по благодати Твоей поло­жите начало благое; и сподоби мя, Господи, возлюбите Тя, якоже возлюбих иногда той самый грех, и поработати Тебе без лености, якоже поработах прежде сатане льстивому; наипаче же поработаю Тебе, Господу Богу мо­ему Иисусу Христу, во вся дни живота моего, аще ми подаси благодать Твою в помощь.

Дивлюся воистину многому Твоему долго­терпению, о Всемилостиве, яко во время, в неже совершахуся моя беззакония, не навел еси на мя праведнаго Твоего суда, ниже мя об­личил еси яростию Твоею, ни гневом Твоим казнил мя еси, ни с высоты молниею поразил мя еси, ниже повелел еси земли низвести мя во ад жива и ни коейлибо наглой смерти по­хитите мя попустил еси; и егда на мнозе сему удивляхея, познах, яко безмерное Твое мило­сердие моего покаяния ожидаше и скверному житию моему исправления долготерпеливне и милостивне ожидаше и без казни мя остав­ляйте, да прииду в чувство и познаю моя без­закония, и отстану от злаго моего начинания. Се же познах и с покаянием к Тебе притекох, не сам собою, но Ты мя наставил и привел еси к Себе. И чесо ради сие сотворил еси, и что Тя подвиже к толикому милосердию, и кая Тебе потреба, да мя призовеши? Не вем; се точию вем, яко грешен и безответен еемь, и враг Твой бых доселе, и еще неисправлен; но понеже Ты Сам воззвал и привел мя еси пред Себе, про­свети убо ум мой, отверзи ми уста, научи мя, что глаголати пред Тобою, и очисти многая моя беззакония, омый моя беззакония и мер­зости, окропи мя иссопом милости Твоея, убе­ли мя паче снега, да не мерзостен и сквернен стою пред Тобою. Уне1 бо мне было бы негде в темных недрах земных быти сокровену, неже пред величеством неприступныя славы Твоея в толиком студе, и сице студне обнаженному и всему сквернами греховными окалянну и гнусну стояти, смотрящим на мя всем Твоим предстоящим Ти Херувимам и Серафимам. Но нигдеже есть место, могущее мя пред Твоима паче солнца светлейшима очима сокрыти.

Дивлюся же и недоумеваю о сем, како не гнушаешися толико мерзкими сквернами моими и попускаеши ми стояти пред Тобою и дерзостне, паче же реку, безстудне глаголати? Како не гнушаешися смотрети на нечистоту сердца моего и на мерзость души моея? Како предстатели Твои, внезапу огненными оружии воспретивше, не отринут и не отженут мя от Лица Твоего? Како, возгнушавшеся мною, не ввергнут мя связана во тьму кромешную?

Но не хошет сему тако быти Твое незлобие и крайнее благоутробие; многа бо, многа во­истину милость Твоя, вышша небес, глубочайша бездны ада, пространнейша всея земли и моря благость Твоя, яже и моея погибели не хощет, но обращения ожидает и радуется о покаянии грешничи. Великая Твоя милость, Господи, егда долго терпиши мне, множицею обещавшему каятися и паки в таяже и лютей­шая впадшу; множицею бо обещах покаяние и клятвами сие утвердих, обаче солгах, стра­стный. Каюся, трепеща, неужели, Господи, поразиши мя? И по часе паки таяжде творю. Ты же и еще милосердствуеши о мне, не погубляя мя со беззаконьми моими.

Слава долготерпению Твоему, слава мило­сердию Твоему, слава благоутробию Твоему, слава множеству щедрот Твоих, слава много­му множеству благости Твоея, слава милости­вому Лицу Твоему, Емуже ныне предстоя, Гос­поди мой, приношу Тебе волю и намерение мое, в надежде помощи Твоея заложенное, отныне, от сего дне, от сего часа, от сея черты по силе моей злое и окаянное житие мое ис­правите, о прешедших же гресех до смерти болезновати и жалети, приходящих же опасно блюстися помощию Твоею буду.

Веси, Господи мой, яко ненавижду мерзких дел моих и самаго себе их ради и всесквернаго жития моего ненавижду и более ими Тя, Благаго Бога моего, раздражати не хощу; точию Ты, Господи, даждь ми помощь, без Твоея бо всесильныя помощи и благодати никакбже могу от злых моих дел и греховнаго обычая отстати и ни единаго же блага дела творити, без Тебе бо не могу творити ничесоже. Имею волю каятися, аще ми Ты, Боже, поможеши, можеши мя очистити. Господи, помози ми, и спасуся.

Верую, Господи, Твоему благоутробию, помози моему неверию; верую, яко близ еси всем призывающим Тя во истине. Истинно, истинно, истинно хощу всем сердцем в пока­яние обратитися к Тебе, Богу моему. Боже, в помощь мою вонми, Господи, помощи ми потщися!»

После этого, встав от земли, утверждаясь в надежде на Господа и размышляя о Его вели­кой благости и милосердии, читай псалом 102, чтобы утешилась душа твоя: «Благослови, душе моя, Господа, и вся внутренняя моя, имя святое Его», и прочее.

Если же всех этих слов тебе невозможно будет объять памятью, тогда положи их в уме твоем краткими статьями таким образом:

1) исповедую Богу моему все грехи мои;
2) считаю себя недостойным Его милосер­дия, но достойным вечных мук,
3) однако я не отчаиваюсь;
4) смиренно прощения прошу;
5) полагаю намерение исправить жизнь мою;
6) верую твердо, что будут прощены грехи мои.

7. Генеральное исповедание грехов, произносимое кающимся пред иереем

Исповедаюсь Господу Богу Вседержите­лю, славимому и покланяемому во Святой Троице, Отцу и Сыну, и Святому Духу, Преблагословенной Приснодеве Богородице Ма­рии и всем святым, и тебе, честный отче, во всех моих грехах, которые содеял я мыслью, словом, делом и всеми моими чувствами, ибо я во грехах зачался, во грехах родился, во гре­хах воспитался и во грехах жил по Крещении и даже до сего часа.

Исповедаю также, что крайне согрешил я гордостью, тщеславием, превозношением как очами, так и одеждой и всеми делами моими, завистью, ненавистью, пожеланием как чес­ти, так и сребролюбия, гневом, печалью, ле­ностью, чревоизлишеством, похотью содом­ской, святотатством, неправедной клятвой, прелюбодеянием, воровством, граблением, всяким видом любодеяния, пресквернейши­ми нечистотами, пьянством, объядением, праздным разглагольствованием, плотской похотью, нечистым целованием и прикосно­вением, детородными удами моими, мыслен­ным желанием убийства, всегдашним недо­стойным восприятием Тела и Крови Господ­ней, лукавыми увещаниями и ласкательст­вом, неведением, небрежностью, стремлени­ем к лихоимству, совершением лихвы, сквер­ным исполнением дел церковных, недоста­точным подаванием милостыни, жестокос­тью к убогим, скверным принятием и угоще­нием нищих, притеснением порученных мне домочадцев, непосещением болящих по запо­веди евангельской и находящихся в темнице, непогребением мертвых, неодеванием убо­гих, ненасыщением алчущих и ненапоением жаждущих.

Исповедаюсь, что не воздавал должной чести, празднования и поклонения дням пра­здничным — как Господним, так и святых угодников Его, и не проводил их трезвенно и чисто, соделывал неприятное начальствую­щему и не помогал ему, не утешал просителей и даже вредил им. Тяжко согрешил я хулени­ем и оклеветанием старейшин и начальников, несохранением верности пред моими друзья­ми и благодетелями, неисполнением должно­го повиновения, взиранием с нечистой совес­тью на зверское и скотское совокупление, гордым вхождением в церковь Божию, стоя­нием, сидением, возлежанием и неподобным из нее исхождением, праздными разговорами в ней, беззаконным делом, скверным собесе­дованием с другими. Исповедаюся, что с не­чистым сердцем и скверными руками при­ближался ко святому служению и прикасал­ся к священным сосудам, нерадиво творил в церкви Божией молитвы, псалмопения и при­зывание Божие.

Тяжко согрешил я помышлением пре­злейшим, размышлением и поучением раз­вращенным, мнением ложным, осуждением безрассудным, согласием злым и советом не­праведным, вожделением и услаждением скверным, в словах праздных, излишних, не­чистых и досадительных, во лжи, в прельще­ниях, в различных клятвах, в непрестанных оклеветаниях, развевая ссоры и раздоры и на­смехаясь на другими, в праздном глумлении, в прении, в лести, в лукавстве, в шептании, в суетной и тщетной радости и во всем злом.

Согрешил я роптанием, хулением, шутов­ством, смехотворством, заспанием, злоречивостью, укорением, сквернословием, надру­гательством, лицемерием, бдением, Богу про­тивным, похотью телесной, блудными мыс­лями, нечистыми наслаждениями, согласием с дьяволом, преступлением заповедей Божиих, небрежностью в любви к Богу и ближнему, зрением, слухом, вкусом, обонянием, осяза­нием похотным и нечистым.

Погиб я во всех моих мыслях, словах, из­волениях и делах. Поскольку в этих и прочих всех беззакониях, какими только немощь че­ловеческая может согрешить против Бога и Создателя своего мыслью, словом, делом или услаждением, или вожделением, — во всем этом я согрешил, считаю себя повинным пред Лицом Божиим больше всех людей, испове­даю как это, так и все прочие бесчисленные мои грехи, которые соделал волей или нево­лей, ведением или неведением, сам собой или чрез других, или соблазнением брата моего, и которых я вследствие их множества не могу ни знать, ни вспомнить, а что вспомнил, то сказал, — поскольку по всем сказанном и не сказанном, по беспамятству моему и множе­ству грехов, каюсь, жалею и считаю себя ви­новным пред Господом Богом моим; посему смиренно молю Пресвятую и Преблагословенную Деву Богородицу и все Небесные Си­лы, и всех святых угодников Божиих, и тебя, честный отец иерей, в присутствии которых я все это исповедал, чтобы в день Судный все были свидетелями против дьявола, врага и не­приятеля рода человеческого, что все это я ис­поведал, и чтобы молились о мне, грешном, Господу Богу моему. И прошу тебя, отче чест­ный, как имущего такую власть, данную тебе Христом Богом, чтобы разрешил меня от всех этих грехов моих, которые я рассказал тебе, очистил меня, простил и дал мне епитимию за все согрешения мои, ибо я искренно сожалею о моем согрешении, добровольно каюсь и имею сильное желание и намерение блюстись от них с Божией помощью, насколько воз­можно.

Прости меня, отче, разреши и помолись о мне, грешном. Аминь.

После этого можно прочитать молитву ко Христу, нас ради распятому, для воспомина­ния Его спасительных страданий, подъятых ради наших грехов. Читая ее, человек полу­чает немалое умиление и как бы уздой удер­живается от прегрешений и направляется к исправлению и преуспеянию Богу угодной жизни.

8. Молитва, или Краткое воспоминание страданий Христовых

Радуйся, всем властем трепетная Господа нашего Иисуса Христа главо, нас ради за власы терзанная, тернием венчанная, тростию биенная, и даже до мозгу изболенная!

Радуйся, предрагое Спасителя нашего ли­це, добротою паче всех сынов человеческих краснейшее, Божественным зраком сияю­щее, Ангелы проникнута желаемое и всем удивительное, нас ради оплеванное, бесчест­ие прикровенное, пястьми биенное, все изсинелое, ни вида, ни доброты не имущее!

Радуйтеся, всемилостивии очи, паче солн­ца светлейший, зрением всех сердца к себе влекущий и умиляющий, нас ради слезами облитый и кровью затекший!

Радуйтеся, пребожественнии ноздри, воню благоухания духовнаго ощущающий, нас ради от беззаконных устен скверных и мерз­ких блевотин смрад терпевший!

Радуйтеся, медоточная уста и пресладкая гортане, нас ради оцтом и желчию напоенныя!
Радуйтеся, всечестнейшии уши, нас ради неисповедимое поругание, хулу и бесчестие терпевший!
Радуйся, всесмиренная вые, греху неповин­ная, нас ради заушенная и вервием на пропятие веденная!

Радуйся, хребте пресвятый, нас ради лю­тыми спекулаторскими (палачей) бичами у столпа биенный и весь даже до костей иссеченный!
Радуйтеся, всесильнии и вседержавнии ру­це и рамена, нас ради мучительски вязании. Крест понесший и на нем протягненнии!

Радуйтеся, прекроткии перси, паче Авраамлих недр наперсников и другое своих упо­коевающий, нас ради нестерпимых страстей и мук ужасом смущенный и спекулаторскими бичьми биение купно с хребтом и чревом пре­терпевший!

Радуйся, присно живущее сердце, нас ра­ди смертоносными скорбьми, печальми и ко­пнем ураненное!
Радуйтеся вси, преблагоутробнии внут­ренности, нас ради горькими пачеестественными болезньми без меры томленные!

Радуйся, преславное боготочное ребро, нас ради воинским копием даже до сердца прободенное и оттуду Кровь и воду источив­шее, от нихже купель седмеричных Тайн жи­вотворная к нашему очищению и освящению устроена!

Радуйтеся, почитаемии и всепоклоняемии колена, в молитве к земле преклоненная и под Крестом на землю и камение падающая!
Радуйтеся, почитаемии и всепоклоняемии нозе, нас ради гвоздьми ко Кресту с руками пригвозденнии!

Радуйся, всецелое Тело Господа нашего Иисуса Христа, нас ради на Кресте между злодеи распятое, без милости уязвленное, от ног до главы целости не имущее, умершее и погребенное!

Радуйся, пребесценная Крове от всех жил и составов Спасителевых, и от самаго сердца нас ради нещадно излиянная!
Радуйся, пресвятая душе Христова, на Кресте за ны с воплем крепким Богу Отцу преданная!

В том предании и аз днесь душу мою Тебе, Спасу и Искупителю моему, предаю и вся чувства и глаголы моя, советы и помышления моя и вся тела и души моея употребления, ве­ру и жительство мое, течение и кончину жи­вота моего, день и час издыхания моего, пре­ставление мое и упокоение, и воскресение души и тела моего вручаю и молюся: прими в руце Твоего Владычняго защищения, распятыма Твоима дланьма благослови, в язвах Тво­их сохрани и избави мя от всякаго зла; Кровию Твоею очисти многое множество моих беззаконий; Крестом Твоим аки копием прон­зи окаянное сердце мое, яко да кроме Тебе, Живодавца моего, ничтоже ино возлюбит, и яко да на Тебе распятаго взирает, состраждая и умиляяся, грехом, аки мерзкою блевотиною, гнушаяся, волю свою отсекая, и яже о себе на Твой Промысл возлагая и оттуду полезное восприяти уповая; смертию Твоею умертви ми душетленныя страсти телесныя и подаждь исправление злому моему и развращенному житию, от грядущих грехопадений лютых восхищая, от бесов, страстей и злобы человеческия немощь мою покрывая, и безбедным спасительным путем к Тебе, пристанищу мое­му и желаний моих краю, руководствуя, и благословенным Твоим овцам сопричитая, да с ними Тебе, Творца моего со Отцем и Святым Духом славлю вовеки. Аминь.

9. Богомысленное размышление о пресвятых страданиях Господа нашего Иисуса Христа

Всякий истинно верующий сын Церкви должен вспоминать смерть Христову, которую Он претерпел по плоти ради нас неповинно: «Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его» (1 Петр. 2, 22). Да будешь ты, душа боголюбивая, благодарна Пострадавшему и Умершему ради тебя!

Вспомни все, начиная с безлетного рож­дения Сына Божия. Размышляй только верой одной, как Он неисследованно, неизреченно и непостижимо прежде веков родился от Отца и как Слово Божие, родившееся прежде веков от Отца, неоцененное сокровище сердца От­чего, из чрева прежде денницы рожденный Отцом, — как Это Слово Божие, превозлюбленный Сын Бога Отца, благоволением Отца и содействием Пресвятого Духа соизволил, ради нашего спасения, воспринять человече­ское естество и в нем устроить наше спасение.

Вспомни, как Он родился от Пренепорочной Девы Марии во времени и воспринял че­ловечество от Ее пречистой крови, как создал словесную душу этому человечеству, так что явился совершенным Человеком, и как в том человечестве Он пришел в совершенный воз­раст. Когда же пришло превожделенное время нашего искупления, тогда Христос, Спаси­тель и Бог наш, на Тайной Вечери ученикам Своим и апостолам, а через них и нам всем преподал дивную и страшную Тайну, ибо, приняв в Свои пресвятейшие и Божествен­ные руки хлеб и благословив, преломил и дал ученикам Своим апосуолам, говоря: «Приииди­те, ядите: сие есть Тело Мое» (Мф. 26, 26).

Благодаря за это благодеяние, каждый должен произнести молитву Господню «Отче наш» с таким окончанием: «Яко Твое есть царство и сила, и слава со Безначальным Тво­им Отцем и с Пресвятым и Благим, и Живо­творящим Твоим Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь» (поклон).

На той же Своей Тайной Вечери Христос, Сын Божий, приняв в Свои пребожественные и пресвятые руки Чашу, воздав хвалу, подал ученикам Своим, говоря: «Пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих из­ливаемая во оставление грехов» (Мф. 26, 27—28). Благодари за это благодеяние, ибо Христос, Спаситель наш, сподобил нас таковых прест­рашных Тайн не по какой-либо нашей заслуге, но по Своей крайней и неизреченной милости и любви к роду человеческому. Он благоволил нашему истлевшему естеству, падшее возобно­вил на лучшее, воссоздал, примирил с Собой и сделал нас единокровными и единотелесными. Благодаря за это, произносимолитву «Отче наш» (поклон).

Окончив же Тайную Вечерю, Христос, Сын Божий, по глубочайшему Своему смире­нию и неизреченной любви, встав, положив ризы Свои и взяв полотенце, препоясался. Потом, влив воду в умывальницу, начал умы­вать ноги ученикам и отирать полотенцем, которым был препоясан (см. Ин. 13, 4—5). Дивясь такому Его преглубокому смирению и странному действию, каждый пусть постара­ется прочитать с сердечным умилением мо­литву «Отче наш» (поклон).

Потом Христос, Сын Божий, пошел с уче­никами Своими по обычаю на гору Елеонскую и, преклонив там Свои колена, молился Богу Отцу, говоря: «Отче! О если бы Ты благово­лил пронести чашу сию мимо Меня! Впрочем, не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк. 22, 39—44). С великим подвигом, прилежно и троекратно молился Он об этом, и пот Его имел вид ка­пель крови, падающих на землю. Воспоминая такую Его прилежную молитву, постараемся и мы с особым старанием молиться к Нему и говорить: «Отче наш» (поклон).

С тем же богомыслием здесь следует вспом­нить и то, как пришел предатель Иуда и сделал знак, который он дал воинам, посланным с ним: «Кого я поцелую, Тот и есть» (Лк. 22, 47). Спаситель наш и Искупитель, видя Своего главного врага и предателя, подошедшего лоб­зать Его лицемерно, сказал: «Иуда! Целованием ли предаешь Сына Человеческого?» (Лк. 22, 48). Тогда воины, связав Его, повлекли, как зло­дея, и привели сначала к Анне, ибо он был те­стем Каиафе, и здесь Он был допрошен об учении и учениках. Иисус отвечал так: «Я гово­рил явно миру; Я всегда учил в синагоге и в хра­ме, где всегда иудеи сходятся, и тайно не гово­рил ничего. Что спрашиваешь Меня? Спроси слышавших, что Я говорил им; вот, они знают, что Я говорил. Когда Он сказал это, один из служителей, стоявший близко, ударил Иисуса по щеке, сказав: «Так отвечаешь Ты первосвя­щеннику?» (Ин. 18, 13, 18—22).

От такого сильного и бесчеловечного уда­ра упал наш Христос, не имея возможности устоять. Упал! О чудо! Упал Создатель наш! Упал, Надежда наша, от столь сильного удара, терпя за нас такую лютую боль по бесконеч­ной любви Своей к нам. Много Крови из Его пресвятых уст, из носа и из ушей истекло от такого бесчеловечного и жестокого удара, и был слышен тот удар во всем архиерейском доме. Но ударившему Его Он произнес крот­ко такие слова: «Если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня ?» (Ин. 18, 23). Он этим сказал как бы следую­щее: за что ты, человек, так люто уязвляешь Меня, Создателя твоего, здравие Мне по­вреждаешь, жизнь отнимаешь, смерть ста­вишь пред очами, во гроб вселяешь Меня? После такого сильного удара невозможно бы­ло бы более жить, если бы человечество не было укреплено Божеством.

О всем таком размышляя, ты, боголюбивая и христолюбивая душа, должна с горьки­ми слезами и с умилением сердца возносить к Нему молитву «Отче наш» (поклон).

Богомыслие святое! Иди еще за Иисусом, и ты увидишь, как Он был привязан к столпу, как был избит и окровавлен, как весь был изранен, наг и поруган, как из Его пресвятого израненного Тела текла Кровь, подобно реке. Иисус же молчал. Он все это с великим позо­ром и болезнью ради тебя терпел, о человек!

Пророк Исайя, издалека видя Его, так страждущего, говорит: «И мы видели Его, и не было в Нем ни вида, ни красоты» (Ис. 53, 2), а некто из учителей, толкуя эти слова, сказал: «Вот Человек!» (ср. Ин. 19, 5). Подобно тому и Пилат говорил: «Смотри, строптивый иу­дейский народ, на своего Царя, не имеющего даже вида человеческого, всего истерзанного, окровавленного, всего в ранах; смотри: от ног до головы нет в Нем целости, одумайся и пре­крати неистовство свое. Не отпустить ли Его вам, уже довольно измученного?» Но они кри­чали: «Если отпустишь Его, ты не друг кесарю. Возьми, возьми, распни Его!» (Ин. 19, 12, 15). Размышляя об этом, поклонись, боголюбивый человек, до земли, говоря столь люто страждущему ради тебя Сыну Божию сию мо­литву: «Отче наш» (поклон).

Богомыслие святое! Смотри теперь не­много дальше от столпа. Мысленными очами смотри на твоего Создателя Христа, Спасите­ля и Бога, как Он, нагой, терпя вышесказан­ные лютые мучения, трясется как от ужасных страданий, так и от стужи (ибо тогда была зи­ма), возлагая на Себя Свою одежду. Помысли: какой великой срамоты и бесчестия был ис­полнен неповинно страдающий Спаситель, Сын Божий, как пред всеми был обнажен и уязвлен!?

О небо! О земля! О бесчувственное творе­ние! Смотри и внимай, как чувственные и ра­зумные твари причиняют столь великую и нестерпимую обиду Создателю своему! Не медли более, возьмись за свое оружие!

Небо, убей их молнией и громом! Море, залей их страшным потопом! Солнце, луна и звезды и прочее огненное естество, произведи свое действие, сожги в пепел неблагодарных и исполненных злобы к Благодетелю своему! А ты, земля, разверзи свои недра, низведи в преисподнюю тела и души не только тех, ко­торые убивают, но и тех, которые неблагодар­ны за это страдание. А ты, огненное естество, жги адским огнем бесконечно, ни на один час не давай отрады, но всегда умножай и распро­страняй лютые муки!

И все это совершилось бы, если бы Бог, страждущий плотью, не удержал этого всемо­гущей силой Своей, терпя жестокие страда­ния по любви к роду человеческому, ибо Он всем желает спасения, а не погибели. Итак, если кто христолюбец, тот пусть, размышляя об этом, говорит Ему молитву «Отче наш» (поклон).

Святое богомыслие и боголюбивая душа! Молю тебя, не отступай к мирской суете, не приносящей тебе пользы, но, размышляя обо всех тех страданиях, остановись и хоть немного вникни в них. Посмотри мысленными очами на лицо Христа твоего, и ты увидишь, что злобствующим людям недостаточно было ви­деть Его всего израненного, но, кроме того, еще и лица Его, уже всего заплеванного, кос­нулись и, закрывая его, били.

Некоторые церковные учители, размыш­ляя о том, почему закрывали Его пресвятое лицо, рассуждают так: «Поскольку лицо Хри­ста, Спасителя нашего и Бога, было исполне­но неизреченной красоты, согласно словам Псалмопевца: «Ты прекраснее сынов человечес­ких» (Пс. 44, 3), и было исполнено умиления, то потому не просто били, но закрывали его, пока и само лицо не сделали безобразным, ибо от жестоких ударов оно все посинело и окровавилось».

Приди и стань здесь, все чувственное со­здание, и смотри на Царя твоего: можешь ли узнать, Кто это? Весь жестоко изранен, весь в крови, не имеет даже «вида и красоты» (Ис. 53, 2), а ведь все это Он терпит за твое невоздер­жание, ибо грехи твои так сильно изранили Царя славы. Поэтому перестань отныне до­саждать Ему, примирись чрез Святое Покая­ние и не уязвляй более превозлюбленного твоего Искупителя, ибо все выстрадал Он за грехи твои, согласно написанному о Нем в пророчестве: «Он взял на Себя грехи наши и по­нес наши болезни; а мы думали, что Он был по­ражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши» (Ис. 53, 4—5). Раз­мышляя об этом, произноси молитву «Отче наш» (поклон).

И еще не отступай от богомыслия, христо­любивая душа! Слушай Христа Спасителя, го­ворящего через пророка: «Все проходящие по, пути! Взгляните и посмотрите, есть ли болезнь такая, какая постигла Меня?» (Плач. 1, 12).

Такого мучения еще недостаточно было для злобных иудеев. Хотя и все Тело Его было как бы одна рана, однако еще и главу Его свя­тую венцом, сделанным не из камня драго­ценного, но терновым увенчала злобствующая мачеха, еврейское сонмище, и терновыми ко­лючими иглами так изранили, искололи Его пресвятую главу, что шипы проходили до са­мого мозга, причиняя неописуемые страда­ния незлобивому Агнцу Христу, Спасителю и Искупителю нашему. Размышляя обо всем этом умом твоим, боголюбивая душа, ужас­нись и, с трепетом пав на землю, со слезами твори молитву «Отче наш» (поклон).

Богомыслие святое! Пойдем еще за Хрис­том по пути Его, ибо, взяв Иисуса, повели Его злые мучители, пошел Он, неся Крест, на ко­тором должен быть распятым. Крест же тот был очень тяжел, ибо, как говорят некоторые церковные учители, он был в длину пятьдесят стоп, то есть пятьдесят шагов. И такую то тя­жесть нес на плечах Своих Сын Божий, уже и без того крайне измученный.

Помысли, каковы должны были быть Его страдания, когда причиненные Ему раны снова терзались, стираемые такой тяжестью крестного древа. Но и еще к тому присоеди­няли удары и толчки, и, наконец, так измучи­ли, что Он падал на пути, не будучи более в силах нести Крест. Тогда заставили Симона Киринейского нести Крест Его до Голгофы, к которой направлялись.

Ты же, душа правоверная, идущая вслед за своим Учителем, присоединись к идущей за Иисусом с прочими женами плачущей и рыда­ющей Матери Его, Преблагословенной Деве Марии. Ты так же плачь и рыдай. Расторгни твое затверделое и окаменелое сердце, чтобы и тебя утешил идущий на вольную страсть Сын Божий, чтобы и тебе сказал, как и тем, которые следовали за Ним: «Дщери иерусалим­ские! Не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и о детях ваших» (Лк. 23, 28).

О превожделенное наше утешение, Хрис­тос Спаситель наш! Сподоби нас радостно Тебя узреть, когда придешь со славою Твоею судить живых и мертвых. Тогда и нас, вспо­минающих Твои святые страдания, прими в царство Твое и сподобь нас радостно наслаж­даться в нескончаемые веки лицезрением Те­бя. Так говоря или помышляя, произнеси мо­литву «Отче наш» (поклон).

Еще, богомыслие святое, вспомни и то, как Ему, Спасителю нашему, с крайней жес­токостью пригвождали ко Кресту пречистые Его руки и ноги железными, острыми и длин­ными гвоздями, какие страдания терпел тогда и сколько источилось Крови. Думаю, что тог­да до последней капли Он источил ее за нас. Так вот вознесли Его на Крест… Тогда воз­можно было пересчитать все кости Его, как и пророк Давид говорит от Его лица: «Пересчи­тали все кости Мои» (Пс. 21, 18).

Некоторые церковные учители усматрива­ют три тягчайшие болезни Христовы. Первая — когда растянули Его на Кресте столь люто, что все члены Его расступились и их можно было пересчитать. Вторая — в том, что при та­ких ужаснейших страданиях Он видел мно­гих неблагодарных за такое Его благодеяние и неверующих. От этого Он жестоко мучился сердцем Своим и молился Богу, Отцу Своему, как сказал апостол: «Он, во дни плоти Своей, с сильным воплем и со слезами принес молитвы и моления Могущему спасти Его от смерти; и услышан был за Свое благоговение» (Евр. 5, 7).

Третья болезнь была в том, что Спаситель наш крайне сокрушался сердцем Своим, ког­да видел стоящую при Кресте Мать Свою, по­раженную в сердце, как оружием, ужасным горем и печалью, согласно сказанному Ей Симеоном: «И Тебе Самой оружие пройдет ду­шу» (Лк. 2, 35). Спаситель наш, видя Ее как бы мертвую от печали, плачущую, страдающую и со слезами к Нему вопиющую: «О, Сын Мой, как терпишь Ты смерть лютую и позорную?! Не могу терпеть, видя Тебя так страждущим!». Слыша это и видя Ее, люто страждущую Ма­теринским сердцем и снедаемую печалью, Он крайне болел Своим сердцем. Некоторые учители об этом так рассуждают, что если бы собрать воедино страдания всех мучеников, страдавших за Христа, сколько бы их ни бы­ло, соединить их и сравнить их со страданием Пречистой Девы Марии, то оказалось бы, что Она страдала больше всех и, если не телом, то душой ужасно мучилась и болела о неповин­но страждущем Сыне Своем и Боге. Читая об этом или размышляя, говори Богородице: «Богородице Дево, радуйся» (поклон).

10. Семь слов Спасителя на Кресте

Святое богомыслие! Не хочешь ли и еще побыть при распятом на Кресте Спасителе нашем и слышать последние Его сладчайшие слова, которые изрек Он на Кресте и которых по счету семь?

Первое. Молясь о распинающих, Он так сказал Отцу Своему: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23, 34). Вспоминая это, боголюбивый человек, и ты прощай сво­им врагам согрешения, молясь, чтобы про­щены были их согрешения. Также и сам с умилением и слезами проси прощения у Бо­га, говоря: согрешил, прости мне!

Второе. Когда проходящие мимо хулили Его, качая своими головами, и говорили: «Э! Разрушающий храм и в три дня созидающий! Ес­ли Ты Сын Божий, спаси Себя Самого и сойди со Креста» (Мф. 27, 40; Мк. 15, 29), тогда и раз­бойники, распятые с Ним, поносили Его. Ии­сус, слышав, как неблагодарный народ и вра­ги Его даже на Кресте оскорбляли Его своей неблагодарностью и поносили Его, возопил громко, говоря: «Боже Мой, Боже Мой! Для че­го Ты Меня оставил!» (Мф. 27, 46). Вспоминая эти слова Христовы, и ты воскликни к Нему в великом умилении сердца, воскликни к Богу, говоря: «Боже Сыне, Слово Божие, Христе Спаситель мой, страждущий ради меня на Кресте плотью, услышь меня, вопиющего Те­бе: Боже Мой, зачем Ты оставил меня? Поды­ми падшего! Оживи умерщвленного множест­вом грехов, чтобы не погиб я во грехах! Прими мое покаяние и человеколюбно помилуй!»

Третье. Один из повешенных с Ним злоде­ев хулил Его, говоря: «Если Ты Христос, спаси Себя и нас» (Лк. 23, 39). Другой же останавли­вал его, говоря: «Или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же? И мы осуждены спра­ведливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал». И сказал он Иисусу: «Помяни меня, Господи, когда приидешь во царствие Твое! И сказал ему Иисус: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23, 43).

Размышляя об этом милостивом слове Христовом кающемуся разбойнику, присту­пим и мы к Нему с усердным покаянием, ис­поведуя грехи свои подобно тому, как и благо­разумный разбойник не скрыл своих грехов, но исповедал, что по заслугам и за грехи он страдает. Кроме того, он исповедал еще и то, что Сын Божий был неповинен, и веровал, что Он не просто человек, но Господь. К Не­му и вопль свой он направил, потому что ве­рил в Него, как в Царя и Господа Бога Истин­ного. Поэтому и казнь, учиненная над ним, была вменена ему в наказание за его грехи, и отошел он, по словам Господа, в Его царство. Итак, возопием к Нему с покаянием и мы, по­добно разбойнику: «Помяни меня, Господи, когда приидешъ во Царствие Твое!»(Як. 23, 42)

Четвертое. Иисус, видя стоящих при Крес­те Мать Свою и ученика, которого Он любил, «говорит Матери Своей: «Жено! Это сын Твой». Потом говорит ученику: «Это Матерь твоя!» (Ин. 19, 27). Здесь приведу слово святого Ио­анна Златоуста о распятии Господнем, на плач Пресвятой Богородицы. «Почему нестерпимо страдала Мать, родившая Пречистого? По ка­кой причине?! Потому, что Она Мать! Какое жало не язвило душу Ее?! Какие стрелы не пронзили сердце Ее? Какие копья не истерза­ли все существо Ее! Потому и удержаться не могла Она с подругами, предстоящими с Ней около Креста, соболезнующими и плачущими с Ней о несчастии, не могла Она стоять даже и недалеко. Не имея сил стерпеть сердечного содрогания и желая слышать последние слова возлюбленного Сына Своего, припала к Нему и, стоя при Кресте и рыдая, со стоном воскли­цала: «Что значит этот ужас, нестерпимый для очей Моих, Владыка Мой? Что сие чудо, за­тмевающее свет солнечный, о Сын Мой? Что сие недоуменное таинство, сладкий Иисусе? Не могу видеть нагим Тебя, одевающегося светом, как ризами! А ныне что вижу Я? О Твоей одежде воины жребий метают, о той одежде, которую соткала Я Своими руками. Терзается душа Моя, видя Тебя висящим по­среди всей вселенной на высоком древе между двумя злодеями. Одного Ты в рай вводишь, яв­ляя образ языческого обращения, а долготерпишь другого хулящего, являющего образ ожесточения иудейского. О зависть! Ты всех праведных, живших от века, обошла и косну­лась Моего Сладчайшего Чада. О премирные и бесплотные Силы! Сойдитесь со Мной и ры­дайте. О. солнце! Сострадай Чаду Моему; пре­творись во мрак, ибо уже скоро под землю сойдет свет очей Моих. О луна! Сокрой лучи свои, ибо уже во гроб входит заря души Моей. Куда скрылась красота Твоя, «прекраснейший из всех сынов человеческих» (см. Пс. 44, 3)? Как по­меркла светлость очей Твоих, око, иссушаю­щее бездны?» Сказав это, Богородица изне­могла и, стоя пред Крестом, закрывая руками Свое лицо, в отчаянии недоумевала. Иисус же, склонив главу Свою к правой стороне и тихо отвернув уста, произнес: «Жено! Это сын Твой», показывая на Своего ученика Иоанна Бого­слова. Размышляя обо всем этом, правоверная душа, со слезами молись Богу, говоря: «Госпо­ди, помилуй».

Пятое. После этого Иисус, зная, что все уже свершилось, сказал, да сбудется Писание: Жажду (Ин. 19, 28). Сосуд же, полный уксуса, стоял вблизи. Воины, наполнив губку уксу­сом, надели ее на трость и пододвинули к Его устам. Вспоминая это, с умилением сердца воскликнем к Нему: «Распятый ради нас, Христос Спаситель наш, сладость наша, на­пои нас от обилия дома Твоего питием сладо­сти, и когда придешь судить со славою, да на­сытимся, как явится слава Твоя. Здесь же не презри нас, алчущих и жаждущих, но сподобь нас быть достойными причастниками Пречи­стых Тайн Тела и Крови, которую Ты за нас пролил, сделай нас достойными и не осуж­денными во веки веков».

Шестое. Когда Иисус принял уксус, Он сказал: «Совершилось!» (Ин. 19, 30). Вспоминая это слово, говори так: «Христос, Спаситель и Искупитель наш! Сделай нас совершенными пред Тобой, чтобы, ходя путем заповедей Твоих, мы были совершенными в добрых де­лах и услышали бы сей превожделенный при­зыв: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от со­здания мира» (Мф. 25, 34).

Седьмое. Громко воскликнув, Иисус ска­зал: «Отче! В руки Твои предаю дух Мой» (Лк. 23, 46). Сказав же это, Он, преклонив голову, ис­пустил дух. Здесь, святое богомыслие, размы­шляй так. Кто предал дух? Сын Божий, Созда­тель наш и Искупитель наш. Поэтому с вели­ким желанием сердца вещай к Нему: «Когда придет страшный час разлучения души моей от тела, тогда, Искупитель мой, прими ее в руки Твои и сохрани ее свободной от всяких бедствий, да не узрит душа моя мрачного взо­ра лукавых демонов, но да спасенной пройдет все мытарства сии. О, Спаситель наш! Мы твердо надеемся получить это от Твоего чело­веколюбия и милосердия».

Покольку тогда была пятница, то чтобы не остались на кресте тела в субботу, «ибо та суб­бота была день великий» (Ин. 19, 31), иудеи мо­лили Пилата, чтобы перебили повешенным голени и убрали их. Воины же, придя, перво­му перебили голени, а потом и другому, рас­пятому со Христом. Иисусу же не перебили голеней, ибо увидели, то Он уже умер, но один из воинов пронзил Ему копьем ребро, и тотчас истекла Кровь и вода: Кровь на освя­щение наше, вода же на омовение. Тогда вся тварь поразилась страхом, видя мертвым и висящим на древе Жизнь всяческих. Тогда Иосиф Аримафейский пришел просить Тело Иисусово и, сняв его с древа, положил во Гро­бе новом. «Воскресни, Господи Боже наш, и избави нас имене Твоего ради» (Пс. 48, 27). Аминь.

11. Благодарственное воспоминание страданий Христовых и молитвенное размышление, наиболее полезное из всех молитв, совершать которое должно во все пятницы

Начало так: «Благословен Бог наш», а ес­ли инок или мирянин, то: «Молитвами свя­тых отец наших»; потом «Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе», «Царю Небесный», «Трисвятое». После «Отче наш» «Господи, поми­луй» 12 раз. «Слава, и ныне», «Приидите по­клонимся» трижды. «Помилуй мя, Боже», «Верую во единого Бога Отца».

После этого говори следующие стихи:

О, сколь сладки и сколь красны шествия Твоя, Сыне Божий, сшедый с небес! Иский бо заблудшее овча, человека согрешивша, мно­гие бесчисленные труды, многие сотворил еси путешествия, по сих же пришел еси на страсть и смерть вольную, о нихже, Содетелю и Искупителю мой, благодарение Ти от всего сердца моего возсылаю!

(После каждого стиха твори поклон).

За перваго Адама, согрешившаго в рай­ском вертограде, ятый и сильно связанный в Гефсиманском вертограде, второй Адаме, Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Те­бе, слава Тебе! Свяжи мя любовию Твоею толь крепко, дабы паче избрал умрети, нежели когда коим грехом озлобити Твое незлобие и человеколюбие, молютися.

От вертограда веден чрез поток Кедрский, в пути же том поткнувыйся, и на землю падый, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Припадаю Ти ко пре­чистым стопам Твоим, от всякаго падения ду­шу мою соблюди, молюся Ти.

От Анны до окаяннаго Каиафы архиерея веден, идеже по пречистым ланитам Твоим, яже суть красны, яко вертоград благовонных аромат, претерпел еси биения. Слава Тебе, слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, слава Тебе!

Такожде пред Каиафою рукой железною, вооруженною, от неблагодарного Малха, ему же в вертограде усеченное от Петра ухо исце­лил еси, столь тяжко в ланиту ударенный, Гос­поди, яко избразишася вся персты проклятыя руки оныя на пресвятом лице Твоем, подвигошася же зубы Твои, белы паче млека; ударение Твое во всем дворе архиерейском слышано бысть. Ты же абие на землю пад, из уст Своих пречистых, такожде и из носа много Крови Божественныя источил еси, Источниче жизни нашея. Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, вопию Ти: слава Тебе, слава Тебе!

Пред темже Каиафою, ложным и лжелюбным архиереем, ложная на Тя свидетельства слышавый, обаче, яко агнец, безгласен, уст Своих не отверзый, но молча вся претерпевый, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Даруй мне молчание и терпение противных с усердием, от коголибо возстающих на мя, да не обретается лесть и ложь во устах моих, молюся Ти.

В поругание Лице Свое пресвятое покровенно имый, и по Лицу ударен, таже «кто есть ударей Тя?» вопрошен был еси, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе! Покрый прощением грехи моя, да не покрыет студ вечный лица моего, егда предстану Лицу Твоему, Егоже мя зрети и насыщатися сподоби, молюся Ти.

От несмысленного соборища иудейскаго и Каиафы, аки хульник и законопреступник ска­занный, повинен быти смерти, глубоко в нощь от иудеев поруган и уничижен, многажды во дворе архиерейском ударен, также и в темни­цу до утрия ввержен, Господи Иисусе Христе, слава Тебе, слава Тебе, Свете незаходимый! По отшествии моем от жития сего душу мою от темницы геенския свободи, молюся Ти.

Утру бы вшу связан от иудей и приведен к Понтийскому Пилату игемону, иже ни единыя в Тебе вины обрете, спасению нашему виновне, Господи Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, слава Тебе! Тако мя во всей жизни сей сохрани, да в час смерти моея ни единые ви­ны обрящет во мне враг и супостат души мо­ея, молюся Ти.

От Пилата веден ко городу Ироду, иже аще Тя от многаго времене видети желаше, обаче юродив и нерадив сый, Тебе, предвечную и несозданную Мудрость, несмысленна вме­няя, уничижи и поругався облече Тя в ризу светлу; слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, слава Тебе! От поругания невиди­мых враг соблюди и в ризу нетления по смер­ти моей облещи мя, молюся Ти!

Ирод посрамленна возврати Тя паки к ма­лодушному Пилату, к нему же веден сый, мно­гая ударения и озлобления мене ради в том пу­ти пострадавый; слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, слава Тебе! Пути моя направи ко свету заповедей Твоих, молюся Ти.

От Пилата изведен сый и к столпу приве­ден, идеже Сам ризы Своя с Себе снем, столп же объем самохотне, неповинный руками и чистый сердцем, руце Свои пресвятыя к стол­пу в привязание приложил еси, хотя челове­ческое естество разрешити и свободити от рук вражиих! Руками же свирепых воинов зело сильно связан и к столпу привязан, терновы­ми розгами остистыми, остроузловатыми бичьми и уздами железными гаковатыми толь немилостивно бием, у столпа стоя, по пресвятом Теле Своем приял еси ударения, и паки по техже язвах люте бием, раны претер­пел еси, яко Божественное Тело Твое от кос­тей отбиено висяше, аки черныя пухвы; Кровь же животворящая преизобильно истекаше. Ты же от столпа разрешен и зело от болезни разслаблен, пал еси на землю и, на земли в Крови Своей лежа, от толиких ран и болезней умрети по естеству принужден был еси; но Божество бесстрастно пребысть, бытие всей твари даруя. Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, слава Тебе! Тех ради бесценных и всецелебных язв Твоих вся грехи моя прости и от уязвления вражия даже до окончания моего сохрани мя, молюся Ти.

По толиких язвах и мучительствах Кровию Своею токмо, весь наг сый, одеян. Наг же сый, яко от рождения, от всех поругаем с велиим студом, пред всеми ризы Своя, особь далече от Себе поверженныя, едва жив соби­рая, и трясыйся от болезни и мраза, зима бо бяше, солнце и огнь в согреяние земнород­ным создавый, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Сердце мое студное на добродетель согрей теплотою Пресвятаго Твоего сошедшаго во огни Духа, мо­люся Ти.

О столп каменный смертоносне, о землю же к смерти ударен, слава Тебе, Господи Иису­се Христе, Сыне Божий, слава Тебе! Столп кре­пости от лица вражия буди ми, молюся Ти.

Ногами ударен, за власы главные и за бра­ду торган (рван) и влачим, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Зубы геенскаго змия да не ята будет душа моя, в кро­ве Твоем сохрани мя, молюся Ти.

Скверныма рукама богоубийственнаго рода жидовскаго, оружием и дрекольями даже до преткновения ударен в ноги и голени. За власы от земли был еси поднесен превозноси­мый неба и земли Царю, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, вопию Ти, слава Лебе, слава Тебе! Возвыси и вознеси ум мой, да все­гда небесная помышляю и творю благоутробием Твоего человеколюбия, егоже ради страждеши.

От терноваго венца тысящу избодений претерпевый, тогда же капли Божественныя и бесценныя Крове из главы Твоея источивый; венец терновый возлагаем и низлагаем бяше на пречистую главу Твою, Главо Церкве пре­красная! Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе!

По терновом венце во главу тростиями и палицами от всея крепости ударенный, и тем Твою честную главу и пресвятую глубочайше пронзоша терновыми остии, от них же остия в мозгу Твоем унзоша. Аз же унзен острым душеборных страстей тернием, тем вопию Ти: слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Бо­жий, слава Тебе!

На ругание от иудей, аки цареви данную трость приемый в десницу Твою, одесную Бо­га и Отца седяй, Господи Иисусе Христе, Сы­не Божий, слава Тебе, слава Тебе! Тростию той заглади рукописание неизчетных согрешений моих, да стану одесную во славе Твоей и про­славлю Тя вовеки.

Пястьми по Божественном Теле во уста и между очи, Его же очи яко пламень огнен­ный, ударенный, Господи, по пресвятой же выи Твоей ударен, выю мою преклони, мо­люся Ти: укрепи мя в поклонение Тебе, нас ради преклоншему небеса и сошедшему. Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе; славы Твоея небесныя не отрини мене.

Во главу и перси ударение приемый, приими мое и главы приклонение, и усердное в перси биение, якоже иногда мытарство приял еси; укрепи же мя от Твоея пресвятыя десни­цы, да ударение и всяку печаль, и тяготу вре­менную благодарно понесу; вся бо Ты, елика хощеши, на пользу строиши. Слава Тебе, Гос­поди Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Те­бе; славы Твоея Божественныя удостой мя, молюся Ти.

За нос с поруганием и зельным мучением и за уши терзан и люте узявлен, от ногу до гла­вы несть целости, ниже образа доброты имый, терновый венец нося, в багряницу поругания одеян, второе к Пилату приведен, иже видев Тя в неисцельных язвах и болезнех, удивися столь безчеловечному иудейскому суровству и рече о Тебе: сей Человек столь немилостиво избиен, достоин есть прочее милосердия от иудей; они же «распни» (Лк. 23, 21) вопияху нань. Вопию Ти и аз, Слове Божий: слава Те­бе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе! Терние грехов потреби от земли сердца моего окаяннаго, да плод принесу Ти благодарения.

Воду из камене и ветры от сокровищ Сво­их изводяй, приведен был еси к неразсудному Пилату, иже седе на судищи и Тебе, на Херувимех седящаго и судящаго живым и мерт­вым, осуди на смерть неповиннаго. Слава Те­бе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, Боже мой; даждь ми всегда память имети смертную и готову быти на Суд Твой праведный и Страшный, на немже не осуди мя по делом моим, но спаси мя по милости Твоей, молюся Ти.

Егда Пилат возгласи на Тя смертное из­речение, неизреченныя жизни Подателю, тогда иудеи, немилосердием связанные, связаше руце Твои и на выю Твою пресвятую возложиша Крест, и аки злодея между двема разбойники ведоша на смерть; со беззакон­ными вмененный, неизменный Господи Ии­сусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе; от зло­действа невидимого татя, подкапывающа различными искушении храмину души моея, во дни и в нощи сохрани мя яко зеницу ока, да не окраден буду сокровища вечных благ, яже уготовал еси любящим Тя, молюся Ти.

Еще же, милости бездно, немилостивый род еврейский возложи на Тя Крест зело тяж­кий, егоже на Себе Самом несый, пал на зем­лю, тогда же и ударения смертоносная приял еси, благоприятне Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе! Тех ради Твоих чудес Крестом падения вражия сохрани мя, молюся Ти.

Приведен был еси на Голгофскую гору горних Сил и Властей Владыка, Сам риз Сво­их извлекаем волею, болезнь претерпел еси; егда бо хитон Твой снята, тогда вся язвы рас­терзал и раздирая, болезнь Твою обновляша, обновивый естество человеческое, молюся Ти: ветхие струпы души моея беззаконных страстей, прилепшие ей, отъемши, приими мя, вопиюща: неизреченный во страдании Твоем, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе, долготерпеливе Владыко!

Плюновением Своим иногда давый свет видети слепорожденному, по пресветлом лице Твоем от иудей прежде распятия мерзким плюновением обезчестен, честнейший всех ангельских чинов, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, слава Тебе, слава Тебе; укрепи мя во омерзение всегдашнее, и во оплевание всех вражиих сетей, искушений же и вожделе­ний плотских, молюся Ти!

Егда Тя людие лютии иудейстии на Голго­фу приведоша, Крест на землю положиша, да­бы на нем распяли Тя, «простирающаго небо яко кожу» (Пс. 103, 2), абие Сам непреложне положитися на Кресте восхотел еси; но зверообразнии мучители единодушно устремившеся на Тя, повергоша Тя на Крест, и столь немилостивно ко Кресту руце и нозе Твои пресвятии святым гвоздием пригвоздиша, яко вся жилы и составы Твои терзахуся. И тогда сбыстся реченное о Тебе пророком Давидом: «Пересчита­ли все кости мои» (Пс. 21, 18); болезнь же оная лютейшая, и тягчайшая Тебе бяше паче всех страданий Твоих, еюже души моея всю бо­лезнь исцели, молюся Ти и вопию: слава Те­бе, слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Сыне Божий. Преславных ради, пречистых и живо­творящих страданий Твоих спаси мя, многомилостиве и человеколюбче Владыко!

Прокаженныя очищаяй, Пречисте, краснейший паче всех сынов человеческих добро­тою (см. Пс. 44, 3), Сам аки прокажен был еси от мерзкаго осквернения плевотинами, яже на Кресте протяжен, лежа на земли, по раз­личных Тела Божественнаго частех приял еси. Слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Бо­же мой, слава Тебе! Душу мою прокаженную от несказанных скверн греховных очисти и спаси мя, молюся Ти.

Воздыхания сердечная прежде Крестной смерти испустивый, слезныя капли при жи­вотворящих Твоих Страстех и кровныя капли излиявый, излей на мя милосердие Твое и да­руй ми сердечные о гресех моих воздыхания; подаждь грехом очистительныя слезы, паче слезами и Кровию Твоею пречистою очисти и омый душу мою, да пою: слава Тебе, Господи Иисусе Христе, Боже мой, вся сия мене ради претерпевый, слава Тебе!

На Кресте весь наг воздвижен, точию пречистыя чресла Своя имый покровенна покрывалом, между двема разбойникома обешенный, желчи и оцта вкусивый, Пресладкий мой Иисусе, слава Тебе, слава Тебе! От горести греха и пакостей вражиих сохрани мя, молюся Ти.

Души и тела моего Творче, всею душею и чувствиями на всем Теле мене ради пострадавый: осязанием — всея Плоти биения и уязв­ления; вкушением — оцта с желчию напоения; обонянием — во узилищи от трупов на Голгофской горе смрада тяготу; слышанием — лжесвидетельства, поругания и хуления; ви­дением — горьких слез излитие и болезнен­ное воззрение ко Пречистой Матери Своей, под Крестом стоящей и л юте сердце Свое терзающей. Слава Тебе, Господи Иисусе Хри­сте, Боже мой, слава Тебе! Вся, елика душев­ными и телесными чувствы согреших, прости ми, окаянному, честнаго ради страдания Тво­его спасительнаго.

Бессмертия Источниче, умерый в час де­вятый, по смерти моей даждь ми тамо жити, идеже хвалят Тя и поют девять чинов ангель­ских, молюся Ти ныне; силою путешествий всех, деяний и трудов Твоих, яже на земли жив мало вышше над три лета и тридесять, безлетне, Едине от Троицы, Господи Иисусе Христе, нас ради подъял еси, приими от мене недостойнаго и сквернаго, яко жертву непо­рочную, Твоих пречистых страданий триде­сять и трикратное воспоминание, помянув Твою на Крестном Алтаре и всем мире прине­сенную Жертву; приими Всесвятыя Девы Матере Твоея и возлюбленнаго друга и ученика Твоего Иоанна Богослова, и святыя равноапостольныя Марии Магдалины, и прочих Кресту Твоему предстоящих приносимыя о нас Тебе молитвы. Ты бо еси Истина, и поис­тине всем спастися хощеши, и Тебе от всех подобает слава, честь, хвала и поклонение ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Повествователи, историки, свидетели и учители, писатели церковные о страданиях Господних следующие: св. Афанасий Великий, св. Евсевий Самосатский, св. Иоанн Златоустый, св. Киприан, св. Епифаний Кипрский, св. Амвросий Медиоланский, св. Феодорит, св. Иероним, св. Иоанн Дамаскин, св. Леон­тий, Папа Римский; св. Иоанн Лествичник; св. Исидор Пелусиот и прочие святые.

Составлено это молитвенное размышление о страданиях Господних старанием и трудами преосвященного Димитрия, митрополита Ростовского и Ярославского, в лето от воплощения Бога Слова 1702.

12. Целование членов, или ран, Господа нашего Иисуса Христа во всякий день

Радуйся, ужасная всем державам пресвя­тая главо Господа нашего Иисуса Христа, нас ради тернием увенчанная и тростью избитая.
Радуйся, прекраснейшее лице Господа на­шего Иисуса Христа, нас ради оплеванное и биенное.
Радуйтеся, премилостивейшие очи Спа­сителя нашего Иисуса Христа, нас ради слеза­ми облиянныя.
Радуйтеся, уста и гортани Господа нашего Иисуса Христа, нас ради желчию и оцтом напоенныя.
Радуйтеся, пречестнейшие уши Господа на­шего Иисуса Христа, нас ради хуленьми и поношеньми исполненные.
Радуйтеся, смирением украшенная вые Иисуса Христа, Спасителя нашего, нас ради заушенная, и хребте, нас ради избитый и уязв­ленный.
Радуйтеся, пречистыя руце и рамена Гос­пода нашего Иисуса Христа, нас ради на Кре­сте распростертыя.
Радуйтеся, пречистыя перси Иисуса Хри­ста, Спасителя нашего, нас ради при Страстех скорби исполненныя.
Радуйся, бок пречистый Господа нашего Иисуса Христа, нас ради копием пространно воинским отверстый.
Радуйтеся, пречистыя колена Иисусовы, нас ради на молитве преклоненныя.
Радуйтеся, многотрудныя пречистые нозе Спасителя нашего, нас ради ко Кресту пригвожденныя.
Радуйся, все Тело Господа нашего Иисуса Христа, Спасителя нашего, нас ради на Кресте обешенное и уязвленное и посем погребенное.
Радуйся, предрагая Крове, яже от Тела Господа Иисуса, Спасителя нашего, есть излиянна.
Радуйся, пресвятая душе Господа нашего Иисуса Христа, нас ради на Кресте в руце Бо­гу и Отцу преданная.
Радуйся, всех Радосте. Аминь.
О Пречистый и Животворящий Кресте Господень! Силою на тебе распятаго Христа укрепи мя на вся видимыя и невидимыя вра­ги, плотскаго и душевнаго соблюдая мя иску­шения (поклоны).

13. Плач на погребение Христово

Куда Ты идешь несомый, Сладчайший Иисусе? Куда идешь от нас, Надежда и При­бежище наше? Куда скрываешься от очей на­ших, Свет наш, незаходимое Солнце? Как по­знаешь закат Свой?

Остановитесь, носящие Того, Кто весь мир носит на длани! Остановитесь, носящие Того, Кто понес бремя греховное всего рода человеческого! Носящие, остановитесь, видя на Кресте Того, Которым солнце и луна по­ставлены на своем месте.

Не возбраняйте нам, детям, приходить к Отцу, хотя бы уже и умершему. Не возбраняйте чадам плакать об общем Родителе всех, Кото­рый породил нас Своею Кровию! Дайте про­лить хоть немногие слезные капли над Тем, Кто источил потоки Крови Своей от всего Те­ла для нас и воду с Кровью из ребер Своих.

О, что я вижу? Страшное, ужасное виде­ние! О, что я вижу! Вижу то, чего не видели очи праотцев от начала веков. Кто ведь когда-нибудь видел Бога обнаженного, избитого, увенчанного тернием, напоенного оцтом с желчью, израненного гвоздями и копием и умершего? «Ужаснитесь о сем боящиеся неба, и да содрогнутся основания земли» (Иер. 2, 12).

Что я вижу? Вижу Бога бездыханного, Жизнодавца мертвого, Свет помраченный, Сладость огорченную, «Прекраснейшего всех сынов человеческих» (Пс.44, 3); вижу вид не ве­личественный: «Он был презрен и умален превы­ше всех сынов человеческих» (Ис.53, 3).

Вижу Пречистое, Преблагословенное Те­ло Христа моего, неизреченно рожденное от Пречистой, Преблагословенной Девы, Тело — все окровавленное, все израненное, рас­терзанное как вретище, не имеющее целости с ног до головы.

Изранена пречистая глава, та глава, кото­рая своею премудростью все устрояет, всем управляет и дивные удобства изобретает отча­янному человеческому спасению, эта глава до мозга ранена острыми терновыми шипами. Ныне видим Слово Божие, «попавшее в терние, и терние, взросши, подавило его» (Мф.13, 7). Ныне мы видим исполнение древних слов Бога к человеку, сказавшего: «Проклята земля за дела твои, терния и волчцы произрастит она тебе» (Быт. 3, 17—18). Вот окаянная земля воз­растила терние на главу моего Иисуса!

Потемнели очи, те очи, которые мило­сердно смотрели на всех, от светлого взгляда которых радовались любящие Его, утешались печальные и обращались в покаянии греш­ные: эти очи залиты слезами и Кровью и сме­жены мертвостью.

Потемнело лицо пречистое, пресветлое, боговидное, которое, осияваемое на Фаворе славой Божества, сияло как солнце. Это лицо ныне оплевано, бесчестится, ударяется силь­ной рукой и исполнено синевы: исчезла кра­сота Твоя, Прекрасный, Прелюбезный!

Уста пресладкие, из которых истекал поток небесной сладости, слова, сладчайшие меда и сотов, умолкли, огорченные оцтом и желчию. Умолк язык богоглаголивый, умолкла гортань Божественного гласа, положено молчание на слово Божие. Кто же утешит плачущих? Кто словом исцелит больных и воскресит мерт­вых? Кто скажет грешнице: «Прощаются грехи ее многие» (Лк. 7, 47)?

Изранены руки, от прикосновения кото­рых содрогалась смерть, которые были целеб­ным пластырем для всех недугов, в которых до изобилия умножились малые хлебы для насыщения тысяч народа. Эти руки, изранен­ные длинными железными гвоздями, посине­ли от связывания. Руки, создавшие человека, человеком же бесчеловечно измучены.

Изранены ноги, которые ходили по во­дам, как посуху, у которых известная всем грешница, умывши их слезами и отерши во­лосами главы своей, получила прощение многих грехов своих; те ноги, у которых если сподобится кто быть подножием, тот будет вы­ше всего мира. Эти ноги тоже были пронзены насквозь длинными железными гвоздями, так что ноги Его омочились в Крови.

Пронзены живоносные ребра Тому, Кто из ребра создал помощницу праотцу нашему Адаму. Ныне Он, Жених Небесный, создает Себе из ребра Своего возлюбленную Невесту, нам же любезную Матерь, Церковь Свою Святую, чтобы породить многих чад водою и Духом (см. Лк. 3, 16).

Господь наш назвал Себя Дверью, говоря: «Я — Дверь: кто войдет Мною, тот спасется» (Ин. 10, 9). И еще сказал: «Стучите, и отворят вам» (Мф. 7, 7). Но уже не нужно стучать в нее,ибо рука воинская толкнула ее и широко от­крыла: «Один из воинов копьем пронзил Ему ребра» (Ин. 19, 34). Вот открыта уже эта Дверь: всякий желающий пусть войдет в нее и «вый­дет, и пажить найдет» (Ин. 10, 9).

Пронзены ребра острым, железным, длинным копьем, которое, пройдя своей дли­ной внутренности, достигло самого сердца и ранило, — ранило сердце, которое было ис­точником и началом всей любви, ранило сердце Того, Кто, «возлюбив Своих, сущих в ми­ре, до конца возлюбил их» (Ин. 3,1).

Ранено сердце сердобольное, милосерд­ное, сострадательное к бедствующим. Мир ранил сердце Христово за то, что Христос всем сердцем возлюбил мир. Теперь мы зна­ем, как Христос всем сердцем возлюбил не­благодарный мир: «так возлюбил Бог мир, что отдал (сердце) Сына Своего Единородного» (Ин. 3, 16).

Сильно разожжено было сердце Христово, и разожжено любовью к человеку, безмерно горящей, а чтобы прохладиться немного от того жара, изволил принять внутрь сердца Своего холодное железо, дабы холодный ве­тер прошел теплоту сердечную: ребра открыл как дверь, сердце же, приняв рану, стало как открытое оконце. Поднимись же, север, и приди, юг, и повейте в сердце Возлюбившего нас, сгорающего смертно от безмерной любви к нам.

Писание назвало Христа Бога Огнем, гово­ря: «Бог наш есть Огонь поядающий!» (Втор. 4,24). Бог есть Огонь как потому, что всем светит, так и потому, что всех согревает, и «ничто не укроется от теплоты Его» (Пс.18, 7). Тот Огонь, сильно разогревшись любовью к роду человеческому, прохлаждается своими собст­венными источниками — Кровью и водой, истекшими из ребер.

Моисей некогда ударил жезлом в пустыне камень, и потекли воды: поразил воин копьем в бок Камня Христа, и «тотчас истекла Кровь и вода» (Ин. 19, 34).

О мучительская рука, дерзнувшая мучительски коснуться ребер Христовых! О камен­ные сердца, решившиеся на такое убийство! Но придет время, когда «воззрят на Того, Кото­рого пронзили» (Ин. 19, 37).

Господь наш источил из пречистых ребер Своих два источника: Крови и воды. Вода для омовения нашего, а Кровь для освящения, вода для утоления жажды нашей, а Кровь для исцеления нашего. «Жаждущий, идите все к водам» (Ис.55, 1), больные душами и телами, приступите к целебной Крови Непорочного Агнца Христа: не славой Его, но «ранами Его мы исцелились» (1 Петр. 2, 24).

Кто были те люди, которые сосали «мед из камня» (Втор. 32, 13)? О дражайший наш Ка­мень, Христос! Мы пием сладость от пречис­тых ребер Твоих. О сладость, сладость, насы­щаться которой ненасытным желанием мы хотим всегда! О сладость, сладость, которой наслаждаться всегда прелюбезнейшею любо­вью мы усердствуем! Слово Божие, Сын Де­вы! Ты — весь желание, весь сладость!

Ты — наш Отец, ибо породил нас к жизни смертью Твоей: Ты — Мать наша, ибо пита­ешь нас любовью Своей; мы же дети Твои, со­сущие, как молоко, Кровь Твою. О сладость, превожделеннейшая сладость! О сладость, прелюбезнейшая сладость!

Ни очи наши не желают отвернуться в иное какое место от видения прелюбезных нам ран Твоих, ни уста не желают куда-либо уклониться от целования пресладких нам ран Твоих, ни сердце наше не желает прилепиться к чему-либо иному, кроме Тебя. Если кто и любит что-либо иное, пусть любит, как хочет, нам же «Тебе, Богу нашему, прилепиться благо есть» (Пс.72,28). О сладость, сладость, не оп­ределимая никаким языком! О сладость, сла­дость, неисповедимая никаким языком!

Мир сей окаянный, весь во зле лежащий (см. 1 Ин, 5, 19), преисполнен горечи горше меры, Господь же наш открыл в ребрах Своих источник неизреченной сладости, несравнен­но превосходящей всю чувственную сладость, желая усладить полынный и желчный мир. Но увы мне! Всуе пренебрегается эта сла­дость. О мир, окаянный мир! Чем ты хочешь усладить твою горечь, если презираешь сию сладость?

Но я пренебрегаю суетным миром, я на себя смотрю. Я вижу пред моими очами Бога, взывающего мне ранами, как бы устами: Я возлюбил тебя, возлюби и ты Меня; Я ничего, иного не требую от тебя, кроме любви, и только любви твоей ищу; Я родился ради те­бя; в трудах был от юности ради тебя; алкал, жаждал и постился ради тебя; пострадал и , вкусил оцта и желчи ради тебя; распялся, по­лучил раны и умер ради тебя; за все же это Я ничего не желаю получить, лишь бы только ты любил Меня. «Возлюблю Тебя, Господи, кре­пость моя! Господь — твердыня моя и прибежи­ще мое» (Пс.17, 2—3).

Что иное мы можем любить, кроме Тебя, Прелюбезнейшего Господа нашего, Которым мы желаем быть любимыми во все века? Чем иным усладим горечь нашу, если не Тобой, Сладчайший Иисусе, Которым надеемся слад­ко насыщаться во всей бесконечной жизни? Только Ты Сам всели в нас любовь, которой желаешь, дай нам, чтобы мы любили Тебя и возлюбили Тебя. Дай нам, чтобы мы желали Тебя и жаждали Тебя, распали нас в любовь Твою, Слово Божие, Единородный!

Гвозди и копье, которыми Ты, Господи, был ранен ради любви к нам, да будут вонзе­ны в сердца наши, чтобы мы возлюбили Тебя, Господа. Раны Твои, Иисусе, да научат наши сердца любовному поранению к Тебе. Любовь Твоя, Владыка, да пленит нас в любовь Твою. «Влеки нас, и побежим за Тобою» (Песн. 1,3).

Пойду же и я вслед за Тобой вместе со все­ми, о Любовь, побеждающая всякое желание, Иисусе! Ты Телом, мы же сердцами да погребемся вместе с Тобой! Пусть Гробом Пречис­тому Твоему Телу будет Гроб, сердцам же на­шим да будут гробом и погребением Твои пре­чистые раны. Знаем мы, что в третий день Ты выйдешь из Гроба, сердца же наши пусть не уходят из пречистых Твоих ран, пока мы не вселимся в наш гроб. Ведь что может быть для наших сердец желаннее, что любезнее, что слаще, чем пречистые Твои раны, которые мы со слезами созерцаем очами, касаемся, хотя и недостойны, с любовью сердцами, устами же сладко целуем? Аминь.

14. Поучения к иереям

Смиренный Димитрий, Божией милос­тью митрополит Ростовский и Ярославский, честным иереям во всех городах и весях паст­вы нашей — благословение и мир от Господа нашего Иисуса Христа.

Дошло до нашего слуха, что есть между ва­ми иереи неискусные и злонравные, которые рассказывают и раскрывают грехи, исповедан­ные им духовными чадами. В случающихся бе­седах с людьми они, будучи пьяными, тще­славно хвастаются духовными детьми, расска­зывая о том, кто ходит к ним на исповедь, ес­ли же они разгневаются за что-либо на духов­ных детей, то с укоризной поносят их, говоря: «Ты — мой духовный сын (или духовная дочь), разве не знаешь, что мне известны твои грехи? Вот я обличу тебя сейчас пред всеми», и про­износят прочие безумные слова.

Мы крайне удивляемся безумию и злому нраву таких худых духовников, тужим и воз­дыхаем о их погибели и вместе с тем о на­прасном беспокойстве их духовных детей и об обесславлении последних. Это краткое увещание мы пишем и вообще ко всем ради того, чтобы твердо была хранима тайна испо­веди, чтобы не погибли неискусные и безум­ные иереидуховники, и чтобы духовные де­ти не лишились своего спасения и не были обесславливаемы. Итак, мы вместе с Давидом говорим таким неразумным иереям: «Обра­зумьтесь, бессмысленные люди! Когда вы поум­неете?» (Пс. 93, 8), помня, что такое тайна ис­поведи, или Святого Покаяния.

О, как велик грех открывать и разорять ту тайну и как велико бывает беспокойство от разорения той тайны!

Исповедание — это Таинство Святого По­каяния, в котором человек через вольное и смиренное исповедование грехов получает от милосердия Божия прощение, согласно напи­санному во псалмах: «сказал: исповедаю Господу беззакония мои, и Ты снял грех с сердца моего» (Пс. 31, 5). Таинство же это — Таинство Бо-жие, ибо от Самого Бога происходит власть оставлять людям их грехи, согласно написан­ному в Евангелии: «Кто может прощать грехи, кроме одного Бога?» (Лк. 5, 21), и Ему единому мы исповедуем свои грехи, имея духовного отца как слушателя и свидетеля нашего испо­ведания и вместе с этим как установленного Богом судью и решителя. Итак, никому не должна быть известна эта тайна Божия, кроме Самого Всеведущего Бога и духовного отца, как свидетеля и слушателя дел, исповеданных устами кающегося.

Это Таинство Божие запечатлено печатью Самого Бога, то есть Духа Святого, Который творит завершение этого Таинства, как сказал Господь святым апостолам: «Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простят­ся» (Ин. 20, 22-23). Совершает это Таинство Дух Святой через иерея, как через орудие, про­щая исповеданные грехи и оправдывая греш­ника разрешением, которое произносится ус­тами иерея. Этим, как печатью, утверждается прощение и оправдание и запечатлевается тайна исповеди, и никто не должен разрешать ту печать и делать известным людям, согласно словам апостола: «Кто будет обвинять избран­ных Божиих? Бог оправдывает их. Кто осужда­ет?» (Рим. 8, 33-34), то есть кто имеет право обличать грехи рабов Божиих, которых оправ­дал Бог ради их исповедания и избрал в на­следники царствия Своего ради их покаяния? Если Бог оправдал, человек пусть не осуждает. Если Бог сокрыл, человек да не обличает. Ес­ли Бог утаил, человек да не объявляет.

Божие милосердие — это как бы море, а грехи наши — как камни, тяжело нас угнета­ющие. Как вверженный в море камень пре­бывает в глубине никому не ведомый, так и грехи наши, вверженные исповеданием в мо­ре милосердия Божия, никому не могут быть известны.

Духовный отец в этом Таинстве, как засту­пающий место Самого Христа Бога и Судьи праведного, должен и нрав Его проявлять. Как Христос Бог, зная грехи всех, не обличает и никому не объявляет прежде последнего Своего Страшного Суда, так и духовный отец, заступающий место Христово, не должен объявлять грехов, сказанных на исповеди, не должен и обличать не только добровольно, но и принуждаемый к этому кем-либо силою.

Если бы какой властелин или граждан­ский суд повелел или еще кто-либо принуж­дал иерея сказать какой-либо грех своего ду­ховного сына, если бы угрозами, муками и смертью устрашал и убеждал открыть чей-ли­бо грех, то иерей должен скорее умереть и му­ченическим венцом увенчаться, нежели раз­рушить печать исповеди и предать известнос­ти тайну Божию, объявляя о грехах своего ду­ховного чада. Ибо лучше духовному отцу за необъявление исповеди принять временную смерть от людей, убивающих тело, души же не могущих убить, нежели за объявление быть наказанным от Бога вечной смертью.

Кроме того, духовный отец должен забо­титься еще и о том, чтобы не только словом не дерзнуть обличить свое духовное чадо, но да­же знаком каким не подвергнуть его челове­ческим подозрениям, чтобы не могли люди и догадаться по чему-либо о его грехе. Поэтому духовник не должен налагать явной епитимий за тайный грех, сказанный на исповеди, пото­му что если он наложит явную епитимию за тайный грех, то многие начнут всячески до­искиваться, за какой именно грех наложена такая епитимия, а это будет противно Таинст­ву Божию и печати исповедания.

Пусть знает духовный отец и то, что по со­вершении исповеди он не должен помнить грехов, исповеданных ему, но обязан преда­вать их забвению и не только не объявлять о них никому, но даже и с самим сыном (доче­рью) своим духовным не беседовать потом о его грехах, слышанных на исповеди, разве толь­ко сам духовный сын (дочь) наедине вспомя­нул бы своему духовному отцу о прежде испо­веданных грехах, ища или полезного поуче­ния, или облегчения епитимий, которой он не может понести, или по иному какому случаю.

Если же какой неискусный, злонравный и безумный иерей, упившись хмелем или зло­бою, неистовствуя в гордыни или тщеславном превозношении, дерзнет обличать своих ду­ховных детей и объявлять пред людьми их грехи, — таковой, как богопротивник, разо­ритель Таинства Божия и насильник печати Святого Духа, подпадает Страшному Суду Божию и вечной казни, и ждет его вечная му­ка с Иудой, предателем Христовым, ибо от­крывающий тайну Божию, то есть исповедь, и делающий ее известной людям предает Са­мого Христа, пребывающего в кающемся че­ловеке.

Такой духовник уже не духовник, но Иу­да, Христов предатель, и даже больше того — сам сатана, клеветник братии нашей, свер­женный с неба, от которого великое горе лю­дям, ибо горе, а не спасение бывает от такого духовника, и горе сугубое: горе для самого ду­ховника лишающегося царствия небесного и идущего на вечную погибель, горе и испове­дующимся у него через тщетность спасения их и через обесславливание.

Тщетность спасения для исповедующихся происходит вот почему: услышав обличение от духовного отца, они больше не будут впол­не откровенно и чистосердечно исповедовать­ся в своих грехах, не исповедуя же откровен­но грехов своих, они останутся с неисцеленными душами, сделаются сынами гнева Божия, и если кому из них случится так умереть, они погибнут навеки.

Лишение же доброй славы происходит так: обесславленные обличением духовника подпадают человеческому осуждению. Ибо многие, поверив словам обличающего духов­ника, начнут считать обличенных грешника­ми, осуждать их и упразднять их славу. Апос­тол говорит: «Для меня лучше умереть, нежели чтобы кто уничтожил похвалу мою» (1Кор. 9,15). Итак, злой духовник не только сам себя под­вергает погибели, но и детей своих, которых обличает, и даже тех еще влечет к погибели, перед которыми обличает. О, какое великое горе!

Тайна Святого Покаяния — это, как ска­зано, тайна, запечатленная Богом. Как тот, который тайну земного царя, написанную на свитке и запечатанную царской печатью, дерзнет самовластно разрушить и, прочитав, поведать всем прочим, подлежит лютым му­кам и смертной казни, так и иерей, нарушая тайну исповеди, запечатленную печатью Ца­ря Небесного, и предавая во всеобщее сведе­ние грехи исповедавшихся, подпадает мукам и казням — не только вечным во аде, но и временным здесь, потому что и гражданский закон повелевает, чтобы такому иерею язык «созади ископан» был.

О, духовник неискусный, злой обличи­тель детей своих духовных, разоритель тайны Божией, соблазнитель мира и виновник по­гибели многих душ человеческих! Зачем ты выводишь в толпу грехи исповеданные и уже прощенные? Зачем покрытое Богом и потаен­ное ты делаешь открытым? Зачем смытое бо­лото опять наносишь на омытых? Зачем оск­верняешь очищенных? Зачем ушедшее и пре­данное забвению опять возвращаешь воспо­минанием? Ведь предал Бог забвению испо­веданные человеческие грехи, ибо Иезекииль говорит в своем пророчестве: «Если грешник по­кается, то не вспомянутся больше никогда гре­хи его» (Иез. 33, 1516). А ты, окаянный иерей, помнишь и вспоминаешь грехи твоих духов­ных детей, когда не должно их вспоминать, и через это делаешься противником Бога. Он однажды прощенные грехи не вспоминает во веки веков, ты же дерзаешь вспоминать их. Каких казней ты достоин за это?!

Предлагая вам это, иереи, я с увещанием молю вас и с мольбой увещеваю вас, чтобы престали вы от такого безумного злонравия и пагубной дерзости. Я напоминаю вам настав­ление святого Иоанна Лествичника из его «Слова к пастырю»: «Бог, слышав исповеда­ние, никогда не является обличителем, чтобы не поразить исповедующихся обличением и не оставить их болеть неисцеленными» (Лествица, 282). Из этих слов Лествичника всякий иерей должен научиться тому, чтобы не обли­чать и не раскрывать грехов, которые испове­дуют Господу пред тобой твои духовные дети, чтобы не поразить их, не отвратить от покая­ния и не сделать их неисцельно больными.

Я же, смиренный архиерей, властью архи­ерейской вам иереям повелеваю не только не обличать и не раскрывать, но также и не тще­славиться тем, что для кого-либо ты являешь­ся духовным отцом и что такие-то твои духов­ные дети, чтобы тем хвастаньем, иерей, ты не дал людям какого-либо знака к догадкам и из­мышлениям о чьем-либо грехе. Довольно с тебя того, что все приходящие в твою церковь люди знают тебя своим духовником. Для чего же тебе еще нужно хвалиться твоей духовнос­тью? Какая похвала в омовении кого от боло­та? Какая честь в том, чтобы очищать чужой двор от гноя? Какая слава в том, чтобы оти­рать чей-либо кал? Ведь когда ты слушаешь грехи твоего духовного, которые он пред тобой исповедует Богу, когда ты, разбирая их влас­тью иерейской, данной тебе от Бога, разреша­ешь его, омываешь его от болота, очищаешь гной из его душевного двора и отираешь кал от его совести, то какое тебе в этом тщеславие и гордость?

Духовничество даровано иереям от Бога для того, чтобы послужить человеческому спасению, а не для тщеславия, гордости, сует­ного превозношения и излишнего властительства над духовными детьми. Если и дана от Бога иерею власть вязать и разрешать гре­хи, то эта власть действует только в то самое время, в которое совершается Таинство Ис­поведи и покаяния, а после исповедания гре­хов духовник не должен вспоминать испове­данного, как и власти господственной над ду­ховными детьми иметь не подобает. Если же впредь кто из иереев, пребывающих в тако­вом неисправлении, станет известен по име­ни нашему смирению, такой подвержен будет нами суду и грозному наказанию, как непо­корный Богу и противящийся нашему архи­ерейскому увещанию.

Если нашему смирению станет известно еще и то, что некоторые из нерадивых иереев, имеющих под собой немалую паству челове­ческих душ, не заботятся, как подобает, о их спасении, ленятся ходить к больным, чтобы их исповедать и причастить, не хотят посещать убогих и нищих, но ходят только к богатым, убогих же и нищих презирают, так что многие из-за их нерадения умирают без исповеди и без Причастия Божественных Тайн, то таким нерадивым иереям я напоминаю слово Хрис­та из Евангелия: «Горе вам, что затворяете Цар­ство Небесное человекам, ибо сами не входите и хотящих войти не допускаете» (Мф.23,13). Напоминаю еще сказанное и в Иезекиилевом пророчестве, «кровь погибшего грешника Бог хо­чет взыскать от руки пастыря» (Иез.3,18). Господь Христос еще и так говорит в Еванге­лии: «Нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих» (Мф.18, 14). Если же погибнет кто по нерадению иерея, то какой ответ он даст о погибшей душе?

Послушайте, иереи, какой ответ о стаде вашем придется вам дать в Судный день, по­слушайте святого Златоуста, говорящего так: «Если кто по небрежности погубит хоть одно­го из паствы своей, то не разрушит ли этим все свое спасение? Не лучше ли ему было бы, «если бы повесили ему жерновный камень на шею и бросили его в море?» (Мк.9, 42) Ибо весь мир не стоит одной человеческой души». Что же можно сказать об иерее, который по небреж­ности своей погубил многие души? Не погру­зится ли он в неугасимом геенском огне?

Итак, заповедью Бога мы заповедуем ие­реям, чтобы всячески заботились о спасении человеческих душ, как днем, так и ночью, чтобы не презирали убогих и нищих, но равно относились бы к ним, как и к богатым, ибо во время грозного испытания им придется дать равный ответ о всех, о каждом равно спросит от иерея Сам Владыка Христос — как о ни­щем, так и о богатом.

Если же какой иерей имеет весьма боль­шую паству человеческих душ и поэтому не может сам досмотреть за всеми, то придель­ный иерей пусть помогает ему в хождении к больным с Божественными Тайнами, для ис­поведи и пусть способствует ему в исполне­нии прочих христианских обязанностей.

Эти увещания и заповедания я вкратце предложил вам, иереи, для того, чтобы вы приняли их с послушанием и пребыли бы до­стойными своего звания. Тогда вы получите милость Божию и пребудут с вами молитвы и благословение нашего смирения. Если же кто окажется непослушным и противящимся, ес­ли кто вознегодует и пребудет неисправлен­ным, то такой сам увидит, какой он понесет суд, ибо не дремлет гнев Божий и не медлит погибель его. Мы же, смиренные, считаем се­бя чистыми от погибели такового, от которой да избавит всех Своим милосердием Христос Бог наш. Аминь.

15. Приготовление иереев к Божественному Причащению

Смиренный Димитрий, Божией милос­тью митрополит Ростовский и Ярославский, честным иереям всех городов и всей паствы нашей — благословение и мир от Господа на­шего Иисуса Христа.

Должность моя и Божественное Писание повелевают мне не молчать, но мольбами и ус­трашением увещевать вас, братия, чтобы вы пребывали в своем звании, как подобает ему, ибо апостол Павел так говорит Тимофею в зачале 297: «Проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со вся­ким долготерпением и назиданием» (2 Тим. 4, 2). Еще в пророчествах Иезекиилевых в главах 3 и 33 пишется, как Сам Господь говорил Своему пророку: «Сын человеческий, Я поставил тебя стражем дому Израилеву, и ты будешь слушать слово из уст Моих, и будешь вразумлять их от Меня. Когда Я скажу беззаконнику: грешник, смертью умрешь, а ты не будешь вразумлять его и говорить, чтобы остеречь беззаконника от пути его злого, чтобы он жив был, то беззаконник тот умрет в беззаконии своем, кровь же его от рук твоих взыщу. Но если ты вразумляешь беззаконника, а он не слушает тебя и не обра­щается от беззакония своего и от пути своего злого, то он умрет в беззаконии своем, а ты свою душу спасешь» (Иез. 3, 17—19; 33, 7—9).

Я, грешный, боясь этих Божиих слов во Священном Писании, и предлагаю вам это малое увещание для вашего исправления, ибо вижу, что многие из вас требуют исправления. То по неведению, а то по небрежности неис­кусных и нерадивых иереев произошел такой великий вред, что иное даже с великим тру­дом едва можно уврачевать. Об этом я болею сердцем, ибо ревность по дому Божию снеда­ет меня и страх объемлет меня, обязанного воздать о вас слово Самому Богу, боюсь, что­бы и на меня не прогневался Бог за вашу не­брежность. Потому ныне и предлагаются вам от нашего смирения вкратце следующие за­веты о некоторых самых необходимых и важ­ных вещах.

Прежде всего я скажу относительно Пре­чистых и Животворящих Тайн Христовых, в которых под видом хлеба, напоенного вином, являются истинное Тело и Кровь Христовы и которые целый год хранятся для больных. Да будут они соблюдаемы в достодолжной Боже­ственной чести и выше всякой святыни, ибо это есть Сам истинный Христос, рожденный от Пречистой Девы, пострадавший за нас, воскресший, на небеса взошедший, сидящий одесную Бога Отца, Тот, Кто придет судить живых и мертвых и воздать каждому по делам его. Я видел, что во многих церквах оказыва­ется непочтение Пречистым и Животворящим Христовым Тайнам, и даже больше того — они унижаются. Столь великую святыню хранят не на подобающем месте, но где-либо в углу, а иногда в доме, без всякого почтения и в нечи­стых, почерневших сосудах. Но что еще хуже, многие не знают для них и честного названия, ибо не называют их Пречистыми Христовы­ми Тайнами, то есть Телом Христовым, но ка­ким-то простым или, вернее, бесчестным именем «запас».

Приезжая в прошлом 1702 году в город Ярославль, случилось нам зайти в одной веси в церковь, где после обычной молитвы я, смиренный, хотел воздать обычную честь и поклонение Пречистым Христовым Тайнам и потому спросил тамошнего иерея: «Где Живо­творящие Христовы Тайны?» Но тот иерей не понял моих слов и стоял молча, недоумевая, в чем дело. Тогда я еще спросил: «Где Тело Хри­стово?» Но иерей и этого слова не мог понять. И только тогда, когда один из бывших со мной опытных иереев сказал ему: «Где запас?», он взял из угла весьма гнусный сосудец и пока­зал в нем небрежно хранимую святыню, на которую даже Ангелы взирают со страхом. Я был крайне огорчен в сердце своем тем, что в таком непочтении хранится Тело Христово, и что иереи не знают даже и названия, достой­ного и подобающего Пречистым Тайнам. Уди­вись о том, небо, и земли ужаснитеся концы!

О, окаянные иереи! Если вы сами не знае­те Христа Бога, являющегося в Пречистых и Животворящих Его Тайнах, если вы не имее­те ни веры, ни любви к Нему и не воздаете Ему достодолжного почитания, то как вы мо­жете простых людей научить истинному богопознанию? Горе вам, вожди слепые, водящие слепцов!

Поэтому властью, данной нам от Бога, мы повелеваем и угрожаем Страшным Судом, чтобы иереи всегда почитали Божественным почитанием и поклонением Пречистые Хрис­товы Тайны, то есть Тело Христово, хранимое весь год для больных.

Пусть эти Святые Тайны хранятся в сосу­де чистом и, по возможности, в серебряном, позолоченном. Если же по бедности невоз­можно будет иметь сосуда серебряного, позо­лоченного, то можно хранить и в другом ка­ком-либо, но только в чистом, и держать его нужно не в углу где-либо, но всегда на святом престоле, как и Давид говорит: «Бог сидит на престоле святом Своем» (Пс.46, 9). Входя в ал­тарь, иерей должен поклониться Святым Хри­стовым Тайнам, находящимся на престоле, должен поклониться до земли, как бы Само­му истинному Богу. То же пусть творится и всеми, кто входит в алтарь. Кроме того, иерей должен наставлять и людей, ходящих в цер­ковь, чтобы они прежде всего совершали по­клонение Пречистым и Животворящим Хри­стовым Тайнам, в которых присутствует Сам Христос, истинный Бог.

Пусть не держит иерей Пречистые Хрис­товы Тайны в доме среди клопов, тараканов и сверчков, где живет и почивает он сам и до­машние его, но пусть их хранит во святой церкви и не на ином каком месте, как только на престоле. Если же какой-либо иерей или по дальности расстояния его дома от церкви, или по какой-либо другой причине (напри­мер, во время суровой зимы) принужден бу­дет хранить их в доме, чтобы не медлить с больными, то пусть хранит в особом помеще­нии на достойном месте и в чистом сосуде, и вообще со всяким богоподобным почтением, потому что в них есть Сам Господь, Христос Бог, в Которого мы веруем и Которому покла­няемся. Входя же в то помещение, нужно кла­няться до земли Святым Тайнам, воздавая этим честь Христу Богу.

Пусть не называют иереи Пречистые Хри­стовы Тайны этим простым словом «запас», ибо из-за этого названия крайне простые свя­щенники не знают, что в Пречистых Тайнах есть Сам Истинный Христос Бог, не знают, что Тело Христово нужно называть именно Телом Христовым, не почитают его как Тело Христово, относятся к нему, как к простому хлебу, без всякого страха, и нисколько не за­ботятся о столь великой святыне, которая че­стнее и выше всех прочих церковных свя­тынь, ибо Христос — Глава всей Церкви. Пусть неведущие хотя бы из имени честного и подобающего Телу Христову начнут позна­вать, что в Пречистых и Животворящих Тай­нах есть Сам истинный Христос Бог, и, по­знав Его, начнут воздавать Ему, являющемуся под видом хлеба и вина, достодолжное почита­ние. Итак, пусть оставлено будет простое на­звание «запас» и путь Тело Христово называ­ется именно Телом Христовым или каким-либо другим, но достойным наименованием.

Что же касается прочего почитания, кото­рое все иереи должны оказывать Пречистым Христовым Тайнам, то пусть всякий иерей посмотрит в Великом Киевском Требнике, в 1й части, лист 266-й и далее. Пусть почаще читает, и сам наставляется, и других учит.

Если по какому-либо случаю или по не­брежности иерейской начнет происходить гниение или тление Божественных Христо­вых Тайн, то есть хранимого целый год Агнца, который есть Тело Христово, то необходимо освятить и высушить другой Агнец, а согнивший потребить за богослужением. Об этом наставлении смотри в Великом Киевском Требнике, в 1й части, лист 260-й и далее.

Сушится же Святой Агнец по раздробле­нии на мелкие части. О том же, как сушить, смотри наставления в Великом Киевском Требнике, в 1й части, лист 264-й.

Относительно того, как причастить боль­ного, смотри в том же Киевском Требнике, в 1й части, лист 324-й и далее, где пишется, что Святые Тайны для причащения подобает растворять церковным вином, а не одной только водой.

Хранимые Божественные Тайны иереи пусть посещают и часто досматривают, не подверглись ли они какому-либо поврежде­нию, то есть гниению. Посещать же должно их с достодолжным почтением: сотворив по­клон до земли, с непокрытой головой и имея умытыми руки, пусть, открыв, смотрит в со­суд — нет ли какого повреждения. Делать же это нужно часто, скажем, раз в три дня или в неделю. Если они по недосмотру иерейскому истлеют, тогда иерей, как уничтожитель Боже­ственных Тайн, подпадает тяжкому смертному греху и будет подвержен за это наказанию из­вержения.

Пономари пусть со страхом и благогове­нием входят во святой алтарь, чтобы совер­шать свою службу. Входя же, пусть кланяются до земли святому престолу, на котором Сам Христос почивает Своим Телом в Божествен­ных Тайнах, и Ангел Божий стоит здесь неви­димо, охраняя святыню.

Святой алтарь и вся церковь, как палата Царя Небесного, должна быть чистой и часто очищаться и выметаться от паутины и сора.

В богослужении проскомидия пусть не со­вершается прежде, чем будет зажжена свеча на святом жертвеннике, равно как и начало са­мой Святой Литургии, то есть: «Благословенно Царство», пусть не произносится раньше, чем будет зажжена свеча при святом престоле. Ведь зажженная свеча — это таинственный знак наития в огне Святого Духа, подобно тому, как и каждение фимиама является зна­мением наития Святого Духа в облаке. Если перед святыми иконами мы по своему усер­дию возжигаем многие свечи, то тем более с особенным усердием мы должны возжигать в начале службы у престола Божия перед пре­чистыми Его Тайнами, где Сам Христос, ок­руженный ангельскими чинами, почивает Телом Своим под видом хлеба и вина.

Если какой-либо иерей по случаю или по действию дьявольскому, или по своему про­изволению впадет в какой-либо смертный грех, такой пусть не дерзает совершать Литур­гию, пока не очистит свой грех покаянием, ибо совершающий Литургию в смертном гре­хе крайне прогневляет Бога. Святой Иоанн Златоуст так говорит в своих беседах на Еван­гелие от Матфея, в первой части, на листе 483-м: «Ничем так не прогневляется Бог, как недостойным священнодействованием». Тот иерей, который недостойно служит Святую Литургию, наводит гнев Божий не только на себя одного, но и на весь народ, ибо если па­стырь тяжко согрешает, то многие овцы тер­пят зло, подобно тому, как за грех Давида на израильский народ нашло неожиданное смертное всегубительство.

Иерей, находящийся в гневе и вражде, как и в другом каком смертном грехе (ибо гнев — это тяжкий смертный грех), пусть не дерзает совершать службу, пока не разрушит вражду примирением и не очистит смертный грех по­каянием.

Хотя бы какой иерей и не имел на своей совести какого-либо смертного греха, однако он должен часто ходить к духовному отцу, чтобы принести Богу свое покаяние и испо­ведание, ибо если и может кто по благодати Божией соблюсти себя от какого-либо смерт­ного греха, то от малых прегрешений в слове, деле и помышлении никто не может сохра­нить себя, ибо они случаются нечаянно и бес­сознательно. Давид говорит: «Грехопадения кто разумеет?» (Пс.18, 13). Многие не вменя­ют себе в грех малые прегрешения, а ведь и малые грехи, если умножатся, тоже могут отя­готить совесть и погубить душу человечес­кую, как и один какой-либо смертный грех, по подобию песка и камня. Как один боль­шой камень, будучи привязан к шее челове­ка, погрузит его в воду, так и песок, хотя и мелкий сам по себе, но если им будет насы­пан полный мешок и привязан к шее челове­ка, так же погрузит человека в бездну, как и большой камень. Вот как должно смотреть на малые, но умножающиеся прегрешения. А поскольку иерей должен часто совершать Литургию и причащаться Божественных Та­йн, то ему подобает часто исповедоваться да­же и в малых своих прегрешениях, чтобы иметь возможность достойно входить в об­щение со Христом.

Также и людей своей паствы иерей пусть поучает и побуждает к частому исповеданию грехов, чтобы частым покаянием они очища­ли свои души, ибо душа, не очищенная час­тым покаянием, чужда Богу и не может полу­чить спасения.

Все иереи пусть повелевают своим женам причащаться Пречистых Божественных Тайн Тела и Крови Христовых во все святые посты четыре раза в год, ибо иерей, часто совершаю­щий Литургию и причащающийся, но имею­щий жену, никогда не причащающуюся, оск­верняется от нее, как от неверной, безбожной, как от мертвого трупа, когда имеет с ней су­пружеское общение. Всякое лицо, не прича­щающееся часто Тела и Крови Христовых, не будет иметь части со Христом, но вменится с неверными и безбожными и будет как мерт­вый труп, ибо Сам Господь говорит в Еванге­лии: «Если не будете есть Плоти Сына Челове­ческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 53).

Также и чад своих, и всех домашних иерей должен убеждать к частому причащению Свя­тых Тайн, чтобы в иерейском доме не было никого чуждающегося Христа и враждебного Богу, ибо чуждающийся Святого Причаще­ния чуждается Христа Бога, а чуждающийся Христа Бога — враг Ему. Кто хоть однажды не захочет быть со Христом Богом, тот принима­ет часть с сатаной и пребывает противником Богу. Кроме того, иерей и всех людей своей паствы должен побуждать к частому прича­щению Святых Тайн и всячески стараться привести их к этому, твердо помня, что вся­кий не причащающийся Христа — не христи­анин, что все дела такого, даже и добрые — ничто пред Богом, и что таковой уже при жиз­ни погиб. О погибели же всякой души иерею придется дать ответ в день Судный.

Всякий иерей перед службой должен со­вершать доброе и достойное святого служения приготовление себя к ней.

Приготовление первое

Пусть воздерживается от своей жены суток за троедвое или, в случае крайней нужды, за одни сутки, а в ту ночь, которая перед служ­бой, отнюдь не дерзает прикоснуться к своей жене или спать с ней на одном одре. Если в ту ночь он прикоснется к своей жене и потом дерзнет служить, то смертельно согрешит и будет повинен Страшному Божию Суду.

В Житии святого Епифания, епископа Кипрского (память 12 мая), пишется следую­щее. Этот великий архиерей Божий имел от Господа ту благодать, что сподоблялся во вре­мя приношения Бескровной Жертвы видеть наитие Святого Духа на предложенные Святые Дары, и никогда не оканчивал молитвы воз­ношения, не видя нисшествия Божественно­го Духа. Когда он однажды служил и творил обычную молитву возношения, то не увидел знамения нисшествия Святого Духа. Тогда он, не окончив молитвы, опять начал читать ее сначала, но и тогда не пришел Дух Святой. Сделав это в третий раз и дивясь тому, что не видит Святого Духа, он стал плакать и умом молиться Богу, чтобы Он известил его, по ка­кой причине лишаются Святого Духа предло­женные Дары. Взглянув же на диакона, стояв­шего по левую сторону и держащего рипиду, он увидел, что лицо его черное, мерзкое, и что на челе у него проказа. Тогда он взял у него рипиду и с кротостью сказал ему: «Не прини­май ныне Причащения Божественных Даров, а иди в дом твой». Когда же тот дьякон отсту­пил от Божественного алтаря, Епифаний тот­час увидел Благодать Духа Святого, сошедше­го на предложенные Дары.

По окончании Божественной Литургии святитель, призвав дьякона, спросил у него: «Какой то был грех, который возбранял при­шествию Духа Святого на Честные Дары?» Он же чистосердечно признался, что в прошед­шую ночь он со своей подругой был в супру­жеском единении. Тогда святой Епифаний, созвав всех пресвитеров, дьяконов и весь свой клир, сказал им: «Если кто из вас, чада мои, сподобится алтарного служения, снимите са­поги плотских, бессловесных страстей, не подходите к Божественному алтарю связан­ные сладострастными похотями, последуйте тому, что говорит святой апостол: «Имеющие жен должны быть, как не имеющие» (1Кор. 7,29). Вот еще и в Книге Товииной, глава 6, пишет­ся так: «Ангел Рафаил к юному Товии гово­рит: «Послушай меня, и я покажу тебе тех, над кем имеет власть демон. Это те, которые женятся, чтобы этим Бога отогнать от себя и от своего разума, и которые так стоят в блуде сво­ем, «как конь и ишак неразумные» (Пс. 31, 9), — над нимито и имеет власть демон»».

Здесь всякий иерей пусть внимает следую­щему: если непосвященному человеку невоз­держное супружество вменяется в грех и он подпадает демонской власти, то тем больший грех будет посвященному, если он без воздер­жания и страха Божия будет жить в блуде, как неразумный конь и ишак. Таковой недостоин Божественного служения, как читается и в молитве Херувимской: никто из связавших себя плотскими похотями и страстями недо­стоин приходить или приближаться, или слу­жить Тебе, Царю славы. Итак, мирскому ие­рею, а также и диакону перед богослужением подобает всячески воздерживаться от плот­ского супружеского единения.

В Книге Исход, в главе 19, пишется, что людям израилевым, желающим приступить к Божией Синайской горе, было повелено вы­мыть свои одежды и три дня не входить к сво­им женам (Исх. 19, 3, 10, 15). Здесь всякий из посвященных пусть внимает тому, что если в Ветхом Завете простым и непосвященным людям, желавшим приступить к горе Синай­ской, было повелено трехдневное воздержа­ние от жен, то тем более в Новой Благодати подобает воздержаться от женского ложа лицу не простому, но посвященному, как иерею, так и диакону, и желающему приступить не к горе, но к алтарю Божию и Страшному Таинству.

Еще и о Давиде пишется в Первой книге Царств, в главе 21: когда он бежал от Саула, то пришел к иерею Авимелеху и попросил у него хлеба. Авимелех ответил: «Нет у меня простого хлеба, но есть освященный; если люди твои воздерживались от женщин, пусть съе­дят. Тогда Давид отвечал священнику: мы чис­ты от женщин с третьего дня по сегодняшний» (1Цар. 21, 45).

И здесь всякий пусть внимает тому, что ес­ли тогда ветхозаконных хлебов, имевших только некую малую святость и не пресуще­ствлявшихся в Тело Христово, не подобало никому есть, прежде чем не приготовится и не будет за три дня до того чист от жены, то тем более в Новой Благодати пусть никто не дерзнет приступить к Божественному Хлебу, пресуществленному в Пречистое Тело Хрис­тово, если он три дня не будет чист от женско­го смешения или, в крайнем случае, два дня.

Точно так же и по причащении Божест­венных Тайн всякий должен воздержаться от своей жены, чтобы не оскорбить в себе Свя­того Духа и не изгнать Его в тот час от себя.

Приготовление второе

В начале, перед причащением, пусть предъидут вера, надежда и любовь.

Должно веровать твердо, что истинное Те­ло Христово есть именно то, Которое и в ут­робе Девической зачалось Духом Святым и родилось непостижимо, и на небеса вознес­лось, и сидит одесную Бога Отца, — вот это именно, а не какое-либо иное есть Тело Хри­стово и Его Пресвятая Кровь.

Должно иметь надежду, что принимается сие во исцеление души и тела и в жизнь веч­ную, но не в суд или во осуждение.

Необходимо, насколько возможно, воз­буждать в своем сердце любовь к принимаемо­му Христу. Если жених, хотящий соединиться с невестой своей в одну плоть, имеет к ней теплую любовь, то тем более тепло должен возлюбить Господа Христа тот, кто хочет со­единить дух свой с Господом. Если же кто ны­не не возлюбит Его, тот не может надеяться, что будет возлюблен Им и в будущей беско­нечной жизни вовеки.

Приступать к Причастию Пречистых Тайн следует со страхом, смирением и честным благоговением, помня, к чему приступаем.

Причащающийся пусть верует и твердо помнит, что Тело Христово соединяется с его телом и претворяется в него, и Кровь Христо­ва соединяется с его кровью и претворяется в нее, а также, что он, причащающийся Хрис­та, есть едино с Телом Христовым и Кровью и что все члены его делаются не его, но Хри­стовыми, согласно словам апостола, говоря­щего ефесянам: «Мы члены тела Его, от плоти Его и от костей Его» (Еф. 5, 30), и к коринфя­нам: «Вы — тело Христово, а порознь — члены» (1Кор. 12, 27). Кроме того, и душа его соеди­няется с Христовой душой, сила Христа со­единяется с немощным человеком, и бывает в нем весь Христос, как и он весь во Христе, осиянный благодатью Христовой. И тогда всякий, если только достойно причащается, становится страшным для бесов и непри­ступным для всей противной силы. Пусть же знает и то, что Христос пребывает в нем толь­ко до тех пор, пока и он сам во Христе пребы­вает, не отлучаясь от Него никуда своими по­мышлениями. Если же начнет он помышлять о чемлибо дурном или говорить нелепое, или делать недоброе, то тотчас отходит от не­го Христос, говоря: «Се, оставляется тебе дом твой пуст» (Лк. 13, 35).

Приготовление третье

С вечера необходимо воздержаться от еды и пития, особенно же во весь тот день, кото­рый перед богослужением, следует соблюсти себя трезвым, не объедаться, не пьянствовать, не многословить и быть внимательным к са­мому себе. Уста с вечера следует вымыть чис­той водой, и в ту ночь не предаваться безмер­ному сну, но бодрствовать и блюсти себя от такого искушения.

Утреннее правило и молитвы ко Прича­щению следует совершать со вниманием и умилением, в теплоте духа.

От утрени и до службы следует всячески стараться соблюсти молчание и ни с кем не беседовать без нужды. Если же невозможно соблюсти молчание, то не быть многоречи­вым, но мало и вкратце говорить то, что нуж­но бывает сказать.

Приступая к служению, необходимо быть чистым не только душой, но и телом, одежды иметь на себе чистые, руки хорошо вымыты­ми и ногти от излишества своего избавленны­ми. Приступать следует со страхом и великим благоговением, чтобы совершать свое служе­ние с верой и любовью, имея все свои мысли собранными, а не рассеянными и расторженными повсюду. Необходимо весь свой ум впе­рить в Бога, Которому он предстал служить вместе с Херувимами, невидимо присутству­ющими и сослужащими, и быть подобным Ангелу, предстоящему Престолу Божию и приносящему теплые молитвы обо всем мире.

Молитвы служебные иерею следует читать с великим вниманием и со всяким благогове­нием, твердо помня, что Бог невидимо прием­лет из уст его каждое слово, как некий много­ценный бисер.

Здесь я вспомнил одну ужасную вещь, о которой доложил нам ростовский протопрес­витер с протодиаконом, и которую они виде­ли своими очами. В некоей церкви (места и имени не вспомню) иерей служил святую Ли­тургию без книги, называемой Служебни­ком, и без молитв, подобающих службе, го­воря только одни возгласы. Когда протопрес­витер и протодиакон, увидев это, спросили его, почему он служил без Служебника и без молитв, на то иерей ответил: «Я уже прочел служебные молитвы на дому». Тогда они на­чали говорить ему, что он нехорошо делает, но тот ответил: «Я от старых иереев научился этому», и даже назвал по имени, от кого он научился.

О крайнее безумие и нерадение глупых иереев, или лучше скажу, ругателей Христо­вых!

О сколь велико долготерпение Божие, ибо не падает огонь с высоты в таковых иереев и не сжигает их живыми на тех же местах, где они так совершают Литургию или, поистине говоря, ругают Христа!

Итак, остерегайтесь и внимайте себе, ие­реи. Не будьте подражателями таковых, что­бы не поразил вас внезапно Господь, чтобы не погибли вы с душой и телом и не получили участь, одинаковую с распявшими Христа и ругавшимися над Ним.

Не менее того я болею сердцем еще и о том, что о некоторых иереях (по достоверному доношению) я узнал, будто, не протрезвив­шись от вчерашнего пьянствования, одержи­мые хмелем и не приготовившись к служе­нию, они дерзают совершать Литургию, что является людям соблазном, а для самих таких иереев готовит вечную погибель. Другие же злонравные сквернословят в церкви и святом алтаре, матерно бранятся и через это дом Бо­жий творят вертепом разбойников; и их поги­бель не дремлет, и месть Божия не медлит над ними.

Еще и то нужно блюсти, чтобы просфоры, на которых иерей должен служит, были из на­стоящей пшеничной, чистой муки, а не из ржаной или другой какой-либо. Также и вино чтобы было настоящее виноградное, без вся­кой примеси. Для растворения Святой Чаши воды вливать следует не в излишке, но мало, чтобы вино не потеряло своего винного вкуса и не было водянистым. Просфоры не должны быть солеными. Для этого надо приказать просвирне, чтобы она, когда готовит тесто для просфор, клала совсем мало соли, только ради церковного обычая, но чтобы не было в просфорах солености, и чтобы закваска была обычная.

После причащения следует со вниманием читать благодарственные молитвы, не только говоря устами, но и сердцем умиляясь, и умом понимая то, что читается, ибо молитва без умиления и внимания — это кадильница, бряцающая без огня и ладана.

После службы иерей должен хранить себя в трезвости, воздержании и в немногословии, чтобы честно соблюсти в тот день принятого в себя Христа.

О спасении человеческих душ иерей дол­жен заботиться всякими видами, днем и но­чью, так же, как и о своей душе, чтобы по его небрежности не погибли словесные овцы Христовы, за которых придется ему дать ответ Христу Богу в день Судный.

Во все воскресные и праздничные дни ие­рей пусть поучает в церкви народ из святых книг, присоединяя по возможности и от свое­го разума полезные советы.

Всякий иерей должен научить всех про­стых и некнижных людей своей паствы, что­бы они знали наизусть молитву Иисусову, «Царю Небесный», Трисвятое, «Отче наш», «Верую во единаго Бога», «Богородице Дево» и «Достойно». Если же кто из самых простых не может всему этому научиться, то должен знать всякий, даже и самый простой христианин, как мужчина, так и женщина, юноша и де­вушка, — хотя бы только молитву Иисусову, «Отче наш» и «Богородице Дево». Для этого иерей во все воскресные и праздничные дни, после совершения Святой Литургии и после прочтения книжного поучения, пусть пове­лит всему простому народу, находящемуся в церкви, мужам, женам и детям, чтобы все они повторяли за ним в один голос, сам же пусть говорит каждую молитву отдельно, на­чиная с Иисусовой молитвы, потом «Царю Небесный», Трисвятое, «Отче наш» и прочее до «Достойно».

Своих сынов по плоти, когда они придут в возраст, иереи должны учить грамоте с осо­бенным усердием, дабы они хорошо умели читать по книгам и писать. Для того же, что­бы их дети понимали силу читаемого Божест­венного Писания, иереи должны отдавать их в грамматическое училище в Ростове, где по повелению Великого Государя учат безденеж­но и специально для того, чтобы священниче­ские дети не были глупыми, когда сподобятся священного сана вместо своих отцов, чтобы умели поучать в церкви народ не только книжным чтением, но и устным наставлени­ем в слове Божием.

Все это я предложил, иереи, вкратце для того, чтобы, оставив вашу небрежность и не­вежество, вы начали уразумевать путь, подо­бающий вашему званию, и исправили собственные неисправности. Примите же это с любовью, как увещевает вас пророк Давид: «Примите, — сказал, — наказание, да не когда прогневается Господь, и погибнете от пути праведного, когда возгорится вскоре ярость Его» (Пс.2, 12).

Если с любовью примите преподаваемое вам смирением нашим увещание и с усердием будете исполнять его, то получите милость Божию и почиет на вас наше благословение. Если же, не убоявшись Бога, пренебрежете и отвергнете мои слова, если будете не радеть о спасении вашем и вверенных вам душ, то примите вы грозный Суд Божий и вечную казнь, я же чист буду от погибели вашей, от которой да избавит вас Христос Бог наш мо­литвами Пресвятой Богородицы и всех свя­тых. Аминь.

16. О Причащении Святых Таин

«Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от Хлеба сего и пьет из Ча­ши сей», — говорит апостол (1Кор.11,28).

Вопрос. Как может человек испытывать себя?

Ответ. Пусть, приступая к исповеди, имеет в мысли следующее. Исповедует ли он грехи свои совершенно, ничего не утаивая? Сожалеет ли он о своих грехах, плачет ли, ка­ется ли? Имеет ли он твердое намерение и непреложное желание не возвращаться более ко греху, но бодрствовать и охранять себя от всякого грехопадения? Не имеет ли на кого-либо вражды? Приготовил ли себя достаточ­но постом и молитвами? Вот как пусть иску­шает себя человек и так «ест от Хлеба сего и пьет из Чаши». Апостол еще говорит следую­щее: «Кто ест и пьет недостойно, тот осужде­ние себе ест и пьет, не рассуждая о Теле Гос­поднем» (1Кор. 11, 29).

Вопрос.  Как нужно «рассуждать о Теле Господнем»?

Ответ.  Не рассуждает тот, кто приступает, не искусив себя так, как об этом сказано выше.

Не рассуждает тот, кто не приготовил себя постом и молитвами, не примирился с братом своим.

Не рассуждает тот, кто приступает как будто к простому хлебу и вину, а не как к Бо­гу. Таковой «осуждение себе ест и пьет, не рас­суждая о Теле Господнем» (1Кор. 11, 29).

Не рассуждает и тот, кто приступает без страха, без умиления, без смирения, без веры и без надежды на спасение, и без любви.

Итак, достойно причащайся, держа в уме такое обращение к Богу: недостоин я, Господи, не только причаститься Святых Твоих Тайн, но даже взглянуть на предивную и преестественную Твою Трапезу. Однако я приступаю не с тем, чтобы прогневать Тебя, но дерзаю, уповая на неизреченную Твою милость, ибо я знаю, что Ты пришел не ради праведных, но ради грешников. Дерзаю причаститься, чтобы не лишиться Причастия Твоего и не быть съеден­ным мысленным волком. Дерзаю приступить ко Причащению еще потому, что надеюсь на премилостивые слова Твои, Господи, которые Ты изрек пречистыми Твоими устами, говоря: «Хлеб же, сходящий с небес, таков, что ядущий его не умрет. Я Хлеб живый, сшедший с небес; ядущий Хлеб сей будет жить вовек» (Ин. 6, 50—51). И еще: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь име­ет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6, 5354).

Надеясь и твердо уповая на эти Твои слова, Господи, я причащаюсь, будучи убежденным, что Ты их изрек не для святых и праведных, но для грешников.

Глава из Евангелия, где говорится о При­чащении, не читается так: «Сказал Господь ученикам Своим», которые были святыми и праведными, но так: «Сказал Господь пришед­шим к Нему иудеям», которые были грешника­ми, подобно мне. А поскольку Ты изрек сие для грешников, то и я, грешный, усердно внимаю им и, положившись на Твое превели­кое милосердие, ем Тело Твое и пью Кровь Твою.

17. Рассуждение о Божественном Причащении, ибо «осуждение себе ест и пьет не рассуждающий о Теле Господнем» (1Кор. 11, 29)

Господь мой и Бог мой в пречистых Тай­нах — это исцеление мое, я же больной.
Господь — здравие мое, я же разбитый, расслабленный и едва жив.
Господь — очищение мое, я же прокажен­ный.
Господь — жизнь моя, я же мертв. Господь — Пастырь мой, я же заблудшая овца Его.
Господь — восставление мое, я же падший. Господь — оправдание мое, я же осужден­ный.
Господь ищет меня, я же погибший.

Итак, приступаю я как больной к Целите­лю, чтобы исцелиться, как разбитый и рас­слабленный ко Врачу, чтобы вылечиться, как мертвый к Жизни моей, чтобы воскреснуть и ожить от греховной смерти для добродетели.

Приступаю как овца к Пастырю моему, чтобы целым быть от волка, как падший к Восставляющему меня, чтобы я больше не падал, как осужденный к Судии моему, чтобы Он Своим благоутробием из неправедного сделал меня праведным.

Приступаю как погибший к ищущему ме­ня Человеколюбцу, чтобы всегда пребыть с Ним и в Нем, Он же со мною и во мне, и пусть я уже не себе живу, но Ему, Владыке моему и Благодетелю, отселе «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал.2, 20).

Принимаю пречистые Тайны, чтобы их Причащением приобретя помощь, отныне я положил бы начало моего спасения и больше не работал бы греху, но по силе моей работал бы Богу моему, содействием и укреплением Твоим я верую, Господь и Бог мой, в Твою всесильную помощь и благость: «Верую, Госпо­ди, помоги моему неверию» (Мк.9, 24).

Рассуждение второе. Врачевство на случай отчаяния

Что такое грехи мои против милосердия Твоего, Господи? Это паутина против велико­го ветра, это малое болото против великой ре­ки, это тьма против всесветлого солнца!

Повеет сильный ветер и прорвет паутину. Потечет река и смоет болото. Засияет солнце и прогонит тьму.

Подобно тому и Твое превеликое милосер­дие, Боже, растерзывает грехи мои, как ветер паутину, омывает беззакония мои, как река болото, просвещает меня, как солнце тьму, и прогоняет все мои злые дела, слова и мысли. Десница Твоя меня возвращающегося прини­мает отеческим объятием, как блудного сына.

Итак, почему же я сомневаюсь? Не усом­нюсь я в благости Твоей, не отчаюсь, Господь мой, в милости Твоей, не отчаюсь никогда! Из того я знаю Тебя, Бога всесильного и крепко­го, что грехи мои и всего мира не преодолеют милосердия Твоего. Если бы они преодолели, то Ты не был бы Бог крепкий и сильный.

18. Поклонение Пречистым Христовым Тайнам

Божество Христово! Осияй меня, помилуй меня!
Душа Христова! Умилосердись ко мне, спаси меня!
Тело Христово! Напитай меня, укрепи ме­ня!
Кровь Христова! Напои меня, освяти меня! Вода ребер Христовых! Омой меня, очис­ти меня!
Вольное страдание Христово и смерть! Исцели меня, оживи меня!
Крест Христов! Силой твоей огради меня, оживи меня и осени главу мою в день борьбы!
О пресладкий Иисус! Услади любовью Твоей сердце мое и скрой меня в Твоих крова­вых ранах!
О прелюбезный Любитель мой! Не отсту­пи от меня и не попусти мне отлучаться от Те­бя и на малое время!
О всесильный Избавитель мой! Избавь меня от врагов моих!

О премилостивый Содержитель и Упра­витель жизни моей! Управь пути мои ко спа­сению, в час же кончины моей пошли мне добрых предстателей и повели моей грешной душе кротко разлучиться с окаянным моим телом; соблюди меня от воздушных духов и на Страшном Суде Твоем не лиши меня десной части, чтобы славил я Твое превеликое мило­сердие со всеми славящими Тебя вовеки. Аминь.

По раздроблении частиц Тела Христова: «Уготовал еси предо мною трапезу сопротив стужающим мне, умастил еси елеом главу мою; и Чаша Твоя упоявающи мя, яко держав­на» (Пс. 22, 5).

После обычной молитвы перед причаще­нием говори умом: врата и затворы сердца мо­его «возмите, и внидет Царь славы» (Пс. 23, 7).

Войди, Свет мой, и просвети тьму мою! Войди, Жизнь моя, и воскреси мертвость мою! Войди, Врач мой, и исцели раны мои! Войди, Огонь Божественный, и попали тер­ние грехов моих, разожги внутренности мои и сердце мое пламенем любви Твоей! Войди, Царь мой, и истреби во мне греховное царст­во; сядь на престоле сердца моего и царствуй во мне, Ты — один мой Царь и Господь!

По вкушении Тела Христова: коль сладок Бог Израилев правым сердцем! Как сладок Христос сладко любящим Его! Услади меня любовью Твоею, Сладчайший Иисус!

Пред Святою Чашей: «Что воздам Господу за все благодеяния Его ко мне? Чашу спасения прииму и имя Господне призову» (Пс. 115, 3—4).

По вкушении Крови Христовой: Ты — весь желание, весь сладость, Слово Божие, Сын Девы, Бог богов, Господь, Пресвятой святых; Тебя с Родившей величаем все.

Поклонись до земли и говори: «Слава Те­бе, Боже», трижды и обычные благодарствен­ные молитвы. Потом следующее:

Сладчайший Иисус, Величие души моей, Радость духа моего, Сладость сердца моего, Слава моя, возносящая главу мою, будь со мной и во мне неразлучно всегда и всесиль­ною десницей Твоей удержи меня с Тобою и в Тебе, чтобы я прилепился к Тебе, Господу мо­ему, в един дух с Тобою; чтобы в Тебе, о Тебе и Тобою были все помышления мои, слова и де­ла, ибо без Тебя я не могу делать ничего, «да не к тому себе живу, но Тебе, Владыке моему и Благодетелю» (из первой благодарственной молитвы по Святом Причащении); чтобы все мои телесные и душевные чувства работали не мне, но Тебе, моему Создателю, Которым они живут и движутся; чтобы все мои душев­ные и телесные силы служили Тебе, моему Искупителю, Которым и в Котором они дер­жатся, и чтобы вся жизнь моя до последнего моего вздоха была, Бог мой, во славу пресвя­того Твоего имени. Аминь.

К Богородице: Пренепрочная и Приснодевствующая Богоматерь, давшая Сыну Божию плоть и кровь от пречистой и пресвятой Твоей утробы! Благодарю Тебя, что Ты и ме­ня, недостойного, сподобила быть причаст­ником той же Плоти и Крови, причащением которой, соединяясь с Сыном Твоим и Богом моим; я верую и исповедую Тебя благодатной Матерью и молю: сделай меня неотвергаемым во все дни жизни моей.

О матерняя милость Твоя, чадолюбивая милость! О пресладкая моя сия Божественная трапеза! Ты — как колос живоносный, родив­ший миру пшеничное зерно — Христа. Ты — Богом насажденная Лоза, прозябшая нам зре­лую гроздь — Иисуса! Питай меня всегда этим нетленным Хлебом; всегда напояй меня этим питьем животворным, чтобы, вкушая ныне под их видами и взирая, как благ Бог мой, как прелюбезен Любитель мой, как желанен Гос­подь мой, я сподобился бы после этого от­крыто лицом к лицу видеть Его, вместе же и наслаждаться всегда лицезрением Твоего пресветлого лица вовеки, когда явится мне слава Твоя. Аминь.

19. Псалмы или духовные канты Дмитрия Ростовского

Псалом 1

Иисусе мой Прелюбезный, сердцу Сладосте.
Едина в скорбех утеха, моя Радосте.
Рцы души моей: «Твое есмь Аз спасение,
Очищение грехов и в рай вселение».
Мне же Тебе, Богу, благо прилеплятися,
От Тебе милосердия надеятися.
Никто же мне в моих бедах грешному поможет,
Аще не Ты, о Всеблагий Иисусе Боже!
Хотение мне едино с Тобою быти:
Даждь ми Тебе, Христа, в сердце всегда имети.
Изволь во мне обитати, благ мне являйся,
Мною грешным, недостойным, не возгнушайся.
Изчезе в болезни живот без Тебе, Бога:
Ты мне крепость и здравие, Ты слава многа.
Радуюся аз о Тебе и веселюся,
И Тобою во вся веки, Боже, хвалюся.

Псалом 2

Надежду мою В Бозе полагаю, Промыслу Его Весь себе отдаю.

Я ко Он хощет, Так о мне устроит, А Его воли Никто не перестроит.

Судьбы Господни — Есть то бездна многа,
В тайных советех Кто постигнет Бога?

Аще что кому Он восхощет дати,
Людская зависть Не может препяти.

Кому у Него Что предоставлено,
То непременно Будет исполнено.

Убо надежда Моя буди к Богу —
Удивит на мне Милость Свою многу.

Не надеюся На князи и люди,
В тех уповая, Постыжен есть всюду.

Часть моя еси — Ты, единый Боже.
Твоя десница Во всем мне поможет.

Десница Твоя — Та сотворит силу,
Исцелит душу, Даст здравие телу.

Та и вся блага, Аще их есть требе,
Вскоре дать может И потом жить в небе.

Псалом 3

Ты мой Бог, Иисусе,

Ты моя Радосте,

Ты ми Веселие,

Ты моя Сладосте!

Аще бы вся моя

Погубил во мире,

Тя паче, Боже мой,

Всегда имам в вере.

Богатства земная

Ни во что вменяю,

Егда, зря на небо,

Тя, Бога всех, знаю.

Аще мя скорбиши —

Должен есмь хранити,

Аще мя биеши —

Буду Тя хвалити.

Люблю Тя, Боже мой,

Над всех Святейшаго,

Хвалю Тя, Царю мой,

Всех Достойнешаго.

Дверь сердца моего

Сокруши каменну,

Положи в нас любовь

К Тебе пламенну.

Аще бы людие

Тя, Христе, познали,

Никогда бы Тебе

Грехми прогневляли.

Аще Тя познаем

В мольбе Херувимской,

Тогда Тя прославим

В хвале Серафимской.

Хощем всеусердно

Тя, Христе, познати.

Ты нас лицем к лицу

Сподоби взирати.

Псалом 4

Похвалу принесу

Сладкому Иисусу:

Той бо моя слава

И всем есть похвала,

Иисусе Прекрасный!

В Троице славимый,

Всем Непостижимый,

Архангелов Творче,

От бесов Поборче,

Иисусе Прекрасный!

Монахом Радосте,

Иереом Сладосте,

Дай же и мне радость,

Спасения сладость,

Иисусе Прекрасный!

Не отрини мене,

Святе, взыщи мене,

В грехах лежащаго,

Не восстающаго,

Иисусе Прекрасный!

Вышних Создателю,

Земных Искупителю,

Не забуди мене,

Не погуби мене,

Иисусе Прекрасный!

О! Царю Преславный,

Агнче Непорочный,

Надеждо во смерти,

Живот всем по смерти,

Иисусе Прекрасный!

Одеждо краснаго,

Отца Небеснаго,

Одей мя тоею

Ласкою Твоею,

Иисусе Прекрасный!

Скорбящим Радосте

И Жезле старости;

Дай же мне утеху

В подвигах успеху,

Иисусе Прекрасный!

Не остави мене,

Творче, взыщи мене,

Пастырю Всещедрый

И Премилосердый,

Иисусе Прекрасный!

Не по делом моим,

По щедротам Твоим

Суди мене, Пане,

Вышних сил Гетмане,

Иисусе Прекрасный!

Прийми се малое

Моление мое

И скоро потщися,

На мя умилися,

Иисусе Прекрасный!

Останную мольбу

К Тебе приношаю

И смиренным сердцем

До Тебе взываю:

Иисусе Прекрасный!

Псалом 5

Христе мой Боже,

Иисусе Сладчайший,

Спасителю мой

Зело Величайший!

Подаждь ми присно

В воли Твоей жити,

И страсти Твоя

В сердцы ми носити.

Да образ Твой зря,

Свята Бога знаю,

И в руце Твои

Дух мой предаваю.

Яко хощеши,

Твори, Боже, мною,

Да не скрыет тма

Греховная мглою.

Господи Боже!

Дела Твоя дивна;

Прими раб Твоих

Словеса умильна,

Иже молитвы

Тебе приношают;

А Матерь Твою

Песнми почитают.

Псалом 6

Превзыдох меру,

О мой Вечный Боже,

Во дневных злобах;

Кто ми в том поможет?

Преступих закон,

О, мой Крепкий Боже,

И кто мне ныне

Грешному поможет?

Разве Ты, Отче,

Высокий в милости,

Подаси руку

Мне в моей бедности.

Яко вся моя

Лета иждих блудне,

В мирских суетах,

Грешный, пребых гнусне.

Восприйму на ся

Зрак сына блуднаго,

Пойду умолю

Отца Небесного:

Согреших, Отче,

И моя есть вина,

Несмь достоин быть

У Тебе за сына.

Согреших к Тебе,

Отче Милосердый.

Будь мне милостив,

Молю аз, злосердый.

А грехи, их же

Творих от юности,

Остави, прости

По Твоей благости.

И научи мя

Безпорочно жити,

Впредь сохрани мя

От греховной сети.

Днесь же да буду

Твоим наемником,

Верным Ти рабом,

Верным послушником.

Даждь ми по Твоей

Воли всегда жити,

По здешней жизни

Небо улучити.

Псалом 7

Воплю к Богу в беде моей —

Да мя Он услышит,

И в велицей скорби моей

Весело утешит.

Обратит мой плач в веселие

И в радость преложит,

Тяжкое ми злолучество

Во благо приводит.

Не вем, откуду ветр возвеет

В сладостной охладе,

Уже падаю отвсюду

Сущи на свободе.

Надежда мя утверждает,

Мысль ми направляет,

Указует тещи к Богу

Кий все устрояет.

Аще бы под землю скрылся —

И там мя обрящет,

Аще в камень заключился —

И там мя досяжет.

Но аз стоя издалеча

По примеру грешнаго,

Реку: «О! Боже, почто мя

Оставил, страстнаго!»

Приспе время исправленья

Живота моего,

Из младых бо лет в жизни сей

Делал много злаго.

Помилуй мя Ты, грешнаго,

О, мой Вечный Боже!

И в уши святыя Твоя

Прийми вопль мой уже.

И подаждь ми терпение

Всех страданий моих,

Управи мя, яко же веси,

Духом Святым Твоим.

Аще волишь наказати,

Буди воля Твоя,

Токмо да спасется душа

Милостивно моя.

Весь день, всю нощь восклицаю,

Господи мой, к Тебе:

«Услыши молитву мою

И прийми ю к Себе».

Подаждь же мне милость Твою,

Избави от муки,

Понеже аз вельми впадох

Чрез грех в Твои руки.

Псалом 8

Мати Милосерда!

Ты еси Ограда,

От лютаго врага злаго

Храниши мя всегда.

Он, лютый, рыкает,

Бедна мя хищает;

Скоро, скоро Твоя помощь

От того избавляет.

На всякий час зову,

В немощи воззову,

Воплем крепким, Мати, Тебе,

Чиста Дево, молю.

Не вем аз кончину,

Дне того годину,

К Тебе, к Тебе — всех Царице

Очи мои выну.

Прошу Тя Всещедру,

Матерь Милосерду,

Глас услыши мой, плачь внуши,

Моля Тя Всещедру.

Руце да воздену

Ко Твоему Сыну, Мати,

Мати Преблагая

Ходатайствуй к Нему.

Тебе, Дево, молю,

Воплем крепким зову,

Душу, сердце, в воздыханий

Преклоняя главу.

 

20. Память духовному отцу как управить ставленника

(Следует понимать как «Наставление духовному лицу при подготовке человека, собирающегося принять священный сан»).

Вначале нужно повелеть ставленнику, что­бы приготовился к исповеди, собрав все свои помышления и истязав свою совесть; и все гре­хи, от юности содеянные, в память привел — как исповеданные, так и не исповеданные; чтобы так приготовился говорить по порядку, по самой истине, как что было, ничего не ута­ивая. Когда ставленник придет на исповедь, следует его спросить, имеет ли он духовного отца, и давно ли исповедался в своих грехах, не имеет ли какой епитимий или запрещения от своего духовного отца, давно ли причащал­ся Божественных Тайн.

В обычном исповедании, как уже написа­но, надлежит со многим разумом о грехах и о тяжестях греховных истязать, и исповедуемое рассуждать и от каждого греха подобающее врачевство прилагать, кроме тех грехов, ко­торые он, ставленник, прежде исповедал сво­ему духовному отцу. И должен известить, что те грехи уже исповедал, и если совестная язва от первого духовного врача хорошо исцелена, то не нужно ее врачевать другому. Тяжкие и трудно разрешимые смертные грехи необхо­димо доносить архиерею. А особенно доно­сить то, что является препятствием к приня­тию хиротонии, а именно: убийство, воровст­во, волшебство, лжесвидетельство, вражда неразрушенная, насилие, явное грешничество, кровосмешение и противоестественные плотские грехи, и иное злое и лютое. Спро­сить ставленника и о том, какую взял себе в сожитие супругу — не блудящую ли, девицу ли, не растленную или растленную, и если бу­дет растленной, то нет ли о ней злого слуха в народе, как о блуднице, и если о ней будет злой слух, как о блуднице, то ее мужу нельзя быть священником. Ибо если взявший вдови­цу не бывает хиротонисан, то тем более взяв­ший явную блудницу не может быть хирото­нисан.

По совершении исповеди и по разрешении следует поучить ставленника, как он должен приготовить свою душу к принятию священ­ного сана равноангельского. Пусть с теплой верой и несомненной надеждой готовится принять благодать священства и непрестанно пусть о том помышляет, отложив всякую жи­тейскую печаль.

Когда ставленник будет произведен к хи­ротонии и преклонит колена и голову к Боже­ственному престолу, и архиерей, возложив на него десницу, начнет говорить слова освяще­ния, тогда нужно, чтобы ставленник весь свой ум вперил в Бога и несомненно верил, что сойдет на него невидимо Дух Святой, как и на главы апостольские, и изольется на него благодать диаконского или священнического совершения.

По совершившейся же хиротонии от всей души и от всего сердца в помысле своем пусть начнет воздавать благодарение Богу, что сподобил его такового чина, еже с Херу­вимы и Серафимы невидимо присутствую­щими быть ему предстателем Божия престо­ла, и служителю Божественных Христовых Тайн, на которые Ангелы со страхом взира­ют, и которым благоговейно с трепетом по­клоняются.

Необходимо много поучения и наставле­ния в том, каковому быть в принятии и при­чащении Божественных Тайн ставленнику и всякому причащающемуся, но не хватает вре­мени об этом много писать, потому только вкратце предлагается следующее:

По причащении необходимо читать бла­годарственные молитвы со вниманием, не только устами говоря, но и умом понимая чи­таемое, и сердцем умиляясь, ибо молитва без внимания и умиления — это кадильница, бряцающая без огня и кадила.

Хиротонисанного, отходящего восвояси, духовник должен поучать, чтобы со страхом, многим благоговением, с верой и любовью совершал свое служение, как Ангел Божий предстоя престолу, будучи чист душой и те­лом.

Пусть приготовление к служению будет совершенно доброе и достойное святого слу­жения.

Второе приготовление: в гневе и вражде или в каком ином смертном грехе находя­щийся пусть не дерзает служить, пока не раз­рушит вражду и не очистит смертный грех по­каянием. Для этого пусть чаще приходит к своему духовному отцу и очищает свою со­весть.

Прочее же о достодолжной чести и боголепном поклонении подобающем Божествен­ным Христовым Тайнам смотри в великом Киевском Требнике, в части 1-й, лист 266-й и далее, и оттуда, отче духовный, поучи новоставленного иерея.

Наконец, следует помнить следующие сло­ва святого Иоанна Златоустого: «Ничто так не раздражает Бога, как недостойное священно­действие» (Беседы на Евангелие от Матфея). 

21. Стихи на страсти Христовы

Отмена зело страшна, отмена напрасна,

Ах, глаголом зрению и слуху ужасна.

Царь неба и всей земли, Творец всего мира,

От лютейшаго лютым предаемый звера,

От Юды треклятаго июдейским полком,

Агнец Пренезлобивый кровожадным волком.

Прискорбен есть душею, видя смерти чашу,

Плачет кровавым потом, ах, за злобу нашу.

На землю Носяй грехи наша упадает,

На небо возвел очи, «Отче!» восклицает.

Но несть Ему гласа: «Сей есть Сын Мой возлюбленный».

Не на Фавор бо, но на Голгофу веденный,

Несть Петра, глаголюща: «Добро нам зде быти»,

Токмо Юда с вой, ищущими убити;

Тот Его, в Немже лести несть, лестно лобызает,

Тако зверообразным жидом предавает.

Его же, веригами связанна, влекоша

По пути и неправым судиам вдадоша.

Его же неправедно на смерть осудиша

И по премногих муках на Крест пригвоздиша.

Се всяк зри орудиа убийства и муки:

Вервь, бич, столп, копие, железные руки.

Зри, коль зле и безчестно за тя Пострадавый,

Иже тебе славою, честию венчавый.

Зря же сия, восплачи, воздхни, умилися,

Камению бездушну поне вподобися.

Камень, Творца умерша зряще, распадеся,

Земля, ужасу полна, зело потрясеся,

Всяка тварь изменися и страхом объята,

Та на Кресте муки зряще и на с Креста снята;

Припади и лобызай в Гробе Положена,

Целуй сердцем и усты за тя Уморена.

И вы сюда прийдете, младыи отроки,

Подробну орудиа приймете жестоки.

Приемши, Пречистому Телу предъидемо.

Отрок первый

Се аз со смирением припадаю первы

И честныя усердно восприемлю вервы.

Отрок второй

Се тобою аз воинску восприемлю руку,

Яже первая Творцу нача творить муку.

Отрок третий

Мне бич и розгу взяти повелете.

Отрок четвертый

Мне со усердием столп, молю, дадете.

Отрок пятый

Аз поклонся, приемлю венец сей терновый,

Им же бе увенчанный Царь Юдейский новый

Отрок шестой

Яже дадеся Богу поруганну,

Со страхом приемлю трость, за скипетр данну.

Отрок седьмой

Гвозды, имиже руце и нозе пронзены

Иисусовы, приемлю четверочисленны.

Отрок восьмой

Млат, Христа пригвоздивый ко Кресту болезно,

С лобызанием вземше, понесу любезно.

Отрок девятый

Аз трости преклоняю главу ми смирену,

Сладце приемлю желчью с оцтом исполненну.

Отрок десятый

Дражайшее злата, честнейшее сребра,

Беру копие, Христу прободшее ребра.

Отрок одиннадцатый

Аз дерзаю крестное по вас нести ложе,

На нем же почил еси, Творче мой и Боже.

Ad suos

Приимше, Пречистому Телу предъидемо,

Славя, погребении песнь все воскликнемо:

«Благообразный Иосиф» и т.д.

Отрок первый

Внимай, о человече всяк благочестивый,

Что сотвори юдейский совет нечестивый.

Нощи сынове в нощи Христа яша,

Сими немилосердно вервами связаша.

Горе! Связали Агнца, незлобива суща,

За тя, о человече, на жертву идуща.

Сделали на небеси с вервов сети птенца.

Уловиша Девыя Пречистой Первенца

Его же пеленами мягко повивала,

Воинска рука верхом твердейшим связала.

Вяжется Иессеов цвет средь огорода,

Вяжется пречистаго клас Марии Плода.

О, злый Юдо, на Господа ты вервь возлагаешь,

Скоро на твоей выи сам верва дознаешь;

Рекл еси: не приемлю от человек славу,

Христе, днесь безчестие превзыде Ти главу.

Ты власть имееши вязати, решити;

Почто дал еси Себе так уничижити?

Ах, влекут немилостно воинове люти;

Семя благословенно падает на пути.

В нощь из Египта Израиль Им же изведеся,

Тот Израилем в нощи узом предадеся.

О Иисусе, вервами днесь люте связанный,

Да аз Ти к любве буду всегда привязанный!

Отрок второй

У первосвященника предста Иисус Анны,

Немилостно рукою сею привитанный.

Его же свято лице, як солнце, сияет,

Синостию железна рука потемняет,

Кротко-молчаливаго звучно ударяет,

Проречет ли: «За что Мя биешь?», искушает.

Всего Тела молчалив Бог язвы ношаше,

Ибо та одеждою прикрыта можаше.

Пресветлаго же лица крыта невозможно,

Его же та рука, ах, уязви безбожно.

Пять имать перстов, пять ран болших презначает,

Прежде времени в лице гладко начертает.

Нива благо Христос есть —так Церковь вещает,

Орет рука железна, смерть уязвляет.

Краеуголн железом ударяет камень

Темный народ, да его осияет пламень.

Не видящий истины, ослеплен злобою,

Поиска ту руками, понужден собою.

О, Сладчайший Иисусе, Животе всей жизни,

Подал еси ланиту на вся укоризны.

Лица Ти пресвятаго не возбранил бита;

Не возбрани нам в небе лице Твое зрети!

Отрок третий

Рука лице Христово поорала зело,

Бич и розга все свято поорали Тело.

Орешь, злобо жидовска, но не будешь жата,

Мы же оттоль Небесный Хлеб будем вкушати.

Казнишь Благодетеля, в Коем несть преступства,

Учишь вечну Премудрость, з своего си глупства.

Не твоею силою стоит обнаженный,

Но любовию за Себе любящих разженный.

Кто ту злости жидовской подаде пораду,

Яко сладкому горку сотвори прохладу.

Ах, не знать Пречистаго за язвами Тела,

Углебают бич, розги, увы, в плоть до зела.

Уже и пресвятыя видятся в нем кости,

Яже вся исчетоша з лютой своей злости.

От верху главы честной до святу ногу

Не оставили места цела Христу Богу.

Зри умом, человече, на Божия Сына,

Како в чистой Си2 Крови стоит по колена.

Рци со умилением: увы, Божий Слове,

За грех мой дражайшая Ковь Твоя исплове,

За мя, неблагодарна, горе, увы, горе,

Разлися Кровь пречистая, аки Чермно море.

Погрузивый во мори фараона роги,

Потопи в Твоей Крови наша грехи многи;

Нас же преведи чистых в землю обещанну,

В небесных селениях всем уготованну!

Отрок четвертый

Столп твердый, Глава Церкви, Христос Бог названный,

К сему немилостивно столпу привязанный.

Тщим благословение от святую руку,

Яже созади вяжут на большую муку.

Древле в день столп облачен, в нощи же огненный

Был вождом, егда бяше от плена веденны

Израили; ныне же он столпом плени Бога,

Егда к нему привяза. О, коль злоба многа!

Преведе их по суху, они же брадити,

В Крови Бога сделали, хотяще убити.

Прийди семо Июдо, им же омочися

Хлеб в солило и снеден, Крове Христа впися.

Порази Христа камень уже не в пустыни,

Пи убо Кровь, не воду. О немилостыни!

О како земле с столпом не поколеблешься,

Зрящи Творца мучима, что не потрясешься?

Люд, иже древле в столпе глас от Бога слыша,

Да не слышит, кровию усты заградиша.

На столпах Соломон царь кедровых царствует,

Царь Небесный, к камену привязан, бедствует.

О Сладкий наш Иисусе, мудрый Соломоне,

О прелюбезный Христе, крепчайший Самуоне,

Изрини столп сей, побий Твоя враги,

Да погибнет милости Твоей во век наги.

Отрок пятый

Егда бяше от столпа Иисус отрешенный,

Разуме, яко страстей уже освобожденный.

Но понеже терн в главу глубоко унзает,

И Христос «возвратихся на страсть» — восклицает.

О, аще бы кто ми дал очесам слез море,

Источил бых, толику болезнь зряще, вскоре.

Ах, святейший очи в Крови утопают,

Лице свято и уши Кровью заплывают.

Иже царем златыя дает диадимы

Венчается терновым венцем, ах, Мучимый.

Терн древесам есть, царем глава Престол Божий.

Окровавлена в терни Бог краснеет роза.

Пресвятейшую главу венец окружает,

Бог закрут всего мира, мир да весть,

страдает,

Глава Его круг мира яко управляет,

Кто весть: терние ли ту или мир пронзает?

На земля ли прорасти терние на главу?

Сущи вся подножие, возносится в славу.

Тернием ли человек да не уязвляет

Ног ходяще, на главу Бог Свою влагает.

Исповесть иже весть о Евангельском

зерни,

Христос, зерно небесно, паде ныне в терни.

«В скорби венчан будеши» —

глагола «венцами»,

Исаиа; ныне же зримо все лицами.

Радостно человека честию венчаешь,

Сам поруган, царскую титлу отбираешь.

И меет корение венец в твоей главе,

Помнишь о тебе данной от человек славе.

Христе, в терновой руган диадиме,

Даждь нам небесный венец со святыми!

Отрок шестой

Царь царем, Христос Бог наш,

царствуяй во всем мири,

Даяй венцы всем царем,

скиптры и порфири,

В смрадную одеяся ныне багряницу

И на безчестие трость приемлет в десницу.

В крепости та десница в век есть

прославленна,

Ныне же зиблемою тростию почтенна.

Мы то трость колеблема есмы человецы;

Да постоянны будем, Бог держит

в десницы.

Образ непостоянства творит

род еврейский,

Падающ на колена: «Цару Июдейский,

Радуйся!» — глаголюще, Царя же не знают;

Не верующе в правду, в злость исповедают.

Радуются царие, царствующе мирно;

Ты же, наш Царю, плачешь,

увенчан не смирно.

Пестришь, аки бисером, слезми багряницу,

Пловущими сплачливу святую зеницу.

Что плачеши, егда Ти «радуйся!» глашают?

Плачет: ибо с словами купно оплевают,

Ударяют во уши, биют у ланиту.

Видения доброты несть нашему свету.

Должны сердцем трястися,

покиваша главы,

Не ведуще, яко есть Царь царем,

Царь славы,

Не познаша, еще бо не на фроне крестном,

Но в месте мучения смрадном

и безчестном.

Сему царству никто же завидети може;

Зазрят, егда, пострадал,

прославишься, Боже.

Отрок седьмой

Сии суть гвозды четверочисленны,

Ими же Христу руце и нозе пронзены.

Ископаша святыи и нозе, и руце,

Прилагающе болшу люти муку к муце.

Иже вседержайшую руку отверзает,

Благоволне животно всяко насыщает,

Тому руце прибивши, гвоздми удержали,

Дабы щедрому Богу щедроту препяли.

Но злобным препятие не помоществует,

Пригвожден разбойнику

егда рай дарствует.

Матери Иоанна за сына вручает,

«Жено, се сын Твой, Мати се твоя», —

глашает.

Сын погибели Творцу руце пригвождает,

Да спасение миру не соделовает.

Творит спасение всех спасти Рачитель,

Не хощет бо всем грешным смерти

Сотворитель,

Пригвожденный рукама землю потрясает,

Раздирает завесу, всю тварь ужасает.

Силен есть вся творити,

силен есть вся дати,

Во десной богатство, славу,

власть имать держати.

Гвоздми, аки ключами, язвы…

Не себе же богатство, но нам обретоша.

Из ада аз сокровищем тем

есмь искупленный,

Искупивый мя, Боже,

будь благословенный!

Отрок восьмой

Сим млатом ко Кресту Бог лютее

пригвожденный,

Царь болезни на крестном фроне

посажденный,

Советом нечестивым мерзскаго Пилата.

В нем же не видех вины,

суди быть распята,

Должен сый умыть руце и язык блудивый,

Да зрит и речет «почто?»

на смерть осудивый.

Блудив язык рече бо:

«власть имам пустити»,

Мыслию же желаше на Крест пригвоздити.

Царем неба наказан в сне, не наказався,

Земному бо кесарю лучше уверявся.

Сие, о человече всякий, да внимаешь,

Иже наказание сон себе вменяешь.

Сим млатом на каменном

начертати сердци,

Им же краеуголный трут камень мучители

Дражайший адамант сим млатом

искушенный,

В Кровь си Агнчу омочен стался

сокрушенный.

Сокрушенно и сердце Мати имеяше,

Егда звук сего млата гвоздяще слышаше.

Сколь ударов, столь мечей имеяше

в сердци,

Егда немилостиво распяша мордецы.

Рай мысленный, Иисус наш,

даяй плод во веки,

С четырех язв четыре источил нам реки.

Имеешь, человече, весло — млат железный,

Меешь четыре реки плысти

к вечной жизни;

Токмо четыре в уме имей непрестанно:

Смерть, суд, пекло и царство,

добрым сготованно.

Отрок девятый

Весь сладость, желание,

Иисус возлюбленный,

Горестию чрез сию трость есть напоенный.

Напоивый сладкою водою в пустыни,

Горьку желчь пиет и оцет. О, немилостыни,

В ней же неисходимо весь мир почивает!

Ныне Иисус горести мира дознавает.

Не токмо желчь и оцет,

но и яд в нем смертный,

Его же Сам вкусивши, Бог умре

безсмертный.

Море упиваяйся сладости потоком,

От обилия дому, егоже в жестоком,

Питии в желчи оцту яды растворяешь.

Вся страсти Бог понесе, ты сим умораешь.

Не рекл «совершися!» на Крест

пригвожденный,

Дондеже твоим ядом не был напоенный.

Не веси ли, о мире, чесо Бог жаждает,

Да человек слезами жажду втоляет.

Подражай, человече, мудрой Магдалине,

Рцы яже она прежде слова рекла ныне.

Ах, «Жажду!» гласишь,

но вод не дают опоки*,

Едины с очес слезы текут; пий слез токи!

*Опоки – пьяницы

Отрок десятый

Трость…* Христа уморило Копие смертна вечну нам жизнь

отворило,

Дражайше сокровище над злато и сребро,

Еже Исусово нам днесь источи ребро.

Да узрят человецы, что Бог всеет,

Восхоте, да копием воин то открыет.

Не жезлом, но копием камень

пораженный,

Источи нам ток жизни Иисус

возлюбленный.

Противу естества Бог писца Себе мает,

В книзе живота смертно писмя начертает.

Вышше естества яко воин ослепленный,

Вечный живот написа,

и бе просвещенный.

Тела и ума оком злости ослепися,

Потом обоим зраком ясно просветися.

Горкую вдати язву Христу розъяренный,

Сладости исполнися,

сущи просвещенный.

О пресладкий Иисусе, Сам горесть

вкушаешь,

Нам же несказанную сладость источаешь.

Сладость, но не всем сладость:

есть горесть неверным,

Паче меда и сота нам есть правоверным.

Гоняй гоними в мири егда гладом таем,

Сим копием мед сладкий

в пищу нам достаем.

Не предаждь нас, Иисусе, не зрети Ти гладу

И не пошли нас во огнь ко вечному аду.

Да угаснет геенна чрез Кровь Ти и воду,

Верным от нея вечну чрез Кровь

дай свободу!

* В тексте рукописи пропуск

Отрок одиннадцатый

Все мимоходящии болезнь Христа зрете,

Аще болезнь, як болезнь,

Его есть смотрете.

Рцете умом на крестно Иисусово ложе,

Како на нем почил еси, кто изрещи може?

Гвоздми млаты положен, да не разорится.

Ах, кому сие ложе не страстное мнится!

Терн вместо подглавия,

на гвоздь руце, нозе

Возложили, да уснет Бог наш на премнозе.

Ах, ложе не мягкое, ах острое ложе,

На нем же почил еси болезненно, Боже!

Ах, из рая за преступство древом

бех изгнанный,

Ты мене в рай вводишь,

к древу Прикованный!

Обнажихся змия прелестным советом;

Ты наг мя окрываешь, Одеяйся светом!

Препял еси пучины мира суетств полны

Крест Ти днесь пристанище

пресвятыя мира волни.

Дотоль не мел еси где главы приклоните,

Зде со миром безмирным изволил почити.

Мир безмирен до смерти желчью уморают,

Из смертнаго сна копьем острым

возбуждают.

О, болезни лютая кто изрещи може,

Яже за мя, грешнаго, терпел еси, Боже!

Зрящи сия, человек всяк да разсуждаешь,

Да не ктому ко страстех страсти

прилагаешь:

Не вяжи Бога, себе на зло вьсуздивый*;

Не бий в ланиту, хищать чуждое жадивый;

Не осуди на розги, судия неправый;

Не вяжи ко каменю,

сердцем скамененный;

Не пронзай главы терньем,

гордо вознесенный;

Не давай трости в руку, сый непостоянный;

Царем Юдским не зови,

лестию напханный,

И не заплевай очес скверными словами;

Не заушай, хищая чуждое руками;

Безстудную во очах (имеяй) зеницу,

Не возлагай на Бога смрадну багряницу;

Не распинай на Кресте,

живий самовольно;

Не пой желчию, сладость

вкушаяй доволно;

Не прободай в последок копием сердца;

Буди сердцем милостив,

нелютый мучитель.

Понесе Христос язвы за вся злая дела.

О, кто силу болезни исповесть до зела?

Первее счтутся звезды на небесном двори,

Первее дробны капли исчислятся в мори.

Никто же сего может изчислити в жизни,

Кая страсти Бог за ны терпел и болезни.

Довлеет Страсти и Крест всем во уме мети,

На нем же Бог изволил за нас всех умрети.

На Кресте Спасение наше умирает,

Кроме Креста спасения да никтоже чает.

* Т.е. обуздавший себя 

22. Собор и Суда изречение от неверных иудеев на Иисуса Назорея, Искупителя мира

Народ Пилату: Если отпустишь Его, ты — недруг Кесарю. Рас­пни, распни Его! Кровь Его на нас и на чадах наших!

Жена Пилату: Не делай ничего Праведнику сему, ибо ныне во сне я много пострадала за Него.

Симон Прокаженный: Какому закону подлежит Мятежник?

Ахая: Не узнавши вины, не подобает предавать смерти.

Равам: Зачем издаются законы, если не для того, чтобы хранить их?

Каиафа: Вы ничего не знаете и не понимаете, ибо лучше для нас, если один человек умрет за людей, чем весь народ погибнет.

Иоафам: Он богохульствует, так как Сыном Божиим Себя нарицает. Подобает рассмотреть закон Его.

Самех: Сделаем так, чтобы Он не противился нам; если повино­ваться не будет, пусть будет казнен.

Меса: Если праведен Он, то обратимся к Нему; если же неправе­ден, удалим Его от нас.

Субат: Ни один закон не подвергает смерти невинного. В чем же согрешил Сей Человек?

Розмофил: Зачем существуют законы, если не хранить их?

Путифарь: Сей льстец отечество и народ смущает; подобает из­гнать Его.

Рифал: Закон установлен не для кого иного, как для виновных, а посему пусть исповедает вину Свою.

Иосиф Аримафейский: Воистину будет мерзкая злоба, если ник­то во всем городе не защитит Невинного.

Иерих: Пусть Он и праведен, но все же должен умереть, так как Своею проповедью возбуждает народ к возмущению.

Терес: Лучше наказать изгнанием или отослать к Кесарю.

Птоломей: Праведен ли Он или неправеден,— но почему мы мед­лим? Почему так долго не осуждаем Его на смерть или на изгнание?

Иосафат: Пусть будет закован и содержится в постоянных узах.

Рафинф: Праведен Он или неправеден,— но если Он не повиновал­ся законам высших, допускать этого Ему не подобает.

Сарей: Истребим, истребим Мятежника, рожденного на погибель отечества.

Диарабий: Так как прельщает людей, смертию да умрет.

Иорам: Зачем мы будем казнить смертию праведного Муже Сего?

Никодим: Разве закон наш осуждает кого-либо, не узнавши вины?

По постановлению суда Сей Человек, как злодей, подлежащий по закону смерти, после многих мук, должен быть распят.

Мы, Понтийский Пилат, иерусалимский игемон, под могуществен­нейшим единовластителем Кесарем, коего блаженнейшее повелительство да сохранит Вышний, восседая на судилище, имели предъявлен­ным Иисуса Назорея, Который в безумном глаголании нарицает Себя Сыном Божиим и народ иудейский от достохвальнейшего закона наше­го отводит. Посему мы осудили Его к распятию на кресте. Идите, возьмите и распните Его! 

23. Обращение грешника к Магдалине, плачущей у ног Христовых

Уступи, Магдалино! от Христову ногу,
— мне даждь место: аз имам о гресех скорбь многу.
Уже твои скверны слезами очищены
и беззакония ти уже отпущённы.
Аз еще валяюся в греховной тине:
аз хощу у ног Его искати простыне.
Уступи, о жено, от ногу Христову,
да и аз милость Его обрящу готову.
Уже ты их довольно слезами омочила
и прощение грехам твоим получила.
Аз еще хощу Ему упасти на нозе
и, яко грешник, больше рыдати на мнозе.
Уступи, Магдалйно, возлюбившая Христа нелестне
и припадшая к Его святой плесне!
Уже ты до сытости сердце усладила,
лобзанием любезным Тому угодила.
Аз хощу к любимому мне припасти Богу
и лобзать усердно чистую его ногу.
Ответ Магдалинин грешнику
Всем щедр есть Господь наш; всех вмещает нетесно,
всех приемлет, всем рад, всех любит, веждь известно.
Аще бы со всего мира зде притекали люди,
у ног Христа моего нетесно им буди.
Вкупе убо со мною ног Его имися,
аз о моих, о своих ты грехах молися.

24. Двенадцать статей, коими убеждаются сомневающиеся или неверующие в пресуществлении хлеба в тело и вина в кровь Господа нашего Иисуса Христа чрез показание многих образов

1.

Если какой-либо человек сомневается или не верует в святую Божественную Тайну, в коей прелагаются хлеб, находящийся на тра­пезе, в Тело и вино в Кровь Иисуса Христа, Сына Божия, и становятся в священном служении истинным Его Телом и Кровию, то каждый пра­вославный христианин должен вопросить его так: может ли Бог сде­лать что-либо большее, чем человек, и высшее его разума? И когда от­ветит: да, может, — скажи ему: почему же Он не может дать нам в снедь плоть Свою? Ибо если «Словом Господним небеса утвердишася» (Пс. 32, 6), то тем словом Божиим пременяет Он хлеб и вино в Тело и Кровь Свою.

2.

Если же недоумеваешь, каким образом Христос, Который находит­ся на небесах, в то же время присутствует и на трапезе, то удивись и тому, что одно и то же солнце, которое нас освещает и согревает, в одно и то же время находится и на небе, и на земле, на востоке и на западе, и во всех странах мира. Подобным образом и Христос в Пречи­стых Тайнах творит великое и преславное в одно время и на небесах, и на земле, как единый всемогущий и сильный: па небесах — истиною естественною, а на земле — властию Божества, непостижимою и не­изреченною, превосходящею человеческое разумение.

3.

И затем, если удивляешься тому, что единый неделимый Христос во многих частях одинаково всем верующим раздается, в одной не больше не меньше, чем в другой, то удивись и тому, каким образом мой еди­ный голос находится в одно время и в моих устах, и в ваших ушах?

4.

И если сомневаешься, каким образом не разделяется тело при раз­дроблении Тайн, когда раздробляется агнец или каким образом в каж­дой части присутствует целый и совершенный Христос, то удивись и сему: когда раздробляется зеркало на мелкие части, то образ челове­ческий в нем не раздробляется, но в каждой части является столь же целым, как и в полном зеркале.

5.

Может быть, ты недоумеваешь, каким образом Христос, снедае­мый часто, не умаляется, но пребывает целым во веки? Тогда удивись и сему: когда от одной свещи возжигаются многие другие, первая свеща в своей светлости не умаляется.

6.

И если спросишь о том, каким образом Христос, входя вовнутрь нашего естества, не оскверняется и не заключается, то и я спрошу тебя: солнце, проходя над смрадными местами, оскверняется или нет? Ведаю, что премудрый и верующий не дерзает говорить об этом. Тем более Христос, Свет всякой чистоты, не оскверняется и не заключает­ся: Сущий, Которого не мог удержать ад и грозные печати, и затворен­ные и крепко запертые во входах к ученикам двери.

 7.

Также и о случаях со страшными Христовыми Тайнами и о снедае­мой части разумей, что они не подлежат тлению, как общие брашна, но, как говорит святой Златоуст, сей священный хлеб и вино пременяются в некое тонкое вещество и расходятся во все составы тела нашего. Равным образом и в том случае, если случится, что Святые Тайны, по небрежению или случайно, упадут, сгорят, сгниют, замерзнут, загряз­нятся и проч., то этому подвергается не Тело Христово, а внешний вид хлеба и вина. Сия же бесстрастная жертва никаким образом не причастна сему. Да не будет так! Ибо однажды только плоть Христова по­страдала за нас, по Воскресении же не подлежит страданиям. Однако иерей не остается без наказания за небрежение свое, ибо тяжко согре­шает, и потому подлежит наказанию и епитимий по рассуждению архиерея своего.

8.

И если удивляешься, каким образом в малой частице Тайн заклю­чается весь полный и целый Христос, то удивись и тому, как в столь малом зерне глаза твоего столь великие грады вмещаются и им объемлются? Но узнав сие, не испытывай неисследимого таинства, но непо­колебимою верою и сердечною любовию вознеси благодарение дея­тельное и умственное страшному и сильному и всемогущему Царю и Богу Вседержителю за неисповедимые дары Его.

9.

Но если спросит кто-либо: как должен я готовиться к принятию Тела и Крови Христовой? Вопроси апостола Павла, и он научит тебя двум душеполезным добродетелям. Во-первых: «Да искушает себе человек, и тако от хлеба да яст и от чаши да пиет» (1 Кор. И, 28). Во-вторых: да рассудит, что есть Тело и Кровь Господня, кто и каков ты сам и с Кем хочешь соединиться? Как приступаешь, и Кого причащаешься?

10.

Искушайте, как подобает познавать самих себя, и чистым ли умом созерцаете в сердце своем? Имеете ли мир с Богом, единомыслие с Церковью Его и любовь к ближним своим? Ибо, пока ты лежишь во грехах, ты не имеешь мира с Богом, потому что грехи наши разлуча­ют нас с Богом, по словам: «Не греси ли ваши разлучают вас от Мене?» (Ис. 59, 2). Они делают нас врагами Богу нашему, мерзкими и ненави­стными, диаволу же доставляют радость и веселие о нас.

11.

Точно так же, если ты упорно пребываешь в какой-либо ереси, не исправляешься, не веруешь так, как научает нас, сынов своих, Церковь Божия чрез Духа Святого и слово Божие, то ты не имеешь мира с нею и являешься врагом ее. Помысли и о том, что если ты имеешь гнев и ненависть к ближнему твоему, то нет у тебя мира с ним, и ты недостой­но вкушаешь Тело и Кровь Христову, кои суть соединения и примире­ние наше с Богом.

12.

Наконец, «рассуждение Тела Господня» [1 Кор. 11, 29]— в том, со­гласно ли с Церковью мыслишь ты о страшных Тайнах? Хотя телесны­ми очами видишь хлеб и вино, но веруй твердо и без сомнений в то, что существо их, наитием Святого Духа и действием Его и властию всемо­гущего слова Божия, пременяется в Тело и Кровь Христову настолько, что ничего иного в них не остается, кроме самого истинного Тела и Крови Господней, под внешним видом вещества пшеничного, квасно­го, новоиспеченного, мягкого хлеба и вина, из виноградных гроздьев или ягод приготовленного.

О человеке! Словом Божиим уверяйся

И подобиями сими в вере укрепляйся.

Выше себе искати, молю тя престати,

И на правоте в церкви святей добре стати.

Слово бо Божие в век присно пребывает

И вся по своей Его воли претворяет.

Веруй, яко хлеб Его есть святое Тело

И вино — Кровь, и яко Божественно дело.

25. Молитва о своем окаянстве св. Димитрия

(Смиренный Димитрий, Митрополит Ростовский и Ярославский, написал сие для пользы собственного своего окаянства)

Знаю я, что восхождение мое идет к нисхождению, жизнь идет на сокращение, молодость приближается к старости. Живу я, чтобы уме­реть, а где буду обитать по смерти — не знаю. Процветаю в юности, иссыхаю в старости, согниваю по смерти. Если я смертен, то почему я живу, как будто бы никогда не должен был умереть? Если же умру я, то почему не умирает во мне злоба и грехопадение? Если я должен буду обратиться в прах и червей, в смрад и зловоние, то почему не об­ращаюсь я к добру? Если прилежно испытан буду и услышу жестокий ответ, то почему всех членов моих я не орошаю слезами и не трепещу всем телом моим?

Итак, пойду я ко гробу с великою печалию и болезнью сердца мо­его и там увижу, как там естество мое изменено, тело мое окаянное смердит от тления, червями съеденное, и кости мои обратились в прах. Спрошу же я у гроба моего и поищу усердно: где благолепие лица моего, где светлость очей моих? Где витийство сладкоречия? Где дела преславные? Где сладкие и веселые беседы мои с друзьями? Где вся­кое суетное мира сего наслаждение и украшение? Но вот я слышу от гроба моего: здесь, здесь, в гробе сем; вся красота твоя — прах, пепел, червь и зловоние; смотри, смотри, говорит, красоту твою, смотри и усердно внимай, целуй меня, твой гроб, обними с любовию, ибо ты будешь обитать в нем до Судного дня и ожидать праведного суда. Когда же встану и явлюсь на суд к нелицемерному Судии и Богу мое­му, что я, несчастный, скажу тогда? К кому прибегну? Что скажу в свое оправдание? Ох, ох! Горе, горе! Увы, увы! Ведь если праведный едва спасется там, то я, многогрешный, прескверный и как пес смер­дящий, как явлюсь, не имея одеяния брачного? Вот что я, вникнув, прочту и тогда орошу лице свое слезами, и всеусердно начну просить Премилостивого Бога, Создателя моего: подай мне, премногогрешному, всесквернейшему и как псу смердящему, прощение грехов моих; сподоби меня по неизреченной Твоей благости получить жизнь вечную по кончине моей, радостно воскреснуть вместе и телом и душою, удостоиться стояния одесную Тебя, во веки непрерывно восхвалять Тебя, по молитвам крепкой моей надежды, Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии, и все святых Твоих. Аминь.

О, человек! Внимай,
А смертный час всегда не забывай:
Аще же кто смерти не помятует,
Того мука не минует.

26. Краткое христианское нравоучение

Молись Богу с сокрушенным сердцем; ходи в церковь и с прилежа­нием слушай пение, чтение и поучения, особенно же в воскресные и праздничные дни, оставляя всякие дела и работы.

Почитай Государя и духовных пастырей, господ и родителей, ста­риков и людей благочестивых; и всех люби нелицемерно.

Не поминай имя Божие во лжи и шутках. Всякое дело, рассудивши, начинай с молитвою. Сохраняй пост, безвременно не ешь, без жажды не пей.

Храни веру, удаляйся от раскола и ереси.

Берегись клеветать и осуждать ближнего.

Никому не завидуй и не лги, а говори правду.

Детей учи доброму делу; худое же берегись не только делать при них, но и говорить.

Не сквернословь и не смейся.

Не злопамятствуй и не мсти за обиду свою.

Никого не обижай и не обманывай, особенно же не кради.

На пиршества не ходи и не пьянствуй, а также ни с кем не бранись и не дерись.

Будь трудолюбив, а не ленив; подавай праведную милостыню цер­квам и убогим, а не скупись.

Не блудодействуй, не прелюбодействуй, не пляши, не пой сквернословных и соблазнительных песен да и поющих не слушай.

Не будь горд и гневлив.

Не ходи на собирающиеся гульбища, кулачные бои, толпы и хоро­воды для шутки и пустых развлечений; не ходи на святочные игрища; также и прочих греховных забав удаляйся.

Не украшай лицо и тело одеждами для прельщения.

Бойся Бога, помни смерть, суд Христов, ад и Царство Небесное.

Помня всегда все это и творя, счастливо поживешь и здесь, и веч­ное блаженство получишь.

27. Зерцало  православного исповедания

Христианин — новая тварь, рожденная о Христе Иисусе водою и Духом, чтобы получить жизнь вечную, — должен хранить веру правую и дела добрые. На сие потребны: вера, надежда и любовь, в виду чего и разделяется сие Исповедание на три части.

Часть первая. О вере

Вера есть уповаемых извещение, вещей обличение невидимых; вера есть не что иное, как только веровать в то, чего не видим.

Членов веры, составленных на Соборах, бывших в Никее и в Кон­стантинополе, двенадцать, а именно:

1. Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и зем­ли, видимым же всем и невидимым.

Из сего члена следующее выводится учение. Бог есть Существо самобытное и вина всех вещей: самобытное, то есть ни от чего друго­го бытия не имеющее и никем не сотворенное, а прочим всем вещам бытие и пребывание дарующее. В Боге одно существо и естество, а Лиц три: Отец, Сын, Дух Святый; но сии три едино суть. И в сей Тро­ице Святой нет первого или последнего, нет большего или меньшего, но цельны три Лица, соприсносущны Себе и равны, чего ради веровать должно, что есть Троица во единстве и единство в Троице.

В сей Троице Святой славимый Бог есть Дух невещественный и никаким чувствам нашим не подлежащий. А потому не надо так нера­зумно думать, будто бы Бог составу человеческому подобен, и будто бы имеет голову, бороду, руки и ноги. Он есть весь глава, ибо всему есть начало; весь око, ибо все видит; весь ухо, ибо все слышит; весь рука, ибо все содержит; весь нога, ибо везде есть. Он есть Премудрый, проникающий в настоящее и будущее, в ангельские и человеческие тайные мысли, разумевая помышления издалеча; Преблагий, в свято­сти Своей непостижимый и неизменный; Всемогущий, толикий мир из ничего, да еще единым словом создавший; все совершенства, какие только есть добро, в Себе имеющий. Означенное Божие свойство, то есть всемогущество, под именем Вседержителя в сем члене положе­но потому, что никакое создание всемощным назваться не может. И сие всемогущество Божие должно разуметь в совершенстве, исклю­чая всякое немогущество, например: Бог не может быть зол или лгать.

Называется же Бог Творцом потому, что единым Своим Божест­венным словом в шесть дней сотворил все видимое, то есть небо, землю, море, воздух, деревья, животных и человека по плоти, а также и невидимое, то есть ангелов и душу.

Человека же Бог сотворил так: персть взем от земли, создал его и вдунул в лице его дыхание жизни; создал же его для Своего про­славления и наследия вечной жизни, начертав в душе его образ и подобие Свое, дав ему бессмертие, которое он погубил грехом сво­им чрез преступление заповеди Божией вкушением от заповеданно­го древа из желания быть самому Богом. И так сделался он весь тле­нен, телом подвержен трудам, болезням и временной смерти, а ду­шою сделался зол и ко греху преклонен. По естеству стал он вечной погибели достоин, будучи осужден праведным гневом Божиим на бесконечное мучение, посему и все его потомки, как все греху тому причастные, подлежать стали.

Хотя Бог, как всеведущий, и знал, что сей человек, то есть Адам, совершит, однако для того сотворил его, что не хотел, чтобы грех человеческий победил Его благость и человеколюбие и чтобы было бы препятствие воле Его. А кроме того, прежде нежели быть солнцу, определил Бог Отец Сына Своего послать в мир, чтобы Тот кровию Своею очистил грех и примирил человека с Ним. О сем и Адам знал чрез объявление обещанного Семени.

Под именем невидимых разумеются ангелы. Из них одни добрые, а другие злые своим собственным хотением. Благих ангелов бесчисленное множество: только они разделяются на девять ликов, а эти девять на три чина. В первом: престолы, херувимы, серафимы; во втором: власти господства, силы; в третьем: ангелы, архангелы, начальства.

2. И во единаго Господа, Иисуса Христа, Сына Божия, Единород-наго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, не сотворенна, единосущна Отцу Имже вся быша (Лк. 2,11; 1 Ин. 5,1; Пс. 2, 7; 109, 3; Еф. 3, 9; Кол. 1,15)!

Сей член учит, что Сын Божий есть истинный Бог, рождаемый от Отца прежде всех веков и ныне во все веки, что Он единочестен и единославен Богу Отцу и что Он есть Творец всех вещей, времени и века (Ин. 17, 5; 8, 12; 1 Ин. 1, 5).

Иисус означает Спаса, а Христос — Помазанника, ибо в Ветхом Завете иереи, цари и пророки помазывались на иерейство, царство и пророчество; посему они и назывались христами. Христос по воплоще­нии носил в Себе три звания, ибо Он был Иерей, Царь и Пророк. Посе­му и в Священном Писании одно приличествует Ему как Иерею, другое как Царю, иное же как Пророку (Ис. 60, 19-20; 1 Ин. 5, 20; Ин. 17 3-Пс. 2, 6; 109, 4; Евр. 1, 3).

Христос здесь называется Сыном Божиим Единородным по суще­ству; те же, кои прияли Его, именуются чадами и сынами Божиими по благодати, а не по естеству (Ин. 1, 12; 1Кор. 8, 6).

3. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася (Мф. 1, 21; Ин. 3, 17).

Сын Божий ради спасения рода человеческого, погибшего во гре­хах, сошел с небес на землю, не переменяя места и не разлучаясь от Отца, но с Ним оставаясь одним и тем же Богом как на престоле, так и во чреве Мариином. Зачался Он нашествием Святаго Духа; принял истинное, а не кажущееся человечество, и не с небес снес оное, но соткал от крови Пречистой Девы. Он был совершенным Человеком, со всеми его частями и душою словесною, и соединился с Божеством. В одном Лице был и Бог истинный, и Человек истинный. Как Боже­ство не изменилось в человечество и не было вместо души, так и че­ловечество не изменилось в Божество, но пребыли совершенными в одном Лице оба естества со всеми свойствами, кроме греха (Ин. 6, 38; 1, 14; Мф. 1; 18, 20; Флп. 2, 7; Лк. 20, 41).

Из сего члена мы научаемся еще и тому, что Дева Мария есть ис­тинная Богородица; прежде Рождества, в Рождестве и по Рождестве пребыла она и есть Пречистая, нетленная Дева, которую всякий дол­жен славить, ибо она удостоилась послужить такому великому таин­ству. Посему и Церковь сложила ей похвалу из слов архангела Гаври­ила и святой Елизаветы; и надобно думать и утверждать, что похвала сия произошла от Самого Бога.

4. Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и по­гребения (Мф. 27; 2, 18, 24, 26, 38; Ин. 19; 5, 16-18, 28).

Христос Сын Божий за наше беззаконие, коим мы огорчили и обес­честили бесконечного и крайне благого Бога, по воле Своей на крес­те пострадал истинно — не Божеством, но плотию; и как умер, так и кровь Свою за всех излиял тоже истинно, без всякого греха (Лк. 24, 26; 1Пет. 2,21-22).

При сем необходимо знать, что Божество, по восприятии челове­чества, никогда не разлучалось от Него, ни во время страсти или смер­ти на кресте, ни по смерти. Хотя душа и разлучилась от тела, однако Божество никогда не разлучалось ни от плоти, ни от души. Посему и во время смерти Ипостась Христова была одна и та же. Христова же душа, разлучившись с телом, сошла с Божеством во ад для освобождения душ святых праотцев и для приведения в рай их, а вместе с ними и раз­бойника (Ин. 19, 40-42).

Смерть Христова отличалась от других по следующим причинам: во-первых, из-за тяжести наших грехов; во-вторых, из-за того, что ею совершилось на кресте, как на жертвеннике, священство чрез прине­сение Им в жертву Богу Отцу Самого Себя за род наш, наконец, из-за исполнения ходатайства и примирения между Богом и человеком.

Так как здесь есть речь и о кресте, то не будет непристойно пред­ложить в сем члене нечто и о нем.

Итак, крест оный должно почитать и поклоняться, ибо в нем за­ключается сила, данная от Бога чрез излияние на нем крови Сына Божия, сила к прогнанию диавола, который по призывании имени Христова далеко убегает от Его знамени. Почтение же это подобает отдавать равно как осмиконечному, так и четвероконечному, ибо мы почитаем крест не за число концов, но потому, что на нем совершена тайна, по­требная для нашего спасения, и его осветила бесценная Христова кровь. В Ветхом Завете было много прообразов креста четвероконечного, как-то: руки Иаковлевы, сложенные для благословения сынов Иосифовых; руки Моисея, вознесенные для победы над Амаликом, и проч. Изображать же крестное знамение должно тремя большими перстами правой руки, сложенными вместе. Ибо так велит Собор, бывший в Киеве по поводу монаха Мартина, и так же утверждает святейший патриарх Антиохийский Макарий в ответе на вопросительное послание Патриарха Российского Никона. К тому же и рука Андрея Первозван­ного доказывает то же. Кроме того, сие сложение перстов принято на всем Востоке, имеющем четыре патриаршества: константинопольское, антиохийское, александрийское и иерусалимское.

5. И воскресшаго в третий день по Писанием (1 Кор. 15, 3-4). Господь Христос силою Божества Своего восстал от мертвых. Вос­стал же не Божеством, но плотию, которою родился, страдал и умер.

6. И возшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца (1 Пет. 3, 21-22). Христос Своим телом, коим страдал и воскрес, взошел на небеса, как Человек, и сел одесную Отца; но как Бог, Он всегда был на небе­сах и везде. Он Свое человечество никогда не оставлял и не оставля­ет, но с ним же придет на землю и судить. Человечество Христово не имеет пребывания везде, так что когда есть на небесах, то нет его на земле. В таинственном же образе, находящемся в Божественной Евха­ристии, Тот же Сын Божий бывает и на земле, как Бог и Человек, ибо чрез пресуществление существо хлеба пременяется в существо чест­ного Тела Его и существо вина — в существо честной Крови Его.

7. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца (Деян. 1, 11).

Во время пришествия Христова на землю, все на суде воздадут ответ за дела, слова и помышления, и всякий тогда восприимет долж­ную по делам награду: праведный — вечное благословение и наследие радостной жизни, а грешный — проклятие и получение окаянной веч­ности (Мф. 25,13; 2 Тим. 4,1; 2 Пет. 1,11). Суд будет двоякий: особен­ный и общий. Особенный будет с каждым человеком по смерти его, ибо тогда он увидит все дела свои. Общий же суд будет тогда, когда весь мир станет пред Богом и где без вопросов праведные оправданы будут, а грешные осудятся на веки, ибо тогда собственная совесть каждого будет для него вместо доносителя. О времени же суда, когда он будет, никому не известно. Есть только приметы его, а именно: Евангелие будет проповедано всем народам и будут великие войны, смерти, голод и знамения на небе.

После такого суда души праведных и грешных не все в равном состоянии будут, но смотря по заслугам и преступлениям.

Грешный человек может освободиться из ада до суда, но не само­стоятельно, а милостынями, издерживаемыми из праведного имения, и молитвами, но больше всего бескровною жертвою.

Огня очистительного, бытие которого утверждают паписты, нет, не бывало и не будет. Души же праведных находятся на небе, а греш­ных в геенне, но окончательно по делам своим и праведные награду, и грешные мучение еще не прияли, но после суда, соединившись с те­лом, они приимут сие.

8. И в Духа Святаго, Господа Животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки (Деян. 19, 6; 2 Кор. 3, 17).

Дух Святый есть Бог единосущный и единославный Отцу и Сыну и исходит от одного Отца, как от источника и начала Божества. Он есть изобретатель Священного Писания, Нового и Ветхого, Он же действо­вал и во святых отцах на Вселенских Соборах (Рим. 8, 11; Ин. 15, 26).

Даров Его считается семь, а именно:

1. Мудрость, преспевающая во всяких добродетелях, в чистоте и нелестном сердце (1 Кор. 13, 12).

2. Разум, состоящий в познании Божьего хотения.

3. Совет, содействующий славе Божией и спасению души (2Пет.1, 21).

4. Крепость, то есть бодрствование в вере и сила во искушении.

5. Знание для научения кого-либо закону.

6. Благочестие, предводимое молитвою и добрыми делами.

7. Страх Божий, подобный страху сына пред отцом.

Плодов Святаго Духа девять: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание. Да и прочие добродетели, как совершаемые с помощью Духа Святаго, являются Его же плодами.

9. Во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь (Еф. 2, 19-22; 1, 22; Тим. 3, 15).

Церковь есть собрание верных, и есть единая кафолическая и Апо­стольская. Она началась в Иерусалиме, посему Иерусалимская Церковь есть мать всех Церквей. От нее начало распространяться Евангелие во все концы. Сам Христос есть основание и глава этого собрания верных Божиих. Всякий православный христианин должен, как истинный сын, во всем повиноваться Церкви и исполнять ее заповеди, коих есть де­вять (Мф. 18, 17).

Необходимо: 1) молиться сокрушенно Богу в воскресные и празд­ничные дни и слушать церковное пение; 2) хранить посты, а также среды и пятки; 3) почитать священников, особенно же духовных отцов; 4) исповедоваться и приобщаться Святой Евхаристии четырежды в каждый год; 5) тем, которые не обучены Святому Писанию, не читать еретических книг и не слушать их учений; 6) молиться о властях, о душах умерших и об обращении еретиков; 7) хранить те посты и молит­вы, которые по какой-либо причине устанавливаются архиереем; 8) мирским не брать насильно церковного имения, а духовным — за­ботиться об украшении и всех нуждах; 9) браков в посты не венчать и не ходить на возбраненные для христиан игрища.

10. Исповедую едино крещение во оставление грехов (Еф.4,5).

Здесь вспоминается таинство крещения. Посему, пристойно будет объяснить все таинства таким образом: таинство есть дело Бога, кото­рым Он подает или знаменует на нас Свою благодать; или иначе: таин­ство есть священнодействие, в котором под каким-либо видимым образом привносится в душу верующего Божия благодать (Ин. 3, 5; Мф.28, 19; Деян. 2, 38).

В таинстве необходимы три вещи: во-первых, приличествующее таинству вещество, как, например, вода в крещении, хлеб и вино в при­частии; во-вторых, епископ или священник, хиротонисанный законно, и в-третьих, призывание Святаго Духа со словами, коими иерей освящает таинство силою Духа Святаго, с твердою верою в освящение таинства.

Таинства установлены для того, чтобы они служили знамением истинных сынов Церкви и чтобы все имели несомненное врачевание немощи их грехов.

Таинств всего семь: 1) Крещение, которое измывает праотеческий Адамов грех, примиряет человека с Богом и отверзает вход в Царствие Божие. Совершается же оно такими словами: «Крещается раб Божий (имя рек) во имя Отца и Сына и Святаго Духа». Крещение в смертном случае может произвести и мирское лицо. 2) Миропома­зание, утверждающее нас в вере силою Духа Святаго. Совершается оно словами: «Печать дара Духа Святаго». 3) Евхаристия, в которой под видом хлеба и вина дается истинное Тело и Кровь Христа, Бога нашего. Совершается она призыванием Святаго Духа такими слова­ми: «Господи, низпосли Духа Твоего Святаго на ны и предлежащия Дары сия и сотвори убо хлеб сей — честное Тело Христа Твоего, а еже в чаше сей — честную Кровь Христа Твоего, преложив Духом Твоим Святым». 4) Священство, имеющее особенную власть чиноположенно совершать Божественные Таинства. Преподается оно от Бога чрез архиерейское рукоположение и совершается следующею молитвою: «Божественная благодать, всегда немощная врачующи и оскудевающая восполняюши, пророчествует (имя рек) благоговейнейшаго диакона во пресвитера» и пр. Здесь и то еще достойно при­мечания, что, кроме таинственного сего священства, есть еще и духовное священство, участниками которого бывают и все христиа­не (Апок.7, 9; 1Пет.2,9). 5) Покаяние, в котором сердечно сокруша­ются во грехах. Совершается оно по молитве иерея: «Господь наш Иисус Христос да простит тебе» и проч. Приходящий к покаянию дол­жен заботиться о том, чтобы все грехи, соделанные вновь по покая­нии, исповедовать пред иереем смиренно, благоговейно, истинно, искренно, с порицанием самого себя, исповедоваться не как пред человеком, но как бы пред самим всевидящим оком Божиим, не при­бавляя и не умаляя ничего; он должен исполниться всяческим сокру­шением и печалию за свои грехи, оскорбившие Бога и ближнего. Точно так же и епитимию он должен принять и исполнять охотно и положить твердое намерение никогда не возвращаться к прежним беззакониям. 6) Брак, соединяющий два лица в неразрешимое сожительство и со­вершающийся по собственному их соизволению. 7) Елеосвящение, подающее оставление грехов и здравие тела.

11. Чаю воскресения мертвых (Ин. 5, 28-29).

Здесь содержатся два учения. Первое заключается в том, что вос­станут тела всех людей, как благих, так и злых, второе же в том, что всякая душа, соединясь с телом своим, получит награду, достойную дел ее. Кроме этого мы здесь научаемся тому, что необходимо помнить всякому смерть, геенну, суд и Царствие Божие.

12. И жизни будущаго века. Аминь (Ис. 9, 6).

В будущем веке на избранников Божиих снизойдет благословение Божие, и наследуют они вечную жизнь в радости и бесконечном весе­лии духовном, которых око не видело, ухо не слышало и на сердце человека не всходило. В этой жизни душа будет радоваться вместе с телом, и при этом нераздельно. Не будет иная радость для души и иная для тела, так как и тело будет прославлено; человек будет состоять из души и тела прославленного и будет он тогда подобен ангелам, не нуждаясь в яствах и питии. Радость же и веселие будут заключаться не в чем-либо ином, как только в лицезрении блаженной Троицы и духов­ном славословии (1Кор. 2, 9; Рим. 14, 17).

Часть вторая. О надежде

Надежда есть истинная смелость к Богу, даруемая сердцу челове­ка по Божьему вдохновению и просвещению; или иначе: надежда есть добродетель, подаваемая свыше, чрез которую с твердой верою ожи­даются блага вечной жизни (Мф. 22, 2; 1 Кор. 15, 22; Апок. 22, 12). Добродетель сия основана на благодати, которая дается нам чрез Иису­са Христа, и на соблюдении заповедей Божиих; утверждается же она общением Тела и Крови Христовой и непрестанною молитвою. Здесь надлежит разъяснить молитву и девять блаженств.

Молитва есть прошение к Богу с теплой верой и с надеждой на получение просимого по воле Его. Она бывает троякая. Первая есть та, коей мы благодарим Бога за благодеяния, а больше всего за свободу наших душ от врага. Вторая та, в которой мы просим Бога, чтобы про­стил Он наши грехи и излил на нас благодать Свою как в душу, так и на тело. Третья же молитва есть та, которою мы в пении благословляем Господа нашего за неприступное Его великолепие и вечную славу.

Кроме того, молитва бывает общая и особенная. Общая есть та, которая многими на одном месте или особенно в храме воссылается Богу в единомыслии и согласии сердец молящихся. Особенная же — это та, которая возносится к Богу каждым о себе отдельно в уединен­ном и сокровенном месте. Для молитвы необходимы целомудрие и благоговение, примирение со врагами и прощение, отвержение всех житейских попечений и терпение с благодарением.

Какова же молитва Господня? «Отче наш, Иже еси на небесех» и проч. Разделяется она на три части: на предисловие, прошение и заключение.

Первая часть, предисловие.

Отче наш, Иже еси на небесех.

Сие предисловие учит следующему. 1) Молящийся должен прихо­дить к Богу не только как создание его, но и как сын Его по благодати. 2) Он должен быть сыном православной Церкви. 3) Не должен сомне­ваться в получении просимого от премилосердого Отца. 4) Так как Бог есть Отец всех, то и мы должны жить, как братья. 5) Слово «на небе­сех» наставляет нас возводить ум наш от земного к небу. Кроме это­го нужно сказать, что хотя Бог и везде присутствует, но на небесах особенно сияет Его благодать, насыщающая праведных, и богатство дивных Его дел.

Вторая часть есть прошения, которых семь:

1. Да святится имя Твое.

В этом прошении мы умоляем: во-первых, о даровании нам жизни благочестивой и добродетельной, чтобы всякий, смотря на нее, про­славлял имя Божие; во-вторых, о том, чтобы неведущие обратились к православной вере и прославили бы с нами Отца Небесного, и в-третьих, о том, чтобы носящие имя христианина, но препровождающие жизнь во зле и мерзостях, отстали от своих пороков, коими злословится вера и Бог наш.

2. Да приидет Царствие Твое.

Этим мы просим, чтобы не грех, а Сам Бог царствовал во всех нас Своею благодатию, правдою и благоутробием. Кроме этого, прошение содержит и ту мысль, что человек, находясь под благодатию Божиею и чувствуя небесное веселие, презирает мир и желает получить Божие Царство. Наконец здесь мы молим и о том, чтобы ускорено было Его Второе пришествие.

3. Да будет воля Твоя.

Мы умоляем здесь о том, чтобы не попустил Бог нам препровож­дать жизнь нашу по нашей воле, но чтобы управлял ею, как Ему угод­но, и чтобы не было у нас противления воле Его, но чтобы повинова­лись Ему во всем. Кроме того, здесь имеется в виду и та мысль, что без попущения воли Божией не может прийти на нас ничто, ни от кого и никогда, лишь бы только мы жили по воле Его.

4. Хлеб наш насущный даждь нам днесь.

Мы просим здесь, во-первых, чтобы Бог не лишил нас проповеди и познания Своего святого слова, ибо слово Божие есть душевный хлеб, без которого человек погибает; во-вторых, чтобы сподобил Он нас общения Тела и Крови Христовой, и, в-третьих, чтобы даровал нам все необходимое для жизни и соблюл все это в мире сем в дос­татке, но без излишества. Слово же «днесь» означает время нашей на­стоящей жизни, ибо в будущем веке мы будем наслаждаться лице­зрением Божиим.

5. И о стави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим.

Здесь мы просим о том, чтобы Бог даровал нам прощение грехов, ибо под долгами здесь разумеются грехи. Это прошение нас учит тому, чтобы мы сами прощали долги нашим должникам, то есть чтобы про­гневавшим и озлобившим нас мы прощали все их преступления. Кто не прощает ближнему, тот всуе творит молитву сию, ибо тогда ему и Богом не прощаются грехи, и даже самая молитва его является грехом.

6. И не введи нас во искушение.

Этим мы просим: во-первых, чтобы мы были свободны от искуше­ний, приходящих от мира, плоти и диавола и движущих нас ко греху, и от еретиков, гонящих Церковь и прельщающих души наши лживыми учениями и другими способами, и во-вторых, чтобы, в случае страда­ния за Христа, Бог укрепил нас благодатью Своею к претерпению мук даже до конца, да восприимем конец мучения, и да не попустит страдать выше сил наших.

7. Но избави нас от лукаваго.

Здесь мы умоляем, во-первых, о том, чтобы сохранил нас Бог от всякого греха и от диавола, возбуждающего ко греху; во-вторых, о том, чтобы Он избавил нас в этой жизни от всяких бедствий; в-третьих, чтобы во время смерти Он отогнал от нас врага, имущего поглотить души наши, а нам послал ангела мирна, хранящего нас.

Третья часть, или заключение:

Яко Твое есть Царство и сила и слава во веки, аминь.

Сие заключение согласно с предисловием, ибо как предисловие учит, что мы получим просимое от Отца премилосердного, так и зак­лючение сие показывает, что мы получим требуемое у Него. Ведь Его — весь мир, Его — сила и Его — слава, для которой мы и долж­ны просить. Слово же «аминь» означает: «да будет так», или «ей-ей». Это заключение может говорить и простолюдин наедине без иерея.

Поелику, как сказано выше, и блаженства, то есть первые слова первой Христовой проповеди, склоняются к надежде, то и о них нуж­но сказать следующее.

Блаженств этих девять, а именно:

1. Блажени нищий духом и прочее.

Нищий духом есть тот, который смиряет себя пред Богом, испове­дуя, что он грешен, в добрых делах скуден, и сам собою, без помощи благодати Божией, весьма немощен и не силен в творении добрых дел.

2. Блажени плачущий.

Плачущие суть те, которые, как и нищие духом, исповедуют пред Богом грехи и немощи свои. Они сетуют и плачутся о своем окаянстве, страшась будущего суда Божия, или сами на себя гневаются за то, что прогневали Бога. Это сокрушение сердечное есть печаль по Боге и дело спасительного покаяния.

3. Блажени кротции.

Кроткие суть те же, что и нищие духом. Они, исповедуя нищету свою, кротко стоят пред Богом и людьми; благополучие свое они припи­сывают не себе, но Богу, если же случится злоключение, то не ропщут на Бога, но в несчастии живут умеренно и благодарят Бога. С людьми обходятся они снисходительно, властям покоряются, равных не презира­ют, меньшими не гнушаются, никогда не возносятся и не завидуют.

4. Блажени алчущие и жаждущие правды.

Правда здесь разумеется та, которую пришел сотворить Хри­стос,— правда вечная, совершенная чрез ходатайство Его за нас к Богу Отцу, когда Он смертию Своею удовлетворил за грехи мира и гнев Божий претворил в милость. Алчут и жаждут правды те, которые, будучи нищими духом, плачущими и кроткими, с верою во Христа ищут себе от Бога милосердия, оставления грехов и усыновления. Просят же они и плодов этой правды, то есть даров Духа Святаго для соверше­ния добрых дел.

5. Блажени милостивий.

Милостивый, любя Бога, любит ближнего и желает ему всякого добра, в нуждах помогает, в бедствиях заступает, в недоумении на­ставляет и прощает ему прегрешения, соделанные против него. Дела милости суть двоякие: телесные и духовные. К телесным относятся следующие: дать алчущему есть от праведного имения, напоить жаж­дущего, одеть нагого, посетить в темнице и утешить, чтобы не впал в отчаяние, посещать немощных, принять странника в дом и погребать мертвых. Духовные же суть следующие: увещать кого-либо, чтобы он жил законно и ненавидел грех, научить невежду Божьему познанию, советовать истину, молить Бога за ближнего, переносить терпеливо укоризну и прощать прегрешения согрешивших пред нами.

6. Блажени чистий сердцем.

Чистые сердцем — это те, которые являются прямыми и просто­сердечными христианами и которые тщательно хранят в себе любовь к Богу и ближнему. Сюда относится телесное и духовное девство, соблюдаемое по силе, от Бога данной, для лучшего угождения Богу. Здесь не имеет места то девство, которое хотя и не имеет телесного смешения, но внутри блудит соизволением.

7. Блажени миротворцы.

Миротворцем называется тот, кто братию свою, раздраженную несогласием и враждою между собой, приводит к миру, согласию и любви. При сем нужно сказать, что тот, кто советует мир, противный Божьему закону, такой миротворец окаянен, а не блажен.

8. Блажени изгнани правди ради, — и

9. Блажени есте, егда поносят вам и изжденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще Мене ради.

Изгнанные и поносимые суть те, которые за правду, то есть за слово Евангелия Христова, терпят от людей всякое зло, изгнание, по­ношение, узы, темницы, муки и даже самую смерть. Такое страдание за правду есть великое свидетельство любви к Богу, ибо как может не любить Бога тот, кто даже страдать готов за правду Его? О тех добро­детелях, за которые обещано блаженство, нужно так думать, что, во-первых, добрые дела так тесно связаны между собою, что одно без другого быть не может, и кто хочет иметь одну добродетель, тот бу­дет иметь и все прочие, а кто оскудеет в одной, тот потеряет и все прочие; потом еще должно верить, что творящие благие дела не толь­ко получат вечное блаженство на небесах, но и здесь будут иметь благополучие, получивши Божиим благоволением и в этой жизни вре­менные блага.

Часть третья. О любви

Любовь есть добродетель, влиянная в душу от Бога. Ею мы любим Бога ради Его Самого, а ближнего ради Бога. Она проявляется в испол­нении десятословия, то есть Божьего повеления, состоящего из деся­ти заповедей и преподанного чрез Моисея на горе Синайской для того, чтобы всякий человек мог знать, что угодно Богу и что против­но Ему. Угодно же Богу благое, или добродетель, а противно Ему злое, или грех. Итак, это Его повеление, или заповеди, повелевают: иные — творить добро, как угодное Богу, а другие запрещают делать злое, как противное Ему.

Добродетель есть плод, рождающийся от веры, или, говоря иначе: благие дела заключаются в исполнении заповедей Божиих, совершае­мых с Божьей помощью, при содействии человеческого разума и по собственной воле самого человека, которая рождается от любви к Богу и ближнему.

Добродетель разделяется так: все благое вообще есть доброде­тель, но самые первые и необходимые, без которых нельзя спастись, суть следующие: вера, надежда и любовь.

Богу приятны следующие добродетели, возрастающие от веры, чрез надежду в любви: молитва, которая бывает благодарственной, про­сительной и славословящей Бога; пост, как определенный, так и времен­но установленный, и, наконец, милостыня. От этих добродетелей рож­даются мудрость, правда, мужество и целомудрие, или чистота.

Грех же есть необузданное хотение человека и диавола, или, иначе говоря, грех есть беззаконие, то есть преступление Божьего закона.

Грех бывает двоякий: смертный и не смертный. Смертный разли­чается, как праотеческий или произвольный, произвольный же в свою очередь разделяется на три группы. К первой относятся те, от которых рождаются самые разнообразные грехи, и таковых есть семь:

1. Гордость. От нее рождаются: злое мнение о ближнем, осужде­ние, непокорность Церкви и ее служителям, мечтательное самовос­хваление, лицемерие, страсть к словопрениям, дерзость, крамола, кич­ливое мнение, небрежение о заповедях и пребывание во зле. Противо­положная этим грехам добродетель есть смирение.
2. Лихоимство. От него происходят: хищение, лесть, ложь, мятеж, насилие, суровость, жестокосердие, бесчеловечие, зависть, неверие, обида нищих и иных людей, скупость, кража. Им противоположна щед­рость.
3. Блуд. Он порождает: слепоту ума, ненависть ко всему Боже­ственному, нечестие, отчаяние, мотовство, леность и вражду к ближ­нему. Противоположна ему чистота, или целомудрие.
4. Зависть. Она проявляется как ненависть, оглаголание, небреж­ность, прельщение и убийство, Ей противоположно доброхотство.
5. Чревонеистовство. От него происходят: леность к благочестию, уныние, плотская похоть, безобразный смех, самоугождение, небреже­ние о ближнем, укоризна, любовь к словопрениям и варварский нрав. Ему противоположно воздержание.
6. Злопамятность. Она производит зависть, убийство, мщение, пустоту и безумие. Добродетель, противоположная ей, есть терпение.
7. Уныние. Оно порождает расслабление воли, опорочивание себя грехом, соблазн, печаль и мнительность. Ему противоположно бодр­ствование.

Ко второй группе относятся грехи против Духа Святаго, как-то: безмерное упование грешников на Бога, отчаяние, противление по­знанной истине; а у некоторых есть и такие грехи: зависть к духов­ным благам, которые получают ближние от Бога,— пребывание во грехах и состарение в злобе,— нерадение о покаянии даже до конца этой жизни.

К третьей группе относятся грехи, вопиющие на небо и навлекаю­щие отмщение, как-то: самовольное убийство, обида вдов и сирот, лише­ние мзды поработавших, досаждение и неблагодарность к родителям.

Грех не смертный. Сюда относятся все те грехи, которые прости­тельны. Они бесчисленны, и избежать их не может ни один человек, кроме Христа и Богородицы. Они, однако, не лишают нас Божией бла­годати и не подвергают вечной смерти; только в случае небрежения о покаянии, которым можно таковые очистить, отверзают они путь к вышеуказанным смертным грехам и наводят на человека холодность и небрежность в исполнении закона.

Если кто возбуждает кого ко греху, таковой делается сообщником чужих грехов; например, когда отцы духовные позволяют чадам своим жить невоздержно или когда оставляют без наставления господин раба, муж жену, учитель ученика, отец сына.

Доселе говорено было о добродетелях и грехах. Теперь следует предложить нечто о заповедях Божиих, которых есть десять и кото­рые были изображены на двух каменных скрижалях. На первой — за­поведи относительно любви к Богу, а на второй относительно люб­ви к ближнему.

Первая скрижаль, касающаяся любви к Богу:

1. Аз есмь Господь Бог твой, да не будут тебе бози инии, разве Мене.
2. Не сотвори себе кумира, ни всякаго подобия, елика на небеси горе, елика на земле низу и елика в водах под землею, да не поклонишися им, ни послужиши им.
3. Не приемли имене Господа Бога твоего всуе.
4. Помни день субботний (то есть недельный), еже святити его: шесть дней делай, и сотвориши в них вся дела твоя; в день же седмый — суббота Господу Богу твоему.
Вторая скрижаль, касающаяся любви к ближнему:
5. Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти будет и долголетен будеши на земли.
6. Не убий.
7. Не прелюбодействуй.
8. Не укради.
9. Не послушествуй на друга твоего свидетельства ложна.
10. Не пожелай жены искренняго твоего, не пожелай дому ближняго твоего, ни села его, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ни всякаго скота его, ни всего, елика суть ближняго твоего.

Исполняя с Божией благодатию и православною верою дела сии в мире сем, мы несомненно надеемся, что в будущем веке, восприяв совершенство любви, будем славить на небесах Триипостасного Бога во веки. Аминь.

28. Письма

1. Пречестному Господину отцу Феологу грешный Димитрий!

Студент школ Ростовских Василий, немного поучився, грядет к Вашей милости на ваканцию, аз же сею малою хартиею посещаю Вашу любовь: здравствуете ли? во спасении ли пребываете? ужели забыли нас или еще памятствуете? Мы же Вас не забываем, но воспоминаем.

Прошу честность твою возвестити ми: дома ли есть Господин Сте­фан Васильевич, или негде в отсылке? Писал Его милость к моему не­достоинству о челобитии, свойственные Воскресению его челобитчи­цы, но та челобитчица у нас не появлялась, а приказные наши сказуют, без челобитчицы-де нельзя дела делать. И о том велел я написать к Его милости, но не вем, застанет ли его у себя мое писание.

Мимошедшего Апостольского поста, быв я в городе Ярославле, дерзнух недостойный выше меры моей дела, преложив мощи святого благоверного князя преподобного Феодора и чад его из ветхой раки в новую кипарисную и взях некую малую от тех часть себе на благосло­вение, от коих мощей честности твоей мало послах; хощу же послать и благодетелю моему Господину Стефану Васильевичу, аще не в от­сылке где обретается. Пожалуй, извести мне, где ныне от есть?

Здравствуй о Господе и спасайся и о моем архигрешничестве молися.

С Ростова. 1704 г. Июня 28-го.

P.S. Лексиконы печатаются ли, и скоро ли будут, прошу: известите.

Причестным отцам господам моим: г.Иоасафу Колдычевскому, о.Иосифу судии, о. Кариону (Истомину) смиренно челом бью.

2. Любезнейший Господин, отче Феолог!

Приехавший из Москвы добрый человек, писаньице от честное твоей мне подавши, только в черте времени появился к нам, и тотчас взялся за путь; насилу подождал сего моего малого писаньица, коим благодарствую честность твою за посещение письменное. А в том, что я нечасто пишу вашим честностям, прошу прощения: иногда недосужно, иногда ленюсь, а иногда не бывает ездоков таких, коим бы мож­но было вручить хартию. Однако ж исправлюсь, если, Бог даст, жив буду. Стефан Васильевич, будучи у нас, не замешкал; только литур­гию преждеосвященную великопостную выслушал, да покушал груздов с моим недостоинством. Бог да сохранит его в сем пути и напра­вит все к лучшему.

По дружеству сделаю известным: месяц июнь и июль напечатаны и присланы мне из Киева; август же, думаю, ждет там Алекса. Дал бы Бог, чтобы и сей месяц поскорей закончился и был привезен моему грешничеству! Прошу молиться о сем и обо мне, недостойном архи­грешнике.

Всем, всем, всем низко челом, особенно же отцу Кариону и отцу Иосифу-судии.

Грешник Димитрий. Из Ростова, мая 22 [1705 г.].

3.Честному отцу Феологу челом!

Здравствуй, братец, на многий лета!

Христос родился, крестился и пошел в мир скитаться и странство­вать, с добрыми людьми ища Себе покоя. Не бывал ли у Вас? Чаю, забился в чуланчик сердца Феологова и почивает на одре боголюбезных мыслей его. А отец Феолог ему рад: потчует Его вином умиления. Пожалуй, отче Феолог, побей челом Ему, Свету моему, чтоб и мою немощь посетил, понеже немощетвую, насилу брожу.

Отцу Иосифу судии, отцу Кариону челом. — Здравствуйте, отцы святий, на многая лета! Не забудьте меня, егда молитвы к Богу прости­раете, и егда чарку водки полную испиваете, аз же такожде вас не забуду, аще впредь жить буду…

Отче Феолог! вельми добр совет твой, но прошу и молю: соверши сам; благоволи потрудитися сходити с моим посланным к Его милости и побита челом, чтоб посетил мою худость запросто: уха есть живая а с ним и твоя честность посети нас.

Еще молю любовь твою, отче Феолог: пожалуй, приищи в Великой Минеи Четьи октомврия месяца в 29 день, нет ли тамо жития препобного Авраамия Ростовского чудотворца или в иных где рукописных книгах не обрящется ли, и преписав пришли мне, пожалуй, молю.

И сие извествую чести твоей: писал к моему недостоинству отец Архимандрит Печерский, желая, чтоб первую трехмесячную книгу сентемврия, октомврия, ноемврия паки начать исправити ко вторично­му печатанию полнее неже первее, с приложением житий святых тех, иже преминушася. И паки триех Великих Миней Четьи от соборной Московской патриаршей церкви дадут ли?

Грешный Димитрий. (Январь 1706 г. (вскоре после 6 января). Москва)

4. Пречестному Господину, отцу Феологу, смиренный Димитрий о Господе радоватися!

Благодарствую любви Вашей, что не лишисте мя ведения дивной вещи, о ней же услышахом. Удивляемся новой новости, смущающей глупых, и блажу благоразумие отвещавшего и заградившего уста плутовские… А честности твоей челом за написание сего. Молю и впредь не лишати мя прилучающихся оказий. О моем пребывании из­вествую, аще изволите ведать: в живых обретаюся до воли Господней; часто немощетвую, отчасти же и печалию смущаюся, видя беды сущия священником, и зря слезы их и дом наш час от часу гораздо скудающий. Аще и уповаю аз на Бога, Нань же возложихся, обаче онех нужду видя, опечаляюся, естество бо человеческое сердобольно сущи, обаче соболезновати бедствующих. Таковое мое требование любви вашей известих — кланяюсь всем низко: Господину отцу Кариону и благодетелеви моему Господину Стефану Васильевичу.

Возжелах от скуки, аще Господь восхощет, сочинить Летописец вкратце за келлию; но не имам книг. Все летописные книги с епархии Ростовской взяты к вам, а у нас токмо той, иже списася с оного, его же взымах во дворе печатном, в нем же, аще и довольно суть историй, но летосчисления от создания мира не обретается. Аще же латинстии и имам, но с нашими летами не сходны.

Молю убо честность твою, пожалуй, приищи где-нибудь такого русского хронографа поне (по крайней мере) единого, аще более невозможно, в них же летосчисление от создания мира было бы, и изволь прислать ко мне грешному на время, дабы собрати возмог лета по нашему восточному летосчислению — молю смиренно.

С Ростова, мая 19 дня 1707 года

5.Пречестному Господину, отцу Феологу, о Господе радоватися!

Аще и нескоро, обаче любезно писание Ваше посети нашу худость, за кое благодарствую… А яже требовасте, сие сотворих ради любви вашей. А в чесом ныне леность наша упражняется? рекл бых: приде и виждь; но расстояние велие положися между нами и вами; и аще бых имел пегаса или Александрова Буцефала, послах бых к честности твоей, да на тех приехав посетиши мя, но и сам чуть не пешком брожу: ни коня, ни всадника!., оскудеша овцы от пищи и лошадей нет… Ныне умными убо токмо очами Вас зрю, и хартиею Вам собеседую. Начах убо писать летописец моего слабого ума столько не станет, и телесно­го здравия немного достанет: рука дрожащи изнемогает, никтоже помогает. Суета препинает писати, а леность влечет лежати. И книг летописных скудно, да и сыскати их трудно. Все хронографии с епар­хии нашей к вам взяты, а нам не даны. Без книг нуждаемся мудрствовати, якоже слепни без руководителя путешествовати… Написах ма­лую хронологию и послах к моему Преосвященному; мню, что и Ваша честность ю видели. Возвращена убо ко мне, юже Преосвященный не охулил, прочим же не понравилася. Ныне же с о. Рафаилом нашим послах Летописца начаток. Бог весть, понравился ли кому или ни. Аще не угодно кому будет убогое мое начинание, обаче аз не ради издания в мир, но себе ради хотех бых писати, аще бы помоществовал немощи моей Господь Вашими святыми молитвами, их же требуя, смиренно челом.

Грешный Димитрий. Из Ростова, декабря 31 дня 1707 года.

6.Честному отцу Феологу о Господе радоватися!

Как тебя Бог милует, как домой доехал? Не потерял ли моего описца, и читаешь ли его, и даешь ли читать отцу Кариону, ему же низко кланяюсь? Послах к Летописцу малое приложеньице, прочти и положи на месте подобающем. И еще хотят быть некие приложения на некиих местах, да не очень долго у себя держи. В Великий пост, аще жив будеши, пришли. Здравствуй. Всех благ и спасения чести твоей желаю.

Грешный Димитрий. (Начало 1708 г. (до 16 февраля) Ростов)

7. Пречестному Господину, отцу Феологу благословение и челом.

Здравствуй! Начал Святую Четыредесятницу. Дай Бог честности твоей Свет­лого Воскресения здраво и душеполезно дождатися. Молю, Летопис­ца моего не очень кому лишнему давайте читать, чтоб не разлилося, яко не всяк бы о том ведал, да не умножатся лишние слова; различии суть нравы человечестии: ин ищет пользы, а ин ухватки.

Отцу Кариону и Господину Поликарповичу челом и благодарствие их милости за питание худоумного умника моего, да не всякому бы изъявляли, молю; еще тое дело многого исправления требует, аще Бог поможет.

Честному Господину Стефану Васильевичу челом и благословение. За сим благодарствую о всех его благодеяниях — благодарен есмь. Жаловал его милость меня сухарями немецкими, но не смею их в пост кушать; не с молоком ли? Пожалуй, отче Феолог, спроси и извести мя, можно ли мне те сухари в пост кушать?

Здравствуй о Христе Господе и подвизайся во Святую Четыре­десятницу и о мне грешному помолися, молю.

Смиренный Димитрий. (2-я половина февраля 1708 г. (вскоре после 16февраля). Ростов).

8. Пречестный Господин, отец Феолог, о Христе возлюбленне, здравствуй, спасися!

Послася от нас в Москву во некоем орудии дворянин наш Григорий Парфеньев. Аще изволишь послать к нам Летописца, с ним пошли понеже наш есть человек. А Апокалипсис паки и паки прошу. Деньги готовы, токмо цену, пожалуй, возвести; немедленно пришлю. Не слыш­но ли, скоро ли возвратится Преосвященный Рязанский к Москве? Возвестите мне, молю, иные еще будут кии вести, не утайте нам Кланяюсь Честности Твоей, и молитв ваших святых требую.

Грешный Димитрий. (1708г. (после 5апреля—до 24июня). Ростов)

9. Пречестный Господине отче Феолог! о Христе возлюбленне брате.

Спасет Бог! Челом благодарствую за прислание списанных таблиц. А слова Церкви целую. Писцу послах рубль, да не вотще будет труд его. Вести нечаянные приях, впредь аще что случится благоутешительное, и нас обрадовати благоволите, молю. Писах прежде к твоей честности, что то есть за страна Варяги и где город нареченный Тму­таракани, не приях ответа? Молю, аще что о том весте, известите моей худости. Здравствуйте, вкупе же и спасайтеся и поминайте мое окаян­ство, друга вашего.

Всех благ вам желатель присный грешный Димитрий.

(Лето 1708 г. (после 24 июня). Ростов)

10. Честный отче Феолог, возлюбленный о Христе брат!

Устрашила меня смерть покойного Иосафата Колдычевского, друга нашего и моего особливого благодетеля. Если его, столь здравого чело­века, не старого, не увечного, трудами не изможденного, смерть похитила в столь недолгое время, на что уж мне, бессильному, надеяться? Страх смерти напал на меня, и страх сугубый, ибо не вем ни дня, ни часа, в онь-дсе постигнет меня смертный суд от Бога, и не готов к смертному исхо­ду. А как останется книгописное дело? Будет ли охотник приняться и довершить его? А еще много надобно в сем деле трудиться; в год его не докончить; пожалуй, и в другой год к довершению его насилу поспеть можно; а конец у дверей, секира при корне, коса смертная над главою. Увы мне! Не жаль мне ничего, и не имею, чего бы жалеть можно было: богат­ства не собрал, денег не накопил. Одного мне жаль, что начатое книгописание далеко до окончания; и еще о Псалтыри помысл бывает. Жаль, что и Апокалипсис брынские богословы не путем толкуют. Думка за горами, а смерть за плечами. Однако все на волю Господа нашего, живыми и мерт­выми обладающего, возлагаю. Если восхощет Он, и из камня может воздвигнуть чад Аврааму. Я же должен поминать душу преставльшегося в моих, хоть и грешных, молитвах. Одолжил меня покойный любовию своею. Помнишь, как он служил мне, больному, любовно, не гнушаясь немощию, вместе с твоею честностию и с Господином Дмитрием Алексе­евичем? Как же мне не поминать его, преставльшегося, и как о вас, живых, не молить Бога! Да спасет Бог и Отца Кириона, который во вре­мя недуга меня ягодами вишневыми кармливал. Все это ваше любезное благодеяние я памятствую и благодарствую, и Бога о вас молю.

О преставльшемся надежда на Бога, что Своей милости не лишит его. Ибо все люди его осудили и чуть в ад живым не положили; но суд Божий решает противно. Суд человеческий — одно, суд Божий — дру­гое. Люди осудили, Бог не осудит того, кого люди посылают в ад мне­нием и языком своим. Кто ожидал, что разбойник будет в раю, мытарь между праведными, блудница в чертоге небесном? Не посылает ли их всякий в геенну, видя житие их? А милосердие Божие делает напротив: постыжает Бог судьбами Своими милосердными суды человеческие. Если и в удержании где-либо душа преставльшегося временно пребыва­ет за свои прегрешения (а кто без них?), то сокровище церковное, мо­литвы, говорю, о преставльшихся, непрестанно творимые, — сильны искупить от долгов его, чему мы, грешные, поспешествуем.

Честности твоей Божия благословения желая, кланяюсь.

Грешник Димитрий. В самые Ноны. (7 октября 1708 г. Ростов)

11. Пречестному Господину отцу Феологу о Господе радоватися!

Вкратце пишу, понеже немоществую рукою.

Господин Степан Васильевич, егда путешествова к городу Архан­гельскому, взял у меня четвертой тысячи 500 лет. Возвращался отгу­ду, не привез ли, не восхоте ли дати? Молих убо его честь, что твоей честности поручил, а честности твоей пришлиши от Его милости, аще изволит дати, и мене у себе, дондеже сподобит Бог видитися с тобою. О прочем же потерпит.

На днях книгу «Купель Душевную» желаю имети, но в нынешнее время буди у вас до Великого поста, понеже ныне писцы мои зело недосужны. И сам аз недосужен и недужен, насилу делать принуждаюся. Дух бодр, плоть немощна.

За любовь и за келлию извещаю. В месяце ноемврии позвала мя нужда быть в Ярославле, нужда же раскольническая: понеже умножишася в епархии нашей зело. Тамо быв, учил помощию Божиею доволь­но с неделю. Но понеже словеса из уст болей идут на ветер, нежели в сердце слушающих; того ради все предлежащее ми летописания дело оставив, яхся писать особую книжицу против раскольнических учите­лей, помыслив в себе, яко Бог о летописании меня не истяжет, а о сем, аще молчать буду противу раскольников, истяжет. И написах помощию Вышнего книжицу, но буде мало еще где не соверших. Надеюсь на милосердие Божие, яко к Великому посту совсем совершится. Того ради и писцы мои зело недосужны, а совершив, аще Господь восхощет и живы будем, и к Вам пришлю к рассуждению. А как той книжицы наречение и что в ней написано, на особой хартии послах.

Нет ли у Вас еще каковой новинки или диковинки раскольнической? Молю, возлюбленне, аще есть, посли ми. Где бы ми взять Евангелия вечного, кое Аввакум распопа писал? Не возможно ли где в Москве сыскать, прошу. — Василья Семеновича помню и матерь его, схи­монахиню Евдокию, поминаю.

А твоей честности челом и благословение.

Грешный Архи: Димитрий.

Р.S. Аз жажду, — гласишь.
Несть зде воды из опоки (камня),
Едины из очес слезы плывут;
Пий слез токи.

Видел я негде в некоей Вашей книжице слова о разграбляющих имения церковные и просих честь твою, чтоб преписали мне, и теперь прошу: пожалуйте, препишите и пришлите, молю.

Отцу Феологу
Кланяюсь попремногу.
Не досужно много писать,
Стал церковное кусать.
Бо болей напишу,
И великого вами не пишу.
Вы же мало пождите,
Иная же простите.
Челом бью.

(Начало 1709 г. (до7марта). Ростов).

12.Честный отче Феолог!

Моя рука милосердием Божиим уже начала приходити во исцеление, пора и твоей нозе быти здравой. Господин Димитрий Алексеевич лекарь не худ, а Бог лучше всех. — Желаю, да здрав будеши телом и душою. Слышах, аще и не подлинно, яко нецыи от благоразумных начаша лето­пись в царствующем граде Москве делати? Чаю, во дворе печатном, для чего и книги летописные многи отвсюду взяты. Молю твою честность, благоволи известить мне полинно, каким (образом) тоя летопись будет: от создания мира или от Рождества Христова, или только о Российском государстве и о вселенной, и кто в том трудитися изволит? Когда бы благоразумные трудолюбцы изволили исследовать то, для чего лета бытия мира числятся не по Библии, но по хронографии много между собою не согласующих. А Библия называется Божественное Писание; и по что лета, в царственном писании числимые, оставлены, а за хроно­графами, иже суть вне Божественного Писания, идут наши?

Отец Феолог жив ли, не слыхать, не видать!.. Прошу, возлюбленне, отче Феолог, возвести ми подлинно все, сие лето что ли на Москве печатается книга и коего Государя царствование — зело о сем прошу…

Димитрий. (Начало 1709 г.Ростов)

13. Пречестному отцу Феологу о Христе радоватися!

Книжицу безымянного творца (И.Т.Посошкова), именуемую «Зеркало», от честной твоей к нам присланную, выслушав и преписати повелев, возвра­щаю паки вашей честности. А послах ю Вам с подьячим московским Филатом Алексеевым. — А книжица та воистину благопотребна, великое раскольникам обличение и постыжение. Когда бы та книжи­ца прилучилася мне прежде написания моей, много бых от нее почерп­нул. Я свою помощию Божиею окончих. Прошу честности твоей возвестити мне: кто тоя книжицы писец жив ли он, или умре. Аще жив, стану к нему писать; аще же умре, стану его поминать. Книжица та достой­на в свет произвестися, токмо мало нечто местами поисправити и приочистити треба.

Мою книжицу писцы преписуют набело, но не скоро, не искусны бо, да и ленивы. А чаю к Воскресению Господню довершать. А как довер­шится, не замедлю послать чести твоей и прочим кому надлежит; пер­вая часть полнее читается, вместе с прочими пришлю; а яже у Вас, те надобно будет к нам возвратить.

Старый казначей монах Иларион преставися, молитв Ваших святых требует, аз же в живых по воле Господней обретаюся. Кланяюсь люб­ви Вашей и здравствовати Вам желаю.

Смиренный архигрешник Димитрий. (Весна 1709 г. (до 24 апреля). Ростов)

14. Честному отцу Феологу о Господе радоватися!

Послах честности твоей Фаэтона краткого, также и иных еллинских басней, яже в 39-м слове Назианзиновом воспоминаются, краткое толкование. Недосужно о том писать много, ниже хочется для безде­лицы оставляти нужнейшие дела.

Еще послах Вашей милости бороду капитонскую, изрядную, дол­гую, широкую и расчесанную, не жаль плюнуть в ню…

О брадах двое тетрадей; одну твоей честности, другую господину Феодору Поликарповичу изволь от меня вручити, ему же челом за бу­магу и книжицу. А тетради тыя приложите во вторую часть Розыска в статью первую пред окончанием статьи той. За святого Евфросина (Псковского) челом, а о чудеси его хотел бых подлинно ведати, каково оное есть.

Смиренный Димитрий. (Лето 1709 г. (до 11 августа).Ростов)

15. Честному отцу Феологу о Господе радоватися!

О чистилище римском и о мытарствах много писать опасаюся, понеже наши не сказуют быти огню на удержание душ, хотя сами себе противно попечатали в прологах души, виденные в огне. Обаче напи­сах мало и послах честности твоей, в книжице же моей сего не поло­жу. Уже бо и докучило писать противу раскольщиков: полно уж, будет о том трудитися, пристал… Молю, нечто приложих о толкованиях Евангельских, но начисто еще не переписано, а как переписано будет набело, пришлю к вам.

Помышляя возвратиться к Летописцу, аще Бог поможет моей не­мощи, молю, помолитесь о мне грешном, аз же кланяюсь вам.

Книжица рукописная покойного Пармена послася чести твоей.

Грешный Димитрий. (Август-сентябрь 1709 г. (после 11 августа). Ростов)

16. К митрополиту Стефану (Яворскому)

1. Великий Господин и отец мой благодетельный!

В начале прощения прошу, что длинное и бесполезное предлагаю писание до рук Ваших святительских, и утруждаю купно, и мешаю занятому нужнейшими и лучшими делами. Не вижуся, и не беседую лицом к лицу: письмом убо наговорюся, хотя и наскучу; простите. Благодарствую Преосвященству Вашему за прочтение и рассмотрение моей Хронологии, которая имела бы быти вместо оглавления всего труда сочиняемого мною Летописца; если бы стало столько ума моему простоумию, и здоровья моей немощи, а наипаче, если бы в том Божия Вашими святыми молитвами поспешествовала помощь. Есть хотение, но нет силы; и очища не по-прежнему глядят, и ручище пишу­щее дрожит.

Рассматривателям премудросоветующим челом благодарствую Испытание вразумляет; а на примечания покорнейше ответствую.

На 1-е. Не история, но сумнительные деяния предлагаются, и не решатся. И подлинно так: что сие еще не есть история, но оглавление хотящей быти истории, и несумнительное что-либо предлагается, но погрешностей, в коих наши упрямо стоят, изъявление. А что кажется быти сумнительно, оное решить трудно, разве молчанием; понеже Хронографы российские с Библиями российскими, а Библия с хроно­графами весьма не согласуют в летах. А употребляемое греками и Россиею издавна летосчисление идет не по Библиям, аще и Святым Писанием называемым, но по хронографам; и потому лучше о сем молчать. А написанная Хронология пусть останется для меня, а не для подания свету, якоже и весь мой Летописец; конечно не с тем намере­нием пишется, дабы оный в печать издать, но только для моего знания, а после меня, если кому достанется доброму, может не презреть.

На 2-е. О соблазне раскольщиков в изыскивании известности, каса­тельно о Рождестве Христове, ответствую: то мне и хотелося показа-ти, что неправое у наших держится летосчисление, чего до сих пор не хотят увидети и познати. Помню, некогда в Преображенском (селе) Талицкий спорил с Вашим Преосвященством о летах, утверждая, что отцы святые так положили. Если отцы святые, то для чего же они не согласуют с Библиями? Могли ли быти противны отцы святые Свя­щенному Писанию? разве святые отцы, снисходя токмо народному обыкновению, писывали лета миробытия так, как ныне мы пишем, а не утверждая. Если святые отцы написали лета от создания мира до Рож­дества Христова 5500, то для чего же последнейший леты грек Кир Дорофей, митрополит Монемвасийский, написал до Рождества Христо­ва лет 5506: коего Дорофея хронограф переведен в Москве на славян­ский язык, в царство благочестивого Царя Алексея Михайловича, и ныне на Печатном дворе обретается. Равным образом и давнейшии цареградский грек Георгий Кедрин, в царство Алексея Комнина, Царя греческого, живший, написал, яко родися Христос в 5506 лето, коего сочинение на греко-латинском диалекте печатное у меня имеется. Сии оба хронографа не стали ли противны мнению наших 5500 лет, от на­чала мира до Рождества Христова счисляющихся? А Никифор Каллистов Ксанфопул, Синаксаров Триодных творец, написал, что родися Христос в лето миробытия 5505: и сей непротивен ли стал леточислению, мнимому быти от святых отец написанному? Разве о таковых несогласиях молчати, а что ложно, того не обличати, и упрямству людскому снисходити. И не трудно молчати, и не писати, трудно исследовати подробну, и писати в изъявление вещь неведомую. Раскольщикам же никто ничем не угодит: они и из добрых, полезных и святых вещей соблазняются. Для жука всегда ядовита роза. И нам ли последовать их безумию? Однако неисцельную рану лучше с молчанием сносить, нежели бесполезно и с убытком врачевать. Бисерей не повергайте [Мф. 7, 6].

На 3-е. О разделении книги. Сия Хронология не уже книга, но яко оглавление хотящей быти книги, коей расположение и разделение посылаю видети Преосвященству Вашему, и прочим их милостям.

На 4-е. О монархиях. Не премину во оной (даст ли Бог написать) книзе о монархиях бывших упомянуть: но не по тем временам расположил я оное сочинение мое, ибо не имею я намерения быть граждан­кой истории писатель, по мнению политиков: да не будет сие. Не архиерейское то дело. Мирские люди могут в том трудиться или готового о тех монархиях историка Иустина перевести. Мне же предлежат духовная: и я намерен, в надежде помощи Божией, идти путем Священной Истории, не исключая совсем и светской, но прилежа боль­ше к Священным, нежели светским вещам. Под названием же и обра­зом Летописца желал бых некие полезные нравоучения писати, дабы читателя не токмо Историями увеселити, но и нравоучениями научити. Сие есть мое намерение, если не для других (ибо кто аз, да учу ученых мужей?), то по крайней мере для меня самого. Еще же и сего ради (если бы то дело имело совершиться, и произыти в чтение людям посполитым), Священную Историю вкратце написать намерен. Помню, что в нашей Малороссийской стороне трудно сыскать Библию славянскую, весьма мало где оные обретаются, и купити едва доста­нет кто; и редко кто из духовного чина ведает порядок Историй Библейных, что когда происходило. Игумен один тамошний вопросил мене: когда Илия Пророк был, по Рождестве ли Христовом, или пред Рождеством? И паки: Маккавеи жили после апостолов; ибо учитель их Елиазар на судищи пред мучителем Апостольские и Евангельские приводил словеса, якоже напечатано в Прологе Московском августа в 1-й день. И иные многие в разговорах между чином духовным слышал смеху достойные речи, якоже и сие: которым ножом святой Петр усече Малхови ухо, тем послежде святой Илия перерезал жрецов Ваало­вых: «О нестысленнии Галати» [Гал. 3,1]! и для того хотел бых, аще бы поспешил Господь Вашими святыми молитвами, вкратце Библейную Историю преподать таковым для ведания, книжицею не зело великою и умеренною, чтобы мог всяк не дорого купити, и удобо о всех, иже в Библиях, уведати Историях, каковым идут порядком: но Бог весть, совершится ли то. Помышление за морем, а смерть за плечами: а еще и времена нынешние отнимают разум и охоту к книгописанию; молчит учение во время шуму оружия: однако, возлагаяся на Бога и на святые Ваши молитвы уповая, помалу касаюся дела, и уже будто бы есть и начало. Пришлю до рук Преосвященства Вашего не медля: велел почи­ще переписать. Паки прощения прошу, что утрудил Преосвященство Ваше бесполезным сего чтением. «Любы вся терпит», грехи покрывает [1 Кор. 13, 7].

[4 декабря 1707 г.]

17. Преосвященный Владыко,

Великий Господин и благодетель мой милостивый!

Начаток моего худоумного Летописца Преосвященству Вашему видети послах чрез преподобного отца Рафаила Казановича. Но не хочу трудити Ваше Архиерейство питанием, занятого важнейшими делами, разве токмо едино малое к читателю предисловие, один лист изволь Преосвященство Ваше сам прочитати, прошу; прочее же повели про­чим благоразумным особам пронести, и рассудите, будет ли то дело в благопотребство Церкви и в пользу, или нет? А как они рассудят, и повелят, готов послушати: исправити ли что, или отставите, или весьма престати. Мню же, мало кому понравится сей мой труд, понеже в нем, как в сбитне русском мешанина: и История, и будто толкованийце некое (из Корнелия и других книг), изредка местами, и инде нравоученийце, а наипаче в первой и другой тысящи лет, в которых мало зело обретается Историй. Коих лет не хотя праздно проминути, наполнил отчасти нравоучениями, взимая повод из случая деяний, в оные време­на бывших. Вем же, в книгописательстве иное есть быта историком, иное толкователем, иное нравоучителем. Однако же я грешный все то смешал, как горох с капустою, желая иметь книжицу оную наподобие примечаний и отрывков, дабы иногда к проповеди что годилося. Как то ни есть, молю смиренно, да повелением Вашим святительским от кого-нибудь удосужившегося прочтено будет сие начатое мое убогое дело, еже святительским Вашим вручая рукам, лобызаю оные моим усердием, и низко кланяюся.

Из Ростова, декабря 11 дня [1707 г. ]

18. Преосвященнейший Владыко,

Милостивый мой о Святом Дусе отче и благодетелю! Чрез почтенного брата Стефана, философии учителя, не успел на­писати, что надобно. Недосужно было за праздником и гостьми. Ныне, свободное имея время, пишу кланяяся Преосвященству Вашему, свобод­ного времени никогда же имущему, ему же истинно соболезную, толикими обремененному тяжестьми. И молю, елико могу Господа крепкого и сильного, да укрепит Ваше Архиерейство в ношении толь тяжкого креста. Не изнемогай, Святителю Божий, под таковыми тяжестьми! ветвь под тяжестию всегда плодотворит. Ни мни быти тщи труды свои пред Богом, глаголющим: приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии [Мф. 11,28]. Велико воздаяние понесшим тяготу и зной дне: не суть суетны труды, ими же благоразумно управляется корабль Церкве Хри­стовы во время толиких обуреваний. Ублажаете, Преосвященство Ваше, уединение; ублажаю и аз: но и святого Макария Египетского рассужде­ние не худо, который о пустынниках и о труждающихся во градех и для людской пользы пишет так: овыи (пустынножители) имуще благодать, о себе только пекутся; иные же (учители и слова Божия проповедники), инех души пользовати тщатся; сии онех много превышают. Подвизайся о укрепляющем Вас Иисусе, подвижниче Христов. Бремя сие не по слу­чаю какому наложися Вашему Святительству, но смотрением Божиим: потому что и венец праведного воздаяния ждет Вас. Иго Христово благо носиши, буди и бремя Его Вам легко [Мф. 11,30]. О моем Летописце, от Преосвященства Вашего весьма похваленном, рад бы слышати, что в нем таково обретается, еже требует исправления: только, как прежде просил, так и теперь прошу, не трудися сам, Преосвященный Владыко, ему же предлежат нужнейшие и важнейшие дела. Преподобный отец Си­моновский, и Господин Поликарпович, могли бы читати и рассуждати. Благодарствую Святительству Вашему о замеченных двух вещах, о не­воздержании Хамовом и о Ханаане сыне его: и мне приходило тоже, что супружество законное несть блуд; однако вспомнил Товии молодого же­нитьбу, где ангел супружество невоздержное точно называет блудом. Обаче лучше будет, когда о Хаме, вместо блуда, переменится невоздер­жание. А о Ханаане и в Корнелии приискал я: господина не имам. Написал Ханаана с нравоучением; посылаю Преосвященству Вашему, еще что исправити желал бы, если только Бог поможет. По девятом столетии второй тысящи, где пишется о зле греха, требуют рассуждения две вещи: 1. что грех и простительный памятен будет содеявшему; 2. что Бог в гре­хах наших сопричаствует. Изъяснил я сие, но не знаю, хорошо ли? не луч­ше ли обоє то оставити, да не кто от простейших вознегодует? Прощу рассуждения и совету; прочее же, не дея трудов Вашему Архиерейству, паки и паки кланяюся низко.

[Начало января 1708 г.]

19. Преосвященнейший Владыко мой, о Святом Дусе отче и благодетелю!

Челом и благодарствие Преосвященству Вашему за пропитание Летописца моего, и за примечания некоих вещей, исправления требу­ющих. Посему уверяюся о отеческой Вашего Архиерейства к моему недостоинству любви и истинной приязни. Сие люблю, о сем и впредь покорно прошу. Не меньшая сия добродетель пред Богом, еже испра­вите в чесом брата и вразумити. Потщуся, помощию Божиею, исправи­те, иная перемените, иная же и совсем отставите. Летопись прочтен­ную, аще изволися Преосвященству Вашему у себе удержати; буди по воле Вашей Архиерейской. И больше что поспешит Бог написати, при­шло до рук и благоразумного рассуждения Вашего Святительства. Мне Преосвященство Ваше один вместо тысячи. Так бывало и блаженной памяти Преосвященнейший отец наш Варлаам (Японский), что он прочитает, и утвердит, то несумненно в печать издаваемо было. И хотя ныне не с тем намерением начал я писать, дабы издавать во свет; однако таково­го от Преосвященства Вашего молю и прошу пропитания (если будет на то время), и исправления, аки бы к изданию в печать. Авось либо когда и было бы так, если бы Господь Бог с помощию Своею нам про­длил жития, и если бы время нынешнее милосердием Своим на лучшее преложил. Внеуду брани, внутрьуду страхи [2 Кор. 7, 5]. Молимся, и боимся, да не преодолеют грехи наша Божия милосердия и долготер­пения. Толико беззаконий, толико обид, толико притеснений вопиют на небо, и возбуждают гнев и отмщение Божие! но о сем помолчим. Воля Господня да будет [Деян. 21, 14]! Мы же своему вниманием делу, и посреде обуревания надежды спасения не теряем.

Книга стихов печатных прислана мне. Бог дал тем виршописцам типографию, и охоту, и деньги, и свободное житие. Мало кому по­требные вещи на свет происходят: а самые нужнейшие, кои могли бы всему Российскому миру быть в велию пользу, проповеди Преосвящен­ства Вашего богомудрые и набожные под спудом лежат. Сродно есть металлу золотому и серебряному в недрах земных быта глубоко, а ху­дого железца руде наверху: и драгоценные жемчуги во глубине дна скрываются, а простое каменье всюду сыскать можно. Сожаления дос­тойно, если труды Преосвященства Вашего так залежатся. Хотя бы по­ловину изряднейших выбрав, на целогодищные праздники и воскресные дни издал в печать Преосвященство Ваше. Я думаю, что в Печерском с охотою бы напечатали, не требуя и иждивения от Преосвященства Ва­шего, так как печатали Жития Святых безо всякой моей издержки, им же корысть была бы с книг. Разве Святительству Вашему трудность дел и скудость времени не допускают пересмотреть проповеди свои и при­уготовить оные клечати. А я советую Вашему Архиерейству, как мож­но, искупующе время [Еф. 5,16], приложиити в том старание, хотя и труд множайший употребится, но и воздаяние не мало от Бога уготовится. Для снискания славы в вечности никакого тяжчайшего труда, и никако­го должайшего времени жалеть не должно. Краткие в добродетели подвиги вечным награждаются увеселением. Или лучше, когда кто безделицу на свете издает без стыда и без пользы; а проповеди Пре­освященства Вашего много бы пользовали Церковь Божию. И колесница торжественная (сочин. Стефана Яворского) хотела было из печати на свет выехать, но всадник не захотел, либо не успел ее вывести; а мы ожидали, ожидали.

Кланяюся низко Вашему Архипастырству, любви отеческой никог­да же отпадающей; вручаю себе, молитв святых требую и прошу.

[24 февраля 1708 г.]

20. К Феодору Поликарпову

Пречестному отцу Феодору Поликарпову, Божие благословение!

О начатом, с Божиею помощию нами Летописании хотящим ведати буди известно, яко намерение наше, не толико в Историях углублятися, елико в нравоучениях и толкованиях Святого Писания поучатися. И аще бых писал чином Историографским, то уже бы совершил начатое. Но кая ми нужда упражнятися в писании Историй, их же преисполнены многие Хронографстии книги? Ниже надлежит мне та, яже суть всем известная проповедати. Моему сану (его же несмь достоин) надлежит слово Божие проповедати, не точию языком, но и пишущею рукою. То мое дело, то мое звание, то моя должность! Пишу убо, Господу поспешествующу, нравоучения, местами же толкование Писания Святого, елико могу, немощный; а Истории, яже в Библиях, токмо вкратце вместо темы (за­главия) полагаю, и от тех, аки от источников струи, нравоучения произвожду. И уже написася по летосчислению 3500 лет, а шестое сто тоя тысящи пишется. Но не можется скоро писать, не токмо за трудностию дела, но и за моею немощию: часто изнемогаю, и Бог весть, могу ли начатое совершити? понеже частые мои недугования перо от руки пишущей отъемлют, а писца на одр повергают, гроб же очесам представ­ляют, и о смерти думать заставляют, а к тому очи, видя, мало видят, и очки не много помогают, и рука пишущая дрожит, и вся храмина тела моего близ разорения: еще же и нощь сего времени долгая не помоществует ми в деле: а дни кратки и примрачны, и управления чину моему надлежащая не без перемешки. Ныне убо та только, яже написашася, пропитую, и исправляю, а впредь писать разве даст Бог, как день мало больше будет. И не с таким усилием намерих писать, чтоб скоро книгу совершить; но токмо чтобы не в праздности быть, и не туне бы хлеб ясти; а совершение, как Бог устроит, на Его милосердую помощь взираю: как Он восхощет, будет: «о Нем есмы, живем и движемся» (Деян. 17, 28). А намерих писать токмо до Рождества Христова, по кое место влечется ветхозаконная Писания Святого История, яже в нашем славянском язы­ке ни от кого же толкованием изъяснися, а по Рождестве Христовом вся уже чтем истолкованная. Деяния же царств Римских, Греческих и прочих, яже бяху по Христовом Рождестве, не Архиерейское дело писать: может то кто-нибудь и мирский человек делать. Довлеет нашему брату Жития Святых написанные зрети, их же совершения сподобил нас Бог благостию Своею. Аз же грешный, аще бы Бог изволил, и подал мне немощ­ному помощь, силу и разум с прибавлением жизни моей, хотел бых пос­ле сей книги ухватиться Псалтири, еже вкратце изъяснити ю толкованием: не яко сам на то искусен, но из готовых толкований с Божиею помощию собирая. Аще бо и суть у нас на языке славянском рукописные толкован­ные Псалтири: но не ясны, аки в лесу и пустыне. И зело желается мне того дела, аще бы Бог дал, аще бы коса смертная не пресекла; обаче должен есмь с Давидом глаголати: «пою Богу моему, дондеже есмь» [Пс. 103, 33 и 145, 2]. Что-нибудь в славу Божию делать долженствуем, да час смертный не в праздности нас застанет. Наскучил милости твоей дол­гою четьею (чтением); простите. Хронологию вашу послах к вам; молю же, егда та у вас упразднится от дела, паки к нам прислать ю не вовся, но на время, донележе даст ми Бог управитися с начатым делом. Честнос­ти твоей Божия благословения и всех благ желающь.

Из Ростова, 8 ноября, 1708 года.

21. Смиренный архиерей Димитрий честной монахине Варсонофии Евфимиевне — Божие благословение. Один есть Отец, общий для всех нас, Бог, живущий на небесах и везде присутствующий. Один Архипастырь великий — Христос, про­шедший небеса; один Утешитель всех — Дух Святой.

Итак, Отец Небесный да будет тебе От­цом, Промыслителем, Хранителем и Пасты­рем. Христос, Сын Божий, да спасет тебя, по­гибшую Свою овцу, которую искупил честной Своею Кровью. Утешитель Дух Святой да уте­шит тебя в печали твоей и да наставит тебя на путь спасения.

Если ты и от нашего смирения просишь какого-либо утешения, то мы, смиренные, предлагаем тебе такой полезный совет: от­вергни от себя помышления о мире сем и ос­тавь мысли твоей печали, обыми всей душой, всем сердцем и всем помышлением твоим любовь Христову, возложи всю свою надежду на Самого Христа, Сына Божия, углуби ум твой в пресвятых язвах Его, шествуй вослед Ему с усердием, и тогда сделаешься возлюб­ленной невестой Его и наследницей Его чер­тога. Поскольку ты возлюбишь Его, постоль­ку и Он тебя в будущей жизни возлюбит вове­ки, и поскольку ныне поработаешь Ему, по­стольку Он там воздаст тебе.

Итак, пренебрегай всем временным, сует­ным, и не ради о нанесенной тебе печали. Взгляни на Христа своего, распятого на Кре­сте: сколь великое бесчестие Он претерпел, любя нас! Неужели же мы, грешные, не пере­несем малой печали из любви к Нему?

22.Честному отцу Феологу, любезному мне. Спасет Бог любовь твою, что все мои же­лания и прошения исполняешь. Катехизис еретический приняв, посмотрел и вновь по­слал к вам. Видел я его давно, когда еще был в Литве, только творцов его забыл. Недосужно мне в нем упражняться, дал бы Бог какого иного охотника, ибо я изнемогаю.

Спрашиваешь меня, возлюб­ленный, о моем здравии. Поисти­не возвещаю тебе, что немоществую. Прежде бывало мое здравие пополам, полуздоров и полунеду­жен, а ныне недуг превозмогает и едва третья доля здравия остается. Впрочем, будто мужаюсь и движусь о Господе моем, в руке Которого жизнь моя. Дела ныне никакого не делаю: за что ни примусь, все из рук падает, дни мне стали темны, очи мало видят, в ночи свет свеч­ной мало помогает, и даже вредит когда долго в письмо смотрю, а не­дуг заставляет лежать да стонать. В таковом моем нездоровом здравии не знаю, что ждать: жизнь или смерть? В том воля Господня пусть будет! На смерть не готов, однако по воле и по повелению Господню должен быть готов, силен же есть Владыка мой еще укрепить мою немощь. Осень эта для меня тяже­ла, воздух ростовский очень плох, а воды весьма нездоровы.

Прости, возлюбленный! Не мо­гу много писать. Тем челом бью.

Грешный Димитрий.