2. О разных предсмертных состояниях различных людей

Тема: Печаль, связанная со смертью. Предсмертные состояния людей (2)

Скачать этот текст в формате docx

Скачать этот текст в формате pdf

Скачать этот текст в формате epub

Составитель Ника


Раздел 1.2: О разных предсмертных состояниях различных людей, или разъяснения в ответ на современные исследования о смерти
1.2.1. О предсмертном покое умирающих людей, происходящем от разных причин
1.2.1.1. Типичные свидетельства по поводу предсмертных состояний различных людей, приведенные в исторических и современных исследованиях
= Примеры случаев естественного покоя перед смертью
= Примеры случаев радостных мгновений во время смерти
Некоторые замечания по поводу вышеприведенных свидетельств
= Примеры предсмертных состояний людей, находившихся в агонии
= О случаях внезапной смерти и бессознательного состояния перед смертью

1.2.1.2. Предсмертный телесный покой от естественных факторов
= Покой, как свойство последней стадии процесса умирания
= Перед смертью может происходить облегчение телесных страданий
= О телесных мучениях до самой смерти

1.2.1.3. Причины предсмертного покоя, происходящие от естественных состояний души
= Естественный покой души от чувства бессмертия
= Естественный покой души, как итог покорности перед неизбежностью
= Естественный покой или от незнания точного часа своей смерти, или от надежды выздороветь

1.2.1.4. Духовные причины предсмертного покоя людей не верующих или маловерующих в Бога
= Покой неверующей души от своего представления о том, что есть смерть
= Покой от духовной смерти, наступившей еще при жизни
= Предсмертный покой от разных состояний совести
= Покой или радость от ложной уверенности, что ты уже спасен и попадешь в рай

1.2.1.5. Предсмертный покой от сверхъестественных причин
= Покой или радость от таинственных действий Божиих
= Покой или радость от бесовских искушений
= Покой оттого, что перед смертью не было никаких видений

1.2.2. О разнице предсмертных чувств, слов и действий у христиан и людей неверующих или маловерующих в Бога
= Внешние различия в действиях и словах при смерти христиан и других людей
1.2.2.1. Свидетельства о последних словах перед смертью христиан и других людей и о предсмертной молитве
= Последние слова и завещания умирающих христиан
= Примеры последних слов некоторых знаменитых людей
= Примеры последних слов некоторых обычных людей
= О предсмертной молитве христиан и других людей

1.2.2.2. О предсмертном причащении Тела и Крови Христовой и исповедании грехов
= О Причащении и исповедании грехов умирающими христианами
= Другие люди или не были крещенными, или никогда не исповедовались и не причащались, и иногда они или их близкие отказывались от Таинств и перед смертью

1.2.2.3. О внутренних различиях христиан и других людей в отношениях к смерти и жизни, влияющих на предсмертные состояния
= О вере и неверии в Бога и христианские истины
= Отношение к смерти христиан и других людей и приготовление к ней
= Чувства при смерти из-за разлучения с миром и людьми

Заключение. О невозможности одинаковой вечной участи людей, исходя из состояния их душ, подвижнических подвигов и служения Богу
= О воскресении всех людей, но разной вечной участи праведников и грешников
= О не спасении добрых людей, но не верующих во Христа
= О страшной вечной участи людей неверующих в Бога и живущих во зле
= О не одинаковой вечной участи христиан


Раздел 1.2: О разных предсмертных состояниях различных людей, или разъяснения в ответ на современные исследования о смерти

Хотя вопрос, который будем сейчас рассматривать, напрямую не относится к теме печали о смерти, но мы все равно кратко остановимся на нем, т.к. неправые мнения (которых в современное время особенно много) влияют на наше отношение к жизни и к смерти. А это, в свою очередь, может приводить христиан или к забвению о смерти и спасении души, или к неправильному страху смерти, и тогда перед смертью мы можем оказаться в тех страшных состояниях, которые описаны в первом разделе. Спаси нас, Господи, от этого!

Итак, как известно, существует множество современных публикаций о смерти и о жизни после смерти. Относительно такой информации составитель этих бесед согласен со следующим мнением современных учителей Церкви:

Иером. Серафим Роуз(Душа после смерти): «…современные опыты, подобно опытам шаманов, языческих посвященных и медиумов, похоже, говорят о том, что в потустороннем мире существует «курорт» с приятными впечатлениями, где нет суда, а только «рост», и что не надо бояться смерти, а только приветствовать ее как «друга», вводящего в удовольствия «жизни после смерти»».

Свящ. А. Милеант (На пороге жизни и смерти):«После ознакомления с современными книгами о потусторонней жизни после смерти у читателя создается впечатление, что смерть совершенно не страшна, что человека, перешедшего в «тот» мир, автоматически ожидают приятные ощущения умиротворенности, радости и пребывание во вселюбящем и всепрощающем Свете; что поэтому нет различия между праведными и грешными, верующими и неверующими. Это обстоятельство заставило некоторых христианских мыслителей насторожиться и отнестись с недоверием к такого рода литературе. Стали спрашивать: «Не являются ли эти видения света хитрым дьявольским обольщением, направленным на усыпление бдительности христиан? — Живи, как хочешь, все равно попадешь в рай»».

Итак, в этом разделе, с помощью Божией, будет сделан анализ обычных предсмертных состояний людей и случаев клинической смерти, о которых говорится во многих современных исследованиях о смерти или жизни после смерти, или случаев смерти, когда мы сами были свидетелями того, как умирали люди.

И начнем с вопроса о предсмертных состояниях умирающих людей, которые описаны в современной литературе.

1.2.1. О предсмертном покое умирающих людей, происходящем от разных причин

Ранее мы говорили о случаях, когда перед смертью некоторых людей происходят таинственные действия. Сейчас мы будем говорить о естественных свойствах смерти, происходящей без каких-либо сверхъестественных видений или состояний. (Хотелось бы заметить, что и святые подвижники также умирали без каких-либо необычных состояний, но от обычных людей их обязательно отличало то, что к смерти они готовились (но об этом будет сказано позже)) Хотя в некоторых свидетельствах можно встретить и примеры, когда очевидцы понимали, что у умирающего человека были какие-то видения, но что это было — осталось неизвестным. Например:

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Ходасевич В. Ф. (1886-1939) — русский поэт. …Он умер в 6 часов утра, не приходя в сознание. Перед смертью он все протягивал правую руку куда-то …, стонал, и было ясно, что у него видения. Внезапно Оля (жена) окликнула его. Он открыл глаза и слегка улыбнулся ей. Через несколько минут все было кончено».

В этом разделе будут приведены некоторые свидетельства очевидцев смерти знаменитых людей из книги А.П. Лаврин «1001 смерть». Но независимо от того, что это были знаменитые люди, в основном, будет идти речь о типичной смерти обычных маловерующих или неверующих людей, т.к. практически все современные исследования основываются на опыте этих людей, да и многие из нас сталкивались именно со смертью ближних, которые не были святыми подвижниками или, более того, были неверующими или маловерующими людьми.

Также напомним, что ранее мы уже говорили о том, что по способу смерти нельзя вполне судить о душевном состоянии человека, и мы не беремся это делать. Приводя примеры смерти известных людей, составитель не ставит цель вынести суждение об этом человеке (Господь судит нас!), а имеет цель показать разные предсмертные состояния на примерах общеизвестных фактов.

В этом разделе также будут показаны причины того, почему могут быть видимо хорошие состояния людей перед смертью и чем отличаются предсмертные состояния христиан, маловерующих и неверующих людей. Это и будет ответом на вопрос: «Почему же разные люди, верующие и неверующие, бывают спокойными, а иногда и радостными перед смертью?». Надеюсь, этот материал поможет опровергнуть мнение некоторых людей, считающих, что «смерть совершенно не страшна, что человека, перешедшего в «тот» мир, автоматически ожидают приятные ощущения умиротворенности, радости и пребывание во вселюбящем и всепрощающем Свете; что поэтому нет различия между праведными и грешными, верующими и неверующими» (А. Милеант (На пороге жизни и смерти)).

Итак, как было отмечено выше, современные исследования зачастую передают в основном позитивный опыт смерти, а это значит, что умирающие чувствуют покой, и поэтому рассмотрим именно это состояние.

Говоря о причинах предсмертного покоя, необходимо разграничивать естественные телесные, душевные, духовные и сверхъестественные факторы. Кратко остановимся на каждом из них, но вначале приведем некоторые свидетельства о смерти людей, приведенные в современных исследованиях.

1.2.1.1. Типичные свидетельства по поводу предсмертных состояний различных людей, приведенные в исторических и современных исследованиях

Далее приведем несколько свидетельств из интернет — источников о том, как спокойно или радостно умирали многие обычные люди. При их смерти могла быть радость, покой, страх и т.д. Но качества этих чувств разительно отличаются от тех, о которых было сказано в первом разделе этой темы. Так, например, покой перед смертью может быть как естественное спокойное состояние, а может быть покой блаженным, или страх может быть благоговейным, а может быть гнетущим.

= Примеры случаев естественного покоя перед смертью

Как известно, в современных свидетельствах существует очень много примеров о том, что происходит с умирающим человеком, да и, возможно, многие из нас присутствовали при смерти родных и знакомых людей. Обычно в свидетельствах говорится о тихой и мирной смерти людей без указания были ли эти люди, например, христианами или нет (мы же, как правило, знали о том, был ли умирающий верующий и какую жизнь он вел).

Вот пример таких свидетельств из Интернет – источников: «Зарегистрированные случаи показывают, что умирание болезненно, но сама смерть есть совершенно спокойный опыт, свободный от боли и страха». «Все без исключения говорят о чувстве спокойствия и цельности» «Доктора N…. поражало выражение лица ее больных перед самой смертью. Оно становилось спокойным и серьезным. Умирающие в это время чувствовали покой и счастье и могли сказать ей об этом. Лицо выражало покой, даже когда больной умирал в состоянии депрессии и раздражения». «Я помню, как умирала от метастазов рака груди одна милая старая женщина. Она лежала на кровати лицом к стене. Подниматься она уже не могла. Лицо совсем бледное, без кровинки. Дыхание едва заметное, но еще регулярное. Она неподвижна, но будто всматривается во что-то. Сухие губы. На вопрос: «Дать вам воды?» — она не ответила, не шевельнулась. Я повторил мой вопрос немного громче. Она ответила чуть слышно: «Да, пожалуйста». Отпила маленький глоток и снова отвела взгляд и сразу ушла от меня, от этого мира. Она умерла через несколько часов. Мой друг рассказал мне, как умирала его теща, Вера Васильевна: «Она была в другой комнате. Слышу бормотанье: «о…о…о». Я вошел. Она лежит с широко раскрытыми глазами и мычит. Спросил: «Что с Вами?» Не отвечает, но пошевелилась в кровати. Я приподнял ее. Снова спросил: «Вызвать «скорую помощь»? Соседку?» Держу ее за спину. Она покачала головой и жестом показала: «Не мешай», — а смотрела куда-то. Вдруг стала легко дышать, и лицо ее просветлело. Я опустил ее на подушку и тихонько вышел. Скоро после этого вернулся — она умерла». Мой друг добавил: «У нее было озарение, она просветлела и чуть ли не улыбнулась. А вот когда была мертвой, снова суровое и даже жесткое лицо»».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Пушкин А. С. (1799-1837) — русский поэт … Пушкин заметил, что я стал бодрее, взял меня за руку и сказал: «Даль, скажи мне правду, скоро ли я умру?» — «Мы за тебя надеемся еще, право, надеемся!» Он пожал мне руку и сказал: «Ну, спасибо». Но, по-видимому, он однажды только и обольстился моей надеждою; ни прежде, ни после этого он ей не верил; спрашивал нетерпеливо: «А скоро ли конец?», — и прибавлял еще: «Пожалуйста, поскорее!»…Пульс стал упадать и вскоре исчез вовсе, и руки начали стыть. Ударило два часа пополудни, 29 января — и в Пушкине осталось жизни только на три четверти часа. Бодрый дух все еще сохранял могущество свое; изредка только полудремота, забвенье на несколько секунд туманили мысли и душу. Тогда умирающий, несколько раз, подавал мне руку, сжимал и говорил: «Ну, подымай же меня, пойдем, да выше, выше, ну, пойдем». Опамятовавшись, сказал он мне: «Мне было пригрезилось, что я с тобою лезу по этим книгам и полкам высоко — и голова закружилась». Раза два присматривался он пристально на меня и спрашивал: «Кто это, ты?» — «Я, друг мой». — «Что это, — продолжал он, — я не мог тебя узнать». Немного погодя он опять, не раскрывая глаз, стал искать мою руку и, протянув ее, сказал: «Ну, пойдем же, пожалуйста, да вместе!» Я подошел к В.А.Жуковскому и графу Вельегорскому и сказал: «отходит!» Пушкин открыл глаза и попросил моченой морошки; когда ее принесли, то он сказал внятно: «Позовите жену, пусть она меня покормит». Наталия Николаевна опустилась на колени у изголовья умирающего, поднесла ему ложечку, другую — и приникла лицом к челу мужа. Пушкин погладил ее по голове и сказал: «Ну, ничего, слава Богу, все хорошо». Друзья, ближние молча окружили изголовье отходящего (А.С. Пушкина); я, по просьбе его, взял его подмышки и приподнял повыше. Он вдруг будто проснулся, быстро раскрыл глаза, лицо его прояснилось, и он тихо сказал: «Кончена жизнь!» Я не дослышал, и спросил тихо: «Что кончено?» — «Жизнь кончена», — отвечал он внятно и положительно. «Тяжело дышать, давит», — были последние слова его. Всеместное спокойствие разлилось по всему телу; руки остыли по самые плечи, пальцы на ногах, ступни и колени также; отрывистое, частое дыхание изменялось более и более в медленное, тихое, протяжное; еще один слабый, едва заметный вздох — и пропасть необъятная, неизмеримая разделила живых от мертвого. Он скончался так тихо, что предстоящие не заметили смерти его».

= Примеры случаев радостных мгновений во время смерти

Также есть примеры о некоторых необычных состояниях умирающих, связанные с радостью и душевным подъемом.

Интернет – источники: «Десятилетний мальчик, болевший раком, внезапно сел на постели, широко открыл глаза и улыбнулся впервые за несколько месяцев и вместе с последним вздохом воскликнул: «Как прекрасно, мама!» И упал на подушку мертвым. Характер сообщений о моментах, предшествующих смерти, весьма разнообразен. Медсестра большой больницы … сообщает следующее: «Женщина лет сорока, страдавшая от рака и в течение последних дней подавленная и вялая, хотя всегда в сознании, вдруг стала выглядеть счастливой. Радостное выражение не сошло с ее лица до самой смерти, наступившей через пять минут». Часто пациент не произносит ни слова, но выражение его или ее лица напоминает описания экстаза в религиозной литературе. Могут также происходить необъяснимые физические изменения, как произошло, например, в Соединенных Штатах. Медсестра рассказывает об этом случае: «Женщина лет семидесяти, болевшая пневмонией, была полу-инвалидом и влачила жалкое, мучительное существование. Ее лицо стало таким спокойным, как будто она увидела что-то прекрасное. Оно озарилось улыбкой, которую нельзя описать словами. Черты ее старческого лица стали почти прекрасными. Кожа сделалась мягкой и прозрачной — почти снежно-белой, совершенно непохожей на желтоватую кожу людей, близких к смерти».

Как видим, мгновения радости обязательно связаны с таинственными Божиими действиями, когда человек ощущал счастье и радость или видел необычные видения, но это осталось тайной для свидетелей.

= Некоторые замечания по поводу вышеприведенных свидетельств

Сделаем несколько кратких комментариев к таким свидетельствам относительно того, можно ли полно судить о смерти из подобных примеров.

Во-первых, как видим, в этих случаях описан момент умирания и нет свидетельств о том, как эти люди жили, как относились к своей смерти или о том, что они думали и ощущали ранее, когда были в сознании. Поэтому из подобных примеров нельзя делать полный вывод о состояниях души перед смертью, а о телесных состояниях – вполне возможно.

Во-вторых, как видно, не все люди перед смертью переживают тихие и радостные моменты. Есть много случаев, когда живые или не видели последних часов или минут жизни умершего, или когда видели другие состояния перед смертью, о которых, возможно, люди не желали рассказывать. Как уже отмечалось, в современных исследованиях, в основном, упор делается на позитивном опыте, хотя есть и публикации, в которых приводятся свидетельства о страшных видениях.

Из интернет – источника: «…недавно опубликованная антология содержит многочисленные предсмертные видения нераскаянных грешников, имевшие место в прошлом веке, которые носят заголовки вроде: «Я в огне, вытащите меня!», «О, спасите меня! Они меня утаскивают!», «Я иду в ад!» и «Дьявол идет, чтобы утащить мою душу в ад» (Джон Майерс. «Голоса на краю вечности», Нью-Йорк, 1973)».

(К сожалению, составитель этих бесед не нашел этой книги, и поэтому надеюсь на точность этой информации) И чуть позже мы приведем другие свидетельства о тяжелой смерти.

А также, как уже отмечалось ранее, при смерти человек может находиться в естественном состоянии, а может в сверхъестественном, а это означает, что одни умирающие могут видеть предсмертные видения, а другие – нет, или одни могут чувствовать сильные чувства, например, радости или страх, а другие – нет.

В-третьих, составитель этих бесед нисколько не сомневается в достоверности современных наблюдений и опыте людей, видевших смерть близких людей, но только считает, что такие моменты радости перед смертью некоторых людей говорят не о свойстве смерти или о праведности умирающего, который, возможно, и никогда не каялся в своих грехах и даже не знает о них, а о великой милости и любви Бога к грешным людям. И может быть, эта радость продлится и после выхода души, и при переходе «воздушного пространства», и при определении о вечной участи души. А может и быстро окончится…. Никто из людей этого не знает, Бог знает!

Вот что говорят святые отцы о том, что видимо спокойное состояния перед смертью человека не может говорить о его праведности.

Феофан Затворник (Толкование на псалом 33,22): «Блаженный Августин (говорит) …: «словами: «смерть грешников люта» — вразумлял Господь тех, кои говорят: зло умер такой-то, съеден зверя­ми, не был он праведен и погиб бедственно. Не погиб бы так, если б был праведен. Так, стало, по-твоему, тот и праведен, кто умирает спо­койно на одре своем, в доме своем? Но не го­воришь ли ты сам: я знаю за ним грехи и беззакония, хотя он умер спокойно среди род­ных и знаемых? Стало, он грешник, хоть умер, по виду спокойно; и, стало, опять смерть его, покойная на вид, должна быть люта, как смерть грешника. Какая благою тебе кажется смерть,— люта есть, если посмотришь на со­кровенное. Видишь наружное,— как спокойно лежит он на одре; но видишь ли сокровен­ное,— то, как низвергается он в геенну? Из Евангелия учись разуметь, что есть смерть грешников лютая. Вот двое: богач, облачаю­щийся в порфиру и виссон и веселящийся «на вся дни светло»,— и бедный некто, лежащий у ворот его «гноен»,— псы облизывают раны его, и он желает насытиться от крупиц, падаю­щих с трапезы богатого. Но приходит смерть,— и участь обоих изменяется. Умирает бедный,— а он был праведен,— и Ангелы относят душу его на лоно Авраамово; мертвое же тело его валялось у ворот богача, и похоронить его было некому. Умирает и богатый; и нечего говорить, каковы были похороны того, кто облачался в порфиру и виссон! Но посмотри, где душа его? «И во аде сый в муках», желал он, чтоб с перста презренного им бедного капля воды канула на палимый огнем язык его,— и не получил желаемого (см.: Лк. 16, 19—25). Уразумей же теперь, что есть смерть грешни­ков лютая. Не останавливайся на одном видимом. Прозри в невидимое, и оку веры твоей откроется горящая в муках душа, которой ни­мало не помогли пышные проводы, коими сует­ность живых почтить мнила мертвое тело его. По состоянию души — по смерти надобно су­дить о смерти: люта ли она или блага,— а не по почестям или уничиженности мертвых тел, какие видимы бывают нами среди людей».

В-четвертых, можно ли эти примеры предсмертных состояний сравнить со свидетельствами о радости и блаженном покое из Патериков и житий святых, о которых мы читали в первом разделе? Вполне очевидно, что нельзя. Потому что смерть праведников была не просто радостным и тихим мгновением, а осознанной встречей со смертью, при которой прославлялся Господь при их смерти, как, впрочем, и при их жизни. Святые победили смерть. И такая их смерть была плодом их праведной жизни с Богом и плодом спасения своей души, и была во славу Божию. В доказательство этому уже были приведены причины блаженной смерти в разделе «Почему души святых и истинных христиан при кончине сподобляются радости и блаженного покоя».

= Примеры предсмертных состояний людей, находившихся в агонии 

Исходя из одного из замечаний о современных исследованиях, которые говорят преимущественно о позитивном опыте смерти, скажем, что не все люди умирают спокойно, и наравне со свидетельствами о тихой смерти, есть и много свидетельств о состояниях предсмертной агонии.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Наполеон I, Наполеон Бонапарт (1769-1821) — французский государственный деятель и полководец. …За десять дней до кончины, 25 апреля Наполеон почувствовал вдруг улучшение. Антомарки (доктор) отлучился в аптеку, а тем временем Наполеон приказал принести вино, фрукты, бисквиты, выпил шампанского, съел немного слив и винограда. Когда доктор вернулся, Наполеон встретил ее громким смехом. Однако на другой день снова наступило ухудшение. …28 апреля в 8 часов утра Наполеон в полном спокойствии сделал свои последние распоряжения. 2 мая он начал бредить. Он говорил о Франции, о первой жене Жозефине, о своем сыне от второй жены Марии-Луизы, о товарищах по оружию. Он перестал узнавать окружающих. В полдень к нему на минуту возвратилось сознание — Наполеон открыл глаза и с глубоким вздохом произнес: «Я умираю!» Затем он снова потерял сознание. Его забытье прерывалось приступами рвоты и едва слышным смехом. Умирающий Наполеон не переносил света. Приходилось поднимать его, менять белье и кормить в темноте. Во время агонии Наполеон вспомнил про китайцев, рабов на острове Святой Елены, и негромко проговорил: «Мои бедные китайцы, надо, чтобы их не забыли. Дайте им несколько десятков наполеондоров. Нужно мне попрощаться и с ними». …»В день пятого мая разразилась страшная буря, — живописует дальнейшее историк-беллетрист …Казалось, душа Наполеона, естественно, должна отойти в другой мир именно в такую погоду, — среди тяжких раскатов грома, под завывания свирепого ветра, при свете тропических молний. Но тот, кто был императором, уже ни в чем не отдавал себе отчета. Нелегко расставалось с духом хрипящее тело Наполеона. Отзвуками канонады представлялись застывающему мозгу громовые удары, а уста неясно шептали последние слова: «Армия… Авангард…». В 11 часов утра пульс Наполеона был крайне слаб. Из груди его вырвался глубокий вздох и следом жалобные стоны. Тело задвигалось в конвульсивных движениях, закончившихся громким плачем. С этого момента до 6 часов вечера, когда Наполеон издал последний вздох, он не произнес больше ни звука. Правая рука его свисала с кровати. Глаза застыли в глубоком раздумье, — в них не было и тени предсмертной муки».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Сталин Иоcиф Виссарионович (1879-1953) — советский политический и государственный деятель. …«Отец умирал страшно и трудно, — свидетельствует дочь Сталина, стоявшая в эти минуты рядом с отцом. — И это была первая — и единственная пока что — смерть, которую я видела. Бог дает легкую смерть праведникам… Кровоизлияние в мозг распространяется постепенно на все центры, и при здоровом и сильном сердце оно медленно захватывает центры дыхания, и человек умирает от удушья. Дыхание все учащалось и учащалось. Последние двенадцать часов уже было ясно, что кислородное голодание увеличивалось. Лицо потемнело и изменилось, постепенно его черты становились неузнаваемыми, губы почернели. Последние час или два человек просто медленно задыхался. Агония была страшной. Она душила его у всех на глазах. В какой-то момент — не знаю, так ли на самом деле, но так казалось, — очевидно, в последнюю уже минуту, он вдруг открыл глаза и обвел ими всех, кто стоял вокруг. Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью и перед незнакомыми лицами врачей, склонившихся над ним. Взгляд этот обошел всех в какую-то долю минуты. И тут — это было непонятно и страшно, я до сих пор не понимаю, но не могу забыть — тут он поднял вдруг кверху левую руку (которая двигалась) и не то указал ею куда-то наверх, не то погрозил всем нам. Жест был непонятен, но угрожающ, и неизвестно к кому и к чему он относился… В следующий момент душа, сделав последнее усилие, вырвалась из тела».

Есть описанные случаи, когда умирающий за день-два до смерти находился в агонии и гневе, а перед самой смертью в состоянии отрешения и покоя.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Пилсудский Юзеф (1867-1935) — польский политический и военный деятель, маршал. Состояние маршала оставалось тяжелым, и лишь дважды наблюдалось некоторое улучшение. Однако это были только иллюзии. Большой боли маршал не ощущал…. Наступило 10 мая. Маршал начал впадать в полуобморочное состояние, то кому-то грозил, то на кого-то кричал, гневался, то его снова охватывала жалость. …Протекали часы, а из угловой комнаты все еще доносился голос маршала. …Когда вечером я начал вслушиваться в уже бессвязную путаницу слов маршала, я заметил, что в их хаосе все время выделялись слова: «Лаваль, я должен, Россия». «Я должен, должен…» — повторял он с твердостью и раздражением. Я догадывался, что маршал имеет в виду несостоявшуюся встречу с министром иностранных дел поехать в Москву… Ночь с 10 на 11 мая была тяжелой. Успокоительный сон не появлялся. Маршал постоянно просыпался, бредил, говорил повышенным тоном, то звал адъютантов, то снова выгонял их, хотел пить, а, получив напиток, не хотел его даже пригубить; то просил усадить его в больничную коляску, то снова уложить в постель, жаловался на неудобные подушки и снова начинал страшно сердиться на что-то, о чем мы не могли догадаться…. День родился и, наконец, появился в полном свете, а в угловой бледная тень маршала все металась бессильно в постели. 11 мая. Уже раньше к пани обращался генерал Венява-Длугошовский, хотел чем-либо быть полезным, что-то сделать для Коменданта. … «Посижу, — говорил он, -порассказываю анекдоты, — может быть, он хотя бы на минутку и забудет о болезни». … Когда он пришел, я пригласил его в комнату … Маршал лежал на тележке. Был гораздо спокойнее, чем ночью и утром. Только днем он выглядел еще более осунувшимся, и это угнетало. «Пан Маршал, пришел Венява, может ли он войти?». Маршал смотрел на меня невидящим взглядом и ничего не отвечал. Я снова спросил. В глазах Маршала вспыхнула какая-то искорка, а на губах появилась бледная, слабая улыбка. «Венява…», — прошептал он. Мне показалось этого достаточно, чтобы привести Веняву. Вид изменившегося лица Маршала, по-видимому, произвел на генерала Веняву потрясающее впечатление, поскольку вместо того, чтобы рассказывать веселые истории, он молча застыл на месте, поглядывая с ужасом на тень своего Коменданта. …Какую-то минуту Маршал смотрел на него, как на чужого. Я думал, что, может быть, он его уже не узнает. Но нет… Скоро его лицо прояснилось. «Венява…» Генерал уже опомнился. Щелкнули каблуки. Оживилось лицо. «Слушаю, Комендант». Тем временем неожиданно Маршал задумался. …Генерал Венява начал что-то рассказывать. Маршал лежал неподвижно и только время от времени улыбался. В какой-то момент его голова съехала в сторону, поднял подушку, поправил на ней голову. Маршал посмотрел на меня и сказал: «Дорогое дитя…». Это были последние слова, с которыми обратился ко мне Маршал Пилсудский».

= О случаях внезапной смерти и бессознательного состояния перед смертью

Есть и другое предсмертное состояние, например, бессознательное. Такое состояние часто бывает в случаях, когда с человеком случается, например, инсульт, или другая внезапная болезнь, но при этом человек остается еще живым, но без сознания. И тогда такая смерть относится к внезапной смерти, при которой человек не подозревает, что может скоро умереть, а, значит, при такой смерти нет душевных видимых состояний подобных тем, о которых мы говорили в первом разделе или выше, и не может идти речь о предсмертном покое. Далее приведем типичные примеры такой смерти, когда по обстоятельствам она была внезапной, но человек умирал несколько дней. Умирающие могли не приходить в сознание, а могли приходить, но при этом ничего не говорить и практически ни на что не реагировать.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: 1. «Модильяни Амедсо (1884-1920) — итальянский скульптор и живописец. 22 января Модильяни, потерявшего сознание, перевезли в больницу для бедных. Через двое суток, так и не приходя в себя, около 9 часов вечера художник скончался».

2. «Суслов М. А. (1902-1982) — советский партийный деятель, начинавший свою карьеру еще во времена Сталина, многие годы был главным идеологом КПСС, вторым человеком в государстве. …Он был стар, у него были поражены атеросклерозом сосуды сердца и мозга, ему нельзя было не только много работать, но и волноваться. Однако невозможно быть на столь высоком посту, который занимал Суслов, и не волноваться, не вступать в конфликты, не получать неприятные известия. После одного внешне спокойного, но крайне резкого по существу разговора, у Суслова повысилось кровяное давление и возникло острое нарушение кровообращения в сосудах мозга. Он потерял сознание и через несколько дней скончался…».

3. «Вернадский В. И. (1863-1945) — русский ученый, создатель учения о ноосфере. Утром 25 декабря 1944 г. Вернадский собрался завтракать и, позвав свою жену Прасковью Кирилловну, спросил, готов ли кофе. Жена ушла на кухню, затем вернулась с салфеткой, чтобы застелить на краю стола. Вернадский резко поднялся из-за стола, чтобы не мешать жене, и тотчас же пошатнулся, не смог удержать равновесие и упал. У него отнялась речь, язык не действовал — произошло кровоизлияние в мозг. Когда-то то же самое случилось с отцом Вернадского, и ученый всю жизнь боялся повторить его судьбу. Но именно это и случилось. Вернадскому было суждено прожить еще 13 дней. Вскоре после излияния крови ученый потерял сознание. Так, не приходя в сознание, он и умер в 17 часов 6 января 1945 г.».

4. «Нахимов Павел Степанович (1802-1855) – русский флотоводец, адмирал…. Штуцерная пуля ударила в лицо (адмирала П.С. Нахимова), пробила череп и вышла у затылка. Он уже не приходил в сознание. Его перенесли на квартиру. Прошли день, ночь, снова наступил день. Лучшие наличные медицинские силы собрались у постели. Он изредка открывал глаза, но смотрел неподвижно и молчал. Наступила последняя ночь, потом утро 30 июня 1855 года. …Вот показание одного из допущенных к одру умирающего (Нахимова): «Войдя в комнату, где лежал адмирал, я нашел у него докторов, тех же, что оставил ночью, и прусского лейб-медика, приехавшего посмотреть на действие своего лекарства. Усов и барон Крюденер снимали портрет: больной дышал и по временам открывал глаза. Но около 11 часов дыхание сделалось вдруг сильнее: в комнате воцарилось молчание. Доктора подошли к кровати. «Вот наступает смерть», — громко и внятно сказал Соколов… Последние минуты Павла Степановича оканчивались. Больной потянулся в первый раз, и дыхание сделалось реже… После нескольких вздохов снова вытянулся и медленно вздохнул… Умирающий сделал еще конвульсивное движение, еще вздохнул три раза, и никто из присутствующих не заметил его последнего вздоха. Но прошло несколько тяжких мгновений: все взялись за часы, и когда Соколов громко проговорил: «Скончался», было 11 часов 7 минут…»».

Также известно множество случаев, когда люди тихо умирали во сне.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Чаплин Чарлз Спенсер (1889-1977) — американский актер, сценарист и кинорежиссер …В предрассветный час Рождества 1977 года, Чарлз Чаплин тихо скончался во сне».

И конечно, в этом случае также не может идти речь об осознанных предсмертных состояниях.

Но если человек понимал, что скоро умрет, и терял сознание прямо перед смертью, то в таких случаях можно говорить о предсмертных состояниях души.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Достоевский Федор Михайлович (1821-1881) русский писатель. «Я (жена Достоевского) весь день ни на минуту не отходила от мужа; он держал мою руку в своей и шепотом говорил: «Бедная… дорогая… с чем я тебя оставляю… бедная как тебе тяжело будет жить!..» Несколько раз он шептал: «Зови детей». Я звала, муж протягивал им губы, они целовали его и, по приказанию доктора, тотчас уходили, а Федор Михайлович провожал их печальным взором. Часа за два до кончины, когда пришли на его зов дети, Федор Михайлович велел отдать Евангелие своему сыну Феде… Около семи часов у нас собралось много народу в гостиной и в столовой и ждали Кошлакова, который около этого часа посещал нас. Вдруг без всякой видимой причины Федор Михайлович вздрогнул, слегка поднялся на диване, и полоска крови вновь окрасила его лицо. Мы стали давать Федору Михайловичу кусочки льда, но кровотечение не прекращалось… Федор Михайлович был без сознания, дети и я стояли на коленях у его изголовья и плакали, изо всех сил удерживаясь от громких рыданий, так как доктор предупредил, что последнее чувство, оставляющее человека, это слух, и всякое нарушение тишины может замедлить агонию и продлить страдания умирающего. Я держала руку мужа в своей руке и чувствовала, что пульс его бьется все слабее и слабее. В восемь часов тридцать восемь минут вечера Федор Михайлович отошел в вечность».

На этом мы закончим приводить примеры различных свидетельств и перейдем к вопросу о возможных причинах спокойной смерти.

1.2.1.2. Предсмертный телесный покой от естественных факторов

Что касается вопроса о естественных физиологических, или телесных, факторах, влияющих на спокойные состояния перед смертью, то тем читателям, которые желают подробно разобраться в процессе умирания организма, стоит обратиться к медицинским источникам, т.к. темой наших бесед является не физиологические законы, а душевные состояния.

Мы же приведем некоторые видимые особенности процесса умирания: так, смерть может наступить, когда человек находится в бессознательном состоянии, или перед смертью может возникнуть облегчение телесных страданий, а может быть и так, что умирающий чувствует сильные боли до последних минут жизни. Конечно, в последнем случае не может идти речи о предсмертном покое.

(Для того чтобы при рассмотрении этого вопроса не повторяться, в этом разделе будут даваться ссылки на выше пройденный материал) 

= Покой, как свойство последней стадии процесса умирания

Что касается вопроса о том, мучительна ли смерть по своей природе, то об этом мы уже говорили ранее в первом разделе: «Сам момент смерти подобен засыпанию, но может быть подобен извержению». Напомним, что в момент разлучения души и тела, длящийся секунды, происходит естественный покой похожий на засыпание, при котором теряется ощущение тела.

Размышления христианина, посвященные Ангелу-Хранителю… (день 30): «Что такое смерть? Это минута, в которую Ангел-хранитель разрешает узы плоти, как бы стены темницы, и, освободив душу из плена, говорит ей: время настало, гляди на небо!»

Платон митр. Московский (т.1, Слово в день Успения Пресвятой Богородицы): «Так же сон часто на нас нечаянно находит, так что частицу ту времени, в которую засыпаем, обстоятельно приметить не можем: так часто смертный человек в то время умирает, в которое ни мало о смерти не помышляет, и скорее, нежели как бы думал, душа его из телесного жилища вылетает, так что ни он сам, ни предстоящие то приметить не могут».

А сейчас приведем еще одно учение о естественном процессе умирания.

Иннокентий Херсонский (Лекция 3): «…промысл (Божий) сделал, что и раздвоение нашего существа не слишком тягост­но для нас. Смерть праведников тиха,она по справедливости для них есть успение, и только смерть грешников «люта».Смерть по натуре своей не трудна…. Если посмотреть на это ближе, то можно еще спросить: смерть ли собственно мучительна или предшествующая ей болезнь? Есть причины, заставляющие ду­мать, что самая смерть соединена с чувством приятным. Во всяком случае, когда смерти предшествует болезнь, она, как конец болезни, есть перемена приятная. Здесь сказать должно то же, что сказал Спаситель о первом рождении: «Женщина, когда рождает, терпит скорбь, потому что пришел час ее; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир» (Ин.16,21), верно и за сим рождением сле­дует такая же радость».

Итак, состояние покоя при разлучении души и тела можно отнести к естественному свойству смерти, и понятно, что само по себе это свойство не имеет никакого значения для будущей участи души, а говорит только о том, что не следует бояться естественного процесса умирания.

= Перед смертью может происходить облегчение телесных страданий

Как отмечают современные исследователи, незадолго до смерти у многих людей наступает состояние отрешения.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Смирение и декатексис (постепенное отрешение) являются сигналом близкого конца, что не раз позволяло нам предсказать смерть пациента в такой момент, когда к этому не было или почти не было никаких медицинских предпосылок. Пациент отзывается на внутренние сигналы, которые сообщают ему о надвигающейся смерти. …В жизни пациента наступает время, когда боль прекращается, разум переключается в состояние без сна и без образов, потребность в пище падает до минимума и осознание окружающего мира почти исчезает во мраке».

Часто происходит и так, что у умирающего наступает облегчение телесных страданий.

Интернет – источник: «Нам известно, что умиранию предшествует страдание. Рак за короткое время метастазирует по всему организму и на последних стадиях приносит муки, боль, которую не всегда удается облегчить даже с помощью наркотиков. Сильные сердечные приступы сопровождаются резкой болью в грудной клетке, отдающей в руки. Погибающие в результате несчастных случаев страдают от переломов костей, контузий, ожогов. Но (исследователи)… обнаружили, что как раз перед смертью страдание уступает место спокойствию. По словам доктора … «кажется, от пациента исходит гармония и тишина»».

Жития Святых Феодосия Черниговского (Свят. Филарет, Митр. Московский, 19 ноября): «За два дня до исхода святитель (Филарет) почувствовал себя бодрее обыкновенного и сам разгадал причину внезапно наступившего улучшения: «Перед кончиной, — сказал он, — старые люди всегда чувствуют себя свежее и легче»».

Причем, некоторые больные считают такое облегчение телесных страданий началом выздоровления, а некоторые понимают, что вот-вот умрут.

Интернет – источник: «Семидесятилетний больной страдал от рака в далеко зашедшей форме. Он испытывал сильные боли, не дававшие ему передышки и вызывавшие бессонницу. Однажды, после того как ему удалось немного поспать, он проснулся с улыбкой, казалось, его вдруг покинули все телесные страдания и муки, и он независим, спокоен и умиротворен. Последние шесть часов пациент получал только небольшие дозы фенобарбитала, относительно слабого болеутоляющего. Он попрощался со всеми, с каждым отдельно, чего никогда до тех пор не делал, и сказал нам, что собирается умереть. Минут десять он был в полном сознании, затем впал в бессознательное состояние и мирно скончался через несколько минут».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Мирабо Оноре Габриэль Рикети и (1749-1791) — граф, деятель Великой французской революции, народный трибун. …День и вечер 1 апреля Мирабо страдал от всё нараставшей боли, никакие лекарства не могли ее снять. Мирабо мучился всю ночь 2 апреля и только утром почувствовал некоторое облегчение. Невероятным усилием он подтянулся на руках наверх, устроился поудобнее на подушках и после оказавшегося трудным напряжения глубоко вздохнул. Его последними словами были: «Спать, спать, спать…» Он закрыл глаза и почти сразу же заснул, — заснул, чтобы никогда больше не пробуждаться».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Шиллер Фридрих (1759-1805) — немецкий драматург и поэт. В 1805 г. …7 мая Шиллера навестила К…, и он еще нашел в себе силы вести с ней разговор о природе трагического в искусстве. На другой день он почувствовал себя совсем худо. В какой-то момент показалось, что ему стало легче — он вдруг попросил перо и бумагу, чтобы писать. Просимое принесли, но Шиллер смог только с трудом написать первые три буквы. Раздраженный, он крикнул «нафта» (светильное масло) и вслед за тем судорожно вздохнул в последний раз».

В следующем примере говорится об улучшении состояния больного перед клинической смертью, но его вполне можно применить и к случаям смерти.

К. Икскуль. Невероятное для многих, но истинное происшествие (Троицкий листок № 58, Сергиев Посад, 1910 г.): «(Во время тяжелой болезни воспаления легких) в одну ночь мне было особенно плохо: я метался от жара и дыхание было крайне затруднено, но к утру мне вдруг сделалось легче настолько, что я мог даже заснуть. Проснувшись, первою моею мыслью при воспоминании о ночных страданиях было: «Вот это, вероятно, и был перелом. Авось уж теперь конец и этим придушиваниям, и этому несносному жару». …Я чувствовал себя настолько лучше сравнительно с предыдущими днями и поэтому так далек был мыслью от всего печального, что никакие аксессуары, должно быть, не способны были навести меня на догадки о моем действительном положении; даже появление важного чужого доктора я объяснил себе как ревизию или что-нибудь в этом роде, никак не подозревая, что он вызван был специально для меня, что мое положение требовало консилиума. Последний вопрос я задал таким непринужденным и веселым тоном, что, вероятно, ни у кого из моих врачей не хватило духа хотя бы намеком дать понять мне надвигавшуюся катастрофу. Да и правда, как сказать человеку полному радостных надежд, что ему, быть может, остается всего несколько часов жить! «Теперь-то и надо похлопотать около вас», – неопределенно ответил мне доктор. Но я и этот ответ понял в желаемом смысле, то есть что теперь, когда наступил перелом, когда сила недуга ослабевает, вероятно, и должно, и удобнее приложить все средства, чтобы окончательно выдворить болезнь и помочь восстановиться всему, что было поражено ею. Помню, часов около четырех я почувствовал как бы легкий озноб и, желая согреться, плотно увернулся в одеяло, и лег было в постель, но мне вдруг сделалось очень дурно. Я позвал фельдшера, он подошел, поднял меня с подушки и подал мешок с кислородом. Где-то прозвенел звонок, и через несколько минут в мою палату торопливо вошел старший фельдшер, а затем один за другим и оба наши врача. В другое время такое необычайное сборище всего медицинского персонала и быстрота, с какою собрался он, несомненно, удивили и смутили бы меня, но теперь я отнесся к этому совершенно равнодушно, словно оно и не касалось меня. Странная перемена произошла вдруг в моем настроении! За минуту перед тем жизнерадостный, я теперь, хотя и видел и отлично понимал все, что происходило вокруг меня, но ко всему этому у меня вдруг явилась такая непостижимая безучастность, такая отчужденность, какая, думается, совсем даже и не свойственна живому существу. Все мое внимание сосредоточилось на мне же самом, но и здесь была удивительно своеобразная особенность, какая-то раздвоенность: я вполне ясно и определенно чувствовал и сознавал себя и в то же время относился к себе же настолько безучастно, что, казалось, будто даже утерял способность физических ощущений. Я видел, например, как доктор протягивал руку и брал меня за пульс, я и видел, и понимал, что он делал, но прикосновения его не чувствовал. Я видел и понимал, что доктора, приподняв меня, все что-то делали и хлопотали над моей спиною, с которой, вероятно, начался у меня отек, но что делали они – я ничего не чувствовал, и не потому, что в самом деле лишился способности ощущать, но потому, что меня нисколько не интересовало это, потому что, уйдя куда-то глубоко внутрь себя, я не прислушивался и не следил за тем, что делали они со мной. Во мне как бы вдруг обнаружились два существа: одно – крывшееся где-то глубоко и главнейшее, другое – внешнее и, очевидно, менее значительное; и вот теперь словно связывавший их состав выгорел или расплавился и они расстались, и сильнейшее чувствовалось мною ярко, определенно, а слабейшее стало безразличным. Это слабейшее было мое тело. Могу представить себе, как, быть может, всего несколько дней тому назад был бы поражен я открытием в себе этого неведомого мною дотоле внутреннего моего существа и сознанием его превосходства над тою, другою моею половиной, которая, по моим понятиям, и составляла всего человека, но которой теперь я почти и не замечал. Удивительно было это состояние: жить, видеть, слышать, понимать все и в то же время как бы и не видеть, и не понимать ничего, такую чувствовать ко всему отчужденность. Вот доктор задал мне вопрос; я слышу и понимаю, что он спрашивает, но ответа не даю, не даю потому, что мне незачем говорить с ним. А ведь он хлопочет и беспокоится обо мне же, но о той половине моего «я», которая утратила теперь всякое значение для меня, до которой мне нет никакого дела. Но вдруг она заявила о себе, и как резко и необычайно заявила! Я вдруг почувствовал, что меня с неудержимой силой потянуло куда-то вниз…».

= О телесных мучениях до самой смерти

Также отметим, что есть много случаев, когда телесные мучения продолжались до последних минут жизни. Причем иногда человек может находиться в сознании, а иногда – нет.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Петр I (1672-1725) — российский император. …В середине января 1725 года приступы уремии участились, а затем стали просто ужасными. Нарушение функций почек привело к накоплению в крови азотистых шлаков, к закупорке мочевыводящих путей. По свидетельству современников, несколько дней Петр кричал так громко, что было слышно далеко вокруг. Затем боль стала столь сильной, что царь только глухо стонал, кусая подушку. Скончался Петр 28 января 1725 года в страшных мучениях».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Ленин В. И. (1870-1924) — русский революционер, глава партии коммунистов и первого правительства СССР. …Последние сутки Ленина один из лечивших его врачей, профессор В.Осипов описывает так: «…В шесть часов недомогание усилилось, утратилось сознание, и появились судорожные движения в руках и ногах, особенно в правой стороне. Правые конечности были напряжены до того, что нельзя было согнуть ногу в колене, судороги были также и в левой стороне тела. Этот припадок сопровождался резким учащением дыхания и сердечной деятельности. Число дыханий поднялось до 36, а число сердечных сокращений достигло 120-130 в минуту, и появился один очень угрожающий симптом, который заключается в нарушении правильности дыхательного ритма (типа чейн-стокса), это мозговой тип дыхания, очень опасный, почти всегда указывающий на приближение рокового конца. Конечно, морфий, камфора и все, что могло понадобиться, было приготовлено. Через некоторое время дыхание выровнялось, число дыханий понизилось до 26, а пульс до 90 и был хорошего наполнения. В это время мы измерили температуру — термометр показал 42,3 – непрерывное судорожное состояние привело к такому резкому повышению температуры; ртуть поднялась настолько, что дальше в термометре не было места. Судорожное состояние начало ослабевать, и мы уже начали питать некоторую надежду, что припадок закончится благополучно, но ровно в 6 час. 50 мин. вдруг наступил резкий прилив крови к лицу, лицо покраснело до багрового цвета, затем последовал глубокий вздох и моментальная смерть. Было применено искусственное дыхание, которое продолжалось 25 минут, но оно ни к каким положительным результатам не привело. Смерть наступила от паралича дыхания и сердца, центры которых находятся в продолговатом мозгу».

Но, как было сказано, такие факты смерти, говорящие о телесных состояниях, не совсем относятся к нашей теме, т.к. нас более интересует душевные состояния человека перед смертью.

1.2.1.3. Причины предсмертного покоя, происходящие от естественных состояний души 

Кратко разобрав причины спокойной смерти, связанные с естественными телесными факторами, перейдем к вопросу о покое, связанном с душою. 

= Естественный покой души от чувства бессмертия 

Как видим, очень многие люди, несмотря на их веру в Бога и отношение к смерти, в моменты перед самой смертью ощущали душевный покой. Почему же душа естественным образом становилась спокойной, когда, например, человек до этого совсем не хотел умирать или не верил в бессмертие? Ответ один: т.к. такое состояние происходило независимо от воли умирающего или его веры, то оно относится к свойствам души и является свойством естественного закона, данного Богом. Кратко рассмотрим этот вопрос.

Т.к. человек есть образ Божий, то душа обладает определенными свойствами.

Анастасий Синаит (Три слова об устроении человека…, сл.3): «…поскольку душа произошла и рождена от Самого приснодвижного Бога, посредством уст и вдыхания Его, то и она — приснодвижна и, по сравнению со всей прочей тва­рью, одна только есть и называется (сотворенной) по обра­зу и по подобию Божию, ибо обладает в самой себе, по бла­годати и отпечатлительно, свойствами Божиего естества. Я имею в виду непостижимость, незримость, нетелесность, бес­форменность, чистоту, бессмертие, вечность, нетленность, са­мовластность, безгрешность, животворность, мудрость, ду­ховность, зиждительность».

Максим Грек (Нравоучительные сочинения, слово 1): «…ты (душа) создана бессмертною, разумною и вечно нетленною, и, будучи образом Божиим, носишь в себе познание свойств своего Первообраза…. Украсил тебя Господь такими божественными дарованиями: бессмертием, умом, даром слова, разумом и сво­бодной волей, и страхом мучений отводит тебя от зла».

Как видим, бессмертие относится к свойству души и этот дар есть у каждого человека.

Иннокентий Херсонский (Мысли о бессмертии): «Есть ли в человеке чувство своего бессмертия?.. Должно быть. Как су­щество, предназначенное к бессмертию, человек по этому самому не может не иметь предчувствия об этом; и действительно, нет человека, который в известные минуты жизни не ощущал в себе того, что превыше смерти».

Иннокентий Херсонский (Лекция 1): «Бессмертие есть существенное свойство души. Следовательно, со­знавая чисто душу, мы не можем не сознавать и бессмертия, этого неотъемле­мого ее качества. Если нет сознания бессмертия, то нет и полного сознания духа».

Конечно, это чувство бессмертие у разных людей находится в разном состоянии: оно может быть живым (как у христиан, верующих в бессмертие), искаженным (как у тех, кто верит в реинкарнацию) и, так сказать, спящим (как у неверующих в бессмертие). Но во время разлучения души и тела (когда душа, по естественному для нее закону, выходит из тела, получает свободу от него и возвращается в родной для нее духовный мир) знания и чувства души оживают независимо от состояния души и чувства бессмертия при жизни человека, и это дает такой покой.

Феофан Затворник (Письма о разных предметах веры и жизни, п.7): «…не печатлеется ли в душе, разлучающейся с телом, особое некое удо­стоверение, что это разлучение, поставляющее ее в неестественное для нее положение, только на время и что по прошествии этого времени она опять соединится со своим телом. Ибо, по Апос­толу, мы «не хотим совлечься, но облечься», так, однако же, чтобы «смертное» (тело) «поглощено было жизнью» (ср.: 2Кор. 5, 4)».

(О чувстве бессмертия мы еще будем говорить в следующих разделах, а тем, кто желает узнать о нем уже сейчас, рекомендуем прочесть, например, творения Иннокентия Херсонского «Мысли о бессмертии» и «Лекции» или Августина Блаженного «О бессмертии души») 

= Естественный покой души, как итог покорности перед неизбежностью 

Наравне с естественным законом разлучения души и тела и оживлением чувства бессмертия перед самой смертью, есть душевные состояния покоя, которые происходят от реакции души на обстоятельства.

Как было видно из вышеприведенных примеров, при смерти людей часто бывает, что они умирают в сознании, и душа их спокойна. Так, душевный покой может происходить оттого, что в какой-то момент человек уже отчетливо понимает, что он умрет, и ему, как говорят:

Иннокентий Херсонский (Беседы на Св. Четыредесятницу о смерти): «…остается только покориться необходимости и заплатить дань природе».

Вообще, некоторые современные исследователи определили пять этапов происходящих в тех случаях, когда человеку сообщают о его смертельной болезни: 1.отрицание и изоляция, 2. гнев, 3. торговля, 4. депрессия, 5. смирение. (Эти исследования будут приведены позже, в теме о приготовлении к смерти перед смертью) И как видим из перечня этих этапов, смирение, т.е. успокоенность, является последним. Вот как его описывают исследователи:

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Если в распоряжении пациента достаточно много времени (то есть речь не идет о внезапной и неожиданной смерти) и ему помогают преодолеть описанные выше этапы, он достигнет той стадии, когда депрессия и гнев на «злой рок» отступают. Он уже выплеснул все прежние чувства: зависть к здоровым людям и раздражение теми, чей конец наступит еще не скоро. Он перестал оплакивать неминуемую утрату любимых людей и вещей и теперь начинает размышлять о грядущей смерти с определенной долей спокойного ожидания. Больной чувствует усталость и, в большинстве случаев, физическую слабость. Кроме того, у него появляется потребность в дремоте, частом сне через короткие интервалы времени, но эта сонливость отличается от длительного сна в период депрессии. Это не тот сон, который означает попытку побега от действительности или отдыха от болей, неудобств или зуда. Такая постепенно усиливающаяся потребность во сне во многом похожа на младенческую, только она развивается в обратном порядке. Это не безропотная и безусловная капитуляция, не настроение полной безнадежности («А какой в этом смысл?») или моральной усталости («Я уже не в силах с этим бороться»), хотя мы часто слышим и такие объяснения. Конечно, это указывает на то, что сопротивление начало ослабевать, но даже капитуляция сама по себе — это еще не смирение. Смирение не следует считать этапом радости. Оно почти лишено чувств, как будто боль ушла, борьба закончена и наступает время «последней передышки перед дальней дорогой», как выразился один из наших пациентов. Кроме того, в это время помощь, понимание и поддержка больше нужны семье больного, чем самому пациенту. Когда умирающий отчасти обретает покой и покорность, круг его интересов резко сужается. Он хочет оставаться в одиночестве — во всяком случае, уже не желает вторжения новостей и проблем внешнего мира. Посетителей он часто встречает без радушия и вообще становится менее разговорчивым; нередко просит ограничить число посетителей и предпочитает короткие встречи. Именно на этом этапе он перестает включать телевизор. Наше общение все меньше нуждается в словах: пациент может просто жестом предложить нам немного посидеть рядом. Чаще всего он только протягивает нам руку и просит посидеть молча. … Некоторые пациенты сражаются до самого конца, упорствуют, таят надежду, которая мешает им достичь этапа смирения. Именно они рано или поздно признаются: «Я больше не в силах это выдержать», и в тот день, когда они прекращают сопротивление, схватка заканчивается. Иными словами, чем яростнее они противятся неизбежной смерти, чем дольше пытаются отрицать ее, тем труднее им достичь окончательной стадии смирения, покоя и величия. … Один тип пациентов приходит к смирению с минимальной помощью извне, или даже без таковой; требуется лишь молчаливое выслушивание, без какого-либо вмешательства. Это — пожилые пациенты, понимающие, что жизнь свою они уже прожили, свое отработали и отстрадали, детей подняли — словом, свою задачу выполнили. Оглядываясь на прожитые трудовые годы, они видят смысл своей жизни и ощущают определенное удовлетворение. Пациентам другого типа гораздо тяжелее, но и они могут достичь описанного состояния души и тела, если уделить им достаточное внимание и помочь приготовиться к смерти. Они больше нуждаются в помощи и понимании со стороны окружающих в течение всех предыдущих стадий борьбы. Большинство наших пациентов умирали на стадии смирения, не испытывая страха и отчаяния …».

Также у человека может быть бравадный предсмертный покой или радость.

Платон митр. Московский (т.1, Слово в день Успения Пресвятой Богородицы): «Цицерон, в книге о старости, написал: «смерть мне так приятна, что чем я более к ней приближаюсь, тем более оказывается, что я с волнующегося моря усматриваю землю, и некогда к пристанищу, по долгом плавании, пристану». Но сие в язычнике происходило от смелого и хвастливого более, нежели от основательного уверения».

= Естественный покой или от незнания точного часа своей смерти, или от надежды выздороветь

В вышеприведенных примерах было видно, что душевный покой при смерти может происходить и оттого, что хотя человек и понимает, что может скоро умереть, но не понимает, что именно в сию минуту произойдет его последний вдох. Так происходит и при засыпании и при потере сознания, и это соответствует следующей истине:

Дмитрий Ростовский (Слово на поминовение И.С. Грибоедова…): «…как нет ничего в жизни нашей известнее смерти, так нет ничего неизвестнее часа смертного. Мы знаем, что умрем, но не знаем, когда умрем: сегодня или завтра, рано или поздно, днем или ночью».

Также покой может быть и оттого, что человек не верит, что умирает и надеется жить дальше.

Иннокентий Херсонский (Слово в Великий Вторник): «…сколько ни видели мы умирающих, никогда почти не видали таких, которые предварительно были бы уверены, что им должно наконец расстаться с жизнью. Многие, напротив, за несколько часов и минут до смерти, все еще предавались мыслям о земном, думали жить, не оставляли помыслов о таких делах и о предприятиях, для которых нужны силы и жизнь продолжительная. Так умирают юные; так нередко умирают самые старцы: можете судить по этому, в каком виде эти несчастные души являются пред своим небесным Женихом, и что постигает их на вечери брачной!..».

Приведем еще примеры о том, что умирающие были спокойны, надеясь, что не умрут скоро. Особенно это происходило, когда больному становилось лучше (об этом факте мы уже говорили выше).

А.П. Лаврин «1001 смерть»: 1. «Мусоргский М. П. (1839-1881) — русский композитор, член «Могучей кучки» …Музыкальный критик Михаил Иванов писал в некрологе: «…Смерть Мусоргского явилась неожиданною для всех… Его организм был так крепок, что о серьезной опасности вряд ли можно было думать. Врагом Мусоргского была несчастная склонность (к употреблению спиртных напитков. — АЛ.), погубившая стольких даровитых русских людей. Эта пагубная страсть крепко держала его: она и довела его до могилы вместе с артистическими занятиями, всегда обусловливающими более или менее неправильную жизнь и, сверх того, усиленно действующими и на нервную систему. Мусоргский заболел, приблизительно, около месяца назад… Болезнь его была весьма сложная. …Сделалось ясно, что рассчитывать на выздоровление более уже было невозможно. Руки и ноги его были парализованы. При других условиях и это бы еще не представляло большой важности, но при совокупности его недугов эти симптомы предвещали конец. Два последние дня жизни Мусоргского собственно были для него продолжительной агонией. Паралич все более и более захватывал его дыхательные органы: он дышал с трудом, все жалуясь на недостаток воздуха. Умственные силы, однако, не оставляли его до последней минуты. В субботу положение его было безнадежно. Но сам он не хотел верить в близость своей кончины. Когда зашла речь, каким образом оформить передачу г. Т.Филиппову (одному из людей, близких к Мусоргскому) права собственности на сочинения Мусоргского, то друзья его, ввиду его мнительности, даже затруднялись устроить дело так, чтобы оно не повлияло на больного. Равно боялись они, чтобы как-нибудь не попались ему на глаза номера тех газет, предупредительно заявлявших о безнадежности его положения, об его агонии. Мусоргский даже и в эти последние два дня заставлял себя читать газеты или приказывал держать их перед собою, чтобы быть в состоянии читать их самому. В воскресенье ему сделалось лучше. Облегчение было временное и обусловлено разными подкрепляющими, прописанными ему средствами, но он обрадовался, и надежда снова проснулась в его сердце. Он уже мечтал поехать в Крым, в Константинополь. Весело рассказывал он разные анекдоты, припоминая события своей жизни. Он требовал непременно, чтобы его посадили в кресло. «Надо же быть вежливым, — говорил он, — меня навещают дамы; что же подумают обо мне?» Это оживление ободрило отчасти и друзей, но оно было последней вспышкой умирающего организма: ночь на понедельник он провел по обыкновению — ни худо, ни хорошо; в пять часов утра жизнь его отлетела. При нем не было никого, кроме двух фельдшеров. Они рассказывают, что раза два он сильно вскрикнул, а через четверть часа было все кончено…».

2. «Перед смертью (Иван) Грозный (1530-1584) выглядел дряхлым стариком, хотя ему было только 53 года. В последний год он уже не мог сам ходить — его носили. Ряд современников Грозного считает, что царя отравили. …Вот как описывает смерть Грозного историк Н.Костомаров: «В начале 1584 года открылась у него страшная болезнь; какое-то гниение внутри; от него исходил отвратительный запах. Иноземные врачи расточали над ним свое искусство; по монастырям раздавались обильные милостыни, по церквам велено молиться за больного царя, и в то же время суеверный Иван приглашал к себе знахарей и знахарок. Их привозили из далекого севера; какие-то волхвы предрекли ему, как говорят, день смерти… Иван то падал духом, молился, приказывал кормить нищих и пленных, выпускал из темниц заключенных, то опять порывался к прежней необузданности… Ему казалось, что его околдовали, потом он воображал, что это колдовство было уже уничтожено другими средствами. Он то собирался умирать, то с уверенностью говорил, что будет жив. Между тем тело его покрывалось волдырями и ранами. Вонь от него становилась невыносимее. Наступило 17 марта. Около третьего часа царь отправился в приготовленную ему баню, мылся с большим удовольствием; там его тешили песнями. После бани царь чувствовал себя свежее. Его усадили на постели; сверх белья на нем был широкий халат. Он велел подать шахматы, сам стал расставлять их, никак не мог поставить шахматного короля на свое место и в это время упал (и умер)».

3. «Тарковский А.А. (1932-1986) — русский кинорежиссер. …«Он верил в то, что он выздоровеет, — говорит Лариса Тарковская. – Он почему-то верил, что Бог ему поможет. Особенно воспрял он духом, когда приехал сын… Андрей работал до последнего дня, сохраняя абсолютно ясный ум. Заключительную главу книги он закончил за 9 дней до смерти! Последние дни он принимал для обезболивания морфий («Я плыву», — говорил он), но сознание было незамутнено; какая-то внутренняя энергия помогала ему всегда быть собранным. И до последнего часа он был в полном сознании… Помню, в последний день жизни он позвонил мне по телефону; я приехала к нему. Он шутил со мной, смеялся… Боялся, что я уйду. В семь часов приходила сиделка, а мне надо было идти. Я ведь не спала перед тем три месяца — необходимо было каждые три часа давать ему лекарство…». 29 декабря 1986 года Андрей Тарковский умер».

1.2.1.4. Духовные причины предсмертного покоя людей не верующих или маловерующих в Бога

Духовные причины предсмертных спокойных состояний происходят от отношения человека к смерти и от состояния его совести. В одной из следующих глав будет подробно рассмотрен вопрос об этом, а сейчас только кратко отметим о причинах возможного покоя неверующих или маловерующих людей, происходящего от их отношения к смерти.

= Покой неверующей души от своего представления о том, что есть смерть

Как было видно из примеров, приведенных ранее, некоторые явные грешники и неверующие в Бога перед смертью вдруг приходили к осознанию того, что есть Бог, ад и Суд. Но есть и такие люди, которые и перед смертью не вспоминали о Боге и т.п., и смерть для них, это, например, – прекращение существования. Они не знают об аде или не верят в него, и, как следствие, не задумываются о возможно своей страшной будущей участи.

Иоанн Златоуст (т.1, ч.2, О Лазаре): «…не имеющий упования тамошнего суда, не имеет никакой надежды, не знает ни того, что есть Бог, ни того, что Он промышляет о всем настоящем, ни того, что над всем наблюдает Божественная правда».

Душа такого умирающего будет находиться в покое, о котором страшно и подумать.

Иустин Попович (Осужденные на бессмертие): «И ни в одном мире нет существа более несчастного, чем человек, который не верует в воскресение мертвых. Лучше было бы такому человеку никогда не родиться…».

(Об этих и других отношениях к смерти разных людей будет подробно сказано в разделе об отношениях к смерти)

= Покой от духовной смерти, наступившей еще при жизни

Отцы говорят, что люди, не имеющие веры во Христа, и имеющие неправое отношение к смерти, духовно мертвы уже при жизни.

Макарий Египетский (Духовные беседы, б.30): «…как тело без души мертво и не может ничего делать, так без небесной души, без Духа Божия, и душа мертва для царства, и без Духа не может делать того, что Божие».

Дмитрий Ростовский (Проповеди и поучения, Поучение на Благовещение Пресвятой Богородицы…): «…хотя грешный человек ходит, будучи живым по телу, но душа его, не имеющая Бога, своей жизни, есть мертва. Посему-то св. Каллист, патриарх цареградский, и говорит: «Многие в живом теле имеют мертвую душу, погребенную как бы во гро­бе. Гробом является тело, а мертвецом — душа. Гроб ходит, а душа в нем бездыханна, то есть, безбожна, как не имеющая в себе Бога. Таким образом, живое тело но­сит в себе мертвую душу».

О духовной смерти уже говорилось в первом разделе: «О нежелании умирающего грешника раскаиваться», и к этому добавим: духовная смерть, которую не ощущают грешники, несет мнимый покой, или нечувствие.

Игнатий Брянчанинов (т.5, Приношение современному монашеству, гл. 50): «Состояние мнимого спокойствия святые отцы называют нечувствием, умерщвлением души, смертью ума прежде смерти тела»

О таких людях святые отцы говорят следующее:

Анатолий Оптинский (Жизнь и поучения иеросх. Анатолия (Зерцалова)): «Одни живут, как кошки, собаки, воробьи и прочие животные, — у них мрак в голове и сердце, и они, как сумасшедшие, не думают, да и не знают, и не веруют, что есть Бог, есть вечность, есть смерть и физическая, и ду­ховная! Такие и живут, и умирают, как скоты, — и еще хуже». 

= Предсмертный покой от разных состояний совести

Известно, что духовное состояние человека неразрывно связано с состоянием совести и если, например, она не укоряет или не мучает человека, то он спокоен. Но покой совести происходит от разных ее состояний, и сейчас кратко скажем о них. В первом разделе говорилось, что бывают предсмертные состояния покоя оттого, что совесть истинных христиан чиста.

Иоанн Златоуст (т.5,ч.1, Беседа на Псал.110): «… пророк и говорит: «честна пред Господом смерть преподобных Его» (Пс.115,6). …А кто имеет чистую совесть, тот по­спешает к наградам, переходит к венцу».

Иннокентий Херсонский (Слово в день Сретения Господня): «…совесть у них (праведников), будучи совершенно мирна, умиротворяла и тело, а душа, будучи свободна от тяжестей греховных, по тому самому удобно возно­силась над землею и парила к небу».

В первом разделе, а именно, в подразделах: «О покое и не страхе перед смертью из-за уверенности, что ты жил «праведно» и делал много добрых дел», «О покое и не страхе перед смертью из-за греховной надежды на человеколюбие Божие» и «О нежелании умирающего грешника раскаиваться», говорилось о различных состояниях совести, связанных с нечувствием и ложным покоем. Там же речь шла и том, что перед смертью может происходить осознание грехов и быть покаянное чувство, но были и такие примеры, когда было осознание грехов, но не было покаянного чувства. Наравне с этим, есть и еще одно состояние – не осознание своих грехов и от этого молчание совести и, конечно, не имение покаянных чувств. Это происходит по причине того, что совесть, незнающая истины и законов Божиих, успокоена своим неведением.

Игнатий Брянчанинов (Слово о смерти): «…(есть люди) жившие здесь по плоти и не вступившие ни в какое общение с Богом в час исхода своего».

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.89): «…грешники весьма часто и не думают о своем обращении и не считают себя великими грешниками, потому что самолюбие и гордость ослепляют им глаза».

От этого у человека совесть больна нечувствием и незнанием, и в этом случае она не мучит его перед смертью. Такие люди в большинстве умирают спокойно, смиряясь с тем, что они скоро умрут. И вполне понятно, что предсмертный блаженный покой истинных христиан никак не может быть сопоставим с предсмертным покоем людей, проживших жизнь в неведении, без постоянного очищения совести покаянием и т.д. Это состояние очень характерно для людей, которые мало верят в Бога и крещены, возможно, иногда заходили в храм, но не более, и для неверующих в Бога людей.

= Покой или радость от ложной уверенности, что ты уже спасен и попадешь в рай

Предсмертный покой может быть и оттого, что человек обольщен самомнением о своем спасении.

Феофилакт Болгарский (Толкование на Ев. от Матф.22, 14): «А много таких, которые, обольщаясь тщетною надеждою, думают получить царствие небесное и, думая о себе много, причисляют себя к лику возлежащих».

Еп. Иоанн Шаховской (Письма к верующим, п. Баптисту): «Слово Божие, показывая нам смирение и веру покаявшегося разбойника, не дает право думать, что этот разбойник, висевший рядом со Христом на кресте, счел себя уже спасенным. Разбойник лишь возымел веру и надежду на Христа распятого и по вере своей, по надежде своей, получил обетование, оставшись, конечно, в своих собственных глазах смиренным разбойником. Это смирение и спасло его, т.е. вызвало милость Христову и ввело его в рай. Он просил только «помянуть его» (большего не считал себя достойным), а получил райскую жизнь. Тут совсем не видно, что у разбойника появилось «сознание своего личного спасения» в том смысле, как оно понимается некоторыми верующими, в смысле стопроцентной обеспеченности себе места в раю. Наиболее обеспечен раем, мне кажется, тот христианин, который искренно считает себя недостойным рая, и, чувствуя всю свою скверну, трепещет перед святыней Божией… Грехи прощены покаявшемуся, заглажены Господом его беззакония, но источник возможности греха и самоволия еще остается в человеке, пока он живет в этом мире. Не остережется человек, и может снова вспыхнуть в нем пламя греха и опалить того, кто слишком самоуверенно считает себя уже возрожденным и обновленным. Опасность грозит ему не только от чувственных, грубых грехов: самая опасная греховность — духовная гордыня».

Об этом уже также было сказано ранее в разделах: «О покое и не страхе перед смертью из-за уверенности, что ты жил «праведно» и делал много добрых дел» и «О покое и не страхе перед смертью из-за греховной надежды на человеколюбие Божие».

А сейчас для тех, кто обольщен таким мнением, приведем поучения о том, когда же христианин удостаивается быть в Царствии Небесном: для этого он должен соблюдать заповеди Христовы, уподобляться Христу, не быть привязанным мыслями, желаниями и чувствами к земной жизни, иметь постоянное покаяние, идти по пути духовной жизни и т.п.

Симеон Новый Богослов (Слово 30): «…царство Божие приемлет только тех, которые подобны Сыну Божию. Подобие сие водворяется чрез исполнение заповедей Божиих; исполнение заповедей бывает от любви ко Христу, как говорит Сам Он: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди». …Царство Божие не отверзается для того христианина, в коем не вообразился Христос. Итак, христианин, который не творит воли Христовой, пусть не обманывает себя и не думает, будто имеет часть со Христом, ибо Сам Христос говорит: «Не всякий, говорящий Мне: `Господи! Господи!’, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного» (Мф.7:21)». 

Ефрем Сирин (О покаянии, о будущем Суде…): «Царство Небесное принадлежит не беспечным возлежащим и почивающим, не входящим в корчемницы, не роскошествующим и смеющимся, но плачущим, и кающимся, и вопиющим к Нему день и ночь; они будут утешены Утешителем».

Авва Авраам (Семь собеседований отцов …, Иоанна Кассиана, гл.26): «Царство Небесное восхищают не беспечные, не распущенные, не избалованные, не изнеженные, но усильные искатели. Кто же эти усильные искатели? Именно те, которые делают славное насилие не другим, а своей воле, которые, похвальным похищением лишая себя удоволь­ствия от настоящих вещей, словом Господним на­зываются отличными восхитителями, и чрез та­кое восхищение они с усилием входят в Царство Небесное. Ибо «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф.11,12)».

Симеон Новый Богослов (Слово 12): «Какие бы добрые дела ни делал, какими бы подвигами ни подвизался и ни утруждал себя в настоящей жизни всякий человек, мудрый или немудрый, сведущий или несведущий, рассудительный или нерассудительный, ученый или неученый, богатый или бедный, — если это не способствует к оздоровлению души его от немощей ее, суетно все сие и бесполезно для него, и оставляет душу вне царствия небесного, ибо в царствие небесное приемлются только здравые души, не имеющие никакой немощи. А немощи эти, нами прежде указанные, эти непотребные стремления плотских похотей, эти пристрастия к земным и мирским вещам, богатству и славе суетной, никакая душа не может уврачевать в себе и стать здравою ни сама собою, ни с помощью другого какого человека. Только Господом нашим Иисусом Христом они могут быть уврачеваны».

Без всех этих условий, надежда на то, что ты будешь в раю, является пагубной и тем более у человека, который не верил в Бога. 

1.2.1.5. Предсмертный покой от сверхъестественных причин 

Как уже говорилось в первом разделе этой темы, необычные предсмертные состояния радости или покоя происходят не от человека, а от таинственных действий Божиих или бесов.

= Покой или радость от таинственных действий Божиих

О том, что бывают некоторые сверхъестественные предсмертные состояния, зависящие от таинственных действий Божиих, мы говорили в первом разделе. Конечно, истинные покой и радость могут быть только от видения светлых ангелов или от благодатных чувств, дающихся Богом. Кого Господь удостаивает такой блаженной смерти, мы не знаем, а можем только говорить о свидетельствах из житий святых и патериков.

= Покой или радость от бесовских искушений

О причинах покоя, происходящих от бесовских искушений, можно прочесть в первом разделе, в подразделе: «О бесовском искушении, ведущему к черствости и нераскаянности сердца», «О покое и не страхе перед смертью из-за уверенности, что ты жил «праведно» и делал много добрых дел» и «О радости и покое полу-христианина перед смертью грешника, как о бесовском искушении тщеславием и гордостью». 

= Покой оттого, что перед смертью не было никаких видений

Святые отцы говорят, что предсмертный покой бывает и оттого, что бесы не искушают их, т.к. люди уже им принадлежат.

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.312): «Они (люди-миряне, живущие по своей воле, в роскоши, в удовольствиях всякого рода и т.д.) заживо уловлены без всякого сопротивления в волю диавола, а потому он не нападает на них, оставляя их, давно опутанных его сетями, в предсмертном покое и самозабвении».

И, поэтому, вполне понятно, что если перед смертью человек не имеет никаких видений, то у него не будет ни страха, ни радости  и по этим причинам.

На этом закончим рассматривать вопрос о различных типичных предсмертных состояниях, и перейдем к вопросу о разнице между смертью христиан и других людей.

1.2.2. О разнице предсмертных чувств, слов и действий у христиан и людей неверующих или маловерующих в Бога

О том, чем отличаются предсмертные состояния христианина от состояний обычного маловерующего или неверующего человека уже было достаточно ясно видно из вышеизложенного материала, а также будет видно из последующих глав темы «Печаль о смерти», в которых будет идти речь о приготовлении людей к смерти и об отношении к ней. Сейчас же мы кратко подведем итог о различиях предсмертных состояний разных людей для правильного восприятия современных исследований о смерти и послесмертного опыта.

= Внешние различия в действиях и словах при смерти христиан и других людей

Прежде чем привести примеры и учения о разнице предсмертных действий и состояний, отметим, что у разных людей существует существенная разница в вопросах веры в Бога, в восприятии смерти, в ведении духовной жизни, в подвижничестве и т.д. Кратко обозначим эти условные группы людей и на разницу между ними.

Как мы уже говорили в теме «Раздражительная сила. О естественных и страстных реакциях человека на злоречия и злые действия, направленных на него» есть разница между истинными христианами и полу-христианами. Она заключается в том, что хотя и те, и те постоянно пребывают в лоне Церкви, а значит постоянно исповедуются, причащаются, исполняют молитвенные правила, соблюдают посты и т.д., но полу-христиане не занимаются внутренним очищением сердца, т.е. не ведут духовную жизнь, а значит: не имеют трезвения мыслей, борьбы со страстями, самопознания, подвига покаяния, не удаляются от мира, не изучают творения святых отцов и т.д. И эта разница будет видна и при смерти. Полу-христиане перед смертью могут находиться в раскаянии о своем нерадении, как было рассмотрено в разделе «Что чувствуют перед смертью нерадивые и пристрастные к миру полу-христиане», и, к сожалению, могут находиться в состояниях, какие бывают у маловерующих людей. Это зависит от того, насколько они познали себя и свои грехи, даже не ведя сознательную духовную жизнь. 

Конечно, существует разница состояний перед смертью полу-христиан и маловерующих людей. Т.к. нерадивый в духовном плане полу-христианин все же был постоянным участником Церковных Таинств, в какой-то мере заботился о спасении своей души, и конечно, он при смерти позаботится и об исповеди, соборовании, Причастии и будет молиться.

Маловерующий же, который только верил в Бога, но редко участвовал в Церковных Таинствах (или во все не участвовал, и как обычно говорят: «верил в Бога в душе»), не жил для Бога и тем более не заботился о спасении своей души (а о ведении духовной жизни даже и не знал), может позаботиться об исповеди и Причастии, как об обряде. Но он никогда не сможет воспринять эти Таинства, как истинные христиане и даже полу-христиане.

И конечно есть разница и между маловерующим, и неверующим. Последний никогда не подумает о Боге, о Таинствах Церкви и не обратится к Богу в молитве. 

Далее рассмотрим этот вопрос подробнее, и людей  неверующих, маловерующих или исповедующих другие религии, обозначим словами «другие» или «обычные» люди. 

1.2.2.1. Свидетельства о последних словах перед смертью христиан и других людей и о предсмертной молитве

Как известно:

Иоанн Крестьянкин (Поучение на пассии по трем первым словам Спасителя со Креста): «Из нашей повседневной жизни мы знаем…, что, когда умирает кто-либо из наших близких, его одр окружают родные и с напряженным вниманием вслушиваются в последние слова умирающего. И эти предсмертные слова производят глубокое впечатление и остаются уроком иногда на всю жизнь».

Как было видно из изложенного материала в первом разделе «Необычные предсмертные состояния праведников и грешников», действительно, последние слова истинных христиан являются уроком для нас. Далее будут приведены свидетельства о последних словах некоторых умирающих людей, и, к сожалению, увидим, что их слова далеки от того, чтобы быть духовными завещаниями. Но они могут послужить нам уроком, который послужит нашему покаянию и приготовлению к смерти.

= Последние слова и завещания умирающих христиан

Сейчас мы не будем приводить примеры последних слов истинных христиан, т.к. об этом подробно говорилось в первом разделе, в подразделе: «Умирающие христиане давали духовные наставления» и в др. подразделах. Во всех этих примерах мы видели, что это были не просто слова о чем-то, а слова о вере в Бога, о добродетелях, о памяти смертной, или молитвы и т.д. 

= Примеры последних слов некоторых знаменитых людей

Далее приведем мирские свидетельства о том, что говорили некоторые знаменитые люди перед смертью.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Умирая в больнице, он (Косыгин Алексей Николаевич (1904-1980) — Председатель Совета Министров СССР) бредил цифрами, переживал за предстоящую пятилетку, опасаясь ее полной неудачи, огорчался нежеланием Политбюро заниматься этим вопросом…».

Интернет – источник: «Кто что сказал уходя: — Шотландский историк Томас Карлейль, умирая, спокойно сказал: «Так вот она какая, эта смерть!». — Композитор Эдвард Григ: «Ну что ж, если это неизбежно…». — Отец диалектики Фридрих Гегель и перед лицом смерти остался верен принципам противоположности, на которых основана вся его философия: «Только один человек меня понял на протяжении всей моей жизни, — прошептал он, но, помолчав, добавил: — А, в сущности, и он меня не понимал!». — Королева Мария Антуанетта перед казнью была совершенно спокойна. Всходя на эшафот, она оступилась и наступила палачу на ногу: «Простите, пожалуйста, месье, я это сделала случайно…». — Римский император и тиран Нерон перед смертью вскричал: «Какой великий артист умирает!». — Вацлав Нижинский, Анатоль Франс, Гарибальди, Байрон перед смертью прошептали одно и то же слово: «Мама!». — Когда умирал прусский король Фридрих I, священник у его одра читал молитвы. На словах «нагим я пришел в этот мир и нагим уйду» Фридрих оттолкнул его рукой и воскликнул: «Не смейте хоронить меня нагим, не в парадной форме!». — Умирая, Бальзак вспоминал одного из персонажей своих рассказов, опытного врача Бианшона: «Он бы меня спас…». — В последний момент перед смертью великий Леонардо да Винчи воскликнул: «Я оскорбил Бога и людей! Мои произведения не достигли той высоты, к которой я стремился!». — Автор известного высказывания «мысль изреченная есть ложь» Федор Тютчев перед смертью сказал: «Какая мука, что не можешь найти слово, чтобы передать мысль». — Михаил Романов перед казнью отдал палачам свои сапоги — «Пользуйтесь, ребята, все-таки царские». — Шпионка-танцовщица Мата Хари послала целящимся в нее солдатам воздушный поцелуй: «Я готова, мальчики». — Философ Иммануил Кант произнес: «Das ist gut» («это хорошо»). — Больная Анна Ахматова после укола камфоры: «Все-таки мне очень плохо!». — Один из братьев-кинематографистов, 92-летний О. Люмьер: «Моя пленка кончается». — Ибсен, пролежав несколько лет в параличе, привстав, сказал: «Напротив!» — и умер. …В предсмертные минуты богоборец Вольтер умолял своего врача: «Заклинаю вас: помогите мне, я дам вам половину своего имущества, если вы продлите мою жизнь хотя бы на шесть месяцев; если же нет, то я пойду в ад, и вы последуете туда же»… (Есть и другое свидетельство о последних словах Вольтера — Пред своей смертью писатель и философ-атеист Вольтер вспомнил о Христе: «Я покинут Богом и людьми. Я пойду в ад. О, Христос! О, Иисус Христос!» …Язычник-царь Веспасиан, умерший через одиннадцать лет после Нейрона, прошептал: «Я думаю, что теперь я стану Богом!».

= Примеры последних слов некоторых обычных людей

Далее приведем свидетельства о последних словах обычных людей, которые записал один из медицинских работников.

Из Интернет источника: «Коллекция последних слов умирающих от сотрудника реанимационной команды: 1. «…Помой смородинку, сынок, она только-только с огорода..» (А. 79 лет. Это была первая запись в моей тетрадке, первое, что я услышал, когда был еще санитаром. Я пошел помыть смородинку, а когда вернулся, бабушка уже умерла от инфаркта с тем же выражением лица, с каким я ее оставил). 2. «А он все-таки интеллектуальней тебя…». (В. 47 лет. Пожилая, очень богатая азербайджанка, которая закатила истерику, что хочет видеть своего сына. Им дали десять минут на разговор, и когда я пришел, чтобы выпроводить его из отделения, то услышал, как это было последним, что она ему сказала. После того, как он ушел, она достаточно злобно на всех смотрела, ни с кем не разговаривала, а еще через час умерла в результате остановки сердца) 3. «Уберите руки, вооруженная шайка! Вы же клялись мне в вечной дружбе!» (Г. 44 года. Это был какой-то старый еврей …. На первый день после операции, видимо после наркоза, признавался всем в любви, а на второй решил, что мы «злая шайка, которая переоделась в людей священной профессии». … Ругался целый день, и к вечеру, не переставая ругаться, умер) 4. «Я себе этой …ней уже раз пятьсот брызнул!» (Д. 66 лет. Какой-то слесарь, умер от приступа бронхиальной астмы, стоя передо мной. Это единственное, что он успел мне сказать, показывая флакон с ингалятором, расширяющий дыхательные пути. После чего рухнул на пол). 5. «Хочу домой» (И. 8 лет. Девочка, которая две недели после операции на печень говорила только два этих слова. Умерла на моем дежурстве). 6. «Я родственник Игоря Лангно» (Л. 28 лет. Он и был блондинистым прибалтийским парнем с тяжелейшим пороком сердца по имени Игорь Лангно). 7. «Лариса, Лара, Лариса…» (М. 45 лет. У М. был повторный обширный инфаркт миокарда. Он умирал и агонизировал три дня, все время, держась за обручальное кольцо пальцами другой руки и повторяя имя своей жены). 8. «Не стоять вам у моих холодных ног» (Н. 74 года. Эта бабка говорила всем, что они ей «чужие». Свою последнюю фразу она сказала гордо и чуть злобно. Сказала мне во время ночного обхода, отказавшись от лечения. После этого она демонстративно отвернулась к стенке и заснула. Утром, ее обнаружили соседки по палате, умершую в этой позе. У ее холодных ног мне действительно стоять не пришлось). 9. «…Все?.. Да?.. Все?.. Все?.. Да?.. Все?.. Да?..» (Т. 56 лет. Этот больной … без разрешения встал…. В этот момент началась фибрилляция желудочков и он упал на пол. Мы, всей сменой, положили его на кровать. Началась остановка сердца, кто-то начал «качать»… Он, что трудно объяснить, оставался в сознании. На каждое нажатие груди, на выдохе, он выдавливал из себя один из этих вопросов. Ему никто не отвечал. Это продолжалось секунд десять)».

Также приводятся и другие примеры, которые мы не будем здесь приводить, т.к. последние слова некоторых людей являются набором бранных слов.

Конечно, эти свидетельства не раскрывают в полной мере нравственные состояния умирающих людей, но, тем не менее, можно заметить, как некоторые последние слова показывают страсти и пороки людей. Слышащий, да услышит!

= О предсмертной молитве христиан и других людей

Как мы видели в примерах первого раздела, праведники и истинные христиане перед смертью помнили о Боге и усердно молились Ему. И это отличает смерть истинных христиан от смерти других людей.

 Тихон Задонский (т.5, Размышления. Напутствия сл.10): ««Блаженны мертвые умирающие в Господе» (Откр.14,13). Тот умирает в Господе, кто в покаянии, и вере, и истинной молитве умирает».

Никон Оптинский (Житие иеромонаха Никона): «Как хорошо встретить смерть с молитвою! А для этого надо навыкнуть, пока здоровы».

В случае если сам человек уже не мог молиться, то молитвы читали ближние или священник. 

Житие Моисея Оптинского (Преподобные старцы Оптиной Пустыни): «14 июня старец (Моисей), как бы в бреду, стал собираться в путь, говорил, чтобы все приготовили к отъезду, что ему здесь нечего делать, что останется здесь разве еще день. Приказал вынести из кельи свои одежды и вещи, исключая одну подушку и, говоря, что все это теперь уже не нужно. Потом приказал поместить перед собою на стене икону свт. Тихона Задонского, которая и стояла перед ним до кончины, последовавшей в день тезоименитства свт. Тихона. При его вере и надежде на милосердие Божие, в нем, в страшное время разлучения души от тела, не было заметно страха смерти, естественного каждому. Полный спокойствия и любви, он заботился только о братстве, вверенном его попечению. Иеромонаху Исаакию, который после смерти о. Моисея был назначен настоятелем Оптиной Пустыни, умирающий много говорил о любви к Богу и ближнему, как бы предвидя в нем преемника своего и желая его приготовить к благодушному принятию и несению креста начальствования ради любви к ближнему. Через несколько времени дыхание умирающего стихло до того, что один из бывших там иеромонахов спросил: «Скончался?». Больной, не открывая глаз, едва слышно ответил на это: «Продолжайте». И продолжали чтение священнослужители один за другим. В десять часов старец легко вздохнул и весьма тихо и мирно предал Господу душу свою, в то самое время, когда очередной иеромонах читал конец шестнадцатой главы Евангелия от Матфея: «ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его. Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Сына Человеческого, грядущего в Царствии Своем» (Мф.16, 27-28)».

Также христиане просили своих родных и близких молиться о них.

Ефрем Сирин (Чувства умирающего):«При конце всякому предстоит праведный испытывающий Суд, и что буду делать? В трепет приводят меня прегрешения мои! Умоляйте о мне Благого Господа все вы, братия мои, чтобы бремя грехов моих не подавило меня в тот час. Вот идет ко мне Ангел смерти и внезапно хочет лишить меня общения со всеми мне близкими!».

Что касается неверующих или маловерующих людей, то опять таки, понятно, что они, как правило, не вспоминали о Боге или если вспоминали, то неумело.

Лука Крымский (Евангельское злато. Ст. Будьте детьми Божиими): «Как не похожа на упорный (молитвенный) подвиг (истинных христиан) порывистая, хотя бы даже слезная, молитва людей, обычно живущих без Бога и обращающихся к Нему с мольбой только тогда, когда внезапно постигнет их несчастье и горе. Знаем мы, что и неверующие в Бога и даже хулящие Его святое имя, когда их постигают тяжелые и неожиданные беды или грозит смертельная опасность, вспоминают о Боге и молят Его о помощи. Они воображают, будто можно сразу получить просимое. Но «течет ли из одного источника сладкая и горькая вода» (Иак. 3:11)? А сколько таких, из уст, которых течет только горькая, мерзкая вода: грязная ругань клевета, доносы, сплетни – помои текут из уст их. И этими же нечистыми устами творят они молитву, беседуют с Богом. О, уста зловонные! Услышит ли их Бог, сбудется ли над ними святое обетование Христово?».

1.2.2.2. О предсмертном причащении Тела и Крови Христовой и исповедании грехов

О том, что дает Причастие Святых Таин, знает каждый христианин, и поэтому скажем об этом кратко.

Никодим Святогорец (Книга душеполезнейшая о непрестанном причащении Святых Христовых Таин, гл.2): «Ведь те, которые не питаются часто от этой духовной пищи (Причастия), конечно, умирают, хотя и кажется, что живут телесно. Однако душевно они мертвы, ибо удалились от духовной и истинной жизни, которую доставляет Святое Причастие».

Лука Крымский (Проповеди, т.1, «Примите, ядите…»): «О, как страшны и другие слова Христовы! «Если не будете есть Плоти Сына человеческого, и пить Крови Его; то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 53). Обязательно, обязательно для всех нас есть Плоть Его для того, чтобы иметь жизнь вечную. Обязательно, обязательно всякому есть Плоть Христову и пить Кровь Его для того, чтобы иметь жизнь в себе. Вы скажете: а что же те, которые не едят Тела Его и не пьют Крови Его, они разве не имеют жизни, разве умирают они? Да, живут они, имеют такую же жизнь, как и все живое. Но разве о такой жизни говорит Господь? Конечно, нет! Господь говорит о жизни вечной, о жизни в Боге. Вот этой жизни вечной не имеет никто из тех, кто не пьет Крови Его и не ест Тела Его. «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Ин. 6, 56)». 

= О Причащении и исповедании грехов умирающими христианами

Как мы видели в первом разделе в многочисленных примерах и в подразделе: «Умирающие христиане исповедовались и причащались Святых Таин» христиане в случае приближения смерти всегда старались исповедаться и причаститься Святых Таин. Конечно, излишне говорить, что и во время своей жизни они также причащались и исповедовались.

А теперь приведем примеры о предсмертных исповедях и причастии христиан, живущих в миру, но не из христианских учений, а из исторических материалов.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Чаадаев Петр Яковлевич (1794-1856) — русский философ и публицист. …В начале апреля 1856 г. у Чаадаева началось недомогание, он жаловался на сильную слабость и отсутствие аппетита… Петр Яковлевич велел слуге пригласить священника Н.А. Сергиевского. Он любил беседовать с этим протоиереем, обладавшим, несмотря на молодость, обширными познаниями в богословии, философии, психологии, логике… Но не для философской беседы нужен ему теперь отец Николай. «Чаадаев встретил его словами о своей болезни, — пишет Свербеев. – Священник сказал, что до сего дня ожидал увидеть Петра Яковлевича в церкви и тревожился, не болен ли он; ныне же решился и сам навестить его и дома предложить ему всеисцеляющее врачество, необходимое для всех. «Все мы, — сказал он, истинно больны и лишь мнимо здоровы». Чаадаев сказал, что боится холеры и, главное, боится умереть от нее без покаяния; но что теперь он не готов исповедаться и причаститься… На другой день в великую субботу, после обеда, священник поспешил к больному. Чаадаев был гораздо слабее, но спокойнее, и ожидал святыню: исповедался…, удаляющемуся священнику сказал, что теперь он чувствует себя совсем здоровым…» После ухода священника, Петр Яковлевич приказал закладывать пролетку, а тем временем стал пить чай и заговорил с Шульцем о своих хлопотах за него перед Закревским (губернатором). Почувствовав за чаепитием внезапную слабость, он едва перешел из одной комнаты в другую, где его усадили на диван, а ноги положили на стул. Пульс уже почти совсем не бился, и приехавший доктор объявил хозяину дома, что жизнь его квартиранта подходит к концу. Когда врач уехал, Шульц, явившийся единственным свидетелем его последних минут, вошел к умирающему жильцу, продолжавшему несколько бессвязно говорить о его деле. Затем Петр Яковлевич заметил, что ему становится легче и что он должен одеться и выйти, так как прислуге необходимо сделать уборку к празднику. «Сказав, — пишет Жихарев (племянник Чаадаева. — А.Л.), — Чаадаев «повел губами (движение всегда ему бывшее обыкновенным), перевел взгляд с одной стороны на другую — и остановился. Присутствующий умолк, уважая молчание больного. Через несколько времени он взглянул на него и увидел остановившийся взгляд мертвеца. Прикоснулся к руке: рука была холодная. Умер Чаадаев 14 апреля 1856 г., когда до наступления Пасхи оставалось несколько часов».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Паскаль Блез (1623-1662) — французский философ, писатель, математик и физик. Паскаль, столь много размышлявший о смерти, почувствовал ее приближение в феврале 1659 г., когда здоровье его сильно ухудшилось. Но Бог, в которого он так страстно верил, отпустил ему еще три года жизни. …В августе 1662 г. Паскаль окончательно слег в постель. Периодически он посылал за местным священником Берье и исповедывался ему, готовясь к смерти. Позднее Берье вспоминал: «Я восхищался терпением, скромностью, милосердием и великим самоотречением, которые замечал у месье Паскаля всякий раз при его посещении в последние шесть недель его болезни и жизни…» Понимая, что смерть все ближе и ближе подбирается к его постели, Паскаль составил завещание… Ожидая скорой смерти, Паскаль, по христианскому обычаю, пожелал причаститься, но поскольку причащение положено только умирающему, то врачи, еще верившие в благополучный исход болезни, воспротивились. Между тем, колики в животе продолжались, равно как и сильные головные боли, приводившие иногда к обмороку. Паскаль в последние дни жизни много размышлял о нравственном долге христианина, о милосердии. Широко известно его высказывание о том, что «все тела, небесная твердь, звезды, земля и ее царства не стоят самого ничтожного из умов, ибо он знает все это и самого себя, а тела не знают ничего. Но все тела, вместе взятые, и все, что они сотворили, не стоят единого порыва милосердия…» В соответствии со своими убеждениями Паскаль призывает к себе сестру Жильберту. «Прошу тебя, — говорит он, — найди какого-нибудь бедного больного, которому нужны такие же врачебные услуги, как и мне. Мне стыдно оттого, что за мной ухаживают лучшие врачи, а тысячи больных, которым много хуже, чем мне, лишены малейшего участия. Я бы хотел, чтобы рядом со мной был хотя бы один из этих несчастных». Сестра передает эту просьбу кюре Берье, но тот сообщает, что все больные в приходе в таком состоянии, что об их переносе не может быть и речи. «Тогда отвези меня в больницу, чтобы я мог умереть среди бедных». «Но тебя тоже нельзя сейчас перевозить. Когда тебе станет лучше, я выполню твою просьбу». Головные боли усиливаются, их невозможно вытерпеть. 17 августа Паскаль просит Жильберту позвать врачей для консилиума. Доктора с ученым видом отменяют предписанные ранее минеральные воды и назначают больному пить молочную сыворотку. Все это напоминало бы фарс, если б речь не шла о жизни и смерти. Паскаль с сомнением воспринимает очередной рецепт. Он боится того, что может умереть в любую минуту. Нужно, чтобы рядом с ним находился священник — ведь нельзя же умереть без причащения! Кюре Берье в отлучке, Жилберта приглашает другого священника, а пока готовит все необходимое для этого таинства. Поздней ночью Паскалю становится совсем плохо. Он не в силах сдержать крики и стоны, все тело сотрясают дикие конвульсии. Обессилев, он застывает на кровати столь неподвижно, что родные и домочадцы принимают его за умершего. Жильберта с болью смотрит на неподвижное лицо брата. Бедняга, он так и не причастился Святых Тайн. Но что это? Паскаль открывает глаза, он в ясном сознании! Очевидно, Бог решил вознаградить его. И в эту минуту, словно в театральной пьесе, появляется кюре Берье. Он протягивает умирающему причастие. «Вот Тот, к кому вы так стремились». Паскаль находит в себе силы приподняться и принять Святые Дары. На вопросы священника о таинствах веры он с глубоким благоговением отвечает: «Да, месье, я верю всему этому всем своим сердцем». Перед тем, как снова начались конвульсии, Паскаль успевает сказать: «Да не покинет меня Бог никогда». После этого он окончательно теряет сознание. Агония длится еще сутки. В ночь с 18 на 19 августа 1662 г. мучения Паскаля прекращаются навсегда».

= Другие люди или не были крещенными, или никогда не исповедовались и не причащались, и иногда они или их близкие отказывались от Таинств и перед смертью

Что касается людей неверующих в Бога, то понятно, что они, как правило, никогда не очищали свою совесть покаянием и не причащались. Также есть множество случаев, когда умирающие отказывались от этих Таинств и при смерти. Сейчас приведем несколько таких примеров.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Вольтер (псевдоним, настоящее имя Мари Франсуа Аруэ) (1694-1778) — французский философ, писатель, историк. В мае последовало неожиданное обострение болезни. Троншен констатировал рак предстательной железы. 25 мая была признана неизбежность близкого смертельного исхода. Больной испытывал ужасные мучения. 30 числа его племянник аббат Миньо пригласил к умирающему аббата Готье и приходского кюре церкви св. Сульпиция Терсака. Они вошли в спальню. Вольтер не узнал или сделал вид, что не узнает их, но сказал: «Дайте мне умереть спокойно». В одиннадцать часов вечера он обратился к стоявшему у его кровати слуге со словами: «Прощай, дорогой Морен, я умираю». Вслед за этим наступил мгновенный конец».

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «В 9 часов вечера накануне казни в каземат, где содержался Шмидт (русский революционер, морской офицер, один из руководителей Севастопольского восстания 1905 года), явился священник Бартенев. Шмидт исповедался, был сосредоточен и кроток. Не так держали себя со священником остальные приговоренные. Когда тот стал их утешать и делать ссылки на евангельское учение, они оборвали его и просили указать то место в Евангелии, где сказано, что человек может лишать жизни другого человека. Растерянный священник не знал, что ответить, и они попросили оставить их в покое».

Есть и примеры, когда умирающий уже не мог сообщить о своей воле – желает ли он исповедаться или причаститься — и его родственники принимали за него решение.

А.П. Лаврин «1001 смерть»: «Мане Эдуард (1832-1883) — французский художник-импрессионист. …Последние дни Мане, лежа в постели, страдал от фантомных болей в ампутированной ноге. «Лихорадка усиливается, — рассказывает Анри Перрюшо об агонии художника. — Временами Мане бредит. Иногда может показаться, что ему лучше. Он глядит на собравшихся вокруг друзей, родственников …. Но видит ли он их?… В воскресенье, 29-го начинается агония. К Мане поднимается аббат Юрель. Он сообщает Коэлла, что выполняет миссию, возложенную на него архиепископом парижским: этот последний сам предлагает соборовать Мане. Коэлла отвечает, что «не видит в этом необходимости». Аббат настаивает, убеждает. «Если крестный даст понять, что хочет причащаться, — отвечает Коэлла, — тогда вы можете рассчитывать на меня. Я вас тут же предупрежу. Но о том, чтобы этот визит произошел без его ведома, не может быть и речи». Агония — «чудовищно мучительная» — длится все воскресенье и большую часть понедельника. …Мане хрипит, тело сотрясают конвульсии. Только в понедельник в семь часов вечера с его уст слетает последний вздох. Он умирает на руках своего сына».

(А в отношении людей маловерующих будет сказано в главе о приготовлении к смерти перед смертью)

1.2.2.3. О внутренних различиях христиан и других людей в отношениях к смерти и жизни, влияющих на предсмертные состояния

О том, как люди относятся к смерти и как готовятся или не готовятся к ней, мы будем подробно говорить в следующей главе, а сейчас только кратко укажем на различия во внутренних расположениях относительно смерти у христиан и других людей, т.к. они во многом определяют предсмертные состояния людей.

К таким расположениям относится следующее: 1. вера и неверие в Бога, в бессмертие и Суд Божий, и 2. отношение к смерти и к этой жизни.

= О вере и неверии в Бога и христианские истины

Конечно, разные предсмертные состояния христиан и других людей зависят от того, верит ли умирающий человек в Бога, в бессмертие души, в Суд Божий и т.д. Об этом уже кратко отмечалось в вышеприведенных подразделах: «Покой неверующей души от своего представления о том, что есть смерть» и «Покой от духовной смерти, наступившей еще при жизни» и будет подробно говориться в теме об отношениях людей к смерти.

= Отношение к смерти христиан и других людей и приготовление к ней 

Как известно, существуют неправое и правое отношение к смерти. Вначале приведем поучение о неправом.

Еп. Иоанн Шаховской (Беседы с русским народом, гл. Врата в жизнь): «К исходу из этого мира люди относятся по-разному. Есть окаменение пред лицом смерти, есть циническое отношение к ней; есть желание смерти — от уныния или отчаяния, когда призывает человек смерть, чувствуя страшную тяготу жизни; в этом состоянии он иногда сам накладывает на себя руки или хочет, чтобы его убили. Бывает состояние безразличия, когда человек принимает бездумно и жизнь, и смерть. Есть страх перед смертью, животная боязнь, достигающая иногда такой силы, что, находясь даже вне всякой видимой опасности для жизни, человек тягостно ожидает смерти, думает о ней, как об уничтожении своем».

Также существует и два христианских отношения к смерти

Еп. Иоанн Шаховской (Беседы с русским народом, гл. Врата в жизнь): «…иное отношение — покорное принятие смерти: полное сознание важности, ответственности и даже величия ее мгновения как перехода в высшую область бытия; и, наконец, последнее отношение — ангельская радость пред лицом смерти. Человек, знающий Царство Божие уже по опыту земной жизни, ждет с великой надеждой этого Царства Божия, блаженного упокоения духа своего в Боге после смерти тела. Не стремится он в иной мир против воли Божией, осознает ценность и земной жизни, но радостно ждет той минуты, когда воля Божия возьмет его в высший мир».

При последнем отношении происходит с христианами то, что мы читали в первом разделе из примеров о смерти праведников, когда истинные христиане помнили о смерти, готовились к смерти и желали ее. Напомним один из примеров об этом:

Житие Евстафия Сербского (Жития святых Дмитрия Ростовского, 4 января): «Немного лет правил святой Евстафий сербскою церковью: чрез семь лет после своего вступления на высокую кафедру он впал в болезнь и увидел приближение своей кончины. Находясь в предсмертной болезни, он не роптал, но с радостью ждал исхода из сего земного мира в обители небесные. Находясь тогда в своей архиепископии, в Жиче, он усердно готовился и молил Господа о даровании ему мирной кончины».  

Итак, подведем краткий итог: праведник помнит, готовится и желает смерти, полу-христианин – то помнит, то забывает, и то пытается готовиться, а то даже и не пытается, и не желает смерти; неверующий и злой грешник– старается не помнить о смерти и не желает умирать. (Обо всем этом будем говорить подробно в следующих разделах)

= Чувства при смерти из-за разлучения с миром и людьми

Следующей разницей предсмертных состояний является отношение человека к этой жизни и к родным людям.

В первом разделе, в подразделе: «О чувстве печали от расставания с этим миром и близкими людьми» говорилось о том, что у истинных христиан не было печали из-за расставания с этой жизнь и ее благами, а также не было сильной печали о расставании с близкими людьми». У людей же пристрастных к миру (это могут быть и христиане, и неверующие люди) есть и печаль от расставания с этим миром и с близкими людьми, и зачастую в сильной мере. В этом случае исход души может быть тяжелым.

Амвросий Оптинский (Письма монашествующим, п.275): «Скорбишь о преждевременной смерти племянника и о тяжко страдальческой кончине сестры твоей. Пишешь, что у тебя не выходят из памяти тяжкие предсмертные страдания сестры, которая, по твоему мнению, жила в мире хорошо. … Преподобный Марк подвижник пишет, что если человек склонен к отрадной жизни, то исход его бывает не легкий, а тяжкий по причине приклончивости к сластолюбивой жизни…».

В общем же такие состояния можно охарактеризовать следующим образом:

Николай Сербский (Неделя 22 по Пятидесятнице): «Богачи умирают, вздыхая об этом свете, а бедняки — вздыхая о том».

Или можно сказать так: богатый мирским духом умирает «вздыхая об этом свете», а бедный мирским духом —  «вздыхая о том», или неверующий и незнающий Бога умирает «вздыхая об этом свете», а истинный христианин — «вздыхая о том».

На этом закончим делать краткий обзор предсмертных состояний разных людей.

Заключение. О невозможности одинаковой вечной участи людей, исходя из состояния их душ, подвижнических подвигов и служения Богу 

Итак, рассмотрев темы о предсмертных состояниях, мы утвердились в истине, что:

Иоанн Златоуст (т.11, ч.1, беседа 28): «…смерть – вещь безразличная, не смерть – зло, но зло – после смерти мучиться. Равно смерть и не добро, но добро – по смерти быть со Христом; что бывает по смерти, то добро или зло».

Поэтому, подводя итог, кратко скажем о возможной вечной участи как христиан, так и неверующих людей.

= О воскресении всех людей, но разной вечной участи праведников и грешников

Христианская истина говорит о том, что все люди воскреснут, независимо от того верили ли они в Бога или нет, были ли праведниками или грешниками. Различия же будут только в том, где будут находиться их души в вечности.

Иннокентий Херсонский (Лекция 3): «Поелику души отходят из сего мира разными — добрыми и злыми и средними: то и образы их состояния за гробом должны быть неодинако­вы».

Феофан Затворник (Толк. на 2 Кор.5, 3): «(Златоуст говорит) Ибо хотя воскресение обще всем, но слава не для всех. Одни воскреснут в честь, а другие в бесчестие; одни для царствия, а другие для мучения». То же пишет и Феодорит: «Хотя всякий человек облечется в одежду нетления, однако же не все станут причастникам Божественной славы».

Григорий Синаит (О заповедях и догматах…, ст.36): «Будущие награды и наказания равно вечны, хотя иным это кажется иначе. Одним божественная правда воздаст вечную жизнь, а другим – вечное мучение. Те и другие, добре или зле проживши нынешний век, воздаяние получат по делам: количество же и качество воздаяния определится добродетелями или страстями, навыком укоренившимися».

Иоанн Дамаскин (Точное изложение православной веры, ч.2, гл.30): «…если (человек) сохранит достоинство своей души, т. е. если будет предоставлять победу разуму, не забудет Творца и сохранит Его повеление, то будет причастником вечного блаженства и будет жить во век, став выше смерти. А если он подчинит душу телу и предпочтет телесные наслаждения и, не уразумев своего достоинства и, уподобившись скотам несмысленным, сбросит с себя ярмо Создавшего, презрит Его Божественную заповедь, то будет повинен смерти и подвергнется тлению и труду, влача бедственную жизнь».

Тихон Задонский (Об истинном христианстве, кн.2, § 526): «Различие смерти благочестивых и не­честивых. 1) Хотя благочестивые и нечестивые в Свя­том Писании называются спящими, как гово­рится: «И многие из спящих в прахе земли пробу­дятся, одни для жизни вечной, другие на вечное поругание и посрамление»(Дан 12:2), потому что все архангельской трубой, как от сна, от смер­ти возбудятся и оживут, однако же благочести­вых смерть в особом смысле называется «сном»,ибо они почивают «от трудов своих»(Откр.14:13). Как трудившиеся днем спокойно почивают в ночи, так и благочестивые, которые трудились в подвиге веры и благочестия в мире этом, слад­ко после благословенных трудов засыпают, по­чивают и упокоеваются, пока архангельской трубой не возбудятся. 2) Благочестивые лишаются временных и земных благ, но наследуют вечные и небесные, а нечестивые же, лишившись временных, ли­шаются и вечных. 3) Благочестивые перестают временно жить, но начинают вечно, а нечестивые же, переста­вая временно жить, перестают и вечно, но вре­менную жизнь переменяют на вечную смерть (Откр21:8). 4) Благочестивые после трудов, скорбей и болезней переселяются в покой, прохлаждение и радость, и переносятся «Ангелами на лоно Авраамово»(Лк.16:22), а нечестивые же после ве­селья и роскоши своей обретаются «во аде, в му­ках»(Лк.16:23). 5) Благочестивые, утешаясь на лоне Авраамовом, ожидают общего воскресения, в кото­рое, услышав глас Сына Божия, оживут плотью, и, как травы прозябшие прекрасными цветами одеваются во время весеннее, исходя из гробов, облекутся в новый, нетленный и прекрасный вид, и так получат совершеннейшее от руки Господней блаженство. Нечестивые же, муча­ясь в аду, ожидают совершеннейшего по делам своим воздаяния и мучения, по соединении с телами, с которыми беззаконничали. Итак, смерть благочестивых — это «приобретение»(Флп.1:21), ибо через эту смерть приобретают жизнь вечную, а смерть нечестивых — пагуба, ибо по временной смерти вечною умирают».

Платон, митр. Москов. (т.1. Слово в неделю 22): «…можем ли подумать, чтоб уже и в самой вечности, так как иногда бывает в жизни сей, добродетель и порок, честность и злодейство никакого справедливого не получили различия? Можем ли подумать, чтоб и тогда Павел с Иудою, Фараон с Давидом в равном остались блаженном состоянии? Ах, нет!«какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою?» (2Кор.6.). Не попущает нам думать так: во-первых, совершенная святость Божия. С Богом не может соединиться противное ему. Бог есть свет; так не находит тут себе места тьма: Бог есть совершеннейшее добро; так зло священный с ним прерывает союз: Бог есть чистейший дух; ибо всякое беззаконие удаленно есть от него. И потому надобно, чтоб одна добродетели струя к сему всякого блага источнику возвратилась; чтоб одна луча непотемненного разума совокупилась с чистейшим Божественным существом, дабы, по слову Павлову, «Бог все во всем» (1Кор.15,28). И в сем-то состоит правосудие Божие, что Бог, не нарушая своей премудрости, не может допустить наслаждаться Своими совершенствами человеку, который сделал себя не только того недостойным, но и к принятию неспособным. И для того священный Пророк пред лицом Господним поет: «Ты Бог, не любящий беззакония; у Тебя не водворится злой; нечестивые не пребудут пред очами Твоими: Ты ненавидишь всех, делающих беззаконие» (Псал.5.5-6). Мы в самих себе сего ненарушимого никогда Божия правосудия носим образ. Мы добрых любим и с ними духом нашим соединяемся; а отвращаемся злых и всякому злодеянию пристойное определяем наказание».

= О не спасении добрых людей, но не верующих во Христа

Заметим, что святые отцы говорят и то, что человек может иметь множество добрых гражданских и семейных дел, быть сострадательным и добрым, но не быть верующим во Христа или не иметь покаяния, и тогда он не может наследовать блаженную жизнь с Богом. 

Игнатий Брянчанинов (Аскетические опыты 2, Слово о спасении…): «Добродетели христианина должны истекать из Христа, из обновленного Им человеческого естества, а не из естества падшего …(которое) имеет свойственные ему добрые дела и добродетели. Совершают их язычники, магометане и все, чуждые Христа. Добрые дела и добродетели эти, как оскверненные примесью зла, недостойны Бога, препятствуют общению с Ним, противодействуют спасению нашему. … Те, которые дают добрым делам падшего естества не заслуживаемую ими высокую цену, впадают в величайшую душевредную погрешность. Они впадают, не понимая того, в уничижение и отвержение Христа. Часто слышится от них вопрос: «Отчего не спастись язычникам, магометанам, лютеранам и всем подобным, явным и прикрытым врагам христианства? Между ними много самых добродетельных людей». Очевидно, что вопросы и возражение являются от совершенного незнания, в чем заключается погибель и спасение человеческие. Очевидно, что таким вопросом и возражением уничижается Христос, выражается мысль, что Искупление и Искупитель не были необходимостью для человеков, что человеки могут удовлетворить своему спасению собственными средствами. Короче, этим вопросом и возражением отвергается христианство».

Игнатий Брянчанинов (Приношение современному монашеству, гл.29): «Только ту душу, которая приносит плод о Христе, Отец небесный очищает; душа, не приносящая плода о Христе, пребывающая в падшем естестве своем, приносящая бесплодный плод естественного добра и довольствующаяся им, не привлекает Божественного попечения о себе: она в свое время отсекается смертью, извергается ею из виноградника — из недра Церкви и из земной жизни, данной для спасения в недре Церкви, влагается в вечный огонь ада, где сгорает, горя и не сгорая вечно (Ин. 15:6)».

Лука Крымский (Проповедь о недостаточности одних добрых дел): «Среди людей, окружающих нас, есть люди, не верующие в Бога, но тем не менее добрые и творящие немало добрых дел. Нередко приходится слышать вопрос: «Что же, разве этого недостаточно, разве не спасутся они своими добрыми делами?» Я должен дать ответ. Нет, не спасутся. Почему не спасутся? Потому что так сказал Господь и Бог наш Иисус Христос, когда «законник, искушая Его, спросил, говоря: Учитель, какая наибольшая заповедь в законе? Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим. … Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей: возлюби ближнего своего, как самого себя» (Мф. 22, 35 — 39). Если вера в Бога, если любовь к Богу есть первая и важнейшая заповедь в законе, а вторая заповедь о любви к ближнему вытекает из этой первой, силу свою получает от любви к Богу, то значит, чтобы спастись, надо возлюбить Бога всем сердцем своим, ибо это первая и важнейшая заповедь закона. Что значит спастись? Это значит получить жизнь вечную, это значит войти в Царство Божие, это значит стать причастниками этого Царства! Что же такое Царство Божие? Что же такое жизнь вечная? Это сказал нам Господь Иисус Христос в Своей великой первосвященнической молитве, обращенной к Богу Отцу. Он говорил так: «Се же есть живот вечный, да знают Тебе единаго истиннаго Бога, и Егоже послал еси Иисус Христа» (Ин. 17, 3). Это жизнь вечная: жизнь вечная в познании Бога, в познании Господа Иисуса Христа. Значит, без познания Бога, без познания Святой Троицы, без веры в Богочеловека, Господа Иисуса Христа, нет вечной жизни, то есть нет спасения. Господь Иисус Христос перед вознесением Своим на небо говорил ученикам Своим: «Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари. Кто будет веровать и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16, 15-16). Видите, какие ясные слова, видите, как совершенно определенно Господь сказал: «Иже не имет веры, осужден будет». Значит, недостаточно только одних добрых дел, значит, нужна и вера, значит, надо, чтобы творящие добрые дела всем сердцем уверовали в Бога и возлюбили Его. Святой апостол Иаков сказал в соборном своем послании: «Вера без дел мертва» (Иак. 2, 20). И кто только верует и на одну веру возлагает все надежды на спасение, тот не спасется: нужны добрые дела. Но ведь можно сказать и иначе: если вера без добрых дел мертва, то, значит, и добрые дела без веры мертвы. Господь и Бог наш Иисус Христос говорил евреям изумительные слова о том, что все должны причащаться Небесного Хлеба, говорил, что этот Хлеб Небесный есть Плоть Его, которую отдает Он за жизнь и спасение мира. «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и Пить крови Его, то не будете иметь в себе жизни» (Ин. 6, 53). Какой жизни? Жизни вечной: не будете иметь жизни вечной, не будете причастниками Царства Божия, не получите спасения душам вашим. Что же яснее? Если не веруем всем сердцем в Бога, если не крестимся, если не причащаемся Тела и Крови Христовой, то нет нам спасения. Видите: одни добрые дела недостаточны для спасения! Вы знаете, что и неверующие творят добрые дела и всякую правду, — и возникает вопрос: как оценивать это добро, творимое неверующими? Конечно, все добрые дела неверующих должны цениться высоко. Признавая это, надо все-таки знать, что есть разница между добрыми делами неверующих и делами верующих всем сердцем в Бога. В чем эта разница? Вот в чем: было множество сильных духом людей, всем жертвовавших, даже жизнью своею жертвовавших на благо народа. Таких было бесчисленное множество теперь, в наше время и в недавние годы. Было много людей, которые жизнью своею жертвовали на благо своего народа, своей нации. Есть люди, отдающие жизнь свою за благо людей своей расы, своего класса. Чем отличаются все эти добрые дела, даже пожертвование жизнью своею, подвиги великие и любовь к своему классу, к своему народу, к своей расе, хотя и очень высокая, но эта любовь — любовь только к своему классу, к своему народу, к своей расе — уживается с ненавистью к людям другого класса, другого народа, другой расы; а истинная и подлинная любовь — всеобъемлющая, любовь, угодная Богу, объемлет всё, к ней никогда не примешивается ненависть к кому бы то ни было, она всеобъемлюща. … Если это любовь только к своему классу, к своей нации, а не любовь всеобщая, всеобъемлющая, нет от нее пользы для души нашей. Нет никакой пользы в добрых делах, нет даже пользы в том, что жизнь свою отдадут за други своя, если нет любви всеобщей, любви ко всем людям. Откуда же всеобщая любовь? Она только от Бога: это дар Божией благодати. Такой всеобъемлющей любви нет у тех, которые не верят в Бога, которые не возлюбили Его всем сердцем своим и всею крепостью своею, кто не уверовал всем сердцем в Господа Иисуса и не возлюбил Его. Есть люди от природы добросердечные, и именно потому они легко и естественно творят добрые дела. Но ведь есть и люди могучие, обладающие необычайной физической силой; есть люди, обладающие великой телесной красотой. Есть ли заслуга в том, что родились с могучей силой, родились красивыми, родились с добрым сердцем? Нет, заслуги в этом никакой нет: это дар, полученный от Бога при рождении, а Царство Божие надо заслужить. Господь сказал: «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» (Мф. 11, 12). Нужны подвиги, нужны усилия, нужно понуждение себя к добру, обращение от зла, от всякой неправды к правде, нужны усилия в творении добрых дел. И только тогда, когда великими и непрерывными усилиями очищаем сердце свое и привлекаем к нему благодать Божию, когда под влиянием этой благодати возгревается и разгорается в сердце нашем святая любовь, любовь всеобщая, любовь, лишенная ненависти к кому бы то ни было, — только тогда эта любовь в соединении с верой откроет нам путь в Царствие Божие. Итак, недостаточно добрых дел, недостаточно учения о нравственности: нужна и религия, ибо только в религии, в вере в Бога, в общении с Богом мы получаем силу творить подлинное, полноценное в очах Божиих добро, а голая нравственность этого не дает, и очень ошибаются те, которые думают заменить религию одним учением о нравственности. Добро полноценное в глазах Божиих творят только те, которые просвещены Божественной благодатью, чье сердце стало вместилищем подлинной, всеобщей любви к людям, а прежде всего к Богу».

Феофан Затворник (Что есть духовная жизнь …, п. 66): «Возьмите Жуковского и прочитайте статью «Пери и Ангел». Она, кажется, в пятом томе. Преназидательная. Она большая. Расскажу Вам коротенько ее содержание. Пери, дух, один из увлеченных к отпадению от Бога, опомнился и воротился в рай. Но, прилетев к дверям его, находит их запертыми. Ангел, страж их, говорит ему: «Есть надежда, что войдешь, но принеси достойный дар». Полетел Пери на землю. Видит: война. Умирает доблестный воин и в слезах предсмертных молит Бога об отечестве. Эту слезу подхватил Пери и несет. Принес, но двери не отворились. Ангел говорит ему: «Хорош дар. Но не силен отворить для тебя двери рая». Это выражает, что все добродетели гражданские хороши, но одни не ведут в рай. Летит Пери опять на землю. Видит мор. Умирает красавец. Его невеста ухаживает за ним с самоотвержением, но заражается и сама. И только что успела закрыть ему глаза, как и сама пала ему на грудь мертвою. Были слезы и тут. Пери подхватил одну и несет, но двери рая и за эту не отворились. Ангел говорит ему: «Хорош дар, но один не силен отворить для тебя Неба». Это значит, что семейные добродетели одни тоже не приводят в рай. Ищи! Есть надежда. Пери опять на землю. Нашел кого-то кающегося. Взял его слезу и несет. И прежде чем приблизился к раю, все двери его были уже отворены для него. Так вот какую слезку извольте принести Господу. Радость бывает на Небе, когда кто плачет и сокрушается, чувствуя себя грешным. И се — благонадежнейший нам путь: «покайтеся и веруйте во Евангелие» (Мк.1,15)». 

= О страшной вечной участи людей неверующих в Бога и живущих во зле

Приведем несколько поучений святых отцов о том, что ожидает неверующих людей и проживших жизнь в грехах без покаяния.

Антоний Великий (Добротол., т.1, 170 гл., гл.13): «Сживающиеся со злом никогда не будут в числе бессмертных (т.е. блаженным бессмертием)».

Феофан Новоезерский (Наставление, 46): «Живущие хорошо и здесь прославляются, а которые худо жили, кончина страшная, без всякого извещения отходят, а куда? неизвестно; по­тому что Бога не имели в разуме (Римл.1, 28), и лишились Его навсегда».

Симеон Новый Богослов (Слово 4): «…никак невозможно, чтобы он (тот, кто не имеет благодати Святого Духа, мертв в порядке Божием) имел жительство на небесах, потому что всякий мертвый (в каком-либо порядке) бездействен (безжизнен) в нем».

Феофан Новоезерский (Наставление, 315): «Является ли по смерти грешная душа пред лице Божие? Нет! Которые на земле отвращались от лица Божия, те не узрят Его, никогда; а на суде, во втором пришествии, только одну минуту, чтоб услышать одно решение: «отойдите от Мене проклятии»».

Тихон Задонский (Сокровище духовное, ст. 108): «Христос за всех умер», — свидетельствует свя­той Павел (2 Кор.5:15). «Ибо нет лицеприятия у Бога»(Рим 2:11). Всех спасти хочет, ради всех и Сына Своего в мир послал. Слава человеко­любию Его! Однако от Бога получают милость и спасаются только те люди, которые верой приемлют Его, любят спасительное явление Его, и Его сердечно благодарят, и слушают спа­сительные слова Его. Прочие в своем нечес­тии и нераскаянии погибают. Благодать Божия желающих спасает, а не нежелающих. Приготовил всем Христос спасение, но требу­ется от всех, чтобы все желали спасения, и желали истинно и действительно. А кто не хочет, сам собою уже погибает».

Игнатий Брянчанинов (Аскетическая проповедь, поуч.1 в 25 неделю): «Что может Он (Бог) дать тем, которые самопроизвольно, не внимая призывному голосу Его, отчуждились от Него, соделались неспособными пребывать при Нем, неспособными получить драгоценные и вечные дары Его? Вечное блаженство — духов­но, Божественно. Тот только может наследовать это блаженство, кто предварительно расторг об­щение с грехом, кто предварительно вступил в святое общение с Богом. Стяжавший, напротив того, враждебное расположение к Богу и ко все­му, что благоприятно Богу, по необходимости должен быть отвергнут от лица Божия, низверг­нут туда, куда низвергнуты все враги Божии».

Игнатий Брянчанинов (Слово о смерти): «Христиане, одни православные христиане, и притом проведшие земную жизнь благочестиво или очистившие себя от грехов искренним раскаянием, исповеданием пред отцом духовным и исправлением себя, наследуют вместе со светлыми Ангелами вечное блаженство. Напротив того, нечестивые, то есть неверующие во Христа, злочестивые, то есть еретики, …наследуют вечное мучение вместе с падшими ангелами».

Инок Агапий (Спасение грешников, ч.2, гл.22): «Кто-то спросит: «Если Бог многомилостив, почему за временное наслаждение Он дает вечное мучение?» Человек  грешит, допустим, два года, или десять, или больше, но почему он сгорает вечно за вкушение столь малых лет? Послушай ответ. Справедливый суд заключается в том, что за краткое падение дается долгая кара. Когда человек убивает, или насилует девочку, или ворует, или делает другое безнравственное, то эти прегрешения укладываются в короткий промежуток времени. Но судебная власть не карает преступника ровно столько времени, сколько он совершал зло, но ссылает его, или заключает в тюрьму, или отправляет на каторгу (на галеры) на всю жизнь. А если даже его казнят по тяжести преступления, то закон не дает в качестве мучения за преступления ту небольшую боль, которую он испытал бы при казни. Считается, что наказание вечно сопровождает человека, как недостойного жить. Как в этом мире никакой закон не может воскресить осужденного после смерти в жизнь, так и мучимый в аду не может никаким законом быть искуплен от ада и пойти в рай».

= О не одинаковой вечной участи христиан

Также Святое Писание и отцы говорят о том, что только вера в Бога без исправления своей жизни и внутреннего человека не позволяет войти в Царствие Небесное. 

Феофилакт Болгарский (Толкование на Ев. от Матф.22, 14): «Ужаснемся же, помышляя, что, если у кого нет жизни чистой, тому нисколько не пользует одна вера, и тот не только отвергается от брака (т.е. от Царствия небесного), но и посылается в огнь. Кто же носит скверные одежды, как не тот, кто не облекся в утробы щедрот, благость, братолюбие?».

Инок Агапий (Спасение грешников, ч.2, гл.22): «Так бездумно говорят некоторые, доказывая, что Бог человеколюбив и потому, дескать, не мучает никого из христиан, а только неверных. И, мол, разве кто возвращался из ада, чтобы нам рассказать, правду ли повествуют Писания о рае и аде? — и другая подобная болтовня. Те, кто так говорят, скорее неверные, чем православные христиане, — и когда бесы бросят их в страшные мучения, тогда несчастные и станут верить».

Симеон Новый Богослов (Слово 12): «…пусть никто из людей ни о чем другом не заботится и ни на что другое не иждивает трудов своих в настоящей жизни, как только на то, чтоб душа его в последний час смерти оказалась здравою и свободною от всякой мирской и плотской страсти. Так-то необходимо, чтобы душа сделалась здравою от всякого недуга своего, и тогда, как сделается она здравою, может послужить Богу достодолжно, исполняя божественные заповеди Его, и явиться непостыжденною, когда предстанет пред страшное судилище Христово. Если же не сделает она этого, то есть не послужит Богу и не исполнит заповедей Его, хотя не в большой мере, то, конечно, и в день суда окажется она нездравою от страстей, и будет за то ввержена в огнь геенский, который поглотит ее в своей пещи неугасимой и будет жечь вечные веки. Ибо огнь геенский не может жечь никаких других, а только тех, которые оставили неуврачеванными души свои в настоящей жизни и так неуврачеванными перешли и в другую жизнь».

Макарий Великий (Рукописи типы 2, беседа 30): «…как мертвый ни на что не потребен и вовсе ни к чему не годен для живых, почему, выносят его вон и полагают вне города: так и душа, которая не имеет в себе небесного образа Божественного света, то есть жизни души, делается как бы неимеющею цены и вовсе отверженною; потому что неблагопотребна для града Святых душа мертвая, неимеющая в себе светозарного и Божественного Духа. Как в сем мире душа есть жизнь тела: так и в вечном и небесном мире жизнь души есть Божий Дух. Посему, кто старается уверовать и прийти ко Господу, тому надлежит молиться, чтобы здесь еще приять ему Божия Духа, потому что Он есть жизнь души, и для того было пришествие Господа, чтобы здесь еще дать душе жизнь — Духа Своего. … Посему, если кто здесь не искал и не приял жизни душе, т.е. божественного света Духа, то он во время исшествия из тела отлучается уже на шуюю страну тьмы, не входя в небесное царство, и в геенне имея конец с диаволом и с аггелами его».

Игнатий Брянчанинов (Слово о смерти): «…те из православных христиан, которые проводили жизнь в грехах или впали в какой-либо смертный грех и не уврачевали себя покаянием, наследуют вечное мучение вместе с падшими ангелами. Патриархи Восточно-Кафолической Церкви в Послании своем говорят: «Души людей, впавших в смертные грехи и при смерти не отчаявшихся, но еще до разлучения с настоящею жизнью покаявшихся, только не успевших принести никаких плодов покаяния, каковы: молитвы, слезы, коленопреклонения при молитвенных бдениях, сокрушение сердечное, утешение бедных и выражение делами любви к Богу и ближним, что все Кафолическая Церковь с самого начала признает богоугодным и благопотребным, — души таких людей нисходят во ад и терпят за учиненные ими грехи наказания, не лишаясь, впрочем, надежды облегчения от них. Облегчение же получают они по бесконечной благости, чрез молитвы священников и благотворения, совершаемые за умерших, а особенно силою Бескровной Жертвы, которую в частности приносит священнослужитель для каждого христианина о его присных, вообще же за всех повседневно приносит Кафолическая и Апостольская Церковь»».

Также отцы говорят, что не может быть одинаковой вечной участи у святых подвижников, оставивших мир и посвятивших себя служению Богу, и у тех, кто прожил жизнь в мирских удовольствиях и служении своим страстным желаниям.

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.312): «…заслуживают тысяч венцов святые подвижники, называемые преподобными отцами, которые, из любви к Богу оставив мир и все, что в мире, ушли в пустые, совершенно необитаемые места и там, затворяясь в своих кельях, всю жизнь проводили в богомыслии, молитве, в отсечении своей воли, посте, бдении, труде и подвиге ради Бога и терпели всю жизнь нападения от противных сил, всячески усиливавшихся поколебать их веру и надежду на Бога, особенно же любовь к Нему. Бороться из любви к Богу со своею плотью и диаволом, этим хитрым, сильным и злобным врагом, не несколько часов, дней и месяцев, а много лет, иногда 60 и 70 лет, каких это заслуживает венцов? И что в сравнении с этими подвижниками люди, живущие в мире, без нападений так часто падающие и без поражений так поражаемые от своей плоти? Что значат в сравнении с св. подвижниками люди-миряне, живущие по своей воле, в роскоши, в удовольствиях всякого рода, в одежде славней и пище сущии, предающиеся гордости, честолюбию, зависти, ненависти, скупости, раздражительности, гневу, мщению, развлечениям, блуду, пьянству — всем порокам, хотя и не в одном лице совершаемым?».

Далее приведем несколько советов святых отцов нам, нерадивым грешникам, неготовым еще встретить свою смерть с истинной радостью и покоем, а значит и неготовым еще войти в Царствие Небесное. 

Макарий Великий (Духовные беседы, беседа 1): «…душа тому и принадлежит, с кем в общении и единении она своими хотениями. Поэтому, или, имея в себе Божий свет и в нем живя и украшаясь всякими добродетелями, причастна она свету упокоения; или, имея в себе греховную тьму, подлежит осуждению. Ибо душа, желающая жить у Бога в вечном упокоении и свете, по сказанному прежде, должна приступить к истинному Архиерею Христу, претерпеть заклание и умереть для мира и для прежней жизни лукавой тьмы, преставиться же в иную жизнь для божественного воспитания. Если умирает кто в городе, — не слышит ни голоса, ни речей, ни шума живущих там, но как скоро умер, — переносится в другое место, где нет ни гласов, ни воплей того города: так и душа, как скоро предается на заклание и умирает в том граде вредных страстей, в котором жила и проводила время, не слышит уже в себе гласа бесед тьмы, не раздается уже в ней говор и вопль суетного беседования и мятежа духов тьмы, но преселяется она в град, исполненный благости и мира, в град Божественного света; и там живет и слышит, там гражданствует, разглагольствует и беседует, там совершает дела духовные и достойные Бога. Посему и мы будем молиться, чтобы силою Его приять нам заклание и умереть для лукавого века тьмы, чтобы истреблен был в нас дух греха, чтобы душа восприяла в себя небесного Духа, облеклась в Него, преселилась из греховной тьмы во свет Христов, и целые веки упокоевалась в жизни. …Посему, как скоро слышишь это, обрати внимание на себя самого, в самом ли деле и подлинно ли приобретено сие душею твоею? Ибо это не слова, просто произносимые, но дело, поистине в душе совершаемое. И если не приобрел ты таких духовных благ, но еще нищ; то должно тебе скорбеть, плакать и болезновать непрестанно. Как мертвый еще для царства, и как язвленный, взывай всегда ко Господу и проси с верою, чтобы и тебе сподобиться сей истинной жизни».

Симеон Новый Богослов (Слово 1): «…смерть не властвует над душами, которые запечатлены всепречистою кровью Христовою и благодатью Всесвятого Духа …. Сего ради потщимся всеусердно делать все дела, какие угодны Христу, да сподобимся запечатления от Него, чтоб без боязни прейти прочее время жизни нашей; и не это только, но да восприимем милость от Него и достойными соделаемся изведать таинства Христа, изведать, говорю, не словом только, или слухом и преданием, но делом и действенностью. …Бежим же от прелестей мира сего и его обманчивых радостей и утешений и к единому устремимся Христу, Спасителю душ наших. Его возревнуем постигнуть и, когда постигнем, припадем к стопам Его и облобызаем их со всею теплотою сердечною. Ей, умоляю вас, восподвизаемся теперь, пока еще мы в настоящей жизни, познать Его и узреть Его. Ибо если здесь сподобимся мы познать Его чувством души своей, то не умрем, смерть не возобладает нами. Не будем дожидаться узреть Его в будущей жизни, но здесь, в этом мире, поподвизаемся узреть Его. Святой Иоанн Богослов говорит: «А что Он пребывает в нас, узнаём по духу, который Он дал нам» (1Ин.3:24). Итак, которые из вас делом показали твердую и несомненную в Него веру, обдумайте хорошенько, что я сказал, и, разобравши то со тщанием, посмотрите, есть ли в вас Христос, чтоб не обмануть самих себя, думая, что имеете в себе Христа, тогда как ничего не имеете, и не отойти из сей жизни пустыми, не имея Христа, и не услышать оный страшный глас Господа: возьмите, что мнится иметь сей лукавый, и отдайте имеющему большее. Тогда восплачете и возрыдаете, и скорбеть станете бесполезно бесконечные веки. Но да не будет сего с нами, паче же да соделаемся достойными узреть Господа в сей жизни, и когда умирать будем, иметь Его в себе, чтобы с Ним пребывать в другой жизни и радоваться с Ним в царствии Его. Аминь».

И для того чтобы наши нерадивые души прониклись еще большим спасительным страхом, напоследок приведем поучение об адских мучениях грешников.

Инок Агапий (Спасение грешников, ч.2, гл.22): «Но сколь велик тогда ужас и тяжесть наказания, жестокость мучения, которые приготовлены для грешников? Ты никак не можешь утешать себя тем, что, мол, если я плохой, наказание мне будет только то, что я не буду вкушать Бога, а другого наказания у меня не будет. Это вовсе не так. Ты будешь либо в раю в сопровождении Ангелов всегда славить с ними Господа или вместе с бесами нескончаемо скорбеть в мучении. Сколь жребий праведных благополучен, столь состояние истязаемых жалко и ужасно. Вкушение святых — вселенское и совершенное благо, в нем заключается все доброе, что может постигнуть человеческий ум. И, напротив, наказание мучимых есть зло, все состоящее из боли, целиком несчастное, несравненно тяжелее и грубее всех временных мучений. …Те, кто совершили больше грехов, имеют различные мучения в том безрадостном месте, где будет всякая скорбь, печаль и стенание. Жарчайшее жжение огня, холоднейший лед, огненный дым, взгляды бесов, мерзкие и страшнейшие, скрежет зубов, непрекращаемая жажда, несравненное ни с чем зловоние, неусыпающий червь, всякая нечистота и мука… Но большим из всех названных мучений будет лишение Бога — это стесняет сильнее всего. Но о том мы скажем ниже, а сначала покажем менее страшные мучения. Мы находим в Писаниях, что грешники подпадают под девять кар. Первая — жжение огня, как записывает святой Матфей слова из уст Господа: «Идите от меня, проклятые, в огонь вечный». Не думай, что это тот огонь, которым мы пользуемся здесь, в мире. Нет, он также мало жжет, как настоящий огонь отличен от нарисованного. …Пламя мучения отличается от обычного в трех вещах. (1) Оно мрачное, не имеет света, а дает только жжение. (2)  Оно не принадлежит никакой материи, но жжет нематериально и потому сильнее давит. (3) Оно неугасимо, никогда не уменьшается. Представь, что ты видишь большую печь, она вся исходит искрами, как та печь в Вавилоне. Посреди огня лежит связанный по рукам и ногам железными путами, он опаляем, но не может умереть или сгореть. Так страдают в очаге пламени осужденные, без всякой надежды выйти из этого неугасаемого огня, и никогда и никто их не развяжет. …Второе наказание — лед и холод. Бесы извлекают грешников из огня, чтобы бросить их в тартар (бездонную пропасть), где великое озеро, полное холоднейшего льда. Это и есть то, что Евангелие называет скрежетом зубов. …Третье наказание — вонь. В аду собраны нечистоты и грязная мерзость со всего мира. Тела издают зловоние, и особенно торжествуют бесы, стесняющие грешников обонянием безмерной вони этого нечистого места. В аду такой дурной запах, что если бы один из мучимых грешников смог прийти в мир, то воздух бы испортился от его вони, а все на земле умерло бы. …Четвертое мучение — мучение зрения. Оно карается мрачным видом бесов. Бесы столь безобразны и страшны, что если ты увидишь кого-то из них, а рядом будет стремнина или горящая печь, то ты скорее упадешь с высоты или свалишься в печь, чем увидишь взгляд беса. Лукавые духи получили такое уродство после преступления, а прежде они были самыми прекрасными созданиями Творца. Пятое отмщение — это крайний голод и безмерная жажда. … Жажда будет еще сильнее преувеличивать скорбь и муку. Грешники станут жалко кричать вместе с упомянутым богачом: «Отче Авраам, помилуй нас, и дай нам каплю воды, чтобы мы охладили иссохший язык, ибо мы горько болезнуем от сильного жара». А он им отвечает: «Вы получили ваши блага в вашей жизни». О, безутешная скорбь! … Шестое наказание — неусыпный червь совести. Когда мучимый грешник видит перед собой все совершенные грехи, как будто они изображены на стене, он тем более мучается и скорбит от этого помысла. Как червь рождается из гнилой материи, а потом пожирает и уничтожает ее, — так негодный и сгнивший в беззакониях грешник от боли рождает червя совести, непрестанно и неусыпно пожирающего его сердце, как говорит Григорий Великий в «Нравственных диалогах». Сейчас плотское вкушение кажется грешнику наслаждением. Но тогда сладость превратится в червя, и он будет пожирать его внутренности. Как сказал Исайя: «Червь их не умирает, и огонь их не угасает». Седьмое наказание — узы и тьма кромешная. Тот огонь не дает света, а только жжет и пытает несравненно. О тех, кто не был одет в брачную одежду, Господь говорит в Евангелии от Матфея: «Свяжите его по рукам и ногам, возьмите и бросьте во тьму кромешную». О, неразрешимые узы! О, безутешная темница! О, мрачное заключение! Восьмое наказание — вечное отчаяние и тягостная печаль, ибо у бедных мучимых нет никакой надежды когда-нибудь выйти из того места боли. Это их гнетет более, чем все, о чем мы написали. Они знают, что мучение не имеет конца, они будут кричать нескончаемо, проклинать, хулить небо, землю, все творения и самого Судию, Который приговорил их к столь великим скорбям. Они будут пожирать свою плоть как бешеные собаки. Они будут звать смерть и не будут услышаны, потому что там смерть начинается всякий раз, но конца не имеет. Августин пишет об этом: «О смерть, сколь ты явилась бы теперь желанной и сладостной для тех, для кого здесь ты была ненавистной и горчайшей. Тогда они тебя боялись и избегали, а теперь вожделеют тебя и просят». О, нескончаемая скорбь и рыдание! Несчастные отдали бы все царства мира, если бы им возможно было умерить свои страдания, но такого не будет. Их смерть — бессмертна, предел — беспределен, огонь — неугасаем, плач — нескончаем. Другого там и не слышно, а только крики от боли и скорби: «Увы, увы, горе мне, горе мне», — и другие подобные. Там ничего нет, только змеи, черви и лишенные милости бесы. Бедные грешники умирают ежечасно, а конца никогда не видят. Чтобы ты понял, слушатель, их вечность, послушай и не ленись чаще перечитывать эту главу. Ибо тот, кто не кается в своих грехах от страха перед таким мучением, — или одержимый умалишенный, или неверный. …Как слава рая не имеет конца, так и мучения грешников. И наказание окажется тем больше, чем больше было здесь вкушение, а согрешавшие члены будут болеть сильнее. Обжоры будут страдать от голода и жажды. Развратники и невоздержанные — гореть в тесном и смрадном месте. Гордецы будут в великом бесчестии и презрении. Сребролюбцы — в крайней бедности. Говоря просто, нет такого падения, которое не имело бы сродного наказания. Но кара одного часа там хуже, чем кара ста лет в этом мире. Тогда в отчаянии каждый скажет такие слова: «Да погибнет день, когда я родился. Почему я не скончался во чреве? Я вышел из утроб, и почему тотчас не погиб?…» Они будут восклицать это и тому подобное, описанное в 3 главе Книги Иова. Книга Премудрости говорит: «О, мы безумные, что свернули с пути истины. Свет правды не воссиял в нас. Мы исполнены беззакония и гибели. Мы шли по непроходимой пустыне, а пути Господа не узнали. Какая польза нам от превозношения, для чего нам богатство и хитрость? Все это прошло как тень, и пробежало как весть. Как идущая за кораблем вспененная вода проходит, и следа ее не найти». Подобные слова будут говорить в адском мучении грешники, раскаиваясь без результата; ибо закрыта дверь покаяния, и кончился праздник. … Когда вы это читаете, братья, не думайте, что мы написали больше, чем есть на самом деле. Мы не написали и тысячной доли. В том безрадостном месте такая боль, что уста не могут повествовать, а рука устает писать. …Мы приведем один правдивейший пример, найденный в достойных веры книгах. Всякий пусть устрашится будущей кары и станет переносить временное наказание, как то сделал поднявшийся из мертвых, о котором сейчас мы скажем. Святой Кирилл Александрийский пишет в письме к святителю Августину, что три человека воскресли из мертвых. Один Бог, управляющий всем на нашу пользу, знает, какими судами. Один из них всегда безутешно плакал и ничего не отвечал на вопросы. Он только лил слезы. «Наконец, — пишет святитель, — я был так отягощен, что решился и заклял его во имя Божие сказать какое-нибудь слово на пользу стоящих вокруг. Он мне ответил так: «Если бы ты знал мучения ада, то не смог бы удержать горестное рыдание». —   Какие муки, — спросил я, — приготовлены грешникам? Скажи. Думаю, что они больше всех временных?» — «Если все скорби и кары, насилия и мученичества этого мира ты сравнишь с самым малым мучением ада, то они покажутся тебе наслаждениями и утехами. Поверь мне, что если кто испробует грубость тех мучений, тот скорее предпочтет быть караемым без облегчения здесь до конца мира всеми скорбями и истязаниями, которые претерпели все люди от Адама до сего дня, чем только один день провести там, в адском мучении. И именно это причина моих слез, ибо я согрешил пред Богом, Который столь праведен, что даже с бесом не бывает неправосудным. Не удивляйся, что я так плачу, но скорее дрожи и удивляйся, что люди, зная, что их ждут столь великие мучения, не думают о них и не заботятся изгладить свои грехи. Знай и то, что в тот час, когда душа отделилась от моего бедного тела, я был охвачен такой болью и страданием, что это невозможно понять или невозможно в это поверить, если бы я не испробовал на деле». Таковы слова святого. О, блаженны те, кто слушают эти душеполезные повествования и терзаются днем и ночью теперь, когда есть толк в слезах. Да, возлюбленные братья мои, примите разумное знание от чужих опасностей и на чужих примерах. Если бы было возможно, чтобы вы услышали безутешное рыдание, нескончаемый плач и непрерывные крики бедных людей, некогда бывших здесь, в мире, великими, а теперь находящихся в безрадостном аду, получая названные мучения! Если бы вы услышали явственно, сколь скорбят те, кто не служили Богу и не могут быть искуплены из ада, — вы бы не были так ленивы. …У тебя есть многоценное время, слушатель, а ты его теряешь. Почему ты не желаешь потрудиться немного? Почему хочешь стать наследником адского мучения, лишаешь себя видения Бога, что есть одиннадцатая и самая страшная кара мучимых во аде? …Знай только, что сильнее боли, чем эта, нет, и она хуже всех исчисленных нами скорбей и лишений. Кто остается без вожделеннейшего видения Бога, тот лишен самого главного и высшего. Грешники предпочли бы видеть Бога и переносить все скорби адского мучения, чем не чувствовать никакой скорби и не видеть Бога, ибо цель души — вкушать своего Создателя. В этом получают величайшее наслаждение святые, более, чем от других благ, которые есть в раю. Лишенные такого права чувствуют скорбь большую, чем от других мучений. …Плачьте, слушатели, и скорбите сейчас, когда больше полезна одна капля слез, чем тогда целое беспредельное море. Рыдайте безутешно и проливайте столько слез, сколько было воды, когда вы крестились, и сколько было не знающей скверны Крови, которую пролил щедрый Бог ради нас. Ибо за Крещение и Причастие мы дадим ответ в час Суда! Еще будем плакать о грехах, совершаемых ежедневно, ежечасно и ежесекундно. Не думайте, что мы пишем сказки, но верьте в сказанное, как в правдивое и истиннейшее. Делайте то, что делали бы мучимые, если бы Бог дал им благодать вернуться обратно в наш мир, восстать телом и быть в борении, чтобы искупить ужасное и неизреченное мучение. Подумай, какую горькую и скорбную жизнь начнет вести такой человек. Он не будет думать о благовидной еде, об одеждах, о том, что его унижают, а он не может защититься. Он никогда не будет зол, но все перенесет, как игрушки, станет судить о себе, как о достойном таких и даже больших истязаний, чтобы искупиться от того нескончаемого. Так будем делать и мы. Простим ненавидящих нас. Не будем воздавать злом за зло. Будем дружелюбно принимать нищих, ибо никакая другая добродетель не может столь смягчить гнев Судии, сколь богоподражаемое благоутробие и милость к нищим. Будем иметь выдержку в скорбях и не будем беспечны, не будем жаловаться, что нас задевают несправедливо. Ибо какие бы мучения ни приходили от видимых и невидимых врагов, они приходят Божественным попущением, по воле Божией, полагаются нам за наши грехи. Будем благодарны Богу, что Он наказывает нас благоусердно, как чадолюбивый отец, и временно, чтобы мы были избавлены от вечнующего пламени огня мучения благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Ему же подобает всякая слава, честь и поклонение во веки веков. Аминь».