🎧ч.2.1. гл.5. О непокаянии и покаянии христиан на тяжелых греховных стадиях (начало)

Скачать О непокаянии и покаянии христиан на тяжелых греховных стадиях (начало) в формате docx

Скачать О непокаянии и покаянии христиан на тяжелых греховных стадиях (начало) в формате pdf

ПЕРЕЙТИ НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ ТЕМЫ

Составитель: Ника. Озвучено Никой

Тема: О ЛОЖНЫХ ИУДООБРАЗНЫХ ХРИСТИАНАХ, ПРЕДАЮЩИХ ХРИСТА, ИЛИ О ПОСЛЕДСТВИЯХ ГРЕХА (часть 2.1)

Глава 5: О НЕПОКАЯНИИ И ПОКАЯНИИ ХРИСТИАН НА ТЯЖЕЛЫХ ГРЕХОВНЫХ СТАДИЯХ

🎧Глава 5. О НЕПОКАЯНИИ И ПОКАЯНИИ ХРИСТИАН НА ТЯЖЕЛЫХ ГРЕХОВНЫХ СТАДИЯХ.
*ВВОДНОЕ СЛОВО О НЕПРАВЫХ МНЕНИЯХ О ВОЗМОЖНОСТИ И ЛЕГКОСТИ ПОКАЯНИЯ ДЛЯ ХРИСТИАН, ЖИВУЩИХ В СМЕРТНЫХ ГРЕХАХ.
*** О неполном понимании вопроса о непокаянии теми, кто защищает ложных христиан.
*** Нужно учиться иметь правое суждение о ложных христианах, но в то же время не осуждать 
*** О возможном ошибочном мнении, связанном с покаянием на примере разбойника на кресте 
*** Говоря о возможности и легкости покаяния, нужно учитывать духовное состояние человека и знать истины о покаянии и непокаянии.
*** «Кто спасется, и кто погибнет, ведает Бог, но от нас то сокровенно».
*** О том, почему молитвы кого-то о согрешающем или ложном христианине могут не умолить Бога 

Раздел 5.1. НЕКОТОРЫЕ ОСНОВНЫЕ ИСТИНЫ О ПОКАЯНИИ И НЕПОКАЯНИИ.
*5.1.1. ИСТИНЫ О ПОКАЯНИИ.
*** «Покаяние в смертном грехе тогда признается действительным, когда человек, раскаявшись в грехе и исповедав его, оставит грех свой».
*** О трех обязательных составляющих при покаянии – осознании, чувстве раскаяния и желании исправления.
*** О молитве и брани с собой после истинного покаяния, чтобы не вернуться к своим грехам
*** От покаяния человека до прощения Божия есть определенный путь.
*5.1.2. О ложном покаянии и непокаянии христиан.
*** Ложные христиане не живут по законам истинного покаяния, и оно им неприятно.
*** «Медленность (покаяния и изменения) … выражает следующее: «Пусть сначала царствует во мне грех, после будет когда-нибудь царствовать и Господь»».
*** Ложный христианин омрачен похотью и грехом, и поэтому «без всякого страха преда(ется) утехам», и не воспринимает грех, как грех.
*** Нераскаянный грехолюбивый христианин – глуп, безумен, слеп и Иуда.
*** Грешники, как правило, имеют превратное мнение о Суде, не верят словам об аде и что они могут туда пойти.
*** «Кто зла держится как добра, тот с великим затруднением приходит в покаяние».
*** О том, как постепенно происходит непокаяние у грешащего христианина.



«Не греши постоянно в ожидании получить прощение, но ищи безопасности в том, чтобы не грешить. Многие в ожидании прощения сделав много дурного, обманулись в надежде, и себя не исправив, и прощения не получив» (Исидор Пелусиот. Письма, ч.1, п.623)
«…Есть грех крайний, на небо вопиющий, именно: грешить в надежде на милость Божию. Милость Божия безмерна, но мы мерны…, и можем зайти до того, что перестанем каяться и сокрушаться от частых падений, а без этого не будет в нас сосуда для принятия милости» (Феофан Затворник. Письма, п.477)



Глава 5. О НЕПОКАЯНИИ И ПОКАЯНИИ ХРИСТИАН НА ТЯЖЕЛЫХ ГРЕХОВНЫХ СТАДИЯХ

Надеюсь, нашлось хотя бы несколько человек, которые прочли (или прослушали) весь предыдущий материал о состоянии ложных христиан. И очень бы хотелось, чтобы мы не осуждали тех бедных, малодушных, духовно слабых и маловерных людей (хотя я понимаю, что это – сложно). Но если читатель принял все те поучения как назидания себе, и если наполнился страхом жить во грехах, то, надеюсь, осуждение тех людей будет минимальным, и будет для него поводом к покаянию. Желаю такого расположения всем, кого Господь сподобил вместе со мной изучить этот вопрос. Слава Господу, показавшему нам свет! Слава Ему, что так милостив к нам и не оставляет нас в неведении, и постоянно дает нам возможность познать христианские истины на себе и на других людях для нашего спасения! Если, конечно, мы услышим и понесем труды покаяния и исправления …

Итак, напоследок темы о ложных христианах обязательно нужно сказать о покаянии, без которого невозможно смыть с себя внутреннюю черноту, образовавшуюся в грехолюбцах (которая описана выше), да и у всех нас.

Сразу скажем, что, к сожалению, одной из основных черт ложных христиан является их непокаяние и нераскаянность в тех плотских грехах и страстях, которые они очень любят (блуд/прелюбодеяние, пьянство, наркоманию, сребролюбие, гордость, праздность и т.д.). Они не пользуются спасительным средством после падений – покаянием — и не несут его труды, хотя все христиане обязательно знают такую непреложную истину:

Никон Оптинский (Душеполезные поуч. преп. Оптинских старцев, ст. Покаяние): «Основание нашего спасения — покаяние».

Так как же получается, что все христиане знают и о покаянии, и о необходимости исправления и изменения, но все же есть те, которые не раскаиваются и живут в грехах, как неверующие, а то и еще хуже их? Вот именно об этом мы и поговорим сейчас. И так как к вопросу о покаянии, как и к любой истине, нужно приступать с духовным рассуждением, то скажем о нем, показывая разные нюансы, хотя и скажем кратко (да, эти две сотни страниц, это – краткое изложение, потому что сейчас будет представлена только очень малая часть поучений святых отцов о нем); но нужные нам нюансы относительно возможности и невозможности покаяния будут обязательно рассмотрены.

ВВОДНОЕ СЛОВО О НЕПРАВЫХ МНЕНИЯХ О ВОЗМОЖНОСТИ И ЛЕГКОСТИ ПОКАЯНИЯ ДЛЯ ХРИСТИАН, ЖИВУЩИХ В СМЕРТНЫХ ГРЕХАХ

О неполном понимании вопроса о непокаянии теми, кто защищает ложных христиан

Сразу укажем на один очень важный нюанс: те христиане, которые узнают/услышат/увидят о смертных грехах ложных христиан, нередко оправдывают их, защищают и говорят, что они когда-то в будущем покаются. И обычно говорят это перед другими, чтобы показать свое не осуждение. С одной стороны и хорошо, что другие не осуждают грешников, а как бы их защищают, но с другой, они не знают или забывают некоторые немаловажные истины. 

Итак, во-первых, надо знать и такую истину:

Василий Великий (Правила кратко изложенные, в.7): «Вопрос: Какой суд на тех, которые защищают согрешающих? Ответ. Думаю, что тягчайший суд, о котором сказано: «лучше было бы ему, если бы мельничный жернов повесили ему на шею и бросили его в море, нежели чтобы он соблазнил одного из малых сих» (Лук. 17, 2). Ибо согрешивший получает не выговор, который бы мог его исправить, но защиту (от тех, кто его защищает и оправдывает), которая утверждает его во грехе; он и других вызывает на подобные слабости …».

Во-вторых, и сами грехолюбцы (которые также могут говорить о своем будущем покаянии) и те, кто их защищает, могут при этом приводить примеры из Евангелия о возможности и доступности покаяния (далее мы рассмотрим пару таких примеров и что говорится о покаянии, и увидим, что далеко не все их слова соответствуют истине).

И, в-третьих, укажем и на эту истину:

Василий Великий (Правила кратко изложенные, в.8,9): «Вопрос: Как надобно принимать кающегося искренно? Ответ. Как научал Господь, сказав: «созовет друзей и соседей и скажет им: порадуйтесь со мною: я нашел мою пропавшую овцу» (Лук.15, 6). В. 9: Какое расположение иметь нам к нераскаянному грешнику? Ответ. Какое повелел иметь Господь, сказав: «если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф.18, 17), и какому научил Апостол, написав: «удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас» (2Сол. 3, 6)».

Также, судя по опыту, многие христиане, когда слышат истины о непокаянии, относят их к людям неверующим, будучи уверенными, что у христиан, которые являются членами Церкви Христовой, нет непокаяния или что они все равно не могут быть не помилованы Христом, т.к. являются верующими в Него. Но истина такова:

Кирилл Александрийский (Слово об исходе души и страшном суде): «Кто грешит в разуме и без принуждения, и не кается, тот мучится с неверными».

Григорий Палама (Омилии, Беседа произнесенная в Неделю Отец…): «… тому, кто — после божественного крещения, после договора, заключенного в нем, с Богом, по силе получения, проистекающей от него, божественной благодати, — (однако) не следует образу жизни Христа, но преступает и оскорбляет Благодетеля, (тому) последовательно и справедливо следует быть совершенно лишенным божественного усыновления и вечного наследия».

Далее поговорим о подобных неправых суждениях не самих ложных христиан, а тех, кто о них знает.

Итак, действительно, есть такая истина о возможности покаяния каждого человека, и это бесспорно.

Григорий Палама (Омилии, Беседа произнесенная в Неделю Отец…): «…кто достойно воспоет, о, Христе Царю, величие Твоего человеколюбия: потому что то, в чем Тебе не было нужды, то, что Ты Сам не совершал, — я имею в виду: покаяние…, это самое Ты, как посредника, даровал нам, согрешающим …! Потому что оно является на основании раскаяния, опять обращением к Нему и к образу жизни по Его воле. Итак, если кто даже и согрешит смертным грехом, но от души отвратится от него и откажется от него, обратится же делами и истиною к Богу, пусть дерзает и имеет весьма большую надежду, потому что он не лишится вечной жизни и не погрешит в надежде на спасение; … — он снова оживает и получает божественное усыновление, и не лишается сожительства с праведниками».

Но нельзя не понимать, что истинное покаяние – это искреннее отвержение своего греха с трудом исправления себя и своей жизни. И этот подвиг после греховной жизни — это очень нелегкий труд над собой. А те, кто думают, что это только какой-то сожалеющий вздох и слова, те глубоко ошибаются, принимая временную эмоцию или чувство за великое таинство внутреннего и внешнего изменения и работы над собой.

Игнатий Брянчанинов (Плач инока о брате его, впадшем в искушение греховное, ст.2): «Подвиг покаяния тягостен и труден для низринувшегося в смертные грехи, в плотское жительство и мудрование, для стяжавшего греховные навыки. Этот подвиг назвали Отцы кровопролитием и, приглашая к нему, произнесли изречение, по наружности жестокое: «Отдай кровь, и прими Дух»».

Т.е. для того, кто когда-то отложил свое покаяние и изменение, когда начал вести греховный образ жизни, для того со временем покаяние становится тягостным и нелегким, и на подвиг, нужный для прекращения грешить, он уже становится все менее и менее способен…

Также, тот, кто говорит о доступности покаяния, не учитывает, что христиане–грехолюбцы не пользуются покаянием по той причине, что их грехи – это не единичные падения, сотворенные по минутному увлечению или нерадению, а не каются, потому что их грехи – это уже устоявшийся способ их жизни (общаться с любовницами/любовниками, развратничать, пьянствовать, принимать наркотики, постоянно лгать и лукавить, жить вольготно с деньгами и т.д.). Да еще к тому же, покаяние недоступно при таком духовном состоянии, о котором описано в предыдущих главах. И греховная/плотская воля никогда не захочет расстаться с тем, что она любит и что стало привычно для нее и ее смыслом жизни …

И если такое мнение о легкости покаяния высказывает тот, кто еще не является закоренелым ложным христианином, тот этим показывает свое духовное неразумие, ложное смирение, лицемерие, мнимые кротость и добродушие (как игра в неосуждающего и доброго). А может быть и так, что кому-то невыгодно прекратить общение с тем, кто стал иудообразным христианином, например, потому что их связывает какие-то дела, интересы или просто из тщеславия (неудобно как-то). А на самом деле он нередко также внутренне осуждает грехолюбца, как и другие. Но его тщеславие не позволяет показать себя таким пред людьми, поэтому и краснословит в их защиту …

А если такое мнение о легкости покаяния имеет ложный христианин, то это — явное внутреннее лукавство и бесовская ложь, прикрывающие свое нежелание покаяния (и об этом будет сказано чуть позже).

К тому же, говоря о непокаянии, мы привыкли воспринимать вопрос о нем в контексте следующей истины: «по смерти и в аду нет покаяния». И не рассуждаем о том, что при возможности иметь здесь покаяние, есть христиане, у которых здесь нет покаяния, и они уже не могут его стяжать по причине своей внутренней черноты.

Ефрем Сирин (О покаянии): «… если, услаждаясь грехом, будешь коснеть в нем, то покаяние отвратится от тебя, потому что знал ты, как оно хорошо, и предпочел ему грех. Покаяние проповедует оставление грехов, но не терпит, чтобы пренебрегали им».

И вот эти и другие истины о покаянии и непокаянии мало кто знает из христиан: и в основном можно услышать только устоявшиеся фразы о возможном покаянии и милости Божией. Да и в моем личном опыте не припомню, чтобы священники рассказывали своей пастве об опасностях прийти к непокаянию или об оставлении христианина Богом за его нераскаянные грехи. И такое замалчивание по своей духовной неразумности, это — очень большая ошибка, которая вредит и самим пастырям, и христианам.

Поэтому далее приведем поучения святых отцов о неистинном покаянии и покаянии. И, как мы уже не раз говорили, это однозначно относится к ложным христианам-грехолюбцам, живущим в смертных грехах, а также это относится в разной мере к полу-христианам (т.е. не занимающихся бранью со своими страстями и грехами, пусть и не смертными).

Нужно учиться иметь правое суждение о ложных христианах, но в то же время не осуждать

В этом водном слове продолжим разговор для тех, кто говорит о ложных христианах со снисхождением и оправдывает их.

Кстати сказать, что помимо относительно правильного оправдания грехолюбца по типу: «он когда-то покается», бывают и совсем плотские и греховные оправдания. Например: может оправдываться священник, который много лет прожил в прелюбодеянии, тем, что он же мужчина, а вокруг много женщин, или тем, что он просто не устоял (и это говорится не про то, что он один раз не устоял, а и при том, когда он сменил уже не одну любовницу или ушел жить от своей жены к любовнице); или оправдывается священник – пьяница: кто же сейчас не пьет?! или: ну он же совсем пьяным не был замечен…. Говоря это, люди хулят и чин священнический, ставя священника наравне с неверующими, забывая, что он – служитель Божий, который не должен быть простым мужчиной. А также такими оправданиями уничижают брань, которую вели христианские подвижники против своих страстей; и оправдывают то, о чем Господь выносил строгий приговор, и никогда не оправдывал их так, как делают эти люди…

Паисий Святогорец (Духовное пробуждение, т.1, ч.1, гл.6): «… если погрешности совершают люди духовные, то смягчающих вину обстоятельств у них нет. … Если проступки несчастных мирских людей – это «неведения», то проступки людей духовных – это уже «грехи». Поэтому если проступок совершают духовные люди, то это не шутки. Смягчающие вину обстоятельства есть у людей мирских».

Но сейчас мы говорим об оправданиях по типу: «он скоро покается».

Так, когда слышишь о ложных христианах, которые уж укоренились в своих грехах, а значит у них не было истинного покаяния долгое время, то нужно знать: 1. ты не осуждай другого, но при этом имей и правое суждение, 2. знай о возможности покаяния на разных стадиях греха, а не смешивай их неразумно/без рассуждения (т.к. тем самым ты сам себе наносишь вред из-за того, что ты так легкомыслен относительно такого важного вопроса спасения души).

Сейчас скажем о первом условии: имей суждение, но не осуждай (а о втором условии — знании о покаянии — скажем в следующих разделах), и великое благодарение Господу, что просвещает нас.

1. Начнем с момента, что происходит с человеком, когда он вдруг слышит о том христианине, кому он доверял, кого уважал и т.п., что он, оказывается, ведет двойную жизнь, и тайно живет в постыдных грехах, а внешне разыгрывает пристойность, учтивость, доброту и т.п.? Конечно, ты не можешь не испытать шок, начальное неверие, недоумение, отрицание, возмущение и т.п. А если начинаешь допускать, что это правда, то испытываешь некую обиду, чувство, что тебя подло обманули, что ты выглядел дураком и т.д., и возмущаешься о том человеке. Это происходит потому, что у тебя в сознании уже выстроился образ этого человека и его положительные характеристики. А теперь ум получает совсем другую информацию, и вначале ему очень тяжело в это поверить, и ты мятешься, то веря, то не веря. И вот это замешательство/смущение/шок и эмоции длятся какое-то время и не дают трезво оценить ситуацию.

Когда через время проходит этот этап, и у тебя уже есть и часть веры тому, что узнал о человеке, и часть неверия, то не знаешь, как к этому относиться, как поступать. И, как правило, из всех заповедей вспоминается хорошо знаемая — не осуждай. Это и хорошо. Но плохо то, что она может не дать вспомнить и другие истины, и таким образом оставит ум в духовной нерассудительности; и к этому присоединятся и твои страсти: лицемерие, тщеславие, корыстолюбие и др., и ты останешься в обольщении.

2. Также, говоря о твоем восприятии информации о грехах какого-то христианина, нужно понимать, что у тебя обязательно будет суждение о нем (это естественный умственный процесс, без которого не бывает восприятие и понимание). И, узнав о ком-то, особенно то, что тебя поразит, невозможно не вынести суждения и иметь одобрение или неодобрение этому. И получается, что по естеству человек не может не вынести суждения, не может не выразить своего отношения к этому, а по христианским законам он не должен осуждать.

Примечательно и то, что если ты не вынесешь суждения о том, что тот человек предает Бога, любит грех, служит бесам и т.п., то тем самым, не напомнив себе о духовных законах и истинах, ты останешься и в неразумии, и в некой холодности к ненавидению греха, в бесстрашии греха, давая ему некое снисхождение и одобрение.

И к тому же, если взять заповедь об удалении от христиан, живущих во грехах, о чем шла речь в четвертой главе, в разделе 4.4, то, понятно, что христианин имеет право вынести суждение о грехах другого христианина для того, чтобы понимать с кем он имеет дело и как себя вести в отношениях с ним.

Так вот именно в этом и состоит сложность для христианина: правильно воспринять грех другого, но при этом не одобрить его и не осудить, и к тому же не прегрешить в оценке духовных законов и самому получить пользу от этой информации. Да, это очень тяжело, и мало кто может так отнестись к грехам другого человека. И именно из-за этой тяжести духовного понимания христиане смущаются и не знают, как правильно реагировать на грехи других христиан. И поэтому они просто произносят устоявшиеся выражения о возможности покаяния, при этом показывая себя добрыми и любящими. С одной стороны, это хорошо, что мы помним, что нельзя осуждать согрешившего, а с другой стороны – плохо, что мы остаемся духовно неразумными и обольщенными, да еще и в лукавстве.

3. Так как же и когда применять эту истину о неосуждении другого?

Во-первых, надо знать, что у тебя вначале будут оправдывающие мысли того человека, о котором узнал, например: нет, это неправда; он так не может поступать и т.п. И это естественная реакция души, которую нельзя назвать добродетелью не осуждения — обычно это стадия шока и отрицания, когда не можешь поверить. На этой стадии надо стараться успокоиться и потом рассудить (например, даже просто подумав, что грешник, к сожалению, на всё способен и это может быть неправдой и правдой, только последнюю ты не знал; надо и помолиться о себе в такие моменты, чтобы Господь успокоил твое смятение и помог в этом разобраться). 

И только спустя время, когда ты придешь в себя, ты можешь поверить этой информации и принять ее; и вот тогда и бывает обычно осуждение. И вот тогда и надо вести с ним брань.

Так, есть два вида вразумляющих себя помысла от осуждения: помни о грехе осуждения и помни, что ты сам грешник. И так надо делать каждый раз, когда замечаешь свое осуждение и возмущение. Это и будет твоей бранью с осуждением грешника.

Например, когда ты видишь свои помыслы, в которых ты что-то вспоминаешь, сопоставляешь какие-то ситуации с тем человеком, и понимаешь, что это означало то-то, а ты не право рассудил, то чувствуешь некую горечь от обмана и по поводу своей нерассудительности. Эта печаль о себе обязательно будет сопровождаться и не любовью к этому человеку. И против такого осуждения на фоне своего самолюбия и саможаления надо молиться, например, так: «Господи! Прости меня, грешного. Моя гордыня сейчас уязвлена, что меня обманывали. А ранее я в своем неразумии и беспечности и сам был рад обманываться, ублажая свою гордость. И сейчас, по милости Твоей, Ты показываешь мне мои ошибки и гордость. Спасибо, Тебе! И прости меня и помоги познать свой грех в отношении того человека! И дай мне не осуждать брата своего, от которого я мало чем отличаюсь; только он падает внешне, а я внутренне. Прости нас, грешных!».  

Или, например, если сознаешь, что мысленно рассказываешь что-то или тому человеку, или другим о нем, а так же при твоих возмущениях по типу: «как так можно?!», знай, что тебя охватили помыслы гнева и осуждения. И нужно тотчас бороться со своим осуждением путем любомудрия (увещанием себя, самоукорением и т.п., как показано в примерах святых отцов далее или другими словами) и помолиться Господу, чтобы простил твое осуждение и гордость, и помог приобрести мир и мудрость твоему сердцу.

Так, святые отцы говорят: напомни себе, что и ты – грешник сам в любую секунду можешь впасть в подобные грехи.

Никодим Святогорец (Невидимая брань, ч.1, гл.45): «… иные, стоявшие на высокой степени совершенства, падали в глубокую пропасть. Смотри, не подвергнуться бы и тебе такому бедствию за осуждение».

Авва Дорофей (Душеполезные поучения, п.6): «Хотящие же спастись не обращают внимания на недостатки ближних, но всегда смотрят на свои собственные и преуспевают. Таков был тот, который, видя, что брат его согрешил, вздохнул и сказал: “горе мне! как он согрешил сегодня, так согрешу и я завтра.” Видишь ли твердость? Видишь ли настроение души? Как он тотчас нашел средство избегнуть осуждения брата своего. Ибо сказав: «так и я завтра», он внушил себе страх и попечение о том, что и он в скором времени может согрешить, и так избежал осуждения ближнего».

Пролог в поучениях (16 декабря): «И если кого увидишь впадшим в грех, то не его осуждай, не его обвиняй, а победившего его дьявола. Про себя же говори так: «вот согрешивший, которого я осуждаю, не своей волей согрешил, а был вовлечен в оный дьяволом; а я волею и ведением согрешаю». При этом и плачь о своих грехах и борись с самим собою и помни, что никто, живущий в лености и небрежении, не одолеет дьявола, и никто из таковых не получит благ от Господа. И все мы тем или иным, живя в мире сем, прельщаемся. … Если же крепко будем бороться с искушениями, то Бог будет помощником нашим. Так вот, братие, как учат нас (святые отцы) поступать в отношении к согрешающим, да, пожалуй, и в отношении к нам самим. Согрешающих велят они не осуждать, а плакать о них. Самих же себя смирять пред Богом, считать себя грешниками, достойными всякого осуждения и наказания, и изгнания из дома отеческого. И так и должно быть непременно».

И во всех этих бранях главное – самоукорение и забота о своем покаянии и изменении, а того человека оставь на суд Божий.

4. И вновь укажем: суждение о грехах другого и понимание духовных законов о том, что с ним произошло и происходит, должно быть обязательно (несмотря на твое осуждение, с которым и борись). А мудрое суждение да послужит тебе к исполнению заповедей об отношении к таким людям и к охранению себя от греха. И если не будет мудрого суждения, то человек остается в обольщении грехом, и это не приносит ему никакой духовной пользы, а может еще и навредить: например, христианин будет хорошо относиться к тому, кто постоянно предает Христа, не задумываясь даже над этим; или быть лицемером и соблазняться такими людьми, а также может и сам беспечно относиться к своим грехам, ложно надеясь на возможное свое покаяние. 

О возможном ошибочном мнении, связанном с покаянием на примере разбойника на кресте

Думаю, многие не раз или слышали, или сами говорили, что покаяние всегда возможно, и приводили пример о разбойнике, распятым со Христом. Это думалось и в отношении себя, и других, когда речь шла о возможности покаяния для согрешившего.

И, возможно, мало кто из таких людей рассудил, что, во-первых, разбойник не был христианином, познавшим Истинного Бога, и не был сыном Церкви Божией. Во-вторых, это пример раскаяния перед смертью, когда уже ничего нельзя изменить ни в себе, ни в своей жизни. И, в-третьих, надо знать, что это выражение употреблялось святыми отцами, когда они говорили истины о возможности покаяния, и когда утешали отчаявшихся о Божием прощении или новоначальных, а не для тех, кто много лет в вере, и тем более священникам и монахам, которые «вернулись на свою блевотину» и даже не имеют и тени отчаяния о своем спасении. А иногда святые отцы говорили это, когда ободряли борющихся с собой, а не тем, кто всячески потакает своей плоти и греху. И в этих их поучения всегда есть ключевые слова, например: искреннее покаяние, не отчаивайся и веди брань с собой, а также не думай, что если принес покаяние, то уже чист.

Далее приведем много поучений об этом примере покаяния разбойника (и ключевые слова будут отмечены), и да просветимся, отстав от своего беспечного неразумия!

Никон Воробьев (Письма, п.194): «Первым вошел в рай разбойник. Это устроил Господь для поощрения и утешения нас, грешных. Все прощает милосердный Господь искренне кающемуся. Не должно отчаиваться никакому грешнику. Не говори, что ты уже погиб, это бесовская мысль».

Платон Митр. Московский (т.14 Слово в Великий четверток): «… сколько дозволительно нам человекам судить о суде оправдающем разбойника, можем сказать, что разбойник принес истинное покаяние, которое все его беззакония загладило. А тем восхотел нас, грешников, Бог уверить, дабы никто, сколько б беззаконен ни был, не отчаивался о спасении своем, и что нет греха побеждающего человеколюбие Божие. Но как же можно было (разбойнику) в столь краткое время истинно покаяться, и когда он, находясь близ смерти, едва успел сказать только сии слова: «Помяни мя, Господи! когда приидеши во царствии твоем» (Лук. гл. 23, ст. 42). Иной суд Божий, иной человеческий: человек взирает на лице, а Бог на сердце. Конечно Бог видя душу разбойника, и зная все будущее, находил в его сердце такое покаяние и такое расположение, что если бы он после того не умер, а жил бы еще тысячу лет, всю жизнь препроводил бы он в слезах, в святости и правде. это можем мы смело заключить для того, что суд Божий есть истинен, праведен, яко всеведущ, безпристрастен, нелицеприятен, и воздающий каждому по делам его и по вере его».

Иннокентий Херсонский (Сб. «Великий Пост», Слово в пяток недели 4-й Великого поста): «К чему же, наконец, спросит кто-либо, должен служить нам пример спасшегося на кресте разбойника? К тому, во-первых, чтобы не соблазняться ничем в лице и учении Спасителя нашего, Который и доселе, как на Голгофе, для сынов погибели служит предметом хулы и недоумений преступных. Когда ты услышишь где-либо подобные безумные насмешки не только над лицем Спасителя, но и над чем-либо священным, касающимся веры и Церкви Его, — вспомни разбойника и скажи: «помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» — К тому, во-вторых, дабы не думать, что если ты за твои грехи потерпел наказание на земле, то уже совершенно чист и прав пред Богом и можешь смело ожидать смерти, дабы идти прямо в рай. Когда придет к тебе сия обманчивая мысль, то вспомни разбойника, который претерпел на земле самую ужасную казнь, и, однако же, не думал через то быть правым, а ожидал помилования от милосердия Господня, и скажи с ним же: ««помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» — К тому, в-третьих, чтобы не отчаиваться от множества своих грехов в милосердии Божием и, призвав на помощь Спасителя, бодрственно вести брань со злыми навыками — в надежде, что Тот, Который не отверг кающегося на кресте разбойника, не отвергнет и твоих слез и твоего смиренного гласа, когда ты возопиешь к Нему с верой и любовью. Посему, когда враг-искуситель будет располагать тебя к унынию и отчаянию, говоря, что тебе невозможно быть помилованым, представь разбойника на кресте и молись его словами: «помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» — К тому, наконец, что если придется тебе быть застигнутым смертью совершенно внезапно, и ты не имеешь возможности уже ничего сделать на пользу бедной души твоей; то, по крайней мере, старайся предать Господу дух твой с сими словами: ««помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!». Аминь».

(Но как говорит мой личный опыт внезапных смертей, которые со мной были (но Господь возвращал меня к жизни), (например, авария, внезапный криз/приступ болезни) ты даже и не поймешь, что с тобой случилось, и ничего не сможешь успеть сказать… А если это не внезапная смерть, то не стоит надеяться, что у тебя будет искренний покаянный плач, а не страх за свое тело, саможаление и ропот или мысли о земных делах.)

Дмитрий Ростовский (Поучение в неделю 24-ю по Пятидесятнице…): «Ты не надейся при кончине своей быть многослезной Магдалиной, плакавшей у ног Христовых и получившей прощение, если ты во всей жизни своей был ожесточенным фараоном. Ты говоришь: разбойник при кончине исповедался: «Помяни меня, Господи», — сказал он (Лк. 23, 42), — и спасся. И другие не погибли, принеся свое покаяние Богу при кончине. Хорошо ты говоришь, но скажи мне с доказательством, ты получишь ли то, что они получили? Придет к тебе безвременная, внезапная смерть, которой ты не ждешь, и найдешь ли ты тогда время для покаяния?».

Дмитрий Ростовский (Летопись, события в 7 стол. 1 тысячел.): «Ты скажешь: ниневитяне были язычники, не ведущие Писания, которое говорит: «Сердца сокрушенна и смиренна Бог не уничижит» (Пс.50,19); и еще: «Близ Господь сокрушенных сердцем и смиренныя духом спасет» (Пс.33,19); и еще: «я сказал: «исповедаю Господу преступления мои», и Ты снял с меня вину греха моего» (Пс.31, 5). Мы же, верные, уповаем, что и малые слезы с исповеданием грехов могут получить у Господа грехопростительную милость. Отвечаю на сие. Да, могут, но могут разве только для тех, которые уже находятся при смертной кончине и у которых нет времени для больших слез и удовлетворения за грехи; к таковым Господь бывает милостив за одно сердечное сокрушение. Пример — разбойник на кресте, который при кончине своей изрек немногие слова с исповеданием и сердечным сокрушением, но тотчас же услышал от Господа милостивое слово: «ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23, 43). От человека же здорового и имеющего время к покаянию Бог требует многих слез, многих трудов и подвигов, дабы он сравнял труды покаяния с прежними грехами и даже превзошел их подвигами».

Иннокентий Херсонский (Сб. «Великий Пост», Слово в пяток недели 4-й Великого поста): «»Но все же, — подумает кто-либо, — рай стоил разбойнику только нескольких часов мучения и нескольких слов». И что же бы, скажи, можно было сделать ему теперь более в его положении? Если бы он сошел со креста, тогда мы вправе были бы требовать от него дальнейших плодов покаяния, новых различных подвигов добродетели; и он, без сомнения, удивил бы нас чистотой своей жизни и самоотвержением; но теперь остаются у него свободны одни мысли и уста; и смотри, как он употребляет их! Правда, что из его уст исходит только несколько слов, но прислушайтесь к сим словам: в них вся полнота веры, любви и надежды, все, что можно требовать при смерти не только от грешника, но и от самого праведника. Чего стоило одно то, чтобы назвать в эту минуту Господом и Владыкою рая Того, Кто висел на Кресте? … Думаешь ли, нераскаянный грешник, что (сможешь сказать, как разбойник на кресте?) Увы, если бы перед сим камнем стал сам Моисей с жезлом своим; то и он сказал бы: «послушайте, непокорные, разве нам из этой скалы извести для вас воду?» (Чис. 20; 10). В самом деле, сколько духовные отцы ни употребляют увещаний над умирающими грешниками, но что, большею частью, видят и слышат? Видят одну сухость сердца и отчаяние; слышат один вопль болезни, или даже ропот, нисколько не похожий на глас кающегося разбойника».

Говорят святые отцы и том, что есть неправое мнение, что можно легко получить прощение Божие, как, им кажется, это было с разбойником.

Иннокентий Херсонский (Сб. «Великий Пост», Слово в пяток недели 4-й Великого поста): «Против Этого  ложного умствования (о том, что «возможно будет раскаяться во грехах перед самой смертью, и удостоиться, подобно (разбойнику на кресте), помилования») можно бы сказать многое, а паче всего то, что со смертью и адом, как заметил еще древний святой мудрец, нет договора и условий, что они не дадут нам пред кончиною нашей, может быть, и нескольких минут на покаяние: ибо многие, как показывает опыт, умирают внезапно. Но мы, оставив все прочее, хотим теперь показать наипаче то, что самый пример разбойника нисколько не может служить поводом к отлаганию нашего покаяния до смерти, и что те ошибаются самым жестоким образом, кои думают видеть в сем разбойнике образец покаяния самого удобного и легкого. Да дарует Господь, чтобы слово наше о сем послужило кому-либо на пользу и воздвигло от ложной надежды хотя единого из грешников. — Итак, возлюбленный собрат, ты ищешь для себя покаяния легкого, хочешь для этого  всю жизнь отдать греху и страстям, в надежде последними минутами купить, так сказать, за бесценок рай Божий. Ищи же примера для Этого  покаяния, где угодно, только не в лице разбойника на кресте. — Как? Легкое покаяние, когда руки и ноги прободены гвоздями? Легкое покаяние, когда в списке самых варварских мучений нет большего, как быть распятым? Легкое покаяние, когда от мук крестных сам великий Подвигоположник вопиет: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф. 27; 46)! Поставь себя на месте истаивающего в муках разбойника, почувствуй, если можешь, то, что он, распятый, терпит и чувствует; — и тогда воображай, если угодно, что его покаяние легко и удобно».

Амвросий Оптинский (Письма, п.51): «Не напрасно в Писании сказано (Мф. 25: 40): воздаст каждому по деяниям его, или в этой жизни, или в будущей. Праведен суд Божий. Хотя читаем во многих местах Писания, что Господь благ, преблаг, щедр и многомилостив, но милосердие Свое растворяет и правдой, и правосудием. Господь помиловал разбойника на кресте, осознавшего свою вину и исповедавшего благость и праведность Господа; но разбойнику этому пришлось потерпеть, кроме крестных страданий, и то, что пришли и перебили ему голени, и он на одних руках висел три часа в ужасном томлении и мучении. Поэтому никто да не помышляет, что благоразумный разбойник легко наследовал рай. Правда, что получил это скоро, но не без великого страдания, и томления, и мучения».

Итак, все святые отцы говорят, что неправильное понимание этой евангельской истории может нанести тяжелый вред душе.

Иннокентий Херсонский (Сб. «Великий Пост», Слово в пяток недели 4-й Великого поста): «Нет, братие мои, ни одного самого сильного и действительного врачевства, которое от злоупотребления не могло бы обратиться во вред. Даже чем сильнее и лучше лекарство, тем бывает вреднее, когда употребляют его не как должно. Трогательный пример разбойника, покаявшегося на кресте, и за свое покаяние удостоившегося слышать из уст Самого Спасителя: «ныне же будешь со Мною в раю»! — есть одно из действительнейших врачевств духовных для кающихся грешников, к поддержанию в них надежды на милость Божию, к ограждению их от уныния и отчаяния. Но и это врачевство, вместо пользы, иногда ожесточает болезнь душевную и обращается в пагубу: когда, по надежде на пример покаявшегося и спасшегося на кресте разбойника, отлагают свое покаяние до последних минут жизни. Известно, как судят в таком случае: «Разбойник, — говорят, — за несколько минут до смерти успел принести покаяние и войти в рай; тем паче нам, кои не разбойники, возможно будет раскаяться во грехах перед самой смертью, и удостоиться, подобно ему, помилования» … И сей-то пример мы берем в возглавие нашей лености в деле спасения? И на сем-то кресте разбойника, на сих-то гвоздях мы думаем спокойно опочить во грехах до самой смерти? Увы, нам ли, при нашем маловерии, при нашем расслаблении духовном, нам ли, говорю, надеяться, что мы в час смерти возымеем ту силу веры, коей не было в час смерти Господа в некоторых из самих апостолов? … Престанем же обольщать себя примером Голгофского разбойника, который, если правильно понять его, скорее должен устрашить нас, нежели расположить кого-либо к беспечности в деле спасения. Если, — так надлежит рассуждать в этом случае, — если и из двух грешников, которые были распяты и умирали вместе со Спасителем, один соделался добычею ада, то кто может в беспечности ожидать своего спасения? Правда, другой спасся и улучил рай; но сколько самых редких совершенств обнаружилось в душе его! Если только такое покаяние приемлется, как Этого  разбойника, то хотя бы всем перед смертью был отверст рай, в него войдут весьма немногие. Чем ожидать в себе таких чудес благодати, — кои, может быть, еще прежде были заслужены разбойником, — стократ благоразумнее и лучше заранее вступить на путь покаяния и приготовить свою душу к вечности».

Итак:

Иннокентий Херсонский (Сб. «Великий Пост», Слово в среду недели 4-й Великого поста): «Кому же, спросите, могут (слова разбойника: «помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» (Лк. 23; 42)) отверзть рай? Тому, во-первых, кто имеет такую же живую и твердую веру в Господа Иисуса, какую имел разбойник на кресте. Посмотрите, как он верует! Верует так, как не веровали в час смерти Господа многие из ближайших учеников Его. Ибо сам Петр отвергся Его в это время трижды, и притом с клятвою. … Петр отвергается, а разбойник Сего, отверженного всеми, Этого умученного, распятого вместе со злодеями, оставленного, по-видимому, Самим Отцом Его, признает не сотворшим ни единого зла, именует Господом своим и Владыкою, и приносит Ему смиренную молитву о том, чтобы не быть забытым от Него в Его будущем Царствии!.. Что можно представить себе выше и сильнее такой веры? — Суди же после Этого сам, в состоянии ли ты усвоить себе исповедание разбойника? … (Его последнее слово к другому разбойнику) показывает, что в нем произошла решительная перемена мыслей, что он почувствовал всю худость своих поступков, получил сердечное омерзение ко греху и смотрит на него, как на такого врага человеку, от которого не много значит освободиться даже муками крестными. Не потому ли, может быть, он не просит у Спасителя даже облегчения своих страданий, даже мужества для перенесения их; то есть хочет испить чашу мучений до дна, дабы горечью ее очиститься от всех прежних тлетворных сладостей греха? Взор его весь устремлен в одно будущее, к жизни вечной за гробом. Там хочет он начать новое бытие и новую деятельность, чистую и святую; и молит Иисуса о том, дабы грехи его не воспрепятствовали ему в сем благом намерении: «помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!». То есть, покрой грехи мои пред судом правды Божией, дополни, от заслуг Твоих, чего недостанет в казни, мной претерпенной: да буду и в Царствии Твоем не отринут от лица Твоего так же, как теперь удостоен приблизиться к Тебе крестом моим! Таковы смирение, преданность и упование кающегося разбойника!».

Филарет Дроздов (т.3, 121. Слово в неделю 4-ю Великого поста, и в день Алексия, человека Божия): «Апостолы, мученики, преподобные, сколько долготерпели, в проповедывании Евангелия, в страданиях за веру, в подвигах духовной жизни! … Какая решительность в намерении спасения, какое постоянство в исполнении, какое терпение в искушениях! — Наша (же) леность неохотно смотрит на таковые примеры долготерпения в вере. Она охотнее ищет примеров тому, как бы спастись легче и скорее. Правда, бесконечно-милосердый Бог сделал возможным и это,  дабы никакой грешник, ни в каких обстоятельствах, не имел причины отчаиваться. В Евангелии видим, как несколько слов покаяния и веры отверзли разбойнику рай. Но при сем не оставим без внимания и того, что этот пример в некоторых обстоятельствах безпримерен, именно в том, в какую неожиданную близость судьба поставила погибающего со Спасителем, без возможности удалиться от Него пригвожденному ко кресту, и в какие чудесные минуты благодати. Приметим также и то, что покаяние, не позднее для разбойника на кресте, поздно было для другого, в тех же самых обстоятельствах, в те же самые благодатные минуты; что спасенный разбойник обратился ко Христу один, в противоположность нераскаянию Архиереев, Князей, Фарисеев, Книжников, Старейшин, целого Иерусалима. Кто дерзнет сказать, что легче и надежнее к исполнению это быстрое, ничем неудержимое возникновение из погибели во спасение, нежели достижение спасения постепенным шествием по пути покаяния и самоисправления, с терпением и долготерпением?».

Говоря о возможности и легкости покаяния, нужно учитывать духовное состояние человека и знать истины о покаянии и непокаянии

Что касается вопроса о возможности покаяния, то, конечно, оно возможно по милости Божией, как дар грешнику. Но в то же время, надо знать и то, насколько это возможно для грешника, и то, что покаяние-то предлагается Богом, а человек может и не хотеть его или он уже не может покаяться (и это все надо понимать также и о себе).

Итак, выше мы уже отмечали, что неправым является то, что говоря и думая о легкости покаяния, многие из нас не учитывают, что есть разные духовные состояния, у которых есть своя степень возможности покаяния. И что разные люди по разному приходят к покаянию (или не приходят) и несут (или не несут) его труды. 

Троицкие Листки (п.714): «Всех нас, христиан, можно разделить на три части: одни постоянно помнят, что здесь на земле они не вечные жильцы, и потому заботливо угождают Богу, дорожат каждой минутой, чтобы запастись на дорогу в будущую вечную жизнь добрыми делами; другие тоже помнят о смерти, думают и о том, что надобно жить по заповедям Божиим, но все отлагают свое исправление со дня на день; а третьи вовсе не думают о будущем и не живут по-христиански: они всецело отдались мирской суете и земным удовольствиям. Блаженны первые, несчастны последние, не вполне безопасны и вторые. Да, не безопасны; к ним-то и обращает свое наставление премудрый богопросвещенный наставник: «не медли, — говорит он, — обратитися ко Господу, и не отлагай день от дне… помяни, яко смерть не замедлит!» (Сир. 5; 8.14; 12). Не относится ли слово это и к нам с тобою, брат мой возлюбленный? О, сколько нас, таких слабых христиан, которые и помнят, и помышляют о последнем дне, и желают сделаться лучшими, более исправными христианами, но все не могут приступить к этому немедленно, все откладывают до будущего времени, от сегодня до завтра».

Феофан Затворник (Сб. пропов. «Слова о покаянии,…», В неделю 5-ю Великого Поста, О трех классах грешников, или какой ключ от двери покаяния?): «Сколько недель уже поем мы: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче!» … Дело покаяния походит на то, как если Домовладыка сидит во внутренних покоях и какие-нибудь лица, ища входа к Нему, взывают совне: «Отверзи нам, отверзи нам двери!» Домовладыка же изнутри одному ответствует: «Иди, отворена дверь»; другому: «Иди, дверь незамкнута, только притворена, отвори и войди»; третьему: «Ключ там, снаружи; найдя его, вложи в замок, поверни, как требует ключ, отворишь, и войди!» Разные лица, разные им ответы и разные труды при входе в дверь. Но все, вступив в дверь, дерзновенно входят внутрь, приближаются к Домовладыке, повергаются к ногам Его, удостаиваются милостивых объятий Его и поставляются вблизи — утешаться сею близостью Его, всеублажающею. Понятна ли вам притча сия? Домовладыка — это Господь, принимающий кающихся грешников и опять приближающий их к Себе. Из приходящих к Нему кто это первые, находящие дверь отворенною? Это те, кои по предыдущей Исповеди и Святом Причастии сохранили себя чистыми от всякого греха, и мысли и чувства свои не осквернили никакою нечистотою, и огнь ревности сберегли неугасимым. Кто вторые, нашедшие дверь притворенною? Это те, кои иногда ослабевали в ревности богоугождения, поддавались по временам беспечности и нерадению, и хотя соблюли себя от смертных грехов, но не всегда мысли и чувства, свои сохраняли чистыми пред Господом. Кто третьи, для коих дверь замкнута и ключ брошен, так что и его еще надо найти? Это впадшие в смертные грехи, поработившие себя страстям и греховным привычкам, и впадшие чрез то в окамененное нечувствие, в беспечность и ослепление».

Также различно покаяние у иногда согрешающих христиан, которые живут по заповедям Бога, и у тех христиан, которые не живут по Его заповедям.

Платон, Митр. Московский (Поучительные слова. т. 14, Слово на Крещение Господне): «(Истинный – от сост.) христианин по немощи иногда во грехи впадает, но тотчас свою болезнь признает, и с истинным раскаянием прибегает ко врачу, и от него тотчас исцеляется… И потому он всегда здрав или творением добра, или покаянием и исправлением зла. — А ложный христианин напротив: он грехом не болезнует, но умирает: он к нему прилепляется всею душею и на все время, так что и при самой кончине не он оставляет грехи, но грехи его».

Также само покаяние может быть истинным и ложным.

Дмитрий Ростовский (Поучения, 11. Поуч. в 5-ю неделю Великого поста): «Кто же это кающийся истинно и кто кающийся ложно? Кающийся ложно есть тот, кто не искренно исповедует свои грехи пред Богом своему отцу духовному, но скрывает их; если же и искренно исповедует, то не сожалеет о соделанном зле. Впрочем, такой иногда отчасти и жалеет, однако же, он не имеет в сердце своем твердого намерения и не полагает в уме твердого обещания не возвращаться к прежним грехам, но по-прежнему имеет надежду и желание делать то же …Кающийся же истинно есть тот, который, исповедуя свои грехи и жалея о них, полагает, надеясь на помощь Божию, твердое намерение никогда не возвращаться к своим прежним делам и всячески блюстись от них».

Напомним и о духовных состояниях христиан, которые обязательно связаны с покаянием:

Иннокентий Херсонский (О грехе и его последствиях, гл. Слово о существе греха, его видах…, и др.): «Не все грешники стоят также на одной степени развращения: в грехе, как и в добродетели, есть своя постепенность. Первая степень, когда человек начинает предаваться по временам разным порокам или одному какому-либо, без особенного расположения ко греху, не забывая по временам и покаяние, хотя без особенных плодов его. Вторая степень — когда худые действия обращаются в навык, порок или страсть, становятся постоянным началом действий и правилом для жизни, не заглушая, однако же, вовсе желания исправиться и перестать грешить. Третья степень — когда развращение доходит до того, что грешник, совершенно ослепленный грехом, почитает его для себя необходимостью, вовсе забывает закон и страх Божий, грешит нераскаянно, с намерением всегда оставаться таким, как есть. (Вторая и третья степень характерна для тех христиан, о которых эта тема – от сост.)».

Феофан Затворник (Слова во святую Четыредесят. …, В неделю Крестопоклонную): « … падающих по вкушении дара Небесного, невозможно «опять обновлять покаянием» (Ср. Евр.6,6),— конечно не оскудение милосердия Божия выражая тем, а окончательное расслабление самих падающих. Ибо от повторительных падений грубеет душа, тупеет чувство совести — раскаяния — и приближается предание себя в руки падения своего, «дойдя до бесчувствия» (Еф. 4, 19)».

Лука Крымский (Проповеди, т.1, Слово в неделю о расслабленном): «В одной из прежних паств моих знал я одну несчастную девушку, полную благочестия и любви ко Христу, постоянно посещавшую храм Божий и ненасытно читавшую Евангелие Христово. И эту бедную девушку соблазнил и ввел в тяжкий грех блудный весьма опытный прелюбодей, который специализировался на развращении и растлении чистых и богобоязненных девушек и много их погубил. – Что было с этой бедной девушкой! Я наблюдал и видел, что она потрясена до такой степени, что теряет рассудок и помышляет о самоубийстве. Вы знаете, что я врач и умею понимать патологическое состояние человеческой души. Я видел со страхом, что она близка к умопомешательству, и наблюдал симптомы надвигающегося помешательства. Но Господь помог мне остановить эту несчастную девушку: я указал ей путь слезного покаяния и наложил на нее суровый пост и постоянную молитву. … И эту бедную девушку помиловал Господь. – Вот что бывает с человеком богобоязенным, любящим Христа. Ибо никто, никто не обеспечен гарантией от таких падений, диавол умеет иногда и с вершины лестницы добродетелей свергать достигших ее подвижников благочестия. – А теперь покажу другую женщину. Молодой женщине замужней не хватает денег на ее наряды, на удовольствия и, чтобы приобрести эти деньги, она вошла в беззаконное сожительство с чужим человеком, которого нисколько не любила. Она творила долгое-долгое время тяжкое прелюбодеяние. Когда ей говорили об этом, когда укоряли ее, она совершенно спокойно отвечала: «Ну что же, таковы материальные условия. Ничего дурного я не делаю, я поступаю как все, как многие поступают». – О таких, именно о таких, сказал древний мудрец Иисус сын Сирахов: «Поела, обтерла рот и говорит: Я ничего дурного не сделала». И она, несчастная, думает, что ничего дурного не сделала, торгуя телом своим, изменяя мужу своему!!! Это что же, что творится в этой душе! Это уже не единичное падение человека благочестивого, это в подлинном смысле слова духовная смерть. – Люди, которые говорят так, которые так поступают, потеряли совесть, потеряли стыд. Они оставлены, совершенно оставлены Богом, в Которого не веруют. Они сами ушли от Бога, не молятся Ему. Им не нужны великие таинства Церкви, им не нужна духовная жизнь, им не нужна благодать Божия, получаемая в духовном совершенствовании, ибо ни о чем духовном не помышляют они – они помышляют только об угождении своей мерзкой плоти, ни перед чем не останавливаясь, чтобы угодить ей».

Какое будет у нас или у других покаяние, кто знает?! И в каком состоянии будем находиться мы или другие, кто знает?! Поэтому не стоит нам бросаться красивыми словами о легкости покаяния…

«Кто спасется, и кто погибнет, ведает Бог, но от нас то сокровенно»

Также сразу в начале этой главы надо обязательно сказать и о том, что:

Бл. Августин (Беседа 11 (351). О пользе покаяния.): «… многие исправляются, как Петр, многие терпятся, как Иуда. Состояние многих неизвестно, пока не придет Господь, Который и осветит скрытое во тьме и обнаружит сердечные намерения (1Кор. 4, 5)».

Платон Митр. Москов. (т.14. Слово в Великий Четверток): «Кто спасется и кто погибнет, ведает Бог, но от нас то сокровенно: и Бог того ни о ком именно объявить нам не благоволил. Не можем мы о тех, кои кажутся благочестивыми и добродетельными, именно сказать, что они в числе спасаемых; не можем же и о тех, которые нам кажутся развратны и беззаконны, утвердить, что они точно в числе погибающих. Может быть, первые развратятся и падут, а вторые исправятся и восстанут. Может быть, первые кажутся благочестивы и добродетельны; но самою внутренностью не таковы; а вторые может быть лучше по внутренности, нежели каковыми кажутся быть по наружности. — Иуда был Апостол, а разбойник злодей и душегубец. Если бы тогда о них рассуждать по суду человеческому, кто бы не сказал, что Иуда есть в числе спасаемых, а разбойник в числе погибающих. Но событие совсем тому противное показало. Апостол погиб, а разбойник прямо со креста преселился в рай. Итак мы, человеки, не можем ни о ком именно сказать в жизни настоящей, что этой точно пойдет в славу, а тот точно пойдет во ад, пока не будет оный великий день Суда Божия, который явно разлучит овец от козлищ; и откроет пред лицом всего света, кто именно праведники, и кто осужденные. — Один из всех человек есть Иуда, о коем еще в жизни этой воспоследовало уже конечное определение погибели. Ибо о нем сама истина Божия изрекла: «Лучше б было, чтобы не родился человек тот» (Мф. 26, 24). О пример страшный приводящий в трепет и ужас! Будет суд для всех, но не для Иуды… — Всякому грешнику и беззаконнику еще здесь не затворены двери покаяния, но для Иуды оные затворены были».

О том, почему молитвы кого-то о согрешающем или ложном христианине могут не умолить Бога

И в заключении приведем и еще одно поучение для тех, кто искренне, возможно, со слезами, молится о покаянии ложных христиан или всячески пытается вразумить. Бывает так, что молишь Бога о подаянии покаяния тому, кто живет в смертных грехах, а видишь, что ничего у него не меняется, и возникает недоумение и некое отчаяние. А истина вот в чем:

Дмитрий Ростовский (Поучения, 36. Поуч. в неделю 10-ю по Святом Духе): «Вот, например, кто-либо просит перехожего иерея помолиться за него Богу. Иерей молится, и даже очень усердно, но не может он умолить Бога, если тот, за которого помолится, не только не перестает грешить, но впадает еще в больший грех; и молящийся иерей не виноват в этом, — вся вина в том, за которого он молится, так как он соделывает препятствие молитве молящегося. Иерей молится, а он грешит; тот плачет, а он скачет; тот постится, а он упивается. Напрасна здесь молитва, напрасны труды…. В Божественном Писании мы читаем следующее: согрешили пред Богом некогда два израильских царя, Саул и Давид; Саул имел за себя молитвенника Богу и ходатая святого пророка Самуила, а Давид имел богомольца за свой грех в лице святого пророка Нафана. В то время, когда Нафан умолил Бога за своего грешника, то есть, Давида, и исходатайствовал ему скорое прощение, Самуил не только не умилостивляет Бога к своему грешнику, но даже больше как бы раздражает Его и своей молитвой поощряет на больший гнев против Саула. Почему? Какая причина сего? Неужели Нафан, богомолец Давида, был более любезен Богу, нежели Самуил, богомолец Саула, если молитвы первого Он слушает, а молитвы второго не хочет слушать? Нет, не можем мы сказать того, чтобы оба эти пророка были не в равной милости у Господа Бога. Почему же молитва одного принята, а другого нет? Причина в том, что Самуил молится за Саула, а Саул не думает о молитве. Самуил всю ночь стоит на молитвенном подвиге, а Саул спит, растянувшись на мягкой постели; Самуил во вретище и пепле, а Саул на потехах; Самуил алчет и жаждет в посте за Саула, а Саул пирует и упивается. Не удивляйся же, Саул, что не мог Самуил умолить за тебя Бога… Не Самуил виноват в этом, но сам ты виноват; виноваты нераскаянные твои грехи…. Совершенно противоположное Саулу и согласное с Нафаном делает Давид. Нафан молится за Давида, и Давид сам падает крестообразно пред Богом в молитве и взывает: «Помилуй мя, Боже!» (Пс. 50). Встает Нафан в полночь на молитву за Давида, встает и Давид, говоря: «В полночь вставал славословить Тебя за праведные суды Твои» (Пс. 118: 62). Нафан облекся во вретище за Давида, и Давид говорит: «одевался во вретище». Постился Нафан за Давида, постился и Давид: «изнурял постом душу мою» (Пс. 34: 13). Будь же уверен, Давид, что услышал Бог твоего богомольца и дает тебе прощение. Хорошо молиться за такого; легко от такого изгнать тяжкий грех, как бы беса какого. — Вы же, которые по жизни подобны Саулу, не взваливайте вину на своих богомольцев, не говорите: «Не могут», когда вы сами о себе не радите и пренебрегаете собственным спасением. Они не смогли за неверие ваше».

Итак, далее мы очень подробно разберем вопрос о непокаянии христиан, и, надеюсь, это не только научит нас христианским истинам и разобьет наши неправые и обольщенные мнения, а и поможет, прежде всего, нам самим (даже тем, кто не живет в смертных плотских грехах) понять свою степень покаяния и исправления, и начать идти к спасению более тщательно и право.

Раздел 5.1. НЕКОТОРЫЕ ОСНОВНЫЕ ИСТИНЫ О ПОКАЯНИИ И НЕПОКАЯНИИ

Начнем разговор о покаянии и непокаянии с очень краткого обзора вопроса об истинном покаянии.

5.1.1. ИСТИНЫ О ПОКАЯНИИ

 «Покаяние в смертном грехе тогда признается действительным, когда человек, раскаявшись в грехе и исповедав его, оставит грех свой»

Напомним о том, что такое покаяние (а некоторым людям, возможно, надо не только напомнить, а и пересмотреть свое неправое мнение о нем). И для лучшего восприятия приведем много поучений об этом.

Как мы уже отмечали, ложные христиане (и все нераскаянные грешники) находятся с Богом в неком «конфликте». Так вот покаяние, это — примирение с Господом через жизнь по заповедям и труд над приобретением добродетелей.

Иоанн Лествичник (Лествица, сл.5): «Покаяние есть примирение с Господом через совершение благих дел, противных прежним грехам».

Игнатий Брянчанинов (Аскетическая проповедь, Глава: Поуч. в 27-ю неделю): «Господь даровал человекам для примирения их с Богом добродетель – покаяние».

Но, к сожалению, очень многие люди (в том числе и ложные христиане) не хотят такого примирения, а хотят, чтобы их как бы не трогали и не заставляли жить по-другому, но если уж так надо, чтобы им в ад не попасть, то пусть Господь Сам по милости Своей их простит без их истинного покаяния и изменения … О, безумие человеческое….

Итак, вот что такое истинное покаяние:

Ефрем Сирин (Псалтырь, ст. 126): «Истинное покаяние состоит в том, чтоб удалиться от греха и возненавидеть оный».

Иоанн Златоуст (т.8, ч.1, б.34, и др.): «Покаяние же состоит в том, чтобы уже не делать впредь того же… (т.2, ч.1, бес.33) … Истинное покаяние не то, которое произносится лишь на словах, а то, которое утверждается делами и, исходя из самого сердца, истребляет скверну нечестия».

Иоанн Лествичник (Лествица, сл.5): «Покаяние есть завет с Богом об исправлении жизни. … Покаяние есть очищение совести».

Игнатий Брянчанинов (Слово о смерти, гл. Душевная смерть): «Покаяние в смертном грехе тогда признается действительным, когда человек, раскаявшись в грехе и исповедав его, оставит грех свой (Пимен Великий)».

Николай Сербский (Неделя 32-я по Пятидес.): «Покаяние есть оставление всех путей распутства, которыми ходили ноги человека, его мысли и желания, и обращение на новый путь, путь Христов. …Покаяние есть начало лечения от своеволия, начало покорения себя Божией воле».

Феофан Затворник (Письма, п. 551): «Существо покаяния — в переменении на лучшее».

Феофан Затворник (Слова во святую Четыредесятницу …, В неделю 2-ю великого поста): «… что есть покаяние? Начинает человек гнушаться всем нечистым, страстным и греховным и, желая избавиться и очиститься от того, полагает твердое намерение посвятить жизнь свою Господу и исполнению святых Его заповедей, ни в чем не поблажая страстям и не поддаваясь более влечениям их. Вот, что есть покаяние! Оно есть тот внутренний поворот, которым раздвояется человек внутри себя сознанием и свободою, переходя от страстей на сторону святости – правды».

Нил Синайский (Письма, п.3.102): «(Покаяние) то, если стыдимся грехопадений и не хвалимся ими, ненавидим и признаем гнусным всякий сделанный нами срамной поступок».

Платон Митр. Москов. (т.14. Слово в 1-ю неделю Великого Поста): «Истинное покаяние требует не одного признания грехов: требует и исправления: «уклонись от зла, и сотвори благо» (Пс. 33,15). Признай грех; да и убегай от него. «Ты выздоровел; не греши больше» (Ин. 5, 14). … Тот прямо почитаться должен кающимся, который оставил свой грех».

Дмитрий Ростовский (Поучения, 11. Поуч. в 5-ю неделю Великого поста): «Кающийся же истинно есть тот, который, исповедуя свои грехи и жалея о них, полагает, надеясь на помощь Божию, твердое намерение никогда не возвращаться к своим прежним делам и всячески блюстись от них».

Дмитрий Ростовский (Летопись…, События в 7-м стол. 1-го тысячел.): «Истинное покаяние заключается в том, чтобы не только исповедать поистине грехи свои, но и не возвращаться также на прежние злые дела, но проводить жизнь свою в непрерывном ее исправлении; не только не возвращаться к прежнему, но и с сокрушением сердечным жалеть о прежде содеянном; не только же жалеть, но и дать удовлетворение за содеянные грехи немалыми трудами покаяния, которые не только сравнялись бы с содеянными грехами, но и превзошли бы их».

Тихон Задонский (Сокровище духовное…, ст. 108): «Истинному покаянию и вере непременно последует исправление и обновление сердца и внешней жизни. Истинное покаяние и вера обновляет и исправляет человека, отвращает от суеты мира, подвигает к желанию и исканию вечной жизни, страху Божию учит, беспрестанно увещевает против всякого греха бороться, и добро творить, и Богу угождать».

Макарий Оптинский (Письма, ч.1, п.51): «Покаяние тогда только истинно, когда человек, восчувствуя грехи свои, коими прогневал Создателя своего, оставляет греховное действо, сожалеет об оных и раскаивается, и удостаивается прощения благодатию Христовою чрез разрешение священнослужителя Церкви».

И соответственно:

Амвросий Оптинский (Письма, п.120): «Нераскаянно — значит, если человек не обращается вспять от покаяния и благочестивой жизни».

Также в заключение определений приведем и словарное толкование слова «покаяние». 

Толковые словари: 1. Добровольное признание в совершенном проступке, в своей ошибке; 2. Покаяться в чем, принести покаянье, признаться в проступке, исповедаться в грехах и раскаяться; отречься от прежней, дурной, греховной жизни, сознательно приступив к лучшей».

А вот что означает греческое слово метанойя (как переводится слово покаяние).

Словарь: «Метанойя – др. греч.- сожаление (о совершившемся), раскаяние», греч.— «перемена ума», «перемена мысли», переосмысление» — термин, обозначающий перемену в восприятии фактов или явлений, обычно сопровождаемую сожалением; раскаяние».

Как видим, во всех толкованиях – в святоотеческих или мирских, «покаяние» – это переосмысление, сожаление, добровольное признание, раскаяние и отречение.

Нельзя не остановиться и на истине о покаянии, которая говорит о том, что согрешать может каждый человек, потому что у него есть страсти (как привычки и своеволие), и Господь осуждает грешника не за то, что он, угнетаемый своими страстями, падает, а за то, что искренне не раскаивается.

Нил Сорский (О мысленной в нас брани, гл. 8): «Страстью называет такую склонность и такое действие, которые, долгое время, гнездясь в душе, посредством привычки, обращаются как бы в естество ее. Человек приходит в это состояние произвольно и самоохотно; и тогда помысл, утвердясь от частого с ним обращения и сопребывания, и согретый и воспитанный в сердце, превратясь в привычку, непрестанно возмущает и волнует его страстными внушениями…. Страсть непреложно подлежит во всех ее видах или покаянию, соразмерному с виною, или будущей муке. Подобает истинно каяться и молиться об избавлении от всякой страсти. Ибо всякая страсть подлежит муке не за то, что подверглись брани от нее, но за нераскаянность. Ибо… не могли бы некоторые получить избавления, не достигнув еще совершенного бесстрастия».

О трех обязательных составляющих при покаянии – осознании, чувстве раскаяния и желании исправления

Обязательно нужно учитывать, что у понятия «истинное покаяние» есть разные составляющие по трем силам души (ум, желания, чувства): это — осознание, что ты грешишь, и переосознание своих грехов (и об этом мы сейчас не будем говорить), это – чувство сокрушения/раскаяния и это – желание исправления и действия для этого. И именно это все должно быть у истинно кающегося.

Вот как о проявлении трех сил души в истинном покаянии говорят святые отцы.

Феофан Затворник (Сб. пропов. «Слова о покаянии,…», В неделю 5-ю Великого Поста, О трех классах грешников, или какой ключ от двери покаяния?): «Какой это ключ от двери покаяния? Это суть болезненные чувства покаянные: чувство грешности своей и виновности в ней, чувство гнева Божия за грехи и ужасание от него, чувство сокрушения и раскаяния во всех грехах. — В чем состоит поворот ключа, отмыкающий замкнутую дверь? В омерзении ко греху, в возненавидении его, в отвращении от него сердца и обращении его к Богу и делам, Богу угодным. — В чем состоит отворение двери покаяния? В крепком и непоколебимом намерении не возвращаться к прежним непотребным делам и в искреннем обете отселе Господу Единому работать все дни остальной жизни своей. Так — сознать грехи, сокрушиться и воскорбеть о них, отвратиться от них и обратиться ко Господу, обещаясь не поблажать страстям и грехам, — вот отворена дверь».

Дмитрий Ростовский (Поучения, 33. Поуч. 1-е в неделю 8-ю по Святом Духе (На Еванг. о пяти хлебах (Мф.14,20)): «… Покаяние наше должно быть истинным, а не лицемерным. Истинное же покаяние есть то, которое совершается не на словах только, но и на самом деле, которое растворяется теплыми слезами и происходит из смиренного боголюбивого сердца. Прежде всего, нужно сказать, что хлеб покаяния может быть чистым тогда только, если к словам исповедания и молитвы присоединяются дела и труды удовлетворения за грехи».

Сделаем еще несколько существенных замечаний об этом. 

Что касается осознания, что ты грешишь, то оно может быть, а может его и не быть, или оно может быть лукавым, или человек может находиться в неведении о каком-то грехе.

Паисий Святогорец (Духовное пробуждение, т.1, ч.1, гл.6): «Для того чтобы Бог простил человека, совершившего какой-то проступок, он должен этот проступок осознать».

Также, немало людей считают, что покаяние, это – только раскаяние словом, и хорошо, если оно будет с чувством и слезами. Не задумываются и о том, что и слез, и раскаяния в чувствах у многих людей не бывает (по разным причинам), а у иных – их в изобилии, но и они могут быть, например, от склонности человека к плаксивости и чрезмерному выражению своих эмоций. И можно плакать и не исправляться, а можно не плакать и «не возвращаться на прежнее». Но, конечно, лучше, если будут и истинные слезы, и прекращение согрешений.

Феофан Затворник (Письма, п. 551): «»Чувство скорби глубокое» надежнее, но нельзя сказать, чтобы ничего не имел, кто не имеет ее: чувство во многих случаях не зависит от нас. Иной не глубоко скорбит, но тверже решает не грешить больше. Иной в перси (твердо) бьет, и тотчас снова падает в грех, а другой просто скажет: дурно сделал я, и уже не возвращается на прежнее. Существо покаяния — в пременении на лучшее. Все прочее — обстановка, предшествующая и последующая».

Дмитрий Ростовский (Летопись, события в 7 стол. 1 тысяч.): «О слезах же говорится следующее: есть некоторые, которые по временам приходят в умиление и плачут, вспоминая грехи свои, а грешить не перестают; для таковых какую пользу может принести их состояние умиления, если нрав их остается неисправимым? Другие приходят и на покаяние, исповедуя со слезами грехи свои, а после опять возвращаются к тем же греховным сквернам; и таковым какая польза от омовения слезного, если они опять с любовью входят в прежнее болото? Ибо недостаточно бывающего только по временам умиления сокрушения сердечного без истинного покаяния, которым требуется не только сожалеть и плакать о грехах, но и не возвращаться к греховным делам, а за содеянные грехи исполнить подобающий подвиг».

А что касается желания исправления, то может быть так, что не хочет человек исправиться.

Дмитрий Ростовский (Поучения, 11. Поуч. в 5-ю неделю Великого поста): «… (иной) иногда отчасти и жалеет (о соделанном), однако же, он не имеет в сердце своем твердого намерения и не полагает в уме твердого обещания не возвращаться к прежним грехам, но по-прежнему имеет надежду и желание делать то же».

Или может быть так, что христианин и хочет оставить грех и исправиться, но не у всякого есть сила воли изменить свою жизнь, поступки, пристрастия, т.к. грехолюбец очень слаб духовно, даже если и истинно покаялся уже (а если же не искренне, то здесь вообще речь не идет о желании исправиться).

Истинно покаявшемуся и желающему измениться, надо иметь не только желание, но и предстоит брань со своими привычными страстями и это – нелегкий подвиг, который не все выдерживают. И поэтому нужен подвиг молитвы ко Господу, чтобы Он помог в исправлении.

К тому же, если после покаяния желание не грешить и измениться, человек имеет еще силу, то со временем оно ослабевает, и то, что человек хотел делать для своего исправления, постепенно нередко сходит на нет.

И это все, о чем мы отметили, нужно учитывать, когда речь идет об истинном покаянии.

О молитве и брани с собой после истинного покаяния, чтобы не вернуться к своим грехам

Итак, при покаянии важно и его качество (истинное ли осознание своего греха и сокрушение об этом), и его плод – т.е. исправление себя через труд над собой, чтобы бы больше не грешить. И без этих составляющих покаяние – не истинное.

Василий Великий (Толков. на пр. Исаию, 1 гл.): «Не тот исповедует грех свой, кто сказал: «Согрешил я» — и потом остается во грехе, но тот, кто … обрел грех свой и возненавидел…. Какую пользу принесет больному попечение врача, когда страждущий болезнью держится того, что разрушительно для жизни? Так нет никакой пользы от прощения неправд делающему еще неправду и от извинения в распутстве продолжающему жить распутно. … Премудрый Домостроитель нашей жизни хочет, чтобы живший во грехах и потом дающий обет восстать к здравой жизни, положил конец прошедшему и после содеянных грехов положил некоторое начало, как бы обновившись в жизни чрез покаяние».

Дмитрий Ростовский (Поучения, п.18. Поуч. в неделю 4-ю по Пасхе, о расслабленном, и др.): «Много, скажу я, нужно труда в покаянии и подвигах, много времени для удовлетворения за грехи и много напряжения сил для умерщвления себя и преодоления злого своего нрава. (п.7. Поуч. в 1-ю нед. Великого поста) … Плоды, достойные покаяния, суть те, которые равняются по своей трудности, качеству и количеству прежде совершенным грехам. Суетно покаяние того, кто коротким воздержанием в пище и постом хочет покрыть многократные объядения и пьянства. Тщетно покаяние того, кто немногими вздохами и ударами в грудь хочет оправдать многие неправды, воровства, убийства, хищения, озлобления брата и многое подобное им. Неправедно покаяние того, кто кратким и легким умерщвлением своего тела хочет очистить долгие и тяжкие смертные грехи. Бесследно пройдет покаяние того, кто малыми слезами хочет омыть великие скверны и беззакония».

Это, во-первых, некое наказание себя самого или назначенная епитимия.

Иоанн Лествичник (Лествица, сл.5): «Кающийся есть изобретатель наказаний для себя самого».

Феофан Затворник (Толков. на прор. Ерму, 4): «Не думай, что тотчас изглаждаются грехи тех, кои согрешили и приносят покаяние. Нет, не тотчас. Кающемуся надо умучить себя всякими смирительными способами и понести разного рода труды».

Исаак Сирин (Слова подвижн., сл.77): «Когда человек памятует прежние свои грехи и наказывает себя (вольными скорбями), тогда и Бог прилагает попечение о том, чтобы упокоить его. Бог радуется, что за уклонение от пути Божия сам он наложил на себя наказание, что́ служит знаком покаяния».

Во-вторых:

Игнатий Брянчанинов (Аскетические опыты 1, О покаянии, и др.): «… плод достойный покаяния: изменим жизнь греховную на жизнь евангельскую. (Аскетическая проповедь, Глава: Беседа о том, что для плодоносного покаяния…)… Надо оставить пьянство, объядение, любодеяние, плотские наслаждения, так называемые невинные игры и увеселения — словом, все составляющее собою плотскую и греховную жизнь, низводящее человека к достоинству несмысленных скотов и зверей. Надо заменить их противоположными добродетелями: воздержанием, трезвением, целомудрием».

Ефрем Сирин (О покаянии): «Скажу тебе, как человек через покаяние делается совершенным, чтобы, узнав самый способ, не иметь тебе извинения. Слушай. … Приносишь ты покаяние в идолослужение? Бегай гаданий, наблюдений полета птиц и других примет, – это части идолослужения, когда по сим признакам прорицают, звездочетствуют, обращаются с вопросами к наблюдателям звезд и гадателям. Приносишь ты покаяние в блуде? Осуждай всякий блуд, потому что им порождены всякие распутства. Берегись смеха, шуток, сквернословия, чревоугодия, – это пути к блуду. Приносишь ты покаяние в сделанной неправде? Отжени от себя всякую неправду, потому что от неправды прозябли все излишества сребролюбия. Приносишь ты покаяние в нарушении клятвы? Совершенно воздержи себя от лжи и воровства, потому что пучина и преддверие ложной клятвы – ложь. Приносишь покаяние в лукавстве? Бегай раздражительности, ненависти, зависти, противной робости и всякой низости. Приносишь покаяние в безрассудстве? Не только уклоняйся зрелищ, но и во всяком месте удаляй от себя смех и всякую мирскую забаву, ибо подобные сим вещи принуждают возвращаться к прежнему. Приносишь покаяние в неправославии? Не сближайся с еретиками. Приносишь покаяние в маловерии? Удаляйся всякого простонародного пиршества. Приносишь покаяние в том, что поссорился? Приучи язык свой отвечать кротко».

И, в-третьих, к подвигу и труду покаяния относится брань со своими привычными страстями и пороками. Так, после раскаяния должна идти противление/брань с собой против той страсти, в которой ты каялся, потому что невозможно сразу исправиться/измениться человеку, т.к. он привык думать, желать, чувствовать и делать по страстному.

Игнатий Брянчанинов (Аскетические опыты 1, О покаянии): «Для того чтоб изгладить из сердца навыки греховные, вкоренившиеся в него долгим временем, нужно время, нужно постоянное пребывание в покаянии. … Постоянное покаяние состоит в постоянном сокрушении духа, в борении с помыслами и ощущениями, которыми обнаруживает себя сокровенная в сердце греховная страсть, в обуздании телесных чувств и чрева, в смиренной молитве, в частой исповеди».

Нил Сорский (О мысленной в нас брани, гл. 8): «Обуреваемому какою-либо страстью подобает всеусиленно ей противиться, сказали Отцы. Возьмем, например, страсть блудную. Кто борим этою страстию к какому-либо лицу, тот пусть всячески удаляется от него (удаление – это элемент брани, как предъупреждение падения – от сост.), удаляется и от собеседования и сопребывания с ним и от прикосновения к его одежде и от обоняния аромата его одежд. Кто не соблюдет себя от всего этого, тот образует страсть».

Инок Агапий Ландос (Грешников спасение, ч.2.гл.6): «Если у тебя нет мысли в уме и твердого решения больше не грешить, избегать места греха и лиц, с которыми ты пал, — то твое покаяние не правдиво, а грех не прощен. Если ты блудил со служанкой, то должен ее прогнать…. А если с другой женщиной, не должен ходить около ее дома и встречаться с ней. Если ты произносишь хулу в игре, больше не играй. Если ты наперед знаешь, что можешь опьянеть на пиршестве, куда тебя пригласили, то не иди, ибо пьянство близко разврату».

И вот как, например, говорится о блюдении себя и брани с собой после покаяния в каком-то грехе.

Феофан Затворник (Слова во св. Четыредес. …, В неделю 1-ю Великого поста): «… на исповеди получили разрешение во грехах своих. Теперь всем покаявшимся и разрешенным возвращено здравие душевное, и все пришли в свой порядок и чин. Что прочее требуется? Требуется блюстись, чтоб опять не впасть в ту же беду. Бросил грех — не возвращайся на него. Получил помилование — не подвергайся опять гневу и осуждению. Вступил на правый путь — не уклоняйся с него. Снова будет враг влечь тебя в свою область тьмы — не поддавайся. Будет он ухитряться, чтоб отуманить тебя льстивыми обещаниями, — не вдавайся в обман. Знаешь, как зол грех; знаешь, как трудно одолеть его, — не входи же снова в содружество с ним. Помог тебе Господь, встал ты — стой же и мужайся, и да крепится сердце твое. Враг будет нашептывать тебе: «Падешь, опять встанешь». А ты противопоставь ему свою речь: «Встал я теперь, благодарение Господу! Но, если снова паду, не могу сказать, встану ли. В руках же падения навсегда оставаться не хочу, не хочу быть рабом греха и жертвою геенского пламени». Так отражай лесть врага. И сим страхом нового падения в грехи отрезвляй душу свою и воодушевляй ее на шествие путем начатого самоисправления. Утверди ты в себе то очень вероятное помышление, что, если падешь снова, кто знает — встанешь ли? А останешься в падении – погибнешь».

И вот именно по тому, что истинное покаяние с трудом исправления – это скорбный путь человека, большинство людей и не берутся за него и не прибывают в нем; к тому же по тому, что они – грехолюбцы (в разной мере), не желающие расстаться со своими привычками, которые им сладостны.

Также заметим, что плотолюбивые души грешников не хотят понимать, что, хотя и брань с собой нелегка, но другого пути спасения – нет.

А еще они, похоже, не знают, что:

Феофан Затворник (Толков. на прор. Ерму, 4): «Грешить легко, но нелегко расплачиваться за грех».

И что:

Тихон Задонский (Об истинном христианстве, кн.1, §145): «Всякий необращающийся и нераскаявшийся грешник сам в своей погибели виновен, ибо он о такой благости Божией, на покаяние его ведущей, не заботится».

Есть и еще одна основная истина о покаянии: Господь при осознанном раскаянии и брани со страстью (по мере сил каждого) подает силы отстать от грехов, особенно если человек постоянно просит Бога об этом. И поэтому не может быть подвига покаяния без молитвы о помощи в брани с собой.

Также нужно знать и о благодати Божией, которая дается истинно кающемуся.

Феофан Затворник (Письма, п.358): «Кающемуся и дается благодать, которая образует в нем решимость угождать Господу, не щадя жизни».

Так, если христианин старается предъупреждать свои падения и сопротивляться своим страстным желаниям и молится об помощи в этом, то к нему приходит Благодать Божия, укрепляя его силы для ухода от греха. А если, например, христианин уходит жить от жены к любовнице, или, например, если он вместо того, чтобы прекратить пить спиртное в гостях, продолжает пить его в одиночку, да еще и гонит самогон, или, например, если он вместо памяти о Суде утвердился в лживой мысли, что ему ничего не будет от людей за его грехи, и что Бог милостив, – то о каком покаянии и какой благодати Божией может идти речь?!

Думаю, уже становится понятно, что, к сожалению, не всегда и не все христиане могут покаяться и исправиться, если живут в привычных для них грехах …

От покаяния человека до прощения Божия есть определенный путь

Также добавим еще и такие истины о покаянии: не всем прощаются Богом грехи после покаяния, не «тотчас отпускаются грехи кающихся» и «не тотчас в разрешении грехов или по разрешении их (священником) дается чувство благоволения Божия и всепрощения».

Дмитрий Ростовский (Поучения, 33. Поуч. 1-е в нед. 8-ю по Святом Духе): «Христос Господь, сказавши в Божественном Евангелии, что как дерево, так и человек познается по плодам и, как дерево бесплодное, будет казнен посечением и сожжением, — присоединил еще и следующие слова: «Не всякий, говорящий Мне: `Господи! Господи!’, войдет в Царство Небесное» (Мф.7,16-21). Но, о, Владыко Человеколюбец! неужели Ты не милосерднее Твоего пророка Иоиля, который сказал: «И будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется» (Иоил. 2: 32)? Ты же, Господи и Владыко, и двоекратное призывание Твоего имени: «Господи, Господи» называешь недостаточными для нашего спасения: «Не всякий, говорящий Мне: `Господи! Господи!’, войдет в Царство Небесное». Но не будем дивиться сему разногласию между Христом и пророком, ибо пророк говорил о добродетельных и праведных, исполненных Духа Божия и Духа пророчества, что видно из его же книги: «будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши» (Иоил. 2: 28). Такие, поистине, если даже один раз воззовут ко Господу, говоря: «Господи», тотчас будут услышаны Богом и спасутся. «Взывают [праведные], и Господь слышит» (Пс. 33: 18), ибо молитве их предшествовали праведные труды и добрые дела их. В Евангелии же Господь вещает о бесплодных деревьях: у них добрых дел не видать ни до молитвы, ни после молитвы. Такие, если и дважды воззовут: «Господи, Господи», все же не войдут в царство небесное. Но кто же войдет туда? «Исполняющий волю Отца Моего», — говорит Господь (Мф. 7: 21). … — Вот что мы читаем в книгах Царств. Некогда согрешили пред Господом Богом два израильские монарха: царь Саул и царь Давид, каждый в свое время, и оба покаялись. Саул возносит свою покаянную молитву к Богу пред лицом пророка Самуила, говоря: «Согрешил я, ибо преступил повеление Господа и слово твое; но я боялся народа и послушал голоса их… И отвечал Самуил Саулу: не ворочусь я с тобою, ибо ты отверг слово Господа, и Господь отверг тебя, чтобы ты не был царем над Израилем» (1Цар. 15: 25, 26). Кается и Давид, говоря пророку Нафану: «согрешил я пред Господом. И сказал Нафан Давиду: и Господь снял [с тебя] грех твой» (2 Цар. 12: 13). Рассмотрим же оба эти покаяния. Вот кается Саул: он совершает долгую молитву и умножает слова пред Самуилом, однако же, не сподобляется прощения, даже осуждается на уничтожение: «Уничижит тебя Господь». Кается же и Давид; немного, только два слова произносит: «согрешил я пред Господом», но тотчас Господь прощает его согрешение. Что это значит? Какова тайна сего? Оба согрешили, оба каются, но только у одного Давида покаяние принимается, Саулово же покаяние отвергается. Если желаем узнать причину этого, то прочтем в Писании о жизни обоих — Давида и Саула. Давид после грехопадения облекся во вретище, Саул же гордится мягкими царскими одеждами; Давид постом смиряет душу свою, пепел ест, как хлеб, и питье свое растворяет плачем, а Саул ест от многоценных трапез, пьет и веселится; Давид в полночь встает для молитвы, а Саул, упившись, спит на мягкой постели; Давид рыдает о грехе своем, а Саул пренебрегает им; Давид трудится, а Саул ленится. Не дивись же ты, Саул, что покаяние твое неприятно Богу и молитва твоя отвергнута, ибо ты не проявил трудов и подвигов. Не дивись и ты, Давид, будучи прощен, ибо ты явил многие подвиги в своем покаянии: «Отьемлет Господь прегрешения твоя». Итак, мы видим и понимаем теперь, что покаяние без трудов отвергается, как плевельный хлеб: оно не принимается, но изметается вон на попрание».

Пастырь Гермы (подобие, 7, гл.6): «Знаю, что они покаялись от всего сердца. Но не думаешь ли ты, что тотчас отпускаются грехи кающихся? Нет, кающийся должен помучить свою душу, смириться во всяком деле своем и перенести многие и различные скорби. И когда перенесет все, что ему назначено, тогда, конечно, Тот, который все сотворил и утвердил, подвигнется к нему Своею милостью и даст ему спасительное врачевание, и лишь тогда, когда увидит, что сердце кающегося чисто от всякого злого дела».

Феофан Затворник (Письма к разным лицам, п. 26): «…при епитимии чувство прощения от Господа не вдруг приходит, а надо много потомить себя и сокрушением, и лишениями, и слезами, чтоб возвратилась милость Божия в сердце христианина грешника. Так бывает; соответственно сему идут и законы Церкви о покаянии. Господь Спаситель всегда примет кающегося, но милость Свою вполне возвращает не вдруг: потрудись и докажи, что глубоко, а не мимолетно сокрушаешься, и опять милость Божия осенит тебя».

Феофан Затворник (Письма к разным лицам, п. 26. 4-е письмо в С.-Петербург по поводу ереси тамошней): «Нам, кои большею частию приступаем к Господу,— если приступаем,— после того, как успеваем потерять благодать крещения,— даже и после того, как искренно исповедуем грехи свои, оплачем их и положим твердое намерение не грешить более; нам, говорю, не тотчас в разрешении грехов или по разрешении их духовным отцом дается чувство благоволения Божия и всепрощения. Здесь это верою только приемлется; в чувство же входит после довольных над собою трудов, болезненных и безжалостных. Наложит ли духовник епитимию, или не наложит,— но эта Божия епитимия — отсрочка в даровании чувства помилования — всегда бывает, более или менее длительная, судя по грехам. Когда же придет, наконец, это чувство, то тут бывает не то, что при убеждении. Убеждение в мысленной части бывает, и оттуда действует на сердце. А тут чувство помилования входит в сердце и овладевает им, и заставляет радоваться и ликовать все силы души и тела. Покаявшийся чувствует на себе при сем объятия отчи. Это райское состояние дается всем тем, которые довольно потомят себя в сокрушении и преутруждении,— конечно, все под условием веры и смиренного к Господу припадания. … (Некоторые же полагают) что прощение дается за одну веру, которая порождает и убеждение. Это прямой путь к самопрельщению. … Повторю еще весь путь: нам, приступая к Господу в покаянии, надо оплакать грехи, исповедать их искренно с изъявлением решительного намерения не поблажать более себе, и получить таинственное в грехах разрешение от Господа чрез уста духовника; затем начать труд самоозлобления для подавления греховных привычек и в наказание за прежнее своеволие. Когда греховные движения поутихнут и совесть безжалостная насытится произвольными лишениями, тогда Господь сжаливается над кающимся и дает ему ощутить всепрощение, которое было за ним только по вере. Нарочно повторяю это, чтоб кто … в самом деле не возмечтал, что коль скоро верует, то уж не о чем более заботиться…».

На этом закончим очень кратко говорить об истинном покаянии (о котором у святых отцов говорится очень много). И перейдем к вопросу о неистинном покаянии и непокаянии, что характерно для ложных христиан грехолюбцев (о чем у святых отцов также говорится очень много).

5.1.2. О ложном покаянии и непокаянии христиан

Итак, каждому христианину нужно помнить, во-первых, что:

Иоанн Златоуст (т.2, ч.1, О покаянии): «Покаяние (-) тягостное и страшное для грешника».

И, во-вторых, живя во грехах, не стараясь постоянно исправлять себя, христианин становится духовно глуп, бесчувственен, без страха Божьего, бесстыдным и т.п. И в этом состоянии не может быть настоящего покаяния.

Вот об этом и скажем далее.

Но вначале этого вопроса обязательно укажем для тех, кто еще не является явным ложным христианином, чтобы не стать им: то о чем, будет говориться, надо помнить и перед тем, как собираешься согрешить, и сразу после того, как впадешь в грех по беспечности или по своей злой неуправляемой воле. И напоминать это (именно «напоминать насильно себе», а не ждать, что оно само вспомнится) надо для того, чтобы не обольщаться своими лукавыми надеждами, что потом покаюсь, и чтобы не дойти до того состояния, когда отходит страх Божий, умирает дух, и уже очень трудно вернуться назад к добродетельной жизни.

Исидор Пелусиот (Письма, ч.2, п.247): «Когда слышишь, что дано нам покаяние, не приступай поэтому небоязненно ко греху в надежде, что непременно будешь исцелен; но знай, что, во-первых, многие не имели времени на покаяние, подвергшись наказанию среди самых прегрешений. (Знай) что сверх этого покаяние врачует обыкновенные немощи нескоро; потому что потребны труды, пост, бдение, милостыня, и все сему подобное, чтобы уврачевать прежние язвы. В-третьих, надлежит не терять из мысли, что и в уврачеванном струпе рубец изобиличает бывшую болезнь. Ибо не одно и то же – тело неповрежденное и уврачеванное, не одно и то же – одежда целая и разодранная, хотя бы каким-нибудь искусством приведена была, по-видимому, в такое состояние, что нелегко распознать, где была разодра­на. Но если душа и будет восстановлена в прежнюю лепоту, то, как сказал я, непросто восстановляется, но после тьмочисленных трудов, слез и наказаний, какие согрешившая душа налагает на себя».

Платон, Митр. Московский (Поучительные слова. т. 14, Слово на Крещение Господне): «… великое есть различие между больным и мертвым. (Истинный – от сост.) христианин по немощи иногда во грехи впадает, но тотчас свою болезнь признает, и с истинным раскаянием прибегает ко врачу, и от него тотчас исцеляется; и получив исцеление в знак благодарности своей, всемерно того оберегается…. И потому он всегда здрав или творением добра, или покаянием и исправлением зла. А ложный христианин напротив: он грехом не болезнует, но умирает: он к нему прилепляется всею душею и на все время, так что и при самой кончине не он оставляет грехи, но грехи его».

Да убережет нас Господь от духовной смерти, да подаст сил отлепиться нашим душам от своих грехов и быть истинными христианами, а не ложными, иудообразными!

Ложные христиане не живут по законам истинного покаяния, и оно им неприятно

Итак, для истинного покаяния необходимо осознание своего греха, истинное раскаяние, исповедание своего греха и оставление его на деле (а последнее предусматривает брань с собой/со своими страстями). Ложные же христиане из всех этих условий, возможно, и исповедуют свои смертные грехи на исповеди (а может быть — и нет), но это не считается истинным покаянием, т.к. они продолжают любить грех и грешить смертными грехами.

Амвросий Оптинский (Письма, 34. Объяснение слов псалма: благ и прав Господь): «Некоторые из христиан от неверия совсем не каются, а некоторые, хотя и каются для порядка и обычая, но потом без страха опять тяжко согрешают, имея неразумную надежду на то, что Господь благ, а другие, имея в виду одно то, что Господь правосуден, не перестают грешить от отчаяния, не надеясь получить прощения. Тех и других исправляя, слово Божие объявляет всем, что благ Господь ко всем кающимся искренно и с твердым намерением не возвращаться на прежнее. … Напротив, правосуден Господь для тех, которые от неверия и нерадения не хотят каяться, также и для тех, которые хотя иногда и приносят покаяние для порядка и обычая, но потом опять без страха тяжко согрешают, имея неразумное упование на то, что Господь благ. Есть и такие христиане, которые приносят покаяние, но не все высказывают на исповеди, а некоторые грехи скрывают и утаивают стыда ради. Таковые, по слову апостольскому, недостойно причащаются Святых Тайн, а за недостойное причащение подвергаются различным немощам и болезням, а немало и умирают».

Тихон Задонский (Письма келейные, п.99): «Не находится в покаянии тот, кто греховной жизни не оставляет, не обновляется умом и сердцем, но в ветхой и плотской жизни пребывает, не умерщвляет плоти со страстями и похотями, ищет в мире этом, как отечестве своем, чести, славы и богатства, а не как странник и пришелец живет, и не старается о том, как бы не лишиться вечной жизни. Таков всякий некающийся, и таковы отличительные признаки некающегося человека».

Дмитрий Ростовский (Поучения, 11. Поуч. в 5-ю неделю Великого поста, и др.): «Кто же это кающийся истинно и кто кающийся ложно? Кающийся ложно есть тот, кто не искренно исповедует свои грехи пред Богом своему отцу духовному, но скрывает их; если же и искренно исповедует, то не сожалеет о соделанном зле. Впрочем, такой иногда отчасти и жалеет, однако же, он не имеет в сердце своем твердого намерения и не полагает в уме твердого обещания не возвращаться к прежним грехам, но по-прежнему имеет надежду и желание делать то же. (п.35. Поуч. в неделю 9-ю по Святом Духе) … (Ложный христианин) иногда приходит как будто к покаянию, исповедует устами свои грехи, на деле же творить плоды, достойные покаяния, и не думает. Он «молится устами, а сердце его далече отстоит от Бога» (Ис. 29: 13); скверными своими устами лобзает Христа, недостойно причащаясь пречистых Тайн, а потом снова возвращается к своим греховным делам. Он только льстит, говоря «каюсь», он только обещается быть добрым, но неисправимым пребывает Иуда, раб и льстец…».

Иоанн Златоуст (т.11, ч.2, О посте, о Давиде …): «Покаяние свидетельствуется не словами, а делами. Есть раскаяние от глубины души, и есть раскаяние лишь притворное: потому-то одни спасаются, а другие подвергаются осуждению. И блаженный Петр, и несчастный Иуда – оба раскаялись. Но Петр, раскаявшись искренно, оплакав и омыв свое отречение потоками слез, опять возвратил себе прежнее достоинство, а Иуда сделал свое раскаяние мимоходом».

И само покаяние, как признание своей вины и как необходимость перестать грешить, неприятно грехолюбцу.

Дмитрий Ростовский (Поучения, п. 6. Поуч. в неделю сыропустную): «Что есть хуже пепла? Кто ищет вкуса в нем? Кто захочет питаться пеплом? Точно так же и покаяние невкусно для людей грехолюбивых, погрязших в сластях и страстях мира сего. Кто из таких желает покаяния и кто из них вспоминает о покаянии? Сыпни кому-либо пеплом в очи; приятно ли это будет? Вспомни грехолюбцу покаяние; понравится ли это ему?… Покаяние считается грехолюбцами крайне неприятной для них вещью».

Можно заметить и то, что ложные нераскаянные христиане повторяют путь Адама.

Симеон Новый Богослов (Слова, сл.26): «Адам, еще будучи в раю, был призываем Богом к покаянию, когда Бог сказал ему: «Адам, где ты? …». (Быт.3:9,11). Но он не хотел покаяться, восплакать и взыскать прощения, а что делает? Выставляет жену причиною своего неразумия и греха, — за что со всею правдою изгоняется из рая. Поскольку Адам не восхотел тогда покаяться, — и это по наущению злого духа, то Бог, пришедши на землю, всех потомков его призывает к покаянию, говоря: «покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное» (Мф.4:17)».

Далее скажем о плодах такого состояния, а потом о его причинах (но они взаимосвязаны).

«Медленность (покаяния и изменения) … выражает следующее: «Пусть сначала царствует во мне грех, после будет когда-нибудь царствовать и Господь»»

Григорий Двоеслов (Собесед. о жизни италийских отцов…, гл.44): «Те, которые никогда не перестают грешить во время своей жизни, показывают, что они желают всегда жить во грехе».

Василий Великий (Беседы, б.13): «… желая вступить в общение с Богом и надеясь, что будешь принят Им в достоинстве сына, и между тем, делая противное Богу и бесчестя Его преступлением закона, надеешься тем самым достигнуть общения с Ним, чем наипаче оскорбляешь Его? Смотри, чтобы, в надежде искупления собирая себе множество зол, не сделать тебе того, что грехи скопишь, а прощения не получишь. «Бог поругаем не бывает» (Гал.6,7). Не торгуй благодатию; не говори: «Закон прекрасен, но грех приятнее». … Эта (твоя) медленность (в оставлении греха) не иное что выражает, как следующее: «Пусть сначала царствует во мне грех, после будет когда-нибудь царствовать и Господь». Сначала уды мои «представлю оружия неправды греху», а потом, со временем, представлю их и «оружия правды Богови» (Рим.6,13). Так и Каин приносил жертвы; что было лучшего, то — в услаждение себе самому, а что похуже, то — сотворившему и даровавшему Богу. Пока способен ты к трудам — проводишь юность свою в грехах; а как скоро члены ослабели, тогда приносишь их в дар Богу, когда уже ни на что нельзя употребить их и по необходимости надо оставлять в бездействии, потому что сила утрачена от долговременного истощения. Целомудрие в старости — уже не целомудрие, а невозможность предаваться невоздержанию. Мертвого не увенчают; не тот праведник, кто не в силах делать зло. Пока есть у тебя силы, преодолевай грех разумом; ибо вот добродетель — уклоняться от зла и делать добро. А когда порок от усталости приходит в недеятельность, это само по себе не заслуживает ни похвал, ни наказаний. Если перестанешь грешить по причине возраста, это будет по милости твоей немощи. А мы хвалим тех, которые добры по произволению, а не тех, которые вынуждены какою-либо необходимостью».

Ложный христианин омрачен похотью и грехом, и поэтому «без всякого страха преда(ется) утехам», и не воспринимает грех, как грех

Никодим Святогорец (Поучения, Бессильная вера): «… Многие христиане считают, что грех — это по-детски наивное и не очень большое зло; они не только считают его малым злом, но и посмеиваются над ним, а некоторые из них даже хвалятся совершенными ими постыдными грехами. Они не боятся грешить и постоянно прилагают грех ко греху».

Илия Минятий (Слово в Великую пятницу. О спасительном страдании): «… а вот – христианин, который не думает оставлять объятия блудницы. Другой временно ее покинул, но не с тем ли, чтобы поскорее опять соединиться с ней? Другой не желает возвратить присвоенного чужого добра, третий упорствует примириться с врагом. Иной вовсе не раскаялся; другой хотя и раскаялся, но с тем, чтобы снова предаться прежним порокам».

Троицкие Листки (565. Слово о пьяницах): «… пьяницы (и люди с другими пороками – от сост.) обыкновенно ни во что ставят свой порок и пьянство за грех даже не почитают, у них всегда есть разные оправдания и отговорки».

Тихон Задонский (Сокровище духовное…, ст.41, и др.): «Христианин неисправный, прилепившийся к суете этого мира, не перестающий бесстрашно нарушать закон Божий, грех чем-то малым, или, что горше того, — ничем считающий! Пощади душу свою бедную. (ст. 38) О, человек! Сладок тебе грех, которым бесконечное величество Божие оскорбляешь и праведный Его гнев на себя разжигаешь! Сладок тебе грех, за который горчайшую чашу страдания и смерти Христос, Сын Божий, испил! Сладок тебе грех, за который горесть вечной смерти вкушать будешь, если не покаешься! Видишь, как горьки плоды греха, хотя он тебе и кажется сладким! …Горе человеку, который с этим тяжким бременем там (на Суде Христовом) явится!».

Николай Сербский (Неделя 32-я по Пятидес.): «Покаяние есть начало лечения от своеволия, начало покорения себя Божией воле. Живя по своей воле (т.е. желая телесных и мирских наслаждений и пренебрегая заповедями Бога – от сост.), человек быстро скатывается от своего царского достоинства в хлев для скота и в звериную нору. Никогда ни один человек на земле не мог поступать по своей воле и остаться человеком. Имя человека не означает самоволия; имя человека, истинного человека означает полную покорность высшей воле, прозорливой и непогрешимой воле Божией (чего нет у ложных христиан – от сост.)».

Нераскаянный грехолюбивый христианин – глуп, безумен, слеп и Иуда

Ложный христианин, не держась покаяния, считается глупцом и безумцем, а также его можно назвать «бесноватым».

Паисий Святогорец (Духовная борьба, ч.3, гл.5): «Бог дал человеку ум для того, чтобы тот размышлял, насколько велик его грех, каялся и просил прощения. Нераскаянный человек очень очерствел и поглупел, потому что не хочет покаяться и освободиться от той малой адской муки, в которой он живет и которая ведет его в худшую — вечную муку. Таким образом, он лишает себя и тех земных райских радостей, которые, превращаясь в намного большие, вечные радости, продолжаются в Раю рядом с Богом. Находясь вдали от Бога, человек находится вне себя».

Дмитрий Ростовский (Проповеди, п. 10. Слово в субботу пятую…, и др.): «Грешник, притом грешник нераскаянный, не хотящий обратиться к Богу, но впадающий во все большие и тяжкие грехи, согласно написанному у Соломона, «когда приидет нечестивый во глубину зол, нерадит», такой грешник поистине безумен. Почему же он безумен? Потому, что знать о смерти, знать о страшном суде и геенском наказании и всего этого не бояться — это является крайним безумием. Кроме этого, слышать о небесном царствии, о вечном воздаянии, уготованном для любящих Бога, и не желать всего этого — вот крайняя степень глупости, и поэтому такой грешник поистине есть безумный. (36. Поуч. в неделю 10-ю по Святом Духе) Бес живет в нераскаянном грешнике, как в своем истинном доме, ибо как в добродетельном, праведном муже живет Бог и он в Боге, так и в окаянном грешнике живет бес и он в бесе, поскольку, по апостолу: «Кто делает грех, тот от диавола» (1Ин. 3, 8). Итак, всякий ожесточенный грешник – бесноватый».

Дмитрий Ростовский (Руно орошенное, Роса озарения смыслов): «Всякий нераскаянный грешник безумен, не имеет разума. Ум или разум в человеке — это одна светлая свеча, разгоняющая темноту неведения, и показывающая, что есть доброе, а что злое, и всегда на светлый путь заповедей Божиих наставляющая. Когда же человек, не послушав доброго, внутри просвещающего его разума, уклонится по злой воле своей, ибо «помышление сердца человеческого — зло от юности его» (Быт. 8, 21), и пойдет по своим похотям, творя неподобное (хоть и знает, по свидетельству разума своего, что смертно согрешать — это зло, за него казнен он должен быть вечно, но небрежет о том и нерадеет о грехе своем), тогда исступает из ума человек, губит разум и, как. безумный, блуждает в темноте буйства своего. О таковых говорит псалмопевец: «Не познали, не уразумели, во тьме ходят» (Пс. 81, 5). …Творит безумными он и прежде великих разумом. Премудр был Соломон, но сколь обезумился, служа греху? И иных немало премудрых погибло из-за грехов. Молить прилежно подобает Господа, дабы, отогнав от нас буйство греховное, просветил наш ум светом разума святого Евангелия».

Грех делает человека и духовно слепым.

Ефрем Сирин (Поуч. слова к егип. монахам, п.32, О страстях): «Человек, проводящий в нерадении дни свои, обманывает сам себя, вовсе не помышляя о благах, какие уготовал Господь праведным, и о наказании, ждущем грешных, без всякого же страха предающихся забавам. В таковых (людях) лукавый приводит в действие всякого рода плотские похоти. А они и не в состоянии заметить этого, как ворота не замечают входящих и выходящих ими, потому что похоть, поселившись в уме, омрачила очи их».

Иоанн Златоуст (т.6, ч.2, О шестом дне творения…): «Все преступники терпят одно и то же. И теперь, ведь, когда мы грешим, грешим как бы слепые, а когда согрешим, тогда видим, что мы сделали. Так, когда кого-нибудь упрекают, говоря: «зачем ты это сделал», обвиняемый ссылается на свою невменяемость, говоря: «поистине, я не видал, что делал», не потому, чтобы он был слеп, а потому, что во время греха потемняется ум, всецело уходит в дело и бывает во время совершения поступка слеп. Вслед затем он в своей совести видит, что сделал. Представлю это на примере. Проникает кто-нибудь в дом с целью грабежа; он входит как бы слепой, не помышляет ни о том, что его кто-нибудь может встретить, поймать, ни о страхе пред судьями, ни об угрожающей опасности; он ослеплен недугом. Когда он войдет, когда похитит, когда уйдет с краденым, то, хоть и никого нет, исполняется страхом, чувствует, что сделал, и думает, что если начнут расследовать, узнают чье дело это преступление. О чем он не помышлял во время дела, о том думает после его совершения. Точно также, например, прелюбодей, пламенеющий страстью к чужой жене, входит, не помышляя ни о законах супружества, ни о судах, ни об обвинителях, ни об изощренных мечах; когда же совершит преступление, чувствует страх, смотрит с подозрением на слугу, на служанку, на соседа, на родственника, — и то, чего не видел во время преступления, видит после его совершения».

Также некающийся обманывает сам себя, что находится в вере.

Григорий Синаит (Добротолюбие, т. Главы о заповедях и догматах…, гл.103): «… порабощенный сластям, и славы от людей ищущий, а не от Бога не верен есть, говорит (Ин. 5, 44). Хотя на словах и верным кажется таковой, но он сам себя обманывает, не видя того. Ибо услышать имеет: «так как ты не принял Меня в сердце свое, но отверг Меня за хребет свой; то и Я отвергну тебя». Верному же благонадежну быть подобает и веровать истине Божией, свидетельствуемой во всех Писаниях, исповедуя свою немощь, чтоб не подпасть осуждению сугубому и неизвинимому».

Напомним, что о нераскаянном говорится и как об Иуде.

Дмитрий Ростовский (Поучения, 35. Поуч. в неделю 9-ю по Святом Духе): «Грешный же, нераскаянный человек во всем подобен Иуде. Он есть вор, ибо думает со своими грехами утаиться от всевидящего ока Божия: «не увидит Господь, и не узнает Бог Иаковлев» (Пс. 93: 7). Время, данное ему для покаяния, он крадет для своих беззаконий. Он есть и предатель, ибо, предпочитая временное вечному, он за малую сладость внизу предает великую сладость вверху; за краткое земное веселие предает бесконечную небесную радость; за повседневное насыщение своего чрева предает то душевное насыщение, о котором говорит Давид: «Внегда явитимися славе Твоей» (Пс. 16: 15). За греховное сладострастие предает прославление своей плоти, которое имеет быть для праведных в общее воскресение, «ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему облечься в бессмертие» (1Кор. 15: 53). За гордость свою предает возвеличение, приготовленное Богом для смиренных. За гнев, ярость и ненависть к ближним предает любовное общение с ангелами и всеми святыми: одним словом, за грех предает Бога и является Иудой предателем. Он также и льстец, ибо иногда приходит как будто к покаянию, исповедует устами свои грехи, на деле же творить плоды, достойные покаяния, и не думает. Он «молится устами, а сердце его далече отстоит от Бога» (Ис. 29: 13); скверными своими устами лобзает Христа, недостойно причащаясь пречистых Тайн, а потом снова возвращается к своим греховным делам. Он только льстит, говоря «каюсь», он только обещается быть добрым, но неисправимым пребывает Иуда, раб и льстец, и потом отчаянием убивает свою душу. — Итак, грешник такой во всем подобен Иуде и является вторым Иудой. И как много таких Иуд среди христиан!».

Грешники, как правило, имеют превратное мнение о Суде, не верят словам об аде и что они могут туда пойти

А теперь приведем поучения о типичном отношении грехолюбцев к суду Божиему, наказанию и аду. 

Тихон Задонский (т.5, Письма келейные, п. 43. О правде Божией): «… ныне и свирепеют ненаказанные люди, и мечтают, что с них того не взыщется…».

Блж. Феофилакт (Толк. на посл. к Римл., гл.2): ««А мы знаем, что поистине есть суд Божий на делающих такие дела». Дабы кто не сказал о себе: «я доселе прелюбодействовал и избежал суда», апостол, устрашая его, говорит, что у Бога не так: у нас одного наказывают, а другой, хотя то же делает, избегает наказания; но у Бога не так: ибо суд Божий на дурных людей есть поистине. «Неужели думаешь, ты, человек, что избежишь суда Божия, осуждая делающих такие дела и (сам) делая то же? Или пренебрегаешь богатством благости, кротости и долготерпения Божия, не разумея, что благость Божия ведет тебя к покаянию? Но, по упорству твоему и нераскаянному сердцу, ты сам себе собираешь гнев на день гнева и откровения праведного суда от Бога, Который воздаст каждому по делам его». … Ты не избежишь суда Божия».

Пролог в поучениях В. Гурьева (10 июня): «Грешники нераскаянные, пришедшие в глубину зол, желая заглушить в себе или голосе совести, или представление об ожидающем их праведном и грозном суде Божием, часто говорят: «что ж делать, что я грешен? Мало ли кто грешен, да ведь ничего? Проходят же им самые тяжкие грехи, живут и горя никакого не видят; так и мне все пройдет». Утешение беззаконное, а вместе напрасное. Беззаконное, ибо показывает в человеке отсутствие веры и потерю совести; напрасное, ибо, что грешники часто в этой жизни не терпят наказания, вовсе не доказывает, что они уже и совсем освобождены от казни. Напротив эта видимая иногда ненаказанность грешников в этой жизни указывает только на то, что большее наказание ожидает их в жизни будущей. … Итак, грешники нераскаянные, не льстите себя суетною надеждою, избежать наказания за свои грехи, и не думайте, что беззаконные деяния вам даром пройдут. Вспомните немилостивого Евангельского богача: он также не знал», как видится, в этой жизни горя, ибо пировал на каждый день светло и одевался в порфиру и виссон. Но зато, что сталось с ним по смерти? Во ад был брошен, и ему сказано, чрез Авраама, что его муки будут вечны. То же будет и с вами, если не образумитесь, не оплачете своих грехов и не начнете новую жизнь. Всему есть мера: есть мера и долготерпению Божию. И не дай вам, Господи, за ваше небрежение услышать на страшном суде слова господина жатвы жателям: «соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их» (Мф. 13, 30). Тогда скажете горам: «падите на нас, и холмам: покройте нас» (Лук. 23, 30), но уже будет поздно. Образумьтесь же, повторяем, пока время есть. Аминь».

Пролог в поучениях В. Гурьева (9 декабря): «Беспечные грешники весьма мало обращают внимания на делаемые ими внушения касательно исправления жизни. Когда, например, начинают им угрожать наказанием и наказанием Божьим в будущей жизни, — они обыкновенно говорят: «успеем еще покаяться!» Или: «ну, да там еще что будет! Никто оттуда не приходил сюда и никто потому и не знает, что будет там» Нерадящие о своем спасении! Сам Единородный Сын Божий возвестил, что нераскаянным там будет худо. Идите, говорит Он им, от Мене, проклятые, во огнь вечный, уготованный дьяволу и ангелам его (Мф. 25, 41). И подтверждает: «небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут» (Мф. 24, 35). Что нераскаянных грешников ожидает огнь вечный, вот вам на это пример убедительный. — У некоторого игумена под руководством в монастыре было двадцать иноков. Один из них был очень ленив, не соблюдал постов, неумеренно пил и особенно был невоздержен на язык. Старец-игумен постоянно уговаривал его, чтоб исправился, и даже умолял об этом. «Брат, говорил он ему, позаботься о твоей душе: ведь ты не бессмертный, а потому и муки не миновать тебе, если не опомнишься». Инок же наперекор шел старцу, нимало не обращал внимания на его слова и в таком небрежении скончался. Сильно загрустил сострадательный старец о душе его и стал молиться. «Господи, Иисусе Христе, истинный Боже наш, говорил он, между прочим, покажи мне, где теперь душа инока?» И часто просил он об этом Бога и, наконец услышан был. Однажды напал на него какой-то ужас и увидел он реку огненную и множество людей в ней, опаляемых огнем и громко стонавших. К величайшему огорчению, между этими страждущими он увидал и умершего в небрежении ученика своего, находившегося по самую выю в пламени. «Не ради ли того, чтоб ты избежал этой муки, я умолял тебя, — воскликнул тогда игумен, — чтоб ты хоть сколько-нибудь попекся о душе твоей, чадо мое? Видишь ли теперь, до чего ты довел себя?» «О, отче, — отвечал инок, — слава Богу и за то еще, что, по твоим молитвам, получила отраду хотя глава моя!» Сим видение кончилось. Итак, не ласкайте себя, нерадивые грешники, суетною надеждою ненаказанности и опомнитесь. Искренно покайтесь в своих грехах и с твердою решимостью вступите на путь спасения».

Кстати заметить, что каждый человек имеет в себе некую надежду на то, что он не попадет в ад. Это может всякий увидеть в себе: и тот, кто живет в смертных грехах, и тот, кто не имеет таких грехов. И при этом человек может говорить, что он по своим грехам будет в аду, но это или бравада, или ложное смирение, или лукавство. Поистине же, если бы человек действительно определил себя в ад, то он бы переживал такое или подобное:

Дмитрий Ростовский (Летопись…, Соб. в 9-ом стол. 1-го тысяч.): «В Патерике пишется, что однажды сошлись в одно место двенадцать пустынножительных отцов, совершенных в добродетельном богоугождении, и каждый из них говорил о себе что-либо, послужившее пользу его исправления. Один из них, числом последний, сказал: «О, отцы! Вы небесное имеете житие, вы стяжали небесную мудрость, и не дивно. Я же, считая себя недостойным таковых, вижу, что, куда бы я ни шел, грехи мои предыдут предо мною справа и слева; и осудил я сам себя в геенну, говоря: будь с теми, части которых ты достоин и к которым чрез малое время будешь сопричислен. Вижу там я ужасные стенания и непрестанные слезы, которых никто не может передать; вижу некоторых скрежещущими зубами и всем телом трясущимися; вижу и безмерное клокочущее огненное море, пламя которого, кажется, достигает до небес; и в страшном том море вижу бесчисленное множество вверженных людей, горящих подобно сухому хворосту, всех кричащих и рыдающих так сильно, что такого рыдания и вопля никто еще и никогда не слыхал на земле. Вижу также, что милосердие Божие ради правосудия своего отвращается от них. Плачу я и рыдаю, долго останавливаясь умом моим на них, и помышляю о писаном: «Быша слезы моя мне хлеб день и нощь» (Пс. 41, 4). И повергшись на землю пред Богом, молю Его, да избавит меня от мук оных»».

Если же нет подобной памяти и страха, то это знак того, что, признавая, что ты грешник, ты все же считаешь, что грешник, но не очень, и ада ты не достоин…

А истинно сознающий себя грешником должен: 

Иоанн Златоуст (т.9, ч.1, б.36): «Всякий, кто бы то ни был, не говори только: «я – грешник», но и старайся избавить себя от этой славы; не говори только, но и сокрушайся».

«Кто зла держится как добра, тот с великим затруднением приходит в покаяние»

Итак, говорилось и то, что грехолюбец — духовно бесчувственен, и поэтому он не может истинно покаяться. И напомним:

Симеон Новый Богослов (Слово 74): «…кто зла держится как добра, тот с великим затруднением приходит в покаяние и совсем не соглашается принимать такие целительные врачевства. Ибо как возможно, чтоб решился на такое духовное себя-врачевание тот, кто не верует и даже в мысли не держит, что болен душою или пал?».

Симеон Новый Богослов (Божественные Гимны, г.50): «… мы все бесстрашно грешим, не заботясь ни о пресечении зла, ни добра не делая; поэтому и не каемся, погрузившись во глубину зол и бесчувственно пребывая в этом».

Илия Минятий (Слово в 5-ю неделю поста. О покаянии): «Неразумный христианин, ты думал, пусть во мне царствует грех один день, час, хоть один только раз. Но получив от твоей свободы позволение и власть, он день превратил в целую жизнь. …Тебя не трогают … стыд перед людьми и страх перед Богом. Ты не думаешь о душе, не вспоминаешь о смерти, не хочешь и упомянуть о суде, не боишься мук».

Иоанн Златоуст (т.1,ч.1, К Феодору падшему. Увещ. 1-е): «… вредит покаянию коснение в одних и тех же грехах. «Когда, — говорит (Писание), — один строит, а другой разрушает: то что они получат для себя кроме утомления? Когда кто омывается от осквернения мертвым и опять прикасается к нему, какая польза от его омовения? Так человек, который постится за грехи свои и опять идет и делает то же самое: кто услышит молитву его?» (Сир. 34, 23. 25. 26)? И еще: «и если кто обращается от праведности ко греху, Господь уготовит того на меч» (Сир. 26, 26). И «как пес возвращается на блевотину свою» и мерзок бывает (Притч. 26, 11), так и безумный своею злобою возвращающийся на свой грех».

О том, как постепенно происходит непокаяние у грешащего христианина

А теперь напомним, как происходит так, что ложный христианин входит в состояния, при которых он уже не раскаивается и не пытается измениться.

Василий Кинешемский (Беседы на Еванг. от Марка, гл. 6, ст. 14-29, и др.): «(У ложных христиан) сила страсти, ее интенсивность и власть над душой растет прогрессивно, по мере того, как ей делаются уступки. … Человек, допустивший грех однажды, нравственно слабеет и при повторном искушении совершает его с большей легкостью, чем тот, кто устоял в первой борьбе. … Чем больше греши(т), тем сильнее разгорается страсть. … (Также у них расширяются грехи – от сост.) За одним грехом неизбежно следует ряд новых. Одна страсть, разгораясь в душе, вызывает к жизни и другие страсти…. Один червячок страсти, если его не истребить вовремя, может размножиться в громадном количестве, порождая новые пороки, захватывая все стороны души и подтачивая ее здоровые ткани. — Причина этого — в ослаблении веры. Побежденная одним грехом, воля теряет силу сопротивления и легко уступает другим. … (Также ложный христианин) жертвует для (своих страстей и грехов) всем, всеми моральными ценностями, которые еще сохранились в его душе. — За борт жизни выбрасывается все, что мешает страсти: нравственные привычки, убеждения и принципы, веления долга и религии — все летит вон, начиная с менее важного и кончая самыми крупными ценностями. … Душа постепенно опустошается, теряя все, что было в ней ценного, в угоду страсти. Человек опускается все ниже и ниже на самое дно греха и порока. (гл.4, ст. 21-41) В результате пренебрежения духовными дарованиями получаются следующие печальные явления: 1. Духовные способности, как-то: вера, любовь, надежда, молитва, терпение, покорность Богу и прочие — начинают слабеть, становятся ненадежными и в решительную, тяжелую минуту могут изменить человеку. Так в лесу сгнившие в сердцевине деревья первыми падают под напором бури. 2. Мы легче поддаемся искушениям и чаще уступаем чарам соблазна, изменяя нравственному закону. 3. Страдает сила воли и ее нравственная устойчивость. … 4. Застой в духовной жизни всегда сопровождается далее ослабеванием голоса совести. Вначале чуткая и отзывчивая на всякое нравственное зло совесть постепенно начинает замирать, если не обращать внимания на ее требования. … Если пренебрегать указаниями совести, то мало-помалу человек перестает слышать ее голос и нравственно засыпает. …5. Наконец, при отсутствии духовной деятельности неизбежны сомнения, скептицизм, малодушие, духовная апатия. Не может быть ни энергии, ни решимости».

Феофан Затворник (Рукописи из кельи – 1, ст. Возрасты греха): «(В начале своего падения ложный христианин говорит) себе: «Нет; перестану». Но время течет, и зло растет. Кто-то из ума крадет истины, одну за другою; он уже многого не понимает даже из того, что прежде ясно понимал; … наконец совсем ослепляется: не видит Бога и вещей Божественных, не понимает настоящего порядка вещей, ни своих отношений истинных, ни своего состояния, ни того, чем он был, ни того, чем стал теперь и что с ним будет, вступает в тьму и ходит во тьме. … Прежние остановки и отказы … (своим греховным делам) превращаются в одни бесплодные намерения, а из намерений — в холодные помышления об исправлении, наконец, и это исчезает. Грешник как бы махнул рукою: «Так и быть, пусть оно идет, авось само как-нибудь остановится!» И начинает жить, как живется, предаваясь порочным желаниям, удерживаясь от явных дел, когда нужно, не беспокоясь ни угрозами, ни обещаниями, не тревожась даже явным растлением души и тела. Грех есть болезнь и язва; сильно терзает он душу после первого опыта, но время все сглаживает; второй опыт бывает сноснее, третий еще сноснее и так далее. Наконец душа немеет, как немеет часть тела от частого трения по ней. То были страхи и ужасы, и гром готов был разразиться с неба, и люди хотели будто преследовать преступника, стыд не давал покоя и не позволял показываться на свет,— а тут, наконец, все — ничего. Человек смело и небоязненно продолжает грешить, понять не умея, откуда это прежде бывали у него такие тревоги (т.е. думает по типу: «чего я боялся, ведь ничего не произошло и все нормально…» — от сост.). … (Затем ложный христианин находится) в грехе, или стояни(и) на пути грешных, в слепоте, нечувствии и нерадении. Высшие силы человеческого духа поражены летаргическим сном, а силы греха возобладали над ними и как бы наслаждаются покоем. … (При этом) не все спит грешник, иногда и просыпается. В это время хотел бы все оставить, но боится начать это дело, по непонятной некоторой робости, в которой отчета дать нельзя. Так застращивается человек тиранством греха … (Затем происходит) период самостоятельного, настойчивого действования в пользу греха, против всего доброго, от чего человек приходит на край пагубы. … Ибо и тогда, как он так живет, совесть не перестает тревожить его. … Иногда он только не внимает сему гласу, в состоянии нераскаянности; иногда отвергает и вооружается против него, в состоянии ожесточения».

Феофан Затворник (Слова во св. Четыредес. …, В неделю 1-ю Великого поста): «Припомните, как опомнились вы в последний раз и встали. Пришли спасительные помышления и отрезвили. Или страх смерти и Суда, или пагубность греха, или стыд пред Господом Спасителем, или другое что сильно, подействовало на душу, поразило ее. Душа пришла в себя и при помощи Божией бросила грех, покаялась и стоит теперь в намерении не оскорблять более Бога грехопадениями. Если же снова падете вы в грех, то какими потом мыслями потрясете вы себя, когда уже все, могущие потрясать, перепробованы и свою потрясающую для вас силу истратили на теперешнее ваше восстание? Для следующего возбуждения вас силы в них не осталось. Со спасительными помышлениями бывает то же, что с лекарствами. Как от частого употребления лекарств в теле притупляется чувствительность к ним, так и в отношении к потрясающим и возбуждающим истинам душа теряет наконец всякое чувство. Ни угрозы, ни обещания, ни смерть, ни ад, ни рай, ни яд и горечь греха — ничто не поражает и не приводит в движение души. Она сделается, как камень. И что же тогда с нею будет? То же, что присуждает Апостол земле, пившей множицею сходивший на нее дождь и износившей одни терния и волчцы: «негодна и близка к проклятию, которого конец — сожжение» (Евр.6,8). — Приложите к сему, что частое падение в грех образует привычку грешить, которая вяжет бедную душу и тирански держит ее в рабстве у себя. Пусть даже один грех обратится в привычку, он всю душу пленяет и во всей мучительски властвует. Посмотрите, что делает паук с своею добычею? Часть за частью опутывает у ней тонкою паутиною, пока запутает ее всю; после чего она хоть делает еще некоторые движения, но они бессильны освободить ее. Так и грех, к коему частым падением привыкает человек, силу за силою в нем проникает, пока исполнит собою и душу, и тело и на все отправления их наложит узы рабства себе. Хоть потом и приходит иногда человеку на мысль бросить свой грех; но душа, видя как многоплетенно запуталась в нем, не решается поднять руки, чтоб распутаться, и предается совсем безнадежию одолеть грех, как пишет Апостол о язычниках, что они «дойдя до бесчувствия, предались распутству так, что делают всякую нечистоту с ненасытимостью» (Еф.4,19)».

Феофан Затворник (Толк. на Римл. 2, 5): ««По жестокости же твоей и непокаянному сердцу, собираеши себе гнев в день гнева и откровения праведнаго суда Божия». Долготерпя, Бог ведет грешника на покаяние. Но если он не внимает сему и, несмотря на то, все остается в тех же грехах, то все больше и больше углубляется в грешность; а от этого жестеет сердце и чувство тупеет к восприятию возбуждающих к покаянию впечатлений от представления утешительных и страшных истин Божиих. Когда страсть увлекает и совершается грех, восстает совесть, грозящая судом, и понуждает покаяться и исправиться. Внимает кто, — благо ему. Не внимает, — опять падает во грех. Но и совесть опять восстает, только слабее против прежнего. Если еще повторится то же, голос этой еще будет слабее. Наконец, совсем смолкнет. Грешник грешит равнодушно. Равнодушие к греху — переход к ожестению сердца, но еще не ожестение. Равнодушного можно еще разбудить, а ожестевшего разве особая сила Божия претворит. Доходят до ожесточения несколькократным пробуждением от равнодушия и исправлением жизни, — и опять ниспадением в него чрез повторение грехов. Возбуждают истины Божии. Когда все истины сии истощат над грешащим свою возбудительную силу, чем возбудишь его? Сердце его стало как камень, которого не берет никакое орудие. «Когда человека не смягчает благость, не преклоняет страх; что может быть жестокосерднее?» (святой Златоуст). Вслед за таким ожесточением приходит враждование на Бога и все Божественное, а за этим отчаяние — конечная пагуба. Жестокость, или жестокосердие, объясняется непокаянным сердцем».

Игнатий Брянчанинов (Плач инока о брате его, впадшем в искушение греховное, ст.2): «О, когда бы падение твое не было продолжительным! о, когда бы за преткновением тотчас последовало раскаяние! о, когда бы на греховное пятно немедленно пролились теплейшие слёзы и омыли его! о, когда бы из среды самого падения вознеслась к Богу умиленная, сильная молитва! Слезы и молитва умилостивили бы Бога. О, когда бы ты, ощутив язву от греха, возненавидел грех и минутное увлечение загладил решительным исправлением себя! — Внезапная смерть души может врачеваться быстрым оживлением: свидетельствуют о том поведания писания и поведания церковные. — Не то случилось с тобою. За падением последовали падения; к греху присовокупились грехи; от продолжительного удовлетворения сладострастию явилось сочувствие к нему, образовался навык, родилась страсть, родилась смерть. Попираются бесстрашно заповеди Христовы; бесстрашно и холодно смотришь ты в вечность, на Суд Божий, на блаженство рая и на муки ада. Ум твой окаменел. Как бы каменный или мертвый, он утратил сочувствие, стяжал мертвость к слову Божию. Живое слово это, грозное и могущественное слово живого Бога, обратилось для ума, умерщвленного грехом, в пустые звуки, в звуки без смысла и значения».

Илия Минятий (Слово в 5-ю неделю поста. О покаянии): «…Ты, например, один раз протянул руки на воровство. Исчисли, сколько уже раз это повторилось до этого дня. … Рост на рост, обида за обидой образовали длинную цепь, крепко связывающую твою совесть. Тебя не трогают … стыд перед людьми и страх перед Богом. Те не думаешь о душе, не вспоминаешь о смерти, не хочешь и упомянуть о суде, не боишься мук. … Вот теперь ты хочешь покаяться, а твоя воля утвердилась во зле, ее охватила царящая привычка. Ты хочешь, но только одной мыслью, шаткой и нетвердой; хочешь, но с намерением не оставлять прежнего греха. Хочешь исповедаться, но не хочешь исправиться, а в таком случае безразлично, хочешь ты или нет. Это знак, что держащие тебя узы немного ослабляются, но не рвутся. Сейчас, пока ты слушаешь поучение, несколько смягчается твое сердце…. Но как только ты (закончишь читать), сердце тотчас ожесточается во зле … (и) ты опять обращаешься к прежней своей грязи. Что тебя влечет туда? Привычка. А что же воля? Она идет за привычкой. Итак, когда же ты изменишь свой характер? Никогда. — Послушай, что сказал Святой Дух устами пророка Иеремии: «Может ли Ефиоплянин переменить кожу свою и барс — пятна свои? так и вы можете ли делать доброе, привыкнув делать злое?» (Иер.13, 23). О, раз научившись злу, сильно ли хочет человек отвыкнуть от него? Привычка с одного раза начинает господствовать над волей, и однодневное делается постоянным, один день превращается в целую жизнь, один раз повторяется всегда. Вот уже одно крыло не подымается, т. е. твоя воля недугует и не может привести тебя к покаянию».

Отмечу и вновь, что из этих поучений ясно видно, что не так уже и легко возгореться покаяниям, как думает большинство христиан, не знающих истинного учения о покаянии…